Глава 13. Габриэль Ван Дейк
20 декабря 2025 г., 17:43
Выйдя на улицы Сэндхолла, взгляд сразу приметил карету, которая ждала меня. Вовремя. Однако нужно было сделать еще кое-что, чтобы план сработал.
— Куда направляемся, господин?
— В Лунную Деву.
Кучер присвистнул на мой ответ, на что не получил никакой реакции. Он еще о чем-то болтал, пытаясь расположить меня к себе, похоже, снова надеялся на дополнительные монеты. Я уже его не слышал, погрузившись в раздумья.
Руперт придет на казнь, мне нужно все устроить так, чтобы мисс Хартли отпустили. Местный инквизитор, который поймал ее, так же будет присутствовать. И это все, если не учитывать, что по меньшей мере половина города придет смотреть на это. Я тяжело вздохнул, потирая виски, затем сверился со временем. Уже одиннадцать утра. Тревога поднималась внутри меня, мысли о том, что могу не успеть или что-то пойдет не так, не покидали головы. На возможные проблемы находились решения, а на них – новые проблемы, и так по кругу.
— Приехали, говорю, господин! — повышенный тон кучера привлек внимание, тяжелые мысли все никуда не делись, лишь остались неприятным осадком на душе.
В ответ я кивнул ему, бросив мимолетное «благодарю» и оставил несколько лишних монет, выходя из кареты. Оглянувшись по сторонам, стало заметно темнее, тучи не давали солнцу ни единого шанса хоть немного согреть этот город, словно все благословления, что могла дать природа, Сэндхолл не заслужил. Немного поежившись, прикрыл шею воротом плаща от холодных порывов ветра, и уже через некоторое время была видна вывеска паба, в который я держал путь.
Как только вошел внутрь, меня сразу же встретила теплая и по-своему уютная обстановка. Народу было много, и каждый мог отвлечься от проблем и хмурой обстановки за окном. Кто-то без перерыва пил, прося добавки, кто-то, уже изрядно охмелев, танцевал. Девушки плясали со своими партнерами, весело кружась, они держали друг друга под локоть и затем хлопали в ладоши, переходя к случайному человеку, который был неподалеку, чтобы продолжить танец с ним.
Мой взгляд пробегал по людям, ища одного конкретного человека. У меня были догадки, что Руперт ходит сюда часто, ведь здесь мы познакомились, да и выглядел он в нашу недавнюю встречу каким-то напряженным. Будем надеяться, что он придет сюда расслабиться. В любом случае, меня насторожило то, что и мисс Хартли упоминала об этом пабе. Даже если Руперта не будет, смогу хотя бы разузнать о том, кто предлагает работу за обещание исцелить. Потрачу время с пользой, но в таком случае на казни придется импровизировать. Я снова тяжело вздохнул, продолжая искать своего «приятеля».
— Добрый вечер, сэр, рады видеть вас в «Лунной Деве», желаете чего-нибудь? — предо мной предстала девушка, которая излучала добродушие и готовность услужить, пришлось отвлечься на нее. Я заметил, как она оглядела мою одежду, а затем улыбнулась еще лучезарнее.
— Сидр, будьте любезны, — мой голос был спокоен и так же немного имел оттенок дружелюбия, но, стоит отметить, я особо не задумывался, что заказать, сказал то, что первое пришло в голову, чтобы меня могли оставить в покое. Она кивнула и скрылась в толпе, ловко лавируя между посетителями.
Через некоторое время мне принесли напиток, и я, не глядя, вложил несколько монет в женскую ладонь. Девушка, казалось, засияла от счастья и, пожелав мне приятного вечера, уже хотела уйти, как вдруг остановилась и склонилась к моему лицу.
— Сэр, могу ошибаться, но, кажется мужчина справа от вас наблюдает за вами, — затем она выпрямилась, сделав вид, что я предложил ей что-то непристойное, и ушла, оставив после своих слов тяжелый осадок.
Оборачиваться не решился, да и в целом пытался вести себя естественно, пришлось немного отпить из кружки, создавая видимость того, что я такой же посетитель, как и остальные. Нервозность в груди начинала расти, что контрастировало с веселой музыкой и царящей атмосферой вокруг. Кто следит за мной и что ему нужно? Раз он не скрывает, что наблюдает за мной, так почему бы просто не подойти ко мне? Внезапно мое внимание привлек человек, вошедший в паб, он снял шляпу, небрежно стряхнув с нее капли дождя. Руперт.
