Гик, который спас Рождество

      НАПОМИНАНИЕ: Могут ли люди, которым доставляют посылки, ПОЖАЛУЙСТА, попросить водителей грузовиков уважать подъездные пути других людей? Мы заметили, что сегодня некоторые соседи были заблокированы более чем на двадцать минут. ~ Эрнест Моррисон опубликовано в приложении «Как дела у соседа».       Гидеон       – Ее привезли? – спросил я, задыхаясь, когда Пол открыл боковую дверь. Я пришел так быстро, как только мог, но из-за непредвиденной ситуации с сетью я задержался на работе дольше, чем хотел. Затем я быстро сбегал в магазин и уделил внимание равнодушному Ириске, прежде чем поспешить через подъездную дорожку.       – И тебе привет, Гидеон. – Смеясь, Пол провел меня на кухню, где витал божественный аромат чеснока и масла. – Как прошел твой день?       – Ой, прости. – Я поставил коричневый бумажный пакет на угол столешницы, а затем снял обувь и поставил ее рядом с его ботинками. – Когда ты написал мне, спрашивая, приду ли я, я не хотел предполагать...       – Предполагай, пожалуйста. – Он улыбнулся, но морщины вокруг его глаз и рта были глубже, чем обычно, даже его борода выглядела немного уставшей. – Твое желание увидеть мою новую кровать – лучшая часть моего дня. Черт. Он был долгим.       – Что пошло не так? – Подойдя к нему, стоящему у плиты, я погладил его мускулистые плечи.       – Во-первых, эта холодная погода ничуть не помогает.       – Даже в твоем утепленном комбинезоне? – поддразнил я его. В субботу вечером он настоял, чтобы я одолжил у него такой комбинезон, и он не только согрел меня, но и стал, пожалуй, самым романтичным жестом в моей жизни. О, может быть, некоторые не увидели бы романтики в том, что Пол наполнил свой большой термос чаем и надел на меня очень толстые перчатки, но я чувствовал себя настолько окруженным заботой, что через несколько часов практически прилетел к нему домой, где и показал ему свою безграничную благодарность своим ртом. Это был лучший субботний вечер за долгое время.       И вот наступила новая неделя, погода по-прежнему оставалась отвратительной, но Пол еще не устал от меня, так что это было хорошо. Он потянулся под моим прикосновением, застонав так громко, что испугал Джим, которая ужинала в углу.       – Я был одет больше, чем капуста, а ноги все равно почти замерзли, – Пол покрутил плечами, не слишком тонко намекая на продолжение. – А поставка материалов для одного проекта задерживается, поэтому мне пришлось просидеть на телефоне гораздо дольше, чем я хотел, и спешить обратно, чтобы встретить доставщиков матрасов.       – Ох, бедняжка. Тебе пришлось иметь дело с людьми. – Я вытянул шею, чтобы мои губы оказались рядом с его ухом. – Сегодня моя очередь как следует согреть тебя.       – Я согласен. – Он повернулся ко мне, превратив мой целомудренный поцелуй в висок в нечто дикое и сильное, когда нашел мои губы своими. Но как раз когда я был готов потянуть его к лестнице, он отпустил меня. – Однако я тестирую рецепт для ужина. Как ты сказал на прошлой неделе, я не хочу подавать ничего, что не готовил хотя бы один раз.       Я удивился, что Пол запомнил что-то из нашего обсуждения меню, потому что даже с кучей заметок в моем телефоне все, что я помнил с того вечера, – это поцелуи, от которых сводило ноги, и пятизвездочные оргазмы.       – Ммм. – Я издал довольный звук, обнимая его за шею. – Ты пригласил меня посмотреть на твою новую кровать и собираешься накормить меня? О боже.       – Я планирую заставить тебя потом за это поработать, – сказал он хриплым голосом, снова быстро и страстно поцеловав меня, прежде чем вновь обратить свое внимание на плиту.       – Конечно. Я могу приготовить гостевую комнату...       – Ты знаешь, что я имел в виду. – Он помахал мне лопаткой.       – Ох. Это. – Я притворился глупым, чтобы вызвать его фирменный хмурый взгляд. Когда он притворился сердитым, я обнял его сзади. – Я был бы не против позднего ужина. Просто говорю.       – Это куриная грудка, фаршированная шпинатом и пармезаном, с картофельным пюре. – Он указал на бурлящую кастрюлю на плите, прежде чем вынуть из духовки большую чугунную сковороду. – Рецепт оказался слишком сложным. Но почти готово. Лучше попробуем, пока свежее.       – Уверен, Брэндон будет в восторге от всего, что ты приготовишь. И Элейн тоже, – похвалил я, пока он раскладывал еду по тарелкам. – Место выглядит потрясающе.       – Благодаря тебе. – Отвлеченно ответив, он разложил курицу на картофеле.       – Нет, благодаря тебе. Не я занимался всем ремонтом. Я скорее... украшатель. – Я взял помидор черри из салата на своей тарелке.       – Да, ну, видимо, мне нравятся украшатели. – Он быстро поцеловал меня в макушку, прежде чем отнести тарелки в столовую. От поцелуя у меня приятно покалывало в голове, и это ощущение распространялось по всему телу. Я так переживал, что он увидит мой дом. Но каждый раз, когда я был уверен, что Пол собирается сбежать, он приятно удивлял меня. Возможно, ему нравились мои украшения и последние штрихи, но мне нравился он – страшная, но прекрасная мысль, которая сопровождала меня во время ужина.       Он рассказал мне о задержках поставок, а я рассказал ему о сбое в сети, и это было так уютно, что к моменту, когда мы приступили к уборке, я практически вибрировал от счастья.       – Теперь десерт. – Я схватил коричневый пакет, который принес с собой, с кухонного стола.       – Я гадал, что в пакете. – Он закрыл посудомоечную машину и вытер руки.       – Большой кусок шахматного торта, чтобы поделиться. – Я поднял торт, а затем достал две другие вещи, внимательно наблюдая за его реакцией.       – Презервативы? – спросил он, широко улыбаясь.       – И смазка. Я пришел подготовленным к тому, чтобы опробовать твою кровать.       До сих пор мы отлично развлекались руками и ртами, но новая кровать казалась отличным поводом внести разнообразие. Поскольку мы оба переживали засуху, я не хотел оставлять его на произвол судьбы. Торт был просто приятным бонусом.       – Понятно. – Взгляд Пола стал таким горячим, что удивительно, как у меня не запотели очки. – Скажи, что десерт может подождать.       – Торт определенно может подождать. Но я возьму его с собой. – Я взял две вилки из его ящика со столовыми приборами. – У меня такое чувство, что после этого я не захочу двигаться.       – Я собираюсь позаботиться об этом. – Он подмигнул мне, прежде чем мы оба направились наверх по лестнице.       Остановившись на пороге, я восторженно ахнул, увидев, как преобразилась комната.       – Ооо, она такая большая.       – Лестью можно добиться всего, но я еще даже не разделся. – Пол наклонился, чтобы поцеловать меня в шею. Вырвав торт из моих рук, он поставил его на тумбочку вместе с принадлежностями.       – Тише. Дай мне как следует полюбоваться твоей кроватью. – Я медленно обошел ее, поглаживая пушистое одеяло и простыни с изображением лосей, прежде чем положить свои очки к остальному на тумбочке. Они часто пропадали, когда Пол был рядом, и я не хотел потом их искать. – Ты даже постелил новое постельное белье.       – Решил, что так будет лучше. – То, что он покраснел, говоря о том, что приготовил кровать, было самым милым, что я когда-либо видел, и сделало мою грудь такой же мягкой и теплой, как новое одеяло.       – Мне нравится, – сказал я, когда он откинул одеяло.       – Мне нравишься ты. – Стоя рядом со мной, он поцеловал меня так нежно и осторожно, что мне пришлось постараться, чтобы не упасть в обморок, как викторианская девственница. Моя грудь была легче и более возбужденной, чем бутылка новогоднего шампанского. Это не был мой первый раз, но Пол умел сделать так, что все казалось совершенно новым.       – Снимай одежду, – приказал он, отпуская меня и уже снимая свою рубашку.       – Я думал, что это я властный, – я засмеялся, добавляя свою одежду к растущей куче на его стуле.       – Так и есть. – Как только мы оба оказались голыми, он повалил меня на кровать. – Скажи мне, что тебе нравится больше всего.       – Ты. – Мне нравился он. Мне нравилось, что он спрашивал. Еще больше мне нравилось, как он слушал. Мне нравилась его новая кровать и мягкие фланелевые простыни. Но больше всего мне нравился Пол Фрост, лежащий на спине, нравилось, как он охотно позволил мне менять наши позиции, пока я не оказался верхом на его талии и не держал его лицо, чтобы снова поцеловать его. – Это. Мне нравится это.       – Мне тоже. – Он демонстративно лежал, послушно, пока мы целовались, наши обнаженные груди терлись друг о друга, мой член скользил по его потрясающим кубикам пресса. Но, как всегда, мне не терпелось перейти к самому интересному, и я первым потянулся за смазкой. Пол рассмеялся, но не пытался отобрать ее у меня. – Я могу поучаствовать или должен лежать здесь, выглядеть красиво и позволять тебе сделать всю работу?       – Выгляди красиво. – Я подмигнул ему, смазывая пальцы. Приподнявшись на коленях, я раскрыл себя. И, судя по всему, даже не видя, что делает моя рука, Полу понравилось мое представление. Его член дернулся у него на животе, и он тихо застонал.       – Блядь. – Он провел руками по моим бедрам. – Ты убиваешь меня, Гидеон.       – Думаю, ты можешь немного поиграть, – я протянул ему смазку.       – Да, Ваше Высочество. – Смеясь, он исследовал мой выход скользкими пальцами, которые ощущались гораздо приятнее моих собственных. Я никогда не был терпелив к долгим приготовлениям, но его пальцы были длинными и закругленными, и один из них заставил меня задыхаться, а два других возбудили меня, дав такое приятное давление.       – Еще. – Я покачнулся вниз, чтобы встретить его пальцы.       – Блядь. Ты потрясающий.       – Ты тоже, – задыхаясь, пробормотал я, и то немногое терпение, которое у меня оставалось, испарялось с каждым толчком его пальцев, глубоким, но не достаточно. – С твоим членом станет еще лучше.       Я схватил коробку презервативов, наслаждаясь тем, как он застонал и напрягся, прижимаясь ко мне.       – Блядь, да.       Как только он вытащил пальцы, я вскрыл презерватив и натянул его на его член. Даже после этого он не пытался взять верх, позволяя мне смазать его и расположить нас обоих так, как мне нравится. Я очень этого хотел, и в моей сольной игре участвовали несколько любимых игрушек, но мое тело все равно напряглось, его головка казалась огромной по сравнению с моим анусом.       – Поговорим о том, что было давно... Я застонал и попытался напомнить своему телу, как это работает.       – Это твое шоу. – Пол сложил руки за головой, выглядя спокойным и уверенным. В его мускулистом теле было столько силы, и он передавал ее мне. – Делай, что хочешь.       Его призыв воодушевил меня попробовать еще раз, и я взял его член в одну руку, опускаясь на него. Дразня себя кончиком, как будто он был игрушкой, мы оба начали стонать.       – Садист. – Он усмехнулся, но его бедра оставались прижатыми к кровати, даже когда он жаловался. – Наверное, ты действительно меня убьешь. Наслаждайся тортом и позаботься о Джим за меня.       – Ха. – Смех помогал расслабить тело даже лучше, чем ласки. Я скользнул ниже, ища нужный угол, где жжение становилось сладким и горячим. Ниже. Достаточно, чтобы убрать руку. Я наклонил бедра, все еще ища, и тогда резкий взрыв удовольствия заставил наш смех превратиться в стоны. – Вот так. Хорошо. Так лучше.       – Да, блядь, так лучше. – Взгляд Пола горел страстью и желанием, когда я нашел ритм, от которого мы оба задыхались. – Еще.       Следуя его словам, я нашел угол и темп, которые мне больше всего нравились, но его стоны соответствовали моим. То, как он следил за каждым моим движением, заставляло меня чувствовать себя сексуальным, живым и чертовски сильным, но мне нужно было больше, чем его интенсивный взгляд.       – Прикоснись ко мне, – потребовал я. Он мгновенно освободил руки из-за головы и провел ими по моему торсу, ягодицам и бедрам. Повсюду, кроме того места, где я хотел его больше всего. – Злая дразнилка.       – Здесь? – С озорной улыбкой он провел по моему члену одним легким как перышко пальцем.       – Делай это правильно. – Я замер, пока он не начал ласкать меня так, как я хотел, долгими, медленными движениями, которые противодействовали давлению и наполненности в моей заднице.       – Да, босс. – Он сказал это как ласковое обращение, когда я снова начал скакать на нем, теперь быстрее, удерживая головку его члена на моей простате, растяжение перешло от слишком сильного к идеальному.       – Тебе это нравится.       – Блядь. Да, нравится. – Его взгляд встретился с моим, и моя дерзкая насмешка превратилась в нечто нежное, почти хрупкое. Я затаил дыхание от чистого удивления в его голосе. – Мне действительно нравится.       – Хорошо. – Я должен был закрыть глаза, потому что не мог выдержать столько эмоций, особенно в сочетании с таким интенсивным удовольствием. Его рука сжала мой член, когда я стал более настойчиво двигаться на нем. Твердость его тела под моим и прочность каждого сантиметра были освобождающими, как будто он мог принять все, что я хотел ему дать, и даже больше.       Отпустив себя, я скакал на нем быстро и жестко, веря, что он не сломается, и впитывая каждый его стон и проклятие.       – Блядь. Гидеон. Давай. Используй мой член.       Я должен быть тем, кто выдвигает требования, но я был слишком увлечен, чтобы обратить на это внимание. Я ускорился, он двигался вместе со мной, вдавливаясь в меня, глубже, сильнее.       – Я кончаю...       – Сделай это. Пожалуйста. – Его прерывистое «пожалуйста» сделало свое дело, этот намек на мольбу и отчаяние, то, как он разваливался под мной, и это даже больше, чем его рука на моем члене, довели меня до конца. Оргазм пронзил меня, когда я обрызгал его живот и грудь своей спермой. Вид его такого неряшливого и испачканного был достаточен, чтобы вызвать последний всплеск.       – Да. Ты тоже. Сейчас же. – Мой голос прозвучал скорее умоляюще, чем властно, оргазм лишил меня дыхания, и я отчаянно хотел, чтобы он тоже кончил. И он, должно быть, ждал этого сигнала, потому что его тело дернулось, жестко вонзившись в меня. Я думал, что все закончилось, но вид его оргазма заставил мою дырочку снова сжаться, и мощные афтершоки довели его до предела, пока он тоже не кончил.       – Блядь. – Он стонал снова и снова, как будто его оргазм был еще более бесконечным, чем мой.       – О, боже мой, блядь. – Я рухнул на его грудь в беспорядочной куче.       – Ты можешь быть главным, когда захочешь. Черт. – Он улыбнулся мне по-мальчишески, прежде чем слегка повернуться, чтобы взять маленькое полотенце с тумбочки.       – Ты действительно так думаешь? – спросил я, пока он вытирал нас обоих. Старые опасения о том, что я слишком многого хочу и отпугиваю людей, кружились в моей голове, как мотыльки, несмотря на то, что я испытывал огромное удовольствие.       – Хей, когда я позволяю тебе руководить, происходят хорошие вещи. – Он поцеловал меня в лоб, и тревожные бабочки улетели. – Твоя властность – это выгодно для меня.       – И для меня тоже. – Я счастливо вздохнул и устроился поудобнее у его плеча, в месте, которое быстро становилось моим и только моим. – И это полностью заработало нам кусок торта.       – Мы разбросаем крошки по новой кровати, – предупредил он.       – Ворчун. – Я поцеловал его щетину на шее. – Я постираю простыни для тебя.       – Договорились. – Он приподнял мою голову, чтобы найти мои губы своими, и этот момент показался мне слаще любого десерта. Это было мило и по-домашнему, и я хотел, чтобы декабрь длился вечно.