Гик, который спас Рождество

      Молодцы, волонтеры праздника! Рекордные пожертвования на проекты общественного центра! Большое спасибо Гидеону за организацию. Я, например, считаю, что временные неудобства с движением того стоили. ~Шерил Бриджес, опубликовано в приложении «Как дела у соседа».       Гидеон       Спать рядом с Полом без секса было для меня невыносимо, особенно когда он был в хорошем настроении и смеялся по дороге в постель.       – Что такого смешного? – Все еще застегивая пижаму, я повернулся к Полу, который, как и большую часть вечера, хихикал. Отсутствие его обычной ворчливости сбивало меня с толку.       – У тебя рождественская пижама. – Он указал на мою клетчатую рубашку и штаны, которые были куплены пару лет назад для группового отдыха на каникулах.       – Да, верно. – Я повторил одну из его стандартных фраз, чтобы скрыть быстро краснеющие щеки. Я почувствовал себя немного глупо, упаковывая пижаму вместе с одеждой на завтра после того, как покормил кота у себя дома. Но Пол практически приказал мне остаться на ночь, и я не мог отказаться. Однако я все еще не был уверен, как интерпретировать этот смех.       – Ты чертовски милый.       Я фыркнул, не уверенный, что мне нравится слово «милый».       – Если бы я знал, что у тебя, по-видимому, нет пижам всех видов, ты бы тоже получил рождественскую пижаму.       Пока я переодевался, Пол рылся в комоде, бормоча что-то себе под нос, пока не нашел пару выцветших серых спортивных штанов. И если я был очарователен, то он был преступно сексуален, особенно с учетом того, что еще не надел рубашку. Спортивные штаны сидели низко, обнажая его рельефные мышцы, и нужно принять какой-то закон, запрещающий выставлять напоказ такие аппетитные тазобедренные кости в ночь, когда я не мог сделать ничего больше, кроме как смотреть.       – Если бы ты чаще ночевал у меня, ты бы больше влиял на мой выбор пижамы, – легкомысленно сказал Пол, поднимая с пола мои джинсы и складывая их на стул в углу. Мои очки уже лежали на его тумбочке, почти как дома в моей спальне.       – Почему-то, когда я остаюсь ночевать, мы никогда не доберемся до пижам.       – Да. И мне это нравится. – Обняв меня, он прижался к моей шее.       – Эй, постой. – Я высвободился из его объятий, прежде чем он успел возбудить меня и лишить здравого смысла. – Мы не можем ничего начинать.       – Почему? – Он нахмурился, но не выглядел слишком расстроенным, проводя пальцем по вырезу моей рубашки.       – Твой брат в конце коридора, – напомнил я ему торопливым шепотом.       – В конце коридора. У нас нет общих стен. – Пол сделал пренебрежительный жест, а затем пошел, чтобы запереть дверь. – И я лично убедился, что кровать не скрипит. Думаю, мы проверили это достаточно раз, чтобы быть уверенными.       – Это правда. – Я почувствовал, что начинаю сдаваться.       – Сегодня канун Рождества. – Он снова начал целовать мою шею, и на этот раз я не отвернулся. – Разве люди не загадывают желания в канун Рождества?       – Это в день рождения, – поправил я со смехом.       – Семнадцатого апреля.       – Что? – Мой разум был затуманен от тепла его губ на моей шее, а также от вина и коктейля с яйцом, которые начали действовать.       – Мой день рождения. Семнадцатого апреля. Я заранее загадаю желание, если этот скряга не даст мне его на Рождество.       – Хей! – Я повернулся, чтобы встретиться с его сверкающими глазами. Как будто я мог отказать этому мужчине в чем-либо. Если кто-то и заслуживал рождественского желания, то это был Пол. – Ты можешь загадать желание.       – Хорошо. Сегодня канун Рождества, был отличный день, и завтра я проснусь рядом с тобой. Позволь мне уложить тебя спать весело.       – Это был хороший день. – Я обнял его за шею. Он был прав. Это канун Рождества, и впервые за долгое время я был не один. Уже одно это заслуживало праздника. Пребывание здесь казалось мне сном, желанием, которое я боялся загадать сам, но если это было то, чего хотел Пол, я не собирался сдерживаться. Я нежно поцеловал его в губы. – Все равно лучше вести себя тише, чем обычно.       – Поверь, я могу быть очень тихим. Это ты кричишь. – Улыбаясь, он ловко расстегнул пуговицы на моей пижаме. – Давай оставим это на утро.       – Согласен, но я выберу для тебя что-нибудь получше. – Я закончил раздеваться, стараясь не бросать одежду на пол.       – У меня довольно ограниченный выбор клетчатых вещей. – Он выбрался из своих спортивных штанов, предоставив мне отличный вид на свою задницу, когда клал их на стул рядом с моей пижамой. Обернувшись ко мне, он улыбнулся, и на секунду все те банальные желания, которые я старался никогда не высказывать, всплыли на поверхность.       – Я могу это исправить. – Я сделал свой голос легким, как будто это была еще одна шутка, ничего серьезного. Но в идеальном мире это было бы последнее Рождество Пола в потрепанных спортивных штанах, и я бы заставил его и Джим в следующем году одеться так же, как я, в какие-нибудь смешные вещи с принтом, которые бы хорошо смотрелись на фотографиях. Но это был не идеальный мир, и я не смел думать о следующем году, не говоря уже о том, чтобы надеяться на что-то.       – Ха. У меня есть для тебя дела поважнее, чем шопинг. – Он улыбнулся мне греховной улыбкой. Я полагал, что это победа, что он хочет меня для секса, но какая-то часть меня желала, чтобы он нуждался во мне. Для планирования. Для шопинга. Для чего-нибудь. То, что он в этом не нуждался, было одновременно радостью и разочарованием. Мне нравилось смотреть, как он добивается успеха, но я не мог не хотеть, чтобы я тоже был нужен.       – Задействуй меня. – Я притянул его к себе для еще одного поцелуя, прежде чем он смог встретиться с моим взглядом и увидеть, как сильно я этого хочу. Он даже пах Рождеством – ромом, специями и сладостью, создавая воспоминания – и я не мог насытиться. Наши обнаженные торсы соприкоснулись, и мы оба застонали. Грубого прикосновения к его волосатой груди в сочетании с нежностью его губ оказалось достаточно, чтобы у меня закружилась голова.       – В постель, – проворчал он, отпустив меня настолько, чтобы выключить свет. Я залез в кровать, но он на мгновение остановился, чтобы открыть шторы. Веселые огни дома Ридов через улицу проникали в комнату вместе с другими проблесками освещения соседних домов, расположенных ниже по холму.       – О, это отличная идея, – улыбнулся я, когда он скользнул рядом со мной под одеяло и прижал меня к себе. – Я благодарен Ридам за их огни.       – Ага. Напиши эту благодарность в приложении, которое вы все используете.       – Конечно. Спасибо семье Рид за то, что они вдохновили Пола на... – Я задохнулся, когда он слегка укусил меня за плечо.       – Продолжай. – Он лизнул место, где укусил, а затем поцеловал мою шею.       – Спасибо. Просто спасибо. – Я имел в виду его, а не Ридов, и он, похоже, понял это, прижавшись ко мне поближе.       – Это моя фраза. Ты устроил Брэндону и Элейн прекрасный вечер.       – Это ты. Я просто помогал. – Мой тон вышел гораздо более тоскливым, чем я хотел.       – Гидеон. – Голос Пола стал восхитительно строгим. – Это был твой план. Ты спас наше Рождество. Прими похвалу.       – Хорошо. – Я не хотел спорить, не с его твердым членом у моей задницы и его теплым голосом у моего уха.       – Ммм. Мне нравится, когда ты такой покладистый. – Он поцеловал меня в шею, а руки блуждали по моей груди и бокам.       – Не привыкай к этому. И ты должен позволить мне тоже поиграть. – Я попытался повернуться, но он напряг руки, прижимая меня к себе. Черт. Проявления грубой силы никогда раньше не действовали на меня, но, по-видимому, моменты, когда Пол показывает со мной свою силу, становились моим новым любимым явлением. Я обмяк в его руках, позволяя ему поступать по-своему и наслаждаясь его прикосновениями и ласками.       – Я хочу быть тем, кто распалит тебя, – прошептал он. Продолжая покусывать мою шею, он провел руками по моей груди, большими пальцами поглаживая мои соски.       – Ты это делаешь. – Все нервные окончания в моем теле уже пели от одной только близости к нему. Он опустил одну руку ниже, чтобы погладить мой живот, а затем обхватил мой член. Мне очень нравилось такое внимание, но я беспокоился, что должен делать для него больше. – Мы можем...       – Перестань пытаться руководить. – Он укусил меня за плечо. – Наслаждайся. Здесь и сейчас все идеально.       Он подчеркнул свои слова, прижавшись к моей заднице, его эрекция терлась о меня.       – С этим трудно поспорить, – хмыкнул я.       – Откинь голову назад. Хочу поцеловать тебя. – Он лизнул мое ухо и издал счастливый звук, когда я подчинился. Его губы нашли мои в темноте, над нами танцевали огни улиц, и это действительно было идеально. Его поцелуй – горячий и страстный. Его рука на моем члене – уверенная и сильная. Его толчки навстречу мне – целеустремленные и властные.       – О. Мне нравится. – Я выдохнул смешок, прижавшись к его губам.       – Не удивляйся так. – Он поцеловал меня в щеку, а затем слегка сдвинулся, так что его член оказался между моими бедрами, скользя по моей промежности и яйцам так, что при каждом толчке по моему позвоночнику пробегала электрическая волна.       – Я определенно возбужден. – Я попытался рассмеяться, но из моих губ вырвался скорее стон, когда он крепче сжал мой член. – Блядь.       – Тише.       – Упс. – Я повернул голову, чтобы заглушить любые звуки в подушке, и мы лежали так несколько долгих минут, он двигался на мне, поглаживая мой член долгими неторопливыми движениями. Я попытался лечь на спину и позволить удовольствию нарастать медленно, но это было слишком хорошо, и, в конце концов, я начал толкаться ему навстречу.       – Гидеон, – шепнул он отчаянно мне на ухо. – Ты доведешь меня до оргазма.       – Да. Пожалуйста. – Обычно я контролировал темп, и быть в его власти оказалось неожиданно сексуально – ждать, пока он позволит мне кончить. Мой член отчаянно хотел, чтобы он ускорил движения руки, но терпение доставляло своеобразное мучительное удовольствие.       – Ты тоже. – И как будто прочитав мои безмолвные мольбы, он действительно ускорил ритм, двигая рукой сильнее и быстрее. – Давай.       – Вот так. Так, – прошептал я, дыша так же тяжело, как и он. Он стал сильнее сжимать меня в конце каждого движения, и оставаться тихим и терпеливым становилось все труднее. Я прикусил подушку, чтобы не стонать, но тогда он откинул мою голову назад, чтобы поцеловать. Его рука на моей шее была горячей. Властной. Жадной, как и его поцелуи, которые он дарил мне, двигаясь все быстрее.       – Да. – И я был его, двигаясь вместе с ним, все быстрее и быстрее, пока мы не поглотили стоны друг друга. Он, казалось, яростно стремился заставить меня кончить первым, но только когда его толчки стали прерывистыми, я позволил его руке довести меня до пика. Мой оргазм продолжался и продолжался, бесконечные нежные волны, пока он доил мой член рукой и постепенно замедлял свои движения. И все же мы целовались, обмениваясь небольшими вздохами и смешками.       – Прекрасно, – вздохнул я, когда мы наконец разъединились, липкие, грязные и абсолютно чудесно совершенные.       – Ты заставляешь меня хотеть, чтобы огни горели круглый год. – Пол поцеловал мое плечо. Я говорил не о виде, и даже не открывал глаз в течение нескольких долгих минут. Пол, может, и хотел больше Рождества, но я хотел больше его. Я хотел все, что он мог мне дать.