Глава 14. Разоблачение
20 декабря 2025 г., 17:43
— Мы служим Господу Богу, это верно, и ведьм действительно следует наказывать, однако эта девушка обычный человек.
Как и ожидалось, толпа неодобрительно закричала, пытаясь обвинить меня, атмосфера становилась все тяжелее, но я продолжал, говоря уже более громко и четко, заставляя прислушиваться ко мне.
— Моя работа в том, чтобы помогать невинным людям. Представьте, что кого-то из вас схватили и без разбирательств связали, грозясь сжечь. Что, если на месте этой девушки могла бы быть ваша матушка, сестра, дочь, любовь всей вашей жизни? Так вот я здесь для того, чтобы открыть вам глаза на то, что виновник прячется совсем под другой личиной.
В какой-то момент мой взгляд распознал еще одно знакомое лицо. Габриэль только подходил к толпе, на его лице играла ухмылка, он смотрел на меня в ответ, не скрывая.
— У вас есть неоспоримые доказательства для таких громких заявлений, мистер Аддерли? Если же нет, вы разделите участь грешной души, — тон Филиппе дель Розарио сквозил раздражением и злостью, ему совсем не нравилось, что его решение кто-то оспаривал, показывая в дурном свете. Я обратил внимание на него, оторвав взгляд от людей, и с уверенностью ответил.
— Всенепременно. Я подхожу к своей работе очень ответственно. Что ж, позвольте мне внести ясность в эту запутанную ситуацию. Все дело в господине Руперте Томсоне, начальнике тюрьмы. Однажды вечером, в очередной раз сильно рассорившись со своей женой, мистер Томсон как обычно хотел утолить свои потребности с девушками, которых приводят в его тюрьму. Долгое время никто не обращает внимания на это, ведь они зачастую преступницы, да и он не привязывался к ним. Но вот незадача – рыжеволосая девушка, Маргарет Хартли, недавно попавшая к нему, никак не выходила из головы. Они проводили много ночей вместе, пока она не услышала от стражников, что у него есть жена. В последствии Мисс Хартли, чувствуя предательство, все высказала своему возлюбленному, который разбил ей сердце. Но мистер Томпсон не привык получать отказы и взял то, что хотел, силой.
— Что за вздор! Ее нашли в переулке с кошкой на руках! И не абы кто, а стража! — инквизитор покраснел, почти как его мантия, дрожа от гнева.
— Небольшое уточнение: мисс Хартли обнаружили подчиненные мистера Томпсона, они могли сказать что угодно, делая упор на том, что девушка рыжая. И так же они будут делать то, что им прикажут, не будем забывать.
— Но это же просто сказка, которую вы выдумали! Откуда вам знать о том, как и где проводил ночи начальник тюрьмы?!
— Видите ли, я знаю мистера Томпсона ближе, чем кто-либо из вас. И сегодня в заведении, которое большинство людей знает под названием «Лунная Дева», он поведал мне об этом. Он много выпил и рассказал мне все. Что мы там действительно были, может подтвердить официантка, бармен, посетители, которые там были и… — мой взгляд нашел инквизитора в толпе, — господин Габриэль Ван Дейк.
Мужчина стоял, скрестив руки на груди, его бровь немного поднялась, когда он услышал свое имя, и по его лицу можно было заметить, как он усмехнулся. «Именно так, я использую твое присутствие здесь в свою пользу» — пронеслось в голове, но я никак не показал своих намерений.
— То, что вы были в пабе, ничего не доказывает, мистер Аддерли, — процедил сквозь зубы Филиппе дель Розарио, — если ваша сказка и кружка эля с «подозреваемым» – все, что у вас есть, можете встать рядом с грешницей и придаться с ней огню.
— Ну что вы, конечно, это еще не все. Видите ли, мистер Томпсон до сих пор горячо любит мисс Хартли и не выдержит, если вы попытаетесь ей навредить. Он рассказывал мне в пабе, насколько сильны его чувства. Быть может, если бы не я, он мог позволить себе умолчать об этом, беря на душу тяжкий грех, но услышав об этом, я не смог стоять в стороне.
