Баллада о незваной

Сидеть одной в темноте было скучно, и я завалилась на кровать и закрыла глаза. Понятия не имею, сколько времени прошло, но я, кажется, заснула, и где-то около полуночи меня разбудила Элиза. Я с трудом открыла глаза. Она стояла надо мной со свечкой в руке. Пламя танцевало на сквозняке, идущем через открытую дверь комнатки. — Моя леди, Вас ищут по всему дворцу, — взволнованно шептала Элиза, наклонившись к моему лицу. — Если узнают, что я Вас прятала, меня как минимум уволят или выпорят. Я проснулась с головной болью, но в сознании выстроился четкий план. Да, именно так мы и поступим! — Так, ты говоришь мне, как выйти из дворца к воде, а я никому не скажу, что ты мне помогала. — Но… — Это приказ. Элиза вздохнула и развела руками. — Хорошо, — и она глубоко вздохнула еще раз, — Только наденьте чепчик и простое платье прислуги. Сейчас темно, будет шанс прошмыгнуть мимо охраны. Я обняла Элизу. Она стала для меня первым другом здесь. Первым человеком, который был добр ко мне. Кому не было наплевать. Я сняла голубое блестящее платье и надела запасную форму Элизы. Она была почти моего размера, только было тесно в груди и подмышках. Чепчик был максимально дурацкий, белый такой, на завязочках и с кружевами. А, кстати, оставлять свой богатый наряд было опасно: что, если Элизу заподозрят в помощи преступнице и найдут его в ее комнате? (А я была уверена, что меня сочтут именно преступницей!) Так что, сложив его в несколько раз, взяла его с собой и положила в широкий карман юбки. Как же я была рада наличию кармана! Элиза рассказала мне, что замок Харроу стоит на реке (название я благополучно забыла, хотя могла бы для разнообразия запомнить название водоема, в котором собираюсь утонуть), и что ее постоянно патрулируют корабли. У стен замка есть небольшой пляж, с заводью, маленькой бухточкой. В том месте река достаточно глубока, так что мне, не умеющей плавать, достаточно будет просто спрыгнуть с причала. А там уже будет либо «тот свет» по-настоящему, либо какой-то другой нормальный мир, а не это… дерьмо. Серьезно. Какая-то игра престолов. Путь был таков: нужно было идти по коридору мимо кухни (Элиза сказала, ее будет трудно не заметить), затем повернуть налево два раза и спуститься по винтовой лестнице на три этажа. Там, внизу, уже будет черный ход, заканчивающийся железной решеткой с навесным замком, и ключ от него лежал под большим серым камнем справа от выхода. Коридоры были темными, освещенными по минимуму редкими факелами. В мокасинах из мягкой кожи, в которых я проснулась в том несчастном амбаре и до сих пор не сняла, я шла совсем бесшумно. Я почти бежала по этим коридорам, чуть не свернула шею, упав с лестницы, и мое сердце от страха быть обнаруженной чуть не пробило грудную клетку изнутри, когда мимо меня прошел совсем юный мальчик, кажется, слуга, в льняной синей рубашке и широких штанах. Он быстро шагал и бросил на меня взгляд, полный подозрения. Итак, впереди еще один поворот. Я почти бежала по темному коридору, освещенному редкими факелами, и уже чувствовала прохладу летней ночи, шедшую снаружи. Внезапно я услышала громкие шаги и крик мужским голосом, отражающимся эхом от каменных стен. — Стоять! Мое сердце пропустило удар. Я задыхалась от бега и навалившейся волны страха. Сейчас меня схватят, потом будут пытать и казнят, а королю и крон-принцу скажут, что я внезапно умерла во сне от случайной остановки сердца. Я, конечно, хочу умереть, но не так. Уж лучше пусть мои легкие заполнятся водой, это хотя бы будет безболезненно. Коридор (скорее туннель) поворачивал, и впереди уже виднелся свет. Свет полуночной луны, падающий через железную решетку ворот. — Стоять сейчас же! Голос слышался все ближе. Эх, а мне ведь еще как-то нужно отпереть решетку неизвестно где лежащим ключом… Колени дрожали от страха, но я сумела