и цветок, и меч

— чтобы ты ни узнал, молчи. ради эшборна. — старый рыцарь наставлял оруженосца. за этим крылась тайна, скользящая в речи шёпотом, и исаака будоражил факт его причастности к «высокой политике». ему и ещё нескольким рыцарям, постарше и опытнее, было доверено дело совершенной секретности: поиск пропавшей принцессы. «наш король так мудр, что, несмотря на горе, решил не поднимать шум и не тревожить народ. смог бы я также, если бы мою дочь похитили?..» — размышлял исаак, складывая немногочисленные вещи в суму. предусмотрительно решил взять с собой куски вяленого мяса, хлеба и сыра, бутылёк с вином; кошель с монетами, верёвки, кремень, иголки, нитки, ножи.. а также несколько мазей от травницы, чей образ живо возникал перед глазами: созвездие веснушек, громкий голос, запах цветов, смешанный с горечью лекарств. недавний разговор оставил на нём неприятный осадок. он был одним из тех, которые ты прокручиваешь в голове перед сном, думая, что следовало ответить иначе, быть мягче. исааку же тяжело давалось думать наперед, тем более, о чувствах других людей. и! тем более, девушек. но теперь, ему хотелось попрощаться. он не планировал умирать, нет, конечно же не планировал. однако, какое-то жалостливо-грустное чувство тянуло исаака к окнам её комнатки. быть может, сердце рыцаря ещё не остыло к ней, а может, это же сердце не хотело оставлять «неудобный» образ юноши, не могло позволить ему остаться в её глазах «плохим» — ведь это так не к лицу рыцарю. — мессир, вас ожидают. — из-за дверей раздался звонкий голос мальчишки-оруженосца робби, отправленного одним из рыцарей. он, очевидно, был использован исключительно для исполнения поручений, ведь такого неоперенного птенца бы не отправили в поход. — да, иду. — уложив арбалет поверх всех остальных вещей, он, схватив суму, вышел, оставив позади светлые, юношеские годы. взволнованный предстоящим путешествием, исаак жерве оставил там же и мысли о жози, позабыв совсем о несвершённом прощании. в пустом дворе уже стояли пятеро, в ожидании самого младшего из них. из-за своенравных солнечных лучей, падающих на пускай и скромные, походные доспехи, каждый из них сиял: величием, славой, рыцарской доблестью. — исаак жерве, я полагаю. — первым заговорил мужчина с лёгкой проседью в золотых волосах. в его голосе читалась холодная сдержанность, — нам следует представиться, раз уж сир эдвардс сделал вас частью нашего отряда. — он, явно, приложил немало усилий, чтобы скрыть пренебрежение к новичку. — меня зовут.. — умеете же вы нагнетать, шевалье де вердуа! — вдруг встрял второй рыцарь, моложе первого, блеснув юношеским задором в правом глазу; левый был закрыт кожаной повязкой. — люсьен, попробуйте быть проще к людям. глядишь, не чурались бы вас. — прервав старшего на полуслове (тот было хотел что-то возразить), он продолжил, — готфрид фон штернфельс, рад знакомству. и наш великий люсьен-белое крыло-де вердуа. — готфрид, обезоруживающе улыбнувшись, кивнул в сторону недовольного таким раскладом мужчины. — рейнард вулфхарт, — отчеканил без лишний эмоций стоявший справа от готфрида мужчина. он был высоким, на голову выше исаака, но звук его голоса показался парню внезапным, ведь до этого, как будто, рейнарда здесь и не было - таким тихим он был. рыцарь кивнул ему, и, словно не зная, куда себя деть, решил заняться делом: отправился к лошадям, чтобы закинуть на них седельные сумки. — альрик греймейн, будем знакомы, послушник, — его тяжелая рука опустилась на спину жерве, заставив того пошатнуться. густая борода обрамляла лицо альрика, создавая образ рыцаря-медведя, вдобавок ко всему владеющего массивным двуручным мечом. — бодуэн де монвуазен, можно просто «бо». — на секунду показалось, что солнце засветило с большей силой, когда заговорил бо. его комплекция не