Все обратили внимание на Руперта, который был в шоке от услышанного, в его глазах было глубокое разочарование во мне. На лбу вздулась вена, взгляд не отрывался от моих глаз, немые пожелания проклятий и смерти застыли на огрубевшем лице, но вместе с тем начальник тюрьмы выглядел разбитым и опечаленным. Его тело немного дрожало, и стало более заметно его состояние, когда толпа немного отступила в стороны.
— Ах ты жалкая помойная крыса… Что ты несешь?! — крик вырвался из его горла, хоть его речь не была особо четкой из-за алкоголя, это не мешало гневу застилать глаза, — ты сядешь в Бастион и будешь гнить там всю свою жизнь, кусок ебаного дерьма! Клянусь, я самолично удостоверюсь в том, что каждый день твоего никчемного существования будет адом!
— Она умрет, мистер Томсон, неужели вы позволите этому случиться? Ваша единственная любовь. Разве можно жить с таким грехом, обрекая на смерть невинного? — все уставились на него, когда я сказал это и мысленно добавил, заставляя тьму снова воздействовать на него: «К столбу привязана твоя жена, ее убьют, спаси же ее!»
Разговоры о его жене, нетрезвое состояние и, конечно же, моя сила заставили его сорваться с места и побежать навстречу к Маргарет, которая была ошарашена происходящим.
— Не трожьте ее, ублюдки!
Но он не успел добраться до нее, как стражники схватили и удержали мужчину на месте. Морок туманил сознание моего «приятеля», заставляя думать, что на месте Маргарет его жена, он вырывался, однако было достаточно сложно поддерживать воздействие тьмы вне моего тела такое долгое время. Поэтому вскоре наваждение спало, и он перестал сопротивляться, будучи полностью растерянным и не понимая, что это было. Руперт затряс головой, отрицая то, что он сделал, затем снова стал пытаться вырваться.
— КАК ТЫ МОГ ТАК СО МНОЙ ПОСТУПИТЬ?! ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ?! КТО ТЫ ТАКОЙ, А?! — бывший начальник тюрьмы снова стал вырываться и кричать, брызжа слюной, — ЭТО ЖЕ ОН И ЕСТЬ ТОТ САМЫЙ ДЬЯВОЛ! НЕУЖЕЛИ ВЫ НЕ ВИДИТЕ, ИДИОТЫ?!
Народ был в шоке от разворачивающихся событий, сомнений ни у кого больше не было – мистер Томпсон сотворил ужасное злодеяние и обрек на страдания свою любовь. Хоть история местами была ложью, в одном я был прав – Руперт действительно был животным и заслуживал наказания. Без сомнений, он бы и дальше продолжал пользоваться своим положением, думая, что ему все сойдет с рук. Все когда-нибудь заканчивается и, если справедливости как таковой не существует, мы должны брать дело в свои руки. Я молча слушал его нападки, видя, как на зверя надевают кандалы. Все как и должно быть.
Вскоре его увели, казалось бы, все кончено, но мне преградили путь, когда я попытался освободить Маргарет. Филиппе дель Розарио все еще стоял около девушки, снова начиная привлекать к себе внимание.
— Ясно как белый день, что она наложила чары на мистера Томпсона! Ведь я участвовал в ее поимке и лично видел кота. Неужто вы, ничего не понимающий в еретиках, будете говорить нам о том, кто является ведьмой, а кто – нет, мистер Аддерли? Уж не околдовала она и вас?
Я сжал челюсти. Он не сказал об этом раньше, значит, додумывал на ходу, пытаясь поднять свою репутацию в глазах людей. Ведь исходя из моего обвинения выходит, что местный герой, — какая неожиданность! — абсолютно некомпетентен.