Первым моим порывом было сразу же направиться к нему, но знание того, что незнакомец где-то неподалеку, заставило еще какое-то время остаться на месте. Это не должно выглядеть подозрительно, ему совсем не следует знать, для чего я здесь. Противясь желанию соскочить с места и сделать все как можно скорее, старался вести себя непринужденно. Затем в какой-то момент мои глаза «случайно» находят Руперта, и я не спеша направился к нему. Он сидел и болтал с парнем, который делал ему напитки. Завидев меня, мой знакомый вновь улыбнулся, приглашая сесть рядом.
— Ну как, разобрался с ведьмой?
Вид измученной Маргарет предстал перед глазами, мне потребовалась вся воля на то, чтобы выражение лица оставалось спокойным и доброжелательным. Располагаясь неподалеку от него, я ответил, держа свой стакан с сидром.
— Ты был прав, она ведьма, но мне также удалось узнать, что она в сговоре с другими.
Парень, стоя по другую сторону от нас, внезапно выронил стакан с еще неготовым напитком из рук, он упал и разбился вдребезги. Руперт перевел на него взгляд и посмеялся.
— Не пугайся так, Микаэль, мы всех найдем, тебе главное делать такой же вкусный эль, как ты умеешь, — затем он вернул внимание на меня, его лицо приняло более серьезное выражение, — и что конкретно она сказала?
Некоторое время я смотрел на парня, как он убирал осколки с пола, его руки заметно дрожали, что можно было списать на то, что он действительно боится ведьм, однако, тьма внутри меня не давала покоя, она словно ощущала что-то. Затем он ушел в кладовую, насколько я мог судить, и закрыл за собой дверь, но тревожное ощущение не отпускало.
— Уже сидра налакался чтоль? — голос Руперта вывел из странных ощущений, даже немного отрезвил, мой смешок послужил ему ответом на вопрос. Затем я сделал один небольшой глоток и заговорил, борясь с огромным комом чувств внутри меня.
— Есть вероятность того, что казнь сорвется, поэтому нужно устроить засаду прямо там. В любом случае, мы уже на шаг впереди и сможем застать их врасплох, я уже все подготовил.
— Каков молодец, мы ее пытали и так, и сяк, а ты воно как смог, да еще так быстро! А ну признавайся, пройдоха, как ты это сделал? — грозное лицо начальника тюрьмы просветлело, он хлопнул меня по спине с такой силой, что я еле удержался на стуле. В честь услышанного он сделал внушительный глоток эля, осушив по меньшей мере половину кружки, которая была размером с мою голову. Его движения становились более развязными и неуклюжими.
Внутри все снова заклокотало от его слов, но я сдержался, натянув фальшивую улыбку через силу.
— Солгал ей, что ее наказание смягчат, если она во всем сознается, наобещал ей того, что она хотела услышать.
— Ну лис, ну голова. Эй, выпивки моему другу! За мой счет! Где чертов Микаэль?!
Знакомая официантка подошла к нам на крик Руперта и, так как он был уже немного пьян, я помог ей отвести его за столик. Обратившись к нему, наклонился ближе, чтобы он мог расслышать меня.
— Я все закажу, посиди пока тут.
По началу он сопротивлялся, бурча что-то неразборчивое и непонятное, но затем согласился, ссылаясь на то, что, если пойдет разбираться он, пересажает в Бастион каждого встречного. Я же подошел к девушке, обратившись к ней с самым приятным тоном, каким мог.
— Вы не поможете мне, миледи? Мой друг немного пьян, но недостаточно, чтобы я мог спокойно унести его домой. Он начальник тюрьмы и день у него сегодня не задался, не хочу, чтобы он доставил вам хлопот. Можете принести чего-нибудь действительно крепкого?
— Конечно, сэр, ожидайте, — она едва заметно смутилась, а на ее щеках появился небольшой румянец.
Я же вернулся за стол к Руперту и все время, что мы ждали, отговаривал его от затеи посадить в тюрьму юношу, который по его первому зову не прибежал с элем в руках. Девушка пришла через время, которое казалось мне вечностью, с кружками на подносе. Не разбираясь и ничего не считая, уже и так хмельной мой «товарищ» дал официантке небольшую горсть монет, которой было явно много. Она забрала все побыстрее, пока он не передумал. Хоть у кого-то сегодня будет удачный день. Руперт продолжал пить, крепкий напиток в его кружке имел такой запах, словно мог бы сбить с ног, я и воспользовался его состоянием.
