Вальс снежинок

      На улице сейчас под минус тридцать. Ветер сильный, северный. Снега по колено. Не дай бог оказаться в такую погоду на улице. Тогда почему чëрно-серому так холодно в родительском доме? Отопление есть, камин горит, даже термометр, висящий на стене, показывал +15 градусов цельсия. На жильцах, как и на госте были надеты свитера, а на столе стояли кружки с горячим чаем. Тогда почему ему всë ещё холодно? Почему окрашенные в бежевый цвет стены так сильно отдавали холодом? Почему так сильно леденели руки от нахождения рядом родителей?       — В компании всë идëт хорошо. Я получил несколько премий за год, а генеральный директор поговаривает о том, что хочет назначить меня в качестве приемника, когда выйдет на пенсию, — рассказывал о своей работе Мефилис, нервно перебирая пальцы. — Но в последнее время я чувствую себя не очень хорошо. Наверное слегка простыл…       — Вижу карьера у тебя идëт в гору. Молодец, сынок, — говорит отец, не замечая слов о плохом самочувствии сына.       — Нашëл невестку? В твоëм возрасте уже пора об этом задумываться, — говорит мать, игнорируя что еë сыну плохо.       — Мам, я ведь говорил, что мне нравятся парни… — с неловкой улыбкой напоминает мужчина.       — Ты всегда был шутником, милый. Но тебе действительно пора задуматься о поиске невесты. В конце концов негоже нашему сыну прослыть неудачником, не способным найти достойную женщину, — слова матери резали словно нож, раня до глубины души.       Бледные губы растянулись в ещё более неловкой улыбке, чем раньше. Внезапно на его телефон пришло сообщее. Звук оповещения разнëсся эхом по комнате, чем владелец смартфона незамедлительно воспользовался.       — Ох, меня срочно вызывают на работу. Боюсь мне надо идти, — уверенно говорит чëрно-серый, маскируя свою ложь. В сообщении была фотография чëрной кошечки от Сильвера.       — Что ж тогда иди.       — И помни, не подвиди нас.        Бледные губы сжались в тонкую трубочку. Почему от их слов так больно? Покинов родительский дом Мефилис ощутил как ему стало легче дышать. Пускай гадкий ветер со снегом пробираются под ворот, пускай по телу проходит дрожь от холода, пускай перед глазами ничего не видно, зато на душе так легко стало. Идя по заснеженным улицам ëж старался забыть слова родителей. Их было слишком больно помнить. Вскоре шаги переросли в бег, а рука сама потянулась к вороту пальто, чтобы укрыть шею. Глаза давно накрыла пелена, а в ушах стоял белый шум. В голове ровно как и в детстве начал нарастать клубок неприятных мыслей, заполняя собою разум. Неизвестно сколько бы он так бежал, и куда, если б не наткнулся на знакомый с детства винтажный магазин. Свет герлянды озарил его, а свет за ветриной вновь заставил обратить внимание на товары магазина. Игрушки. Как всегда много винтажных игрушек, начиная от обычных мягких, заканчивая довольно необычными со сложным механизмом. В голове сразу же всплыли воспоминания о том как он вместе с Сильвером не раз наблюдали за этой ветриной магазина. Как впервые встретились, как здесь зародилась их странная дружба. Бледные губы расплылись в расслабленной улыбке, на душе стало не только легче, но и тепло. Уже собираясь зайти в магазин, а позже там же вызвать такси до дома мужчина почувствовал сильный удар по голове. И в момент когда его тело безвольным грузом полетело вниз, его голову посещала лишь одна мысль: «Как там Сильвер?».