— Да, тут вы правы, моя ошибка, я забыл уточнить, кем является господин Габриэль Ван Дейк. Как мне объяснили, он – инквизитор Его Величества, который был послан из-за частых пропаж людей в нашем городе. Как вы знаете, только за последний месяц уже семеро пропали бесследно, и число продолжает неумолимо расти. Естественно, Его Величество этим крайне обеспокоен, и он решил прислать господина Ван Дейка в Сэндхолл. Лучший из инквизиторов, полагаю, не даст мне солгать.
Найдя Габриэля в толпе взглядом снова, я заметил, как уголок его губ поднялся вверх, он молча подошел ближе к месту событий, народ сразу же расступился перед ним. Судя по всему, его очень забавляло происходящее, и мужчина этого не скрывал. «Ты же говорил, что не терпишь лжи, самое время это продемонстрировать» — подумал я, глядя на него с непроницаемым выражением лица.
— Все верно, эта девушка – обычный человек, она не ведьма. И настоятельно рекомендую здешней власти отправить этого «инквизитора» в отставку, он позорит саму суть этого дела, — его голос был глубоким и низким, авторитет Габриэля никто не решался оспорить. Мало того, что он выглядел как и подобает приближенному короля, так еще его власть и стержень давили на всех присутствующих, в том числе и на меня.
Филиппе дель Розарио не мог принять свое поражение, ведь его репутацию только что втоптали в грязь. Он суетился, вертя головой в разные стороны, а затем подошел поближе.
— Никогда не слышал о таком инквизиторе, одежду можно украсть и легко притвориться тем, кем не являешься! Это ничего не доказывает!
Габриэль окинул его уничижительным взглядом, презрение в нем могло бы раздавить любого.
— Какие занимательные познания для священнослужителя, — он вытащил документ, подтвержденный королевской печатью и, убрав его обратно во внутренний карман, продолжил, — вы можете обратиться к Его Величеству с прошением о подтверждении моих полномочий, если это ваше последнее желание перед смертным приговором.
— Помилуйте! Я лишь нес службу Господу!
Бывший инквизитор округлил глаза и упал на колени, пока господин Ван Дейк с ничего не выражающим лицом смотрел на него сверху вниз, невозмутимо куря трубку.
— Вот с ним и повидаешься.
Мужчину в красной рясе увели стражники, а я тем временем повернулся к Маргарет и принялся освобождать ее, на этот раз мне никто не мешал. Девушка почти плакала от счастья, ведь она была на волоске от гибели. Ветер был действительно холодным, и она, будучи в своем тонком и рваном платье, почти посинела. Как только мне удалось отвязать ее от столба, я накинул на нее свой плащ. Мои руки придерживали мисс Хартли, она еле стояла на ногах.
— Все позади, я же обещал вам, теперь все будет хорошо.
— С-спасибо вам, вы с-спасли мне жизнь, — женский голос дрожал, а по щекам покатились слезы, некоторое время она провела в моих объятиях. Затем я мягко отстранился и обратился к ней.
— Советую вам уехать из этого города, мало ли кто может продолжать считать вас ведьмой. Плащ оставьте себе, было бы глупо дать вам заболеть, учитывая то, через что вы прошли.
Маргарет в порыве эмоций обхватила меня руками, от чего я немного опешил, затем она подняла на меня взгляд полный признательности.
— Я… я не знаю, как благодарить вас, у меня совсем нет ничего за душой, чем можно было бы отплатить вам.
— Контора, в которой я работаю, заплатит мне за успешное закрытие дела, не беспокойтесь. Лучшая награда, которую вы сможете мне дать – это ваша счастливая жизнь, мисс Хартли. Берегите себя.
Я снова осторожно отошел от нее, но тонкие руки удержали меня за запястье, не позволяя отстраниться. Она явно нервничала, боясь смотреть мне в глаза, но все же начала говорить.
— То, что я сейчас скажу, может быть очень эгоистично, но не смогу простить себе, если упущу эту возможность. Быть может… вы бы хотели отправиться со… мной?