сделать шаг шире. Со стен стекали холодные капли. Иногда рукой я задевала пушистый мох. На этом мхе я и поскользнулась, больно ударившись коленкой. Шаги, шаги позади. — Стой! Я встала с пола и побежала дальше. Никогда раньше так не бегала, ведь сейчас от этого зависела моя жизнь… Вот она, заветная решетка. На ней действительно висел старый ржавый замок. Ключ, ключ, ключ, где же он? Гребаные камни, их целая куча, и все они чертовски тяжелые. Дрожащими руками я попыталась перевернуть очередной булыжник, и, о чудо! Под ним в грязи лежала ржавая железка, кажется, ключ. От волнения пальцы не слушались, и тот злосчастный ключ выпадал из рук как минимум три раза. Я сунула ключ в замок, но он там просто застрял и не хотел вертеться ни в одну сторону. — Работай, давай, ну давай же, миленький… И он сработал! Замок со скрипом открылся, но теперь нужно было отодвинуть дверь. Я навалилась на решетку всем весом. Она завязла в земле, потому что ее, кажется, несколько лет не открывали. Удача была на моей стороне, потому что решетка открылась на достаточное расстояние, чтобы я смогла вылезти в щель. Мне пришел в голову сумасшедший план: задвинуть решетку обратно и закрыть ее на замок, а ключ выбросить подальше, чтобы остановить тех, кто меня преследовал. Я уже видела его — это был рыцарь в золотом плаще. Кажется, эти плащи — что-то вроде элитной гвардии… Ну почему я думаю об этом в самый критический момент?! Еще раз, навалившись на дверь, уже снаружи, я сумела ее закрыть и повесить старый изъеденный ржавчиной замок на место. Все, вроде должно сработать. — Зараза! — кричал рыцарь, пытаясь раскрыть решетку. Но она была заперта, а ключ был в моей руке! — Ха-ха, — истерически засмеялась я и, подразнив рыцаря, выбросила ключ назад через плечо куда подальше. Он кричал и ругался, а я развернулась и побежала прочь. Я сделала это! У меня получилось! Меня распирала эйфория. Так, что там говорила Элиза? Кажется, между пляжем и замком находилась священная роща. Понятия не имею, почему она священная — вроде как там хоронили всех правителей Юга из рода Харроу. Совсем обычная березовая роща с каменными надгробиями там и сям. В другой ситуации я, любившая в прошлой жизни погулять по кладбищам, остановилась бы у этих серых камней с выбитыми буквами и цифрами, сделала бы эстетичные фотографии и вообще принесла бы собственноручно собранные полевые цветы. Но теперь пора бы разобраться, в какой стороне берег реки. Я бежала, куда глаза глядят. Когда-то ведь эта роща закончится, правда же? Так я пыталась успокоиться и убедить себя в том, что справлюсь. Было темно — уже за полночь, и единственным источником света была полная луна, чье холодное сияние падало на белые стволы берез через их кудрявые кроны. Я пару раз споткнулась о надгробия, разбила вторую коленку, но шла вперед. Вскоре, не знаю, сколько времени прошло, но я увидела сквозь березы блеск речной воды. Вода! Место моего последнего упокоения. Я успокоилась. Роща закончилась, и я вышла на пляж. Лунная дорожка сияет серебром, как пел Юрий Антонов в своем бессмертном хите. Я никогда раньше не видела лунных дорожек, но сразу поняла, что это именно она. Я приблизилась к воде. Причал был правее, в паре сотен метров. Я сняла мокасины и, оставив их на берегу, пошла по пляжу. Холодный песок, редкие пучки травы, камушки и ракушки. Пока я шла, много думала о своей жизни — о той, далекой, и об этой. Прошлое в другой вселенной я вспоминала отрывками и образами, яркими вспышками и отдельными картинками. Может, если я умру в этой, я найду покой? Вот и причал. Придерживая юбку — она была мне длинновата — я ступила на старые сырые деревяшки босыми ногами. Причал оказался таким скрипучим! Каждый шаг отдавался жутким скрипом. Осторожно, стараясь не упасть и не попасть ступней между досок, я дошла до конца. Вот, сейчас я наконец-то