Глава 7. Смотри на небо!
29 декабря 2025 г., 17:59
Всполохом света пронизана вечность
Путь во Вселенную, зов в бесконечность!
Утро Тэхёна началось с приятностей. Немного размяв помятые бока и шею — а они так и заснули вдвоём на узком диване — он, слегка расстроившись, что Чонгук успел куда-то деться, и ему не удалось понаблюдать за его красивым, чуть детсковатым лицом, встал и двинулся на запах кофе и сырников, доносящийся со стороны кухни. Чонгук в его штанах и фартуке на голый торс суетился у плиты, напевая незамысловатую мелодию и пританцовывая. Заметив Тэхёна, замолчал и улыбнулся. Красивая улыбка, открытая и нежная. Такая, на которую невольно залипаешь. Вот и Тэхён залип, не в силах отвести взгляд. — Я постарался приготовить то единственное, что у меня хорошо получается, — махнул головой Чонгук в сторону накрытого стола. — Уж если у меня не получилось обаять тебя своей шикарной задницей, придётся показать другую свою сторону. — Мне нравится. Обе твои стороны мне нравятся, — просто сказал Тэхён, садясь и отпивая ароматный напиток. — Вкусно. Чонгук просиял. А Тэхён вновь засмотрелся на него. Теперь уже при тусклом дневном свете, мягко падающем на юное лицо и подсвечивающем тенями огромные тёмные глаза, в которых при желании можно утонуть, и никто его не спасёт. И, наверное, это тот самый случай, когда он не хотел быть спасённым. Всего несколько часов прошло с того момента, как Чонгук ему открылся, а между ними уже было столько интимного. Их тихие разговоры, прикосновения, взгляды, флирт и даже ночь, которую они провели, обнимая друг друга. Так много, так тесно. Он чувствовал, как непривычные, но такие острые и вкусные ощущения накатывали лавиной, и понимал, что хотел бы оказаться под нею полностью. Чонгук ему понравился. Продолжи они в том же духе, и он в него очень быстро влюбится. А вот то, что влюблён сам Чонгук, тот даже не скрывал. И нет, дело не только во флирте. Это чувствовалось в каждом взгляде, каждом жесте, обращённом к нему. Он смотрел на него как на чудо, прикасался к нему как к святыне, и, даже несмотря на похабщину, то и дело вырывающуюся из его рта, Тэхён чувствовал нежность и умилялся тому, с каким рвением тот ищет в нём ответную. Чонгук открыл форточку и потянул носом морозный воздух. — Сегодня небо будет гореть зеленым. Ты знаешь, что это значит? Тэхён покачал головой. — Мы, волки, верим, что тот, с кем удастся увидеть сияние в рождественскую ночь, — наша судьба, — он серьёзно посмотрел на него. — А хочешь, я познакомлю тебя со своей стаей? — Хочу, — быстро ответил тот. Конечно же Тэхён хотел! А кто бы не. — Это же не опасно? Чонгук уставился на него, явно подбирая слова. — Ой, ну слушай, ты буквально затолкал ночью в машину волка и привёз домой, думая, что это просто грустная подбитая собака. А потом ты позвал в гости троих матёрых волчар, потому что они мои друзья. Тэхён, и ты после этого спрашиваешь, не опасно ли знакомиться с моей стаей? Серьёзно? Да о тебе там уже как минимум легенды слагают, как максимум — ко мне сосватали.***
— Ого, здесь так много корейцев, — удивлённо прошептал Чонгуку на ухо Тэхён, когда спустя пару часов они приехали на территорию стаи. — Джеки Чан покрыл множество волчиц по всему миру, — с гордостью ответил Чонгук. — А кто это? — Ночью всё расскажу и покажу. Уверен, тебе понравится, — подмигнул Чонгук, похабно улыбаясь. — Кстати, Чонгук, ты же мне так и не рассказал, что делал ночью на дороге. — Бегал. — Странно, но фут… — Заткнись, — заржал Чонгук. — Не продолжай. Баян же, ну. Охотился я, короче. Заяц успел перед тачкой проскочить, а я нет. — Ой, Чонгуки, ты жениха своего привёл? Тебе удалось его оседлать, наш маленький анальный дебошир? — словно из ниоткуда перед ними возникли трое друзей Чонгука, преградив им путь. — Тэхён, это Вонсок, Бомгю и Магнус, мои невоспитанные друзья, — закатил глаза Чонгук. — Ты их уже видел на днях. — Здравствуйте, — слегка поклонился по старой корейской привычке Тэхён. — Ёб твою налево, чувствую себя царём, — восхитился опешивший от такого приветствия Магнус и протянул Тэхёну руку. — Не материтесь при моём парне! — сердито зыркнул Чонгук на друзей. — Он нежная фиалочка. Парни недоверчиво окинули взглядом крупную плечистую фигуру «фиалочки» и покрутили у виска. Ну да ладно. Хочет Чонгук в благородных и воспитанных поиграть, так и быть, они подыграют. — Тэхён, а Вам нравятся сериалы? — чинно поинтересовался Вонсок с таким видом, будто он в театре с моноклем в руках рассуждает о постановке. — Ну, да? Дорамки люблю смотреть, bl-лакорны там, — растерялся от неожиданного вопроса Тэхён. — А что Вы думаете о турецких сериалах… — Тэхён, а ты не мог бы познакомить меня со своей соседкой? — неожиданно спросил Магнус, и на него в недоумении уставились четыре пары глаз. — Ну что?! Симпатичная. — Это же Сокджини! И Намджун. А что они тут делают?! — вдруг воскликнул Тэхён, тыча пальцем в парочку. — Так они со вчерашнего дня тут торчат. Намджун всю стаю на уши поставил, когда пару свою знакомиться привел. — Пару? А почему привёл именно к вам? Погодите-ка… Чонгук? — Ага. — Намджун и есть тот самый знакомый оборотень?! Ну конечно! Как я сразу не догадался. У нас с тобой он единственный общий знакомый, разумеется, ты говорил о нём, — хлопнул себя по лбу Тэхён. — Началось, — шёпотом произнёс Чонгук и развернул лицо Тэхёна к небу. — Как оно прекрасно, Тэхён! Небо, озарённое сине-зелёными всполохами яркого северного сияния, было поистине великолепно. Чонгук смотрел на него, будто заворожённый, и в какой-то момент взял Тэхёна за руку и нежно сжал, согревая и поглаживая. — Смотри, смотри, оно будто танцует, — он перевёл сияющий от восторга взгляд на Тэхёна, что неотрывно смотрел на него, и стушевался. — А ты почему не смотришь? Неужели не нравится? Я знаю точно, что в Корее такого нет. — Нравится, Чонгуки. Но знаешь что, — улыбнулся Тэхён, разглядывая удивлённое лицо, которое хотелось сжать в ладонях, — я ведь могу его видеть, даже не глядя на небо. В твоих глазах его отблески кажутся ещё прекраснее, поэтому позволь мне… наблюдать за сиянием… в отражении… пожалуйста, не закрывай глаза. И он приблизился к его губам, мягко их накрывая. Нежно выдохнул, смешивая два дыхания, сжал руками тонкую талию, притягивая к себе, и целовал, целовал, целовал, чувствуя, как тонет в чёрных блестящих омутах, ловя отражение небесного зимнего пламени. — С Рождеством, Чонгуки. Я загадал в этом году тебя. И знаешь что? Я очень-очень счастлив.