Я понял, что она имела в виду, и взял ее ладонь в свои, ее взгляд сразу встретился с моим. Было заметно, как она надеется получить положительный ответ.
— Послушайте, вы замечательная девушка и очень храбрая, ведь вы смогли столько всего пережить. Мне жаль ранить ваши чувства, но мое сердце уже занято. Уверен, что вы сможете найти себе достойного мужчину, который станет для вас поддержкой, вы этого заслуживаете, — мой тон был мягким и утешающим, но Маргарет, как бы ни пыталась, не смогла сдержать слез, однако улыбка благодарности так же была на ее лице.
— Простите меня за мою наглость. Верно, вы подарили мне возможность жить, и я ее не упущу. Что ж, прощайте, буду молиться за вас, — она осторожно высвободила свою ладонь из моих и, улыбнувшись на прощание, развернулась и ушла, придерживая на своих плечах мой плащ.
Я тяжело вздохнул, подняв взгляд на хмурое небо, конечно, было хорошо, что мне удалось помочь Маргарет, но девушка не была ведьмой, и этот след в итоге ни к чему не привел. Снова я в тупике. Навязчивые мысли шептали: «Пустая трата времени, брось уже это». Но я не мог. Элинор была той, кто показал, что среди тьмы можно найти свет, и она стала этим светом для меня. Немного постояв, я уже собирался отправляться домой и искать новые зацепки, как меня окликнул знакомый голос.
— История со счастливым концом, да? — за моей спиной стоял Габриэль, он достал трубку и спички, чиркнув одной из них о предназначенную для этого поверхность. Как только появилось пламя, он поднес его поближе к табаку. Инквизитор с удовольствием вдохнул едкий дым и выпустил его, на несколько секунд прикрыв глаза.
— Надеюсь на это, — мои слова подхватил ветер, пока мы стояли и смотрели на тучи, которые на небольшой промежуток времени сжалились и показали, как солнце садится за горизонт, окрашивая улицы Сэндхолла в красный цвет. Казалось, я уже и забыл, как выглядит солнце, невольно засмотрелся на небо, гадая, что ждет меня впереди.
— Похоже, вы не брезгаете решать свои проблемы чужими руками, не так ли? — Габриэль перевел на меня немного поддразнивающий взгляд, снова затягиваясь табачным дымом.
— Такая работа, господин Ван Дейк, как барристер я лишь воспользовался возможностью и стечением обстоятельств. Во многом дело зависит и от удачи, но главное – вовремя сориентироваться в том, что тебе преподнесет судьба. Ведь зачастую все идет не по плану, как показывает практика.
Инквизитор хмыкнул, по-видимому, соглашаясь со мной, некоторое время он молчал, погруженный в раздумья, но затем снова заговорил.
— Должен признать, что вы проделали неплохую работу, я не пожалел, что потратил свое время на то, чтобы прийти сюда.
Меня удивили его слова, услышать похвалу от человека такого статуса дорогого стоило, однако, это не принесло мне особого удовольствия, ведь к цели это не приблизило меня ни на йоту. Все же в благодарность я слегка склонил голову и ответил.
— Благодарю за столь лестные слова.
— Не мелите чепухи, я не стал бы льстить, говорю, как факт, — отмахнулся он, и правда, в его тоне слышалось только признание того, что я не такой уж бестолковый, каковыми он считает почти всех.
— Позвольте попросить у вас совет, прежде чем мы попрощаемся.
— Ну попробуйте, — Габриэль приподнял бровь, убирая трубку во внутренний карман.
— Мне зачастую приходится работать с людьми, которые в последствии могут оказаться ведьмами. Может, вы могли бы поделиться, как можно опознать их, чтобы быть уверенным наверняка? — распознавать ведьм мне помогала тьма внутри меня, этот вопрос я задал с надеждой, что опыт лучшего из инквизиторов поможет понять, кто я.
Он оглядел меня с головы до ног, снова что-то высматривая во мне, затем мужчина вздохнул и ответил, переводя свой взгляд на исчезающее солнце.