отставала от альрика, но воздух вокруг был таким мягким и тёплым, от чего невольно хотелось улыбнуться. так и поступил исаак, про себя отметив, что в речи, в произношении слов, он услышал нечто до боли знакомое. молодой рыцарь выглядел щенком на фоне этих мужчин. он слышал о них немало: гувернёры рассказывали истории, казавшиеся небылицами, хоть и были правдивы; его сеньор, сир эдвардс, не раз упоминал «пирата» готфрида, как несносного мальчишку, который сбегал с вечерних занятий и даже умудрился потерять глаз; бодуэн и альрик сами посещали тренировки оруженосцев, показывая некоторые боевые приёмы. исаак нервно мялся на месте, кивая каждому сиру в ответ на его представление, иногда даже несколько раз. звёзды королевства, наследники дворянских родов теперь стояли перед ним, без особой охоты, но тем не менее раскрывая свои объятия ему, ребёнку из небогатой семьи, который по случайности оказался здесь. однако, это был его шанс. его доспехи будут сиять также, его имя будут повторять с уважением и трепетом, и он! а не кто-то другой будет встречать новичков, провожая их в первый поход. — кхм, — люсьен привлёк к себе внимание тактичным кашлем, — что ж, раз мы все в сборе, предлагаю не терять времени. исаак, с лошадью управишься? — что? — вопрос вырвался сам, от напряжения, а не от того, что он в самом деле не услышал, но старший рыцарь не собирался повторять. — а.. да, да, конечно. — тогда все направились к своим лошадям. каждый мужчина, не думая ни секунды, пошёл в сторону своего животного, оставляя исааку проверенного, зрелого курсея - быстрый, лёгкий конь песочного цвета был идеально подобран под его комплекцию. взгляд невольно упал на четверку мускулистых дестриэ: вороная кобыла рейнарда, серый конь люсьена, рыжий - альрика и гнедой - бодуэна. двое последних славились сумасбродством характеров, в то время как другие были спокойны и выдрессированы. — они от одной матери, — прозвучало за спиной исаака, заставляя обернуться. готфрид уже сидел на своём, таком же курсее, соловой масти. пусть черноволосый хозяин с его лошадью создавали безумный контраст, кажется, именно в таком хаосе им было комфортнее всего. — кто? — непонимающе выдал жерве. — моя веспера и бард. — он указал на коня, ждущего своего седока. — не смотри, что он курсей! из молодых коней этот - золото. твой сеньор тебя балует. — его глаз прищурился, когда он говорил это. исаак позволил себе выдавить неловкий смешок, чем ещё сильнее развеселил штерна. теперь он наблюдал, как неумело юный рыцарь пытается залезть на коня: бард недоверчиво дергался в сторону, отводил шею с поводьями, но в итоге сдался и даже немного наклонился, для удобства. — а.. почему.. веспера? — ису было необходимо перевести дух, но хотелось казаться в глазах старших не меньшим профессионалом. — ты об имени? или почему я выбрал именно её? — и вновь улыбка украсила лицо готфрида. — сначала я думал об имени.. но теперь, когда ты упомянул.. — исаак взял в руки поводья, наконец чувствуя себя наравне с «пиратом». — она красивая. когда увидел, сразу подумал - моя будет. решил оседлать, так она мне глаз и выбила. точнее, ударила то в висок, а вот кость.. — разговор об этом его будто увлекал, а не напоминал о травмирующем событии. юноша поморщился, однако прервать готфрида не посмел, да и надобности в этом не было: тот всё понял сам, рассмеявшись. — а веспера.. потому, что теперь она - освещает мне путь, как звезда. — исааку показалось, что он заметил, как штернфельс подмигнул ему невидящим глазом. у каждого из них была своя история. победы за спиной, верные лошади, привыкшие к ним, оруженосцы на обучении, сияющие латы. каждого с другим связывает дружба, сражение, не одна ссора. каким же далёким для него казался этот мир.. и как же сильно он хотел к нему приблизиться.