попаду в другой, нормальный мир!.. — Не поздновато ли для купания? Я резко обернулась. Неужели меня настигли мои преследователи? В темноте я смогла разглядеть только темную фигуру. Вроде бы сияющих доспехов на ней не было. А голос был мужским, на удивление приятным, бархатным. Труньк. У него была гитара? Кажется, он что-то держал в руках, какой-то струнный музыкальный инструмент. — Я и не собираюсь купаться. Просто хочу повторить судьбу Офелии и покинуть наконец этот мир, — гордо задрав голову, ответила я. Труньк. — Кто такая эта Офелия? — спросил он. Я закатила глаза. — Не важно. Труньк. Позади послышался скрип досок. Этот кто-то явно ступил на причал. Я, слегка приподняв край юбки, уже собиралась прыгать, как вдруг слева от меня тот человек — тот молодой (мне так показалось) человек опустился и присел, болтая ногами над водой. — Плавать, я так понимаю, ты не умеешь, — сказал он. — Не умею, — ответила я и тоже села. Прыгать расхотелось. Труньк. Еще труньк. Кто это был? Понятия не имею. Наверно, какой-то бард или слуга. Было темно, и в лунном свете сверкали лишь его глаза. Я поймала себя на том, что откровенно пялюсь, и отвернулась. Противоположного берега реки было не видно — она была слишком широка. Казалось, будто мы на озере или море. Труньк. — Ты что, типа как Лютик из «Ведьмака»? У него тоже была мандолина. — Это лютня. А что такое лютик? Какой ведьмак? — Забей. Он вздохнул. Снова ударил по струнам и запел что-то про прекрасную деву, полюбившую медведя. Голос, повторюсь, был очень даже приятный, и пел этот бард красиво. Голос был, словно жидкое серебро, переливался и сиял. Вдруг это тот самый мой конюх? Допев последний куплет про то, как охотники убили медведя и прекрасная дева покончила с собой, он замолчал. — Ты конюх? — напрямую спросила я. — С чего ты взяла? От меня что, пахнет навозом? — Нет, просто… Неважно. Мы помолчали где-то с минуту — он играл разные до ужаса прилипчивые мелодии на своей лютне. Когда мелодии закончились, он снова подал голос. — Так ты решила утопиться? — Ага. Думать об этом было легко, но теперь, когда я сижу здесь, исполнить задуманное как-то… страшно. Не могу решиться. — Что заставило тебя свести счеты с жизнью? — Ты сейчас подумаешь, что я сошла с ума. — А ты попробуй объяснить. Может, я тебе поверю. Я вздохнула. — Ладно. В общем, я жила в параллельном мире, потом попала под автобус… — в ответ на его вопросительный взгляд я пояснила: — Это такая телега, только без лошади. Большая такая, — он продолжал смотреть на меня, и то, что он внимал мне и не говорил, что я поехавшая, придало мне сил, и я продолжила: — Короче, я умерла, и почти попала в загробный мир, но в последний момент оказалась здесь, в теле этой Эсмилир, в этом… средневековье. — Я даже спрашивать не буду, что такое «средневековье». — И не надо. Между нами снова повисла тишина. — Если я не убью себя, — начала я, — то меня убьет отец. — Ого. Труньк. — Да. — Дерьмово. А за что? — Я… вылила суп на голову сестры. Бард захихикал. — Как решительно. — Да просто достало, они надо мной все время смеялись и всячески унижали меня. — Ты правильно поступила. Теперь сестра поймет, что ты отбитая, и будет бояться лишний раз поднять на тебя голос. — Да, — улыбнулась я. — Подожди, ты думаешь, я отбитая? — Напрочь. Но это скорее комплимент. — Спасибо. Труньк. — Кто твой отец? — спросил он. — Местный лорд. — То есть ты лордовская дочурка? — Ага, к сожалению. — Как же меня раздражают все эти вельможи. Они как паразиты на теле простого народа... — Согласна. Подожди, как ты меня назвал? «Дочурка»? — Ага, — хохотнул он. — Тут ты не прав. Я самая нелюбимая его дочь, да меня вся семейка ненавидит и стыдится. — Хм-м-м… Труньк. — Да уж, не повезло тебе, — задумчиво сказал он. — Так, а сам-то ты кто? Он помедлил, но потом все-таки ответил: — Странствующий