— Вы не сможете определить на глаз того, кто является ведьмой, они очень хитры и предельно осторожны. Но они не так уж сложно устроены, их магию можно сравнить с кувшином, наполненным водой. Их ресурс исчерпаем и восстанавливается со временем. Ведьмы и колдуны рождаются такими, из-за дьявола или нет, но у них есть определенные привилегии перед обычными людьми. Хоть они и не станут пользоваться колдовством у всех на глазах, но с удовольствием воспользуются моментом, когда можно будет вонзить нож вам в спину. Поэтому будьте внимательны, выбирая себе окружение, мистер Аддерли.
Я слушал его очень внимательно, попутно концентрируясь на ощущениях внутри себя. Никакого «кувшина» не ощущалось, понимаю, он говорил образно, но нет чувства, что сила внутри меня хоть как-то ограничена. Думаю, это не то, с чем я мог родиться, ведь тьма постоянно хочет поработить меня, искалечить. И по непонятным мне причинам она поселилась во мне. А может, я и был рожден с ней, ведь ничего не помню.
— В таком случае, как ведьм определяете вы, господин Ван Дейк?
— Думаете, я раскрою вам свои способы? У меня чутье на них, если вас устроит такой ответ. Вам хватит и того, что я уже сказал. Если вдруг попадетесь в ловушку, держите в голове то, что они не всесильны, — затем он пошарил рукой в кармане и достал пузырек с жидкостью, — дайте вашу руку.
Я сделал, что просили, повернув ладонь тыльной стороной вниз. Как только инквизитор открыл колбу с жидкостью, знакомый аромат ударил в нос, нотки лимона и хвои словно смешались, создавая что-то необычное. Неужели это тот самый отвар, который является орудием против ведьм? Так значит, это он его разработал? Габриэль наклонил емкость, и капля упала на мою кожу, оставляя на ней свой аромат. Он наблюдал за этим, задумчиво хмыкнув.
— Что ж, вам повезло, что вы не один из них, — мужчина вложил мне склянку с содержимым, убирая руки в карманы плаща. Он решил на всякий случай проверить меня, возможно, его «чутье» подсказало ему, что со мной что-то не так. Иронично, учитывая, что тьма внутри меня твердит то же самое, инквизитор имеет гораздо больше тайн, чем может показаться.
— Удачи, мистер Аддерли, — добавил мужчина и ушел, унося свои тайны и ответы на вопросы, которые у меня к нему были, с собой.
***
Услышав эту историю, я молчала некоторое время, пытаясь переварить информацию. На мою душу словно опустили тяжелый груз, стало так плохо. Грейем рассказал все, что мог, ничего не тая, кусочек его жизни, который он показал мне, был совсем небольшим, но полным боли, поисками того, что вечно ускользало от него. Какого это – жить несколько веков, гоняясь за тенью? — Послушай… Мне жаль, если ты разочаровался во мне, когда, спустя такое количество времени, сумел отыскать меня. Я не хотела причинять тебе боль. Его серые глаза ловили каждое мое движение, он будто бы переживал так много эмоций сейчас. Всегда такой сдержанный и спокойный, и никогда мне не удавалось видеть, через что ему приходилось проходить в одиночку. Грейем встал, подошел ко мне, так нежно взяв мои ладони в свои, что на сердце потеплело, затем он опустился на колени, чтобы быть на одном уровне со мной, пока я сидела на диване. — Прошу, не извиняйся, я очень рад, что ты жива и с тобой все в относительном порядке. О большем не смел и мечтать. Не бери вину на себя. Нет нужды жить прошлым, ведь ты здесь, как и я. Мне так хотелось утешить его хоть чуть-чуть, поэтому я поднялась с дивана, села на пол рядом с ним и обняла его. Сначала он не двигался, но позже крепко ответил на объятия. Чувство радости зашевелилось в груди, и я прижалась к нему посильнее. Это ощущение было так сложно