*****

       В маленькой съëмной квартире разносился шелест упаковочной бумаги. Сидя на кровати, серебристый ëж упоковывал подарок для самомого близкого ему человека. Завязав бантик, на его щеках появился ели заметный румянец, а губы расплылись в улыбке от проделанной работе.        — Надеюсь ему понравится, — проговаривает парень, убирая не большую, но нарядную коробку в ящик. В голову невольно проскользнули воспоминания, которые впрочем и прдали идею для подарка.        — Миша, — тринадцати летний Сильвер подбегает к другу, стоящему возле одного из магазинов. Тот по всей видимости что-то внимательно высматривал, ибо не заметил обращения к себе. — Миша! — уже более громко и злобно гаркнул юнец.        — Ой, привет, Селя, — от чужого громкого голоса Мефилис заметно вздрогнул. — Извини, что не заметил тебя. Видимо я увлëкся.        — По тебе видно было, — слегка обиженно произнëс серебристый. — На что ты вообще смотрел? — заглянул в ветрину, в которую ранее смотрел его друг. Неожиданно для золотых глаз, перед ними раскинулась целый постамент кукл. Самых разных, начиная от стандартных пупсов, заканчивая куклами высотой с ребëнка, наверняка со сложным механизмом или вроде того. Честно говоря узнать, что этот серьёзный парень увлекается чем-то подобным было действительно удивительно.        — Наверное испытывать любовь к куклам, будучи парнем странно, — чëрно-серый наклоняется, чтобы поровняться с другом. — Но какие же они всë-таки красивые. Особенно вот эти, — указывает на кукол по размеру больше напоминающие барби. — Они такие изящные, такие красивые, такие милые. И причём они могут быть не только в своих очаровательных платьяцах, но в самых разных одëжках: военная форма, спортивки, байкерский прикид. Перечислять можно бесконечно. И их всех так и хочется взять на руки, чтобы рассмотреть каждую деталь в их образе, — ярко-зелёные глаза сияли, пока их обладатель рассказывал о своей страсти. От этого, глядя на друга, Сильвер невольно покраснел.       — А почему… У тебя в комнате нету ни одной? — зелёные глаза, моментально потухли от этого вопроса.        — Родители, — это было единственным, что сказал он в ответ. Большего впрочем и не требовалось. Юнец не по наслышке знал какие у его друга строгие родители.        — Я не считаю твоë увлечение странным. Мне тоже нравятся эти куклы, хоть возможно и не так сильно как тебе.       С тех пор многое поменялось. Когда Мефилис купил свою квартиру, он наконец-то мог покупать то, что в детстве ему было не доступно то, что «отвлекало» бы его от учëбы: комиксы, какие-нибудь игрушки, книги с жанром фэнтези или научной фантастикой и т.д. Ну и разумеется, главная из его детских хотелок у него тоже появилась. Куклам была выделена целая комната, с несколькими шкафами. Сильвер не раз заходил в ту комнату, чтобы посмотреть как поменялась коллекция кукол чëрно-серого. Было как и что-то стандартное, привычное глазу, так и достаточно странные экземпляры. Но какой бы не была кукла, невозможно было не заметить с какой любовью их хозяин смотрел на каждую из них. Но разумеется фаворитками в его коллекции были те самые, небольшие изящные куклы, чьи образы хотелось рассматривать до мельчайшей детали.        «— Интересно… Считает ли меня Мефилис изящным и красивым, когда я надеваю платья», — вдруг проносится в голове смущающая мысль от которой щëки моментально багровеют.        Серебристому всегда было сложно признавать, что его куда сильнее тянет к женской одежде, чем к мужской. Она всегда казалась более разнообразной, яркой, не такой серой и унылой, более изящной что ли. Все эти рюшечки, бантики и прочие детали в женской одежде так или иначе цепляли глаз. И желание надеть какое-нибудь платьице росло с каждым годом всë сильнее, а вместе с этим и угнетало всë больше. Отец и так ненавидел «девчачью» внешность сына, так что рассказать ему о подобных предпочтениях в одежде сравнимо смерти. А поделиться подобными желаниями с друзьями было страшно, ибо не хотелось потерять и так с трудом найденых близких людей. Особенно Мефилиса. Так что он никогда и никому не говорил об этом. Но в какой-то момент скрывать эту часть себя стало совсем невыносимо. И Сильвер решился рассказать об этом своему самому близкому другу. Уж лучше он сам расскажет об этом, чем прослывëт фриком от кого-то другого. По крайней мере будет готов к негативной реакции. Рассказывая о подобном, он ожидал реакцию примерно как у отца, но по итогу получил лишь добрые слова без капли осуждения.        «— Наверное именно тогда… Я понял, что влюблëн в него…», — проскользнула очередная смущающая мысль в голове, заставляя щëки багроветь ещё сильнее.        Внезапно по квартире раздался звон дверного звонка. Парень удивлëнно уставился на дверь. Соник уже как три дня в родительском доме, ключи от съëмной квартиры взять не забыл, так что это точно не он. Да и его друзья наверняка знают, что он вернулся домой. Мефилис перед тем как прийти наверняка бы предупредил, а кроме него в рл более у серебристого друзей нет. Так кто это может быть? По квартире вновь раздался звон. Арендодатель тоже отпадает, он всегда звонит, перед тем как приехать. Может кто-то из соседей? Сильвер припоминает, что в соседней квартире рядом с ними живëт одна старенькая женщина. Она часто любит готовить и уже не раз просила у них с Соником соль. Да и сверху живëт один растяпа, вечно что-то теряет и просит помощи у других. Это вполне может быть кто-то из них. Третий звонок. Парень встаëт с кровати и подходит к двери. Он уже был готов открыть внезаному гостю, не посмотрев предварительно в глазок. Но по ту сторону разносится знакомый до омерзения голос…        — Открывай, сукин сын! Я знаю, что ты там! — к сожалению этот резкий, грубые голос отца он способен узнать из тысячи. — Живо открыл дверь!        — Каким образом ты нашëл меня?! — недоволено прорычал в ответ ëж.        — Скажи спасибо своей розовой подружке. Она оказалась хорошим собеседником.        — Что…? — серебристый застыл в неверии, на мгновение ему показалось, что у него земля ушла из-под ног. Но почти сразу тонкие губы скривилимь от горькой обиды. — Проваливай. Убирайся прочь пока я не вызвал полицию.       — Я никуда не уйду пока ты не заплатишь свой долг! Я выростил тебя неблагодарная, сволочь!       Дальше вести диалог было бессмысленно. Взяв телефон с собой, Сильвер заперся в ванной и вызвал полицию.        «— Как же я от всего этого устал…», — пронеслась в его голове безрадостная мысль.        Тревоги на душе не было. К сожалению подобные ситуации происходили довольно часто во время его обучения в колледже. Отец, узнав где он учиться, стал приходить к нему в общежитие и требовать денег, за то какие великие жертвы он принëс пока ростил его. Хотя эти самые «жертвы» были его родительскими обязанностями, которые если он и не выполнял откровенно херова, то по максимальному минимуму. Благо удалось уговорить руководство колледжа не впускать этого пьяницу на территорию колледжа и общежития в частности. Однако ему всë равно удавалось находить какие-нибудь лазейки, чтобы проникнуть внутрь. Так что стоящий за входной дверью явно агрессивный и скорее всего пьяный отец, не вызывал у парня того страха и тревоги как должен был. Зато чувство негодования полыхало внутри ярким пламенем. Какого чëрта его место жительства спалили этой твари?!        — Какого дьявола ты рассказала ему где я живу?! — прокричал он стоило Эми ответить на телефонный звонок.        — Потому, что Соник достоин жить с более лучшим вариантом.       — И что это должно значить? — сквозь зубы прошипел свой вопрос.        — А то что ты сплошное воплощение опасности. Ты всегда будешь лишь агрессивной копией своего отца. Ты всегда будешь вести его за собой куда бы не пошëл. Ты всегда будешь опасен, и я не позволю подвергать опасности своих близких, что находится рядом с тобой.        