— Ты говорил мне, что я помог тебе с твоей женой, но не припомню, видел ли ее хоть раз, — мой вопрос не казался ему подозрительным, он почти не соображал, с энтузиазмом отвечая.
— О, она баба что надо, строгая, но справедливая, сварливая, правда, но я могу стерпеть ее нападки. Не зря же в тюрьме всем заправляю, зачастую много разных баб приводят, помогает расслабиться, поэтому я на свою почти не злюсь. Хотя не помешало бы ей знать, где ее место, ха-ха-ха! — он сделал еще один глоток, и струйка алкоголя потекла по его бороде.
Настоящее животное, которое только удовлетворяет свои потребности. Приходилось слушать все с непроницаемым лицом, пока он продолжал в красках рассказывать о своих похождениях, но я старался наводить его на мысли о своей жене почаще.
Сейчас он был уязвим, это было прекрасной возможностью воспользоваться силой, которая жила внутри меня. Но в голове все еще звенело напоминание о том, что за мной кто-то следит. Поэтому я делал все максимально осторожно.
Мы посидели с ним еще какое-то время, и когда Руперт едва мог связать два слова, я помог ему встать, позволив ему облокотиться на мое плечо. Мне приходилось тащить его тушу на себе, которая по ощущениям весила не меньше двухсот фунтов. В тот момент, пока вел его на улицу, я позволил части своей тьмы проникнуть в уязвленный алкоголем разум. Все это время необходимо было концентрироваться на том, чтобы случайно не убить его.
— Позвольте, я вам помогу, этот мужчина немного крупноват для вас.
Я резко обернулся на звук мужского голоса, благо успел сделать то, что планировал. Незнакомец был широкоплеч, да и в целом достаточно силен. Одет был в кожаный плащ довольно неплохого качества, исходя из чего я мог судить о его благосостоянии. Хорошая физическая подготовка и достойная оплата. Вариантов того, кем он мог быть, не так уж и много. Должно быть, он работает кем-то приближенным либо к королю, либо к церкви. Явно какой-то воин, либо инквизитор, хотя последние не ходят по пабам, насколько я знаю. Мои размышления ни к чему конкретному не приводили и меня это, несомненно, держало в напряжении.
Незнакомец же с легкостью подхватил почти спящего Руперта, переместив весь его вес на себя. Карие глаза что-то хищно высматривали во мне, но, видимо, ничего не найдя, он перевел внимание на дождливые улицы Сэндхолла, ухватив пьяницу поудобнее, и обратился ко мне.
— Вашему другу стоит поменьше пить, — тон его голоса стал более сухим, словно он потерял ко мне интерес, который был изначально. Обреченный ждать ближайший экипаж, незнакомец терпеливо стоял, высматривая карету.
— Верно, спасибо за помощь, сэр…?
— Габриэль Ван Дейк к вашим услугам.
— Грейем Аддерли, рад знакомству.
Мужчина приподнял бровь, снова посмотрев на меня, его взгляд был таким холодным и острым сам по себе и, каждый раз, когда он возвращал свое внимание, казалось, будто подозревал меня в чем-то. Руперт на его плече продолжал бормотать что-то невнятное, но Габриэль не обращал на него внимания.
— Тот самый, который выступает за защиту ведьм? — в его тоне сквозила опасность и небольшая неприязнь, он следил за моим малейшим движением, будто ястреб, готовый напасть.
— Так вот какие слухи обо мне ходят? Странно, учитывая, что много кто обращается в нашу контору. Думаю, что вы немного сгущаете краски, господин Ван Дейк. Но если вы хотели таким образом узнать ответ на свой вопрос – нет, я не защищаю ведьм, лишь обычных людей, которых по ошибке принимают за таковых. К сожалению, инквизиция не всегда внимательно подходит к некоторым деталям, которые в конечном счете очень важны.
В его взгляде мне удалось уловить тень недоверия, но после моих слов об инквизиции его плечи немного расслабились, и мужчина усмехнулся.