объяснить, словно что-то давно утерянное вернули, и сердце разрывалось в груди от непонятной тоски, как будто, в отличие от разума, оно ничего не забывало. Не знаю, как долго мы так просидели, но мое тело начало затекать, и я осторожно отстранилась. Он улыбнулся мне в ответ и снова опустился на диван, не сводя с меня взгляда. В голове его рассказ снова стал всплывать яркими отрывками, и теперь, когда мне стало немного легче, я смогла обдумать то, что он мне поведал. — Давай начнем с начала. Ты упоминал, что помог Маргарет сломать чужое заклинание, когда воздействовал на нее. Почему ты не попытался сделать так же со мной? Взгляд серых глаз снова наполнился сожалением и грустью, Грейем вздохнул, прежде чем все объяснить.***
Склонившись над столом и оперевшись на него руками, мой взгляд пробегался по новым «следам», которые удалось найти. Голова кипела от количества информации, я почти не спал. За окном методично капал дождь, который давно стал частью моей жизни. Стук в дверь отвлек от дальнейших размышлений, открыв ее, заметил почтальона, юноша выглядел довольно энергичным даже несмотря на то, что с него ручьем текла вода. — Добрый вечер, Грейем Аддерли, верно? Я удивленно кивнул, не ожидал, что кто-то будет что-либо отправлять мне. В голову, конечно же, стали закрадываться надежды, что Элинор могла отправить какое-нибудь послание или, хотя бы, оповестила, что с ней все в порядке. — Вам письмо, вот, возьмите, — мальчик пошарился в своей сумке и протянул конверт. — Спасибо, — приняв посылку и закрыв дверь, я некоторое время стоял на месте, мой разум был в полном смятении. Почему в сердце тревога? Такое ощущение, что все это ничем хорошим не закончится. Тяжелый вздох немного облегчил состояние, и я все же сел в кресло у камина, предварительно взяв нож для бумаги. Одно точное движение и готово. Глаза стали пробегать по аккуратно выведенным буквам. «Давно хотела написать Вам, но все никак не могла собраться с духом. Надеюсь, Вы меня еще не забыли. На всякий случай напомню – я та самая девушка с рыжими волосами, которую Вы спасли от сожжения на костре. То, что Вы для меня сделали, никогда не смогу позабыть, и мне хотелось все же отблагодарить Вас. Помню, что Вы сказали в тот день: «Лучшая награда, которую вы сможете мне дать – это ваша счастливая жизнь, мисс Хартли.» Уж простите мою наглость, но я считаю Вас моим дорогим другом, и мне было бы приятно, если бы вы навестили меня на этой неделе. Как Вы и советовали, я уехала из Сэндхолла и теперь я живу в Уэстбери, это в трех часах езды. Год пролетел как один день, и у меня много чего произошло за это время. Одно из крупнейших событий – дело пошло в гору и мои мази от боли в суставах здесь очень популярны, правда, приходится красить волосы во избежание неприятных ситуаций, но это ерунда. Мне бы очень хотелось разделить этот радостный момент с Вами. Конечно, если не сможете приехать, я все пойму, у Вас работа довольно тяжелая. В таком случае, жду от Вас письмо в ответ, интересно узнать, как Ваши дела. P.S. Чуть не забыла указать адрес. Уэстбери, Ривер-Роут 3Б. Ваш друг, Маргарет Хартли.» На моем лице появилась небольшая улыбка, рад, что у нее все хорошо. Мысль о том, что она не учла, что ее адрес уже указан на письме, заставил меня усмехнуться. Мог ли я навестить ее сейчас? Взгляд упал на исписанные мною страницы записной книги, в которой не было ни одной значимой находки. Поиски снова завели в тупик. Уже и не помню, когда выходил на улицу, чтобы расслабиться. Подумав еще немного, все же решил, что мне не помешает взять короткий перерыв и навестить друга. В итоге я оделся и решил поехать налегке.