бард. Приехал сегодня вечером в ваш город. Бродил по окрестностям, вышел на берег прогуляться. — Везет тебе. Ездишь, куда хочешь, соблазняешь девочек своим голосом и живешь своей лучшей жизнью. Я вглядывалась в его лицо. Смотря вдаль, он грустно усмехнулся. — Если бы все было так просто… Я вздохнула. Он повернулся ко мне. — Знаешь, я не думаю, что твой отец действительно хочет тебя убить. Ты его старшая дочь, ведь так? Я кивнула. — Ты ему нужна. Ты его наследница. Наследница Великого Юга. Просто он не может сделать тебя «удобной», вот и бесится. Но он ни за что не посмеет тебя убить. Мы живем в современном мире, — на это я закатила глаза, ага, очень современном, — в котором такие вещи нельзя прятать вечно. Шила в мешке не утаишь. Топиться расхотелось. Но если я вернусь к себе в комнату, то есть «покои», возможно, меня не казнят, ведь Альрику нужно заключить династический брак. — Знаешь, меня ведь хотят выдать замуж за крон-принца. Ох, язык мой — враг мой. Ведь это же тайна! Ха, ну и наплевать. Тайна не моя. Альрика. — Видел его, — хмыкнул бард. — Да? — встрепенулась я. — Ага. — И какой он? Бард помедлил. — Обычный парень. — Откуда ты его знаешь? — Я… Играл для него. Мне кажется, он тебе понравится. Он такой… человек чести. — Он красивый? Бард засмеялся и закатил глаза. — Типичные девчонки, думают только об одном. — Отвечай, — я ткнула его локтем в бок. — Не знаю. На вкус и цвет… — Что значит «не знаю»? Ты что, слепой и не можешь сказать? — давила на него я. — Да нормальный он, — отмахнулся бард. — Все, пойдем, провожу тебя в твои покои, — и он поднялся и протянул мне руку. Я, взяв его за руку, тоже встала. В голове промелькнула мысль сбежать из дворца, но ее я сразу же отмела. Я смотрела «Игру престолов» и отлично представляла себе, что ждет обычную девчонку в этом мире брутальных мужиков — насилие, насилие и еще раз насилие. Так что уж лучше остаться в статусе леди и выйти замуж (в шестнадцать-то лет! Сумасшествие!), но за человека чести. Это в любое время было престижно. Даже в этом дурацком средневековье. В холодном лунном свете я кое-как смогла разглядеть черты лица барда. Они были тонкими и правильными. Его большие темные глаза (вроде бы карие, в темноте было все-таки не разобрать) выдавали печаль. Волосы были не короткие, но и не слишком длинные. — Что? — с раздражением спросил он. Я снова пялилась и почувствовала, как краснею. Хорошо, что сейчас ночь и он этого не видит. — Спасибо тебе. Ты спас меня сегодня. — Ты сама себя спасла. Я просто случайно оказался рядом. — Все равно спасибо. — Ладно, пойдем, провожу тебя в твои покои. Я шагнула по причалу и сразу же чуть не провалилась в дыру между деревяшками. Бард вовремя поймал меня рукой за талию, не давая упасть. В другой руке у него была лютня. — Упс, — только и сумела сказать я. Оказывается, в священной роще была тропинка! Мы пошли по ней и где-то минут через двадцать достигли стен замка. Дорожка уходила дальше, вдоль стен. У ворот бард остановился. — Знаешь, будет лучше, если ты пойдешь в замок, а я — дальше. И не волнуйся, никто тебя не казнит. Мне очень хотелось ему верить. Я не вытерпела и обняла его. Он был выше меня, и чтобы заглянуть в его глаза, мне приходилось задирать голову. Он отшатнулся. Ах да… В средневековье мужчины и женщины просто так не обнимаются. Он посмотрел на меня, как на дуру. — Просто спасибо тебе за все, — выпалила я. — Я слышала, что самоубийцы попадают в ад и горят там вечно, и не хотела в это верить, но спасибо. Ты спас мою душу. — Я сейчас не понял ни слова, — усмехнулся бард. — Ладно, пойду дальше. Доброй ночи. — Доброй ночи. Он ушел, а я забарабанила в дверь. Когда ее открыл один из рыцарей в золотом плаще, я заявила, что я — леди Эсмилир и что я решила вернуться в свои покои. — Моя леди, Вас искали по всему замку и не могли найти. — Ну