— Так и есть, они все беспросветные остолопы, неспособные на пальцах сосчитать до двух, о каком логическом мышлении может идти речь? Мать родную на костре сожгут, как только та заварит чай не с той травой, им только дай волю. Но большинство использует это, прикрывая свои грязные делишки. Терпеть таких не могу. Как и ложь в целом.
Я напрягся. Какие смелые высказывания. Выходит, знает, что никакой ответственности за это не понесет, значит, имеет определенный статус. Негативно относится к ведьмам и скептически относится методам инквизиции? Кто же он такой? Только открыл рот с намерением разговорить его, как подъехала карета. Габриэль без труда погрузил туда еле двигающееся тело Руперта и заплатил за повозку.
В это время, я снова достал часы, чтобы узнать, успею ли все устроить. Часовая стрелка на циферблате неумолимо сдвинулась на цифру «четыре», сообщая, что осталось всего три часа. Мои челюсти стиснулись почти до скрипа, а мозг начал лихорадочно перебирать варианты развития событий. Так, спокойно. Отсюда до места казни совсем недалеко, к тому же я сделал что хотел. Не могу упустить из виду этого странного мужчину.
Карета уехала, а он, положив руки в карманы плаща, уже собирался уходить, пока я не окликнул его.
— Мне казалось, что слышал о вас что-то, — ложь легко соскользнула с языка, чтобы привлечь его внимание, и, когда он остановился, я продолжил, — вы не из этого города, верно?
— Весьма проницательно. Да, я приехал из Лондона, когда услышал о том, что в Сэндхолле участились случаи исчезновения людей. О вашем переполохе вся Англия гудит, поэтому меня направили сюда, — Габриэль вновь начал оглядывать меня, словно пытаясь найти во мне то, что он мог упустить.
— Так вы следователь?
— Инквизитор Его Величества.
Я не смог скрыть удивления, на несколько мгновений не зная, что ответить. Даже дождь стих, боясь обратить на себя внимание, солнце не появлялось, трусливо прячась за темными тучами.
Дело принимает куда более серьезные обороты. Если сюда направили такого как он, мне будет тяжело проводить свое расследование, не привлекая внимания. Он не такой дурак, как остальные, и сразу все поймет. Хотя по каким-то причинам до сих пор сомневается в том, кто я, иначе убил бы на месте. Полагаю, статус Габриэля оправдывает его навыки, и мне бы не хотелось проверять это на себе. Он не увидел во мне мага? В таком случае, кто же я?
— Что ж, приятно было познакомиться, но, боюсь, мне пора. Еще раз благодарю за помощь.
Я протянул ему руку, и, когда мужчина ответил на рукопожатие, тьма внутри меня словно встрепенулась. Усилием воли заставил себя спокойно стоять на месте, хотя все во мне кричало, что что-то не так. Было сложно сказать, какие именно эмоции бушевали во мне, но их было чрезвычайно сложно сдержать.
— Мне интересно посмотреть на вашу работу, хоть обычно я не хожу на подобные мероприятия, но вы привлекли мое внимание, — инквизитор отнял руку, помещая ее обратно в карман. Возможно, мне показалось, но он едва заметно ухмыльнулся на доли секунды. Это заставило панику подняться в груди, но лишь на короткое время. Если так хочет понаблюдать – пускай, будет ставить палки в колеса, значит придется отклониться от плана и действовать на ходу.
— Если вам будет угодно, а теперь прошу меня простить, — я слегка поклонился и ушел по направлению к месту казни.
Вот теперь-то время для настоящего шоу.
Издалека уже виднелось, как люди готовят костер, копошась, словно муравьи. Казалось, их взбодрило предстоящее событие, и потихоньку начали приходить те, кто так отчаянно хотел увидеть чужие страдания, и зеваки, которым нечем себя занять этим вечером. Стоял гул, приходило все больше народу, большинство не брезговало брать с собой детей, которые могли вдоволь насмотреться на то, каким жестоким может быть мир. Из них вырастут типичные жители Сэндхолла, у которых в списке развлечений нормально иметь пункт «Смотреть на то, как человек горит заживо». Мне было тошно от того, что я нахожусь здесь, немного успокаивала мысль о том, что в моих планах предотвратить это.