Вызыв был сброшен. По плитке пришëлся не сильный удар кулаком. В горле застрял ком обиды, а глаза начало щипать от подступаюших слëз. Однако ком пришлось проглотить, а слëзы утиреть. Ещё успеет выплакаться, сейчас не время на это. Спустя почти полчаса после начала этого кошмара, шум стих. Серебристый неуверенно выглянул из ванной. Отца в квартире нет, уже радует. Выйдя из ванной замечает, что дверь на месте и облегчëнно вздыхает. По квартире вновь разносится звон от дверного званка, заставяляя студента волей не волей вздрогнуть. Он неуверенно подходит к двери и смотрит в дверной зрачок. По ту сторону стоит полицейский, значит опасность миновала.        — Здравствуйте, — приветствует копа Сильвер, когда открывает дверь.       — Здравствуйте. Спешим вам сообщить, что тот мужчина был задержан и отправлен в полицейский участок.       — Это хорошо… — облегчëнно шепчит, радуясь, что в ближайшее время этого монстра он не увидит.        — Однако, нам необходимо задать несколько вопросов.        — Как скажите. — Подобные ситуации уже случались?        — Да. Подобные случаи тянутся ещё со времён моего обучения в колледже.        — По какой причине?        Этот небольшой допрос длился около десяти минут, возможно чуть больше, чуть меньше. В конце полицейский дал парню совет подать на отца запретительный ордер, сказал где это можно сделать и пожелал всего наилучшего. Когда блюстители закона уехали студент устало сполз по входной двери. Он уже хотел облегчëнно выдохнуть, что кошмар на сегодняшний день закончился, когда на телефоне раздался звонок.        — Соник…? — невольно сорвалось с его губ, когда он увидел кто ему звонит. Предчувствуя не самый лучший разговор, он всë же решается ответить на звонок.        — Сильвер, что происходит? Мне сейчас звонила Эми и рассказала, что в нашу квартиру кто-то ломится, — знал, что будет горько, так почему сейчас настолько плохо?       — К тому моменту как ты вернëшся я уже съеду.       — Что? Подожди-        Вызов был сброшен. Щëки стали обжигать горячие слëзы. Накинув на плечи куртку и наспех заперев квартиру, студент выбежал на улицу. Не смотря на бушующую метель и залетающий под ворот снег, он бежал не останавливаясь едва ли не падая из-за скользкого льда. Плевать что снег больно бьëт по щекам, плевать что ветер обливает тело холодом, плевать что кончики пальцев по немного немеют. На нëм только лëгкая домашняя одежда и его старенькая куртка. Где-то на дне домашних штанов находится ключ от квартиры, а в руках на половину разряженный телефон, который так и норовит выскользнуть из подрагивающих пальцев. Наверное с такой «прогулочкой», он наверняка заболеет. Но плевать, плевать, плевать. Если это поможет убежать от боли, то пусть хоть в ледышку превратиться. Но в какой-то момент его ноги подкашиваются и он кубарем падает в снег на безлюдной улице. Парень срывается на истерические рыдания. Он сгибается пополам и чуть ли не принимает позу эмбриона от боли. Только не понятно это боль от падения, или от предательства некогда близкой подруги. Рыдания становятся всё громче, заглушаемые метелью. Горло болит от столь долгого отчаянного крика, а дорожки от слëз начинают покрываться тонким слоем льда. К концу слëзной истерики он уже обессиленно валялся в снегу, обдумывая, что можно сделать в сложившейся ситуации. Возможно если б не свет ярко-зелёных глаз, то он бы уже сдался и просто остался бы лежать на холодном снегу. Спустя энное количество времени, на его разряженном телефоне вновь раздаëтся звонок. Непонятно зачем он ответил на него, хотя прошлый такой не закончился ничем хорошим.        — Да?        — Здравствуйте, вы Сильвер Лайт?        — Да Всë верно. Что-то случилось?       — К сожалению спешим сообщить вам, что Мефилис Иморатолис попал в больницу. И так как вы были указаны как экстренный номер…       Дальше слова на том конце трубки были как в тумане. Внезапно у обессиленного тела появляются силы чтобы подскочить с места и отправится в нужную больницу. Пускай сам ëж и будет страдать до конца времëн, но проходить через это своему лучшему другу он не позволит.

*****

       — Вы в порядке? — обеспокоенно спросила медсестра, смотря на полуроздетого (имеется ввиду без тёплых вещей), дрожащего и мокрого от снега парня.       — Да… — сквозь отдышку отвечают ей. — Где Мефилис Иморатолис? Я могу встретиться с ним?       — А вы…        — Сильвер Лайт, я был указан у него как экстренный номер.        — Ох, в таком случае конечно. Он как раз недавно очнулся. Прошу за мной.       Женщина провела серебристого на второй этаж, а там уже и до нужной полаты. Ëж немного мялся не решаясь войти внутрь. Его рука неуверенна сжала ручку и так же неуверенно, но тихо открыла дверь. Внутри на одной из коек лежал Мефилис. Его голова была перемотана бинтом, к одной из рук была подключенна капельница. Взгляд ярко-зелёных глаз был направлен на окно, наблюдая за падающими хлопьями снега. При этом был он скучающим, усталым.       — Привет, — тихо поздоровался Сильвер, проходя внутрь. Взгляд мужчины тут же переключился на него. Смотрели на него при этом как на призрака, словно не понимая кто перед ним сейчас стоит, но спустя несколько минут на бледных губах расплылась счастливая улыбка.        — Селя! — радостно сказал их обладатель, попытавшись встать с постели.       — Лежи, лежи. Я и сам могу подойти, — говорит парень, проходя к койке и обнимая своего друга. Он чувствует как тот обнимает его в ответ свободной рукой. — Как ты попал в больницу? — спрашивает он, надавливая на плечи старшего, заставляя лечь обратно в постель.       — Ну, я стоял возле нашего любимого магазина и смотел на его витрину, когда ко мне сзади подошёл какой-то мудак и огрел чем-то по голове. Он собирался меня ограбить, но к счастью мне помог владелиц магазина. Ему не удалось поймать вора, но зато он смог остановить его и меня оттащить в магазин, пока ехала скорая, — Мефилис рассказывал об этом в привычной весëлой манере, будто ничего особого не произошло. Но на глубине бархатного, немного хриплого голоса слышалась боль.       — Голова сильно болит?        — Немного. Врачи сказали, что у меня случилось небольшое сотрясение, но сейчас всё в норме. Отлежусь три дня в больницы на всякий случай, а там уже и домой можно.        — Ясно… Хорошо, что ничего серьëзного не произошло, — вздох облегчения сорвался с тонких губ.        — Да… Жаль только, что про тебя того же не скажешь.       — А?        — Не притворяйся глупым, Селя. Ты в лëгкой домашней одежде, по верх которой накинута куртка, а на ногах у тебя какие-то летние кросовки. Спасибо хоть не в тапках ко мне прибежал. Так ты ещё и мокрый, — перечислял мужчина и пару раз наглядно показал на очевидные улики какого-то проишествия. От этого ëж напротив покрылся яркой краской. — Ну, признавайся. Что произошло?        — Ничего такого.        — Селя, я знаю тебя лучше всего в этом мире. Даже лучше чем себя, — он проводит рукой по чужим иглам. — И если бы у тебя и вправду не случилось ничего такого, ты бы не прибежал ко мне весь мокрый, — вновь провёл рукой по чужой макушке, не взирая на влагу под ней.        — …        — Ну же, ты же знаешь я бы не стал осуждать.        — Я… Из-за отца мне срочно нужно съезжать из квартиры. Я подумывал пожить у тебя на время обучения в колледже, но сейчас просить об этом как-то неловко, — всё же сдался серебряный и неохотно рассказал в чëм дело.        — Хм, вроде у меня была с собой копия ключа…        — Э...! Не надо! Лучше о себе сейчас побеспокойся! Я найду какое-нибудь решение!        — Тебе бы тоже не помешало воспользоваться своим же советом, — ярко-зелёные глаза хитро блеснули, заставляя замолчать собеседника. — Сильвер, меня не затруднит впустить тебя пожить. В моей квартире хватит места для нас двоих, к тому же мне парой бывает в ней довольно одиноко. Так что не беспокойся.        — Ты уверен? Всё же ты сейчас лежишь в больнице…       — Полностью. Да и не преувеличивай моë нахождение здесь. Мне просто надо отлежаться здесь три дня не более, — мужчина хотел ещё что-то сказать, но внезапно на него налетел парень с объятиями, крепко вжимаясь ему в грудь.       — Спасибо… — лишь тихо слетает с его губ.        А за окном тем временем продолжает идти снег, опадая на землю пушистыми белыми хлопьями.