Чем ближе я подходил, тем сложнее было протиснуться сквозь толпу, в какой-то момент стало противно, что мои руки вынуждены касаться их плеч в попытке отодвинуть в сторону. Те, кто сюда пришел, были мерзкими, словно самую гадкую часть человека, которая есть у каждого и которую обычно подавляют, никто не скрывал. Некоторые начинали было возмущаться, что я пробираюсь вперед, думая, что я наглец, решивший занять место с наилучшим обзором, но, как только они видели мой суровый взгляд, сразу же отступали.
Время шло, а Руперт так и не явился, что ж, следует его поторопить. Все были слишком заняты обсуждением зрелища, чтобы обращать на меня внимание, поэтому не составило труда сосредоточиться на силе внутри меня. Там, в «Лунной Деве» я, можно сказать, проклял своего названного «приятеля», запустив тьму в его разум. Все, что от меня требовалось, – это немного надавить на его волю и заставить явиться, неважно, в каком он состоянии. Сосредоточившись, мысленно воззвал к тьме, приказав Руперту через нее: «Иди на Роуз-Редж, прямо к толпе, сейчас же». Что-то внутри откликнулось – он меня услышал, остается только ждать.
Подойдя почти вплотную к заготовленному месту для казни, я мог видеть, как неподалеку проезжает экипаж со стражниками из Бастиона. Лошади остановились, и Маргарет, закованную в кандалы, вели в мою сторону. Она стала выглядеть еще хуже после того, как мы встречались в последний раз. Прошло не так много времени, но девушка еле передвигалась, ступая по холодной грязи и лужам босиком. Мне хотелось ей помочь, но народ вокруг все еще считал ее ведьмой, пришлось ограничиться лишь ободряющим взглядом.
Пока двое мужчин привязывали ее к деревянному столбу, к этому времени приехал местный инквизитор, о котором писали в газете как о герое. Он не спеша вышел из кареты, гордо вздернув подбородок, красная мантия была единственным ярким пятном среди серого Сэндхолла. Народ, который так боготворил спасителя-инквизитора, стоял в рваных обносках, люди жались друг к другу в попытке хоть как-то согреться от ледяного ветра.
— Гляньте, Филиппе дель Розарио собственной персоной прибыл, — послышалось со стороны.
Было очевидно, что он появился, чтобы греться в лучах славы, укрепляя свою власть над пустым разумом народа. Ведь можно было вложить туда любую чушь, какую захочешь, пресса и стадное чувство сделают свое дело. Он, взбираясь на каменную возвышенность, которая была своеобразной «сценой», оглядел публику властным взором, словно он здесь бог и закон.
— Каждый из нас исправно служит Господу, ведь он наша опора во всем, как бы тяжко не было. Он сближает нас, согревает, когда холодно, дает надежду в самые отчаянные времена. Но не все идут по верному пути, некоторые осмеливаются пойти против, поддавшись искушениям дьявола. И мы здесь, дабы исполнить волю высшей справедливости, перед лицом которой не может устоять никакое зло. Настал час, когда греховная душа, погрязшая в колдовстве и дьявольском сговоре, должна принести искупление в огне перед лицом Господа нашего.
Толпа соглашалась с каждым высказыванием, у редких людей можно было заметить сострадание или страх, большинство же выкрикивало «Сжечь ведьму!», нетерпеливо переступая с места на место. Инквизитор продолжал, но теперь более грозно и властно.
— Пусть этот мученик на огненном алтаре станет предостережением для тех, кто дерзнет противиться Святой Церкви и затмить свет Божий тьмою колдовства. Пусть его пример будет назиданием для нас всех, дабы верить в слово Господне!
Больше ждать не было смысла, я поднялся на место событий, притягивая озадаченные взгляды. Филиппе дель Розарио, естественно, был не доволен таким поворотом событий, его лицо приняло оскорбленно-сердитое выражение.
— Как вы смеете прерывать священный процесс?! Это непочтение Святой Церкви и самого Господа!
Я молча остановился около Маргарет, взгляд которой был полон страха и мольбы, она была такой хрупкой, словно веревки на ее запястьях могли сломать их. На ней почти не было живого места, девушка беспомощно дрожала, будучи привязанной и вынужденной принимать гнев и порицание, которых она не заслужила. «Ничего, скоро все закончится, все будет хорошо» говорил мой взгляд, прежде чем я отвернулся от нее, переведя внимание на толпу. Среди других показалось лицо Руперта, он пришел. Следует отметить, что для своего состояния мужчина выглядел довольно свежо, хоть и был все еще немного пьян.
Теперь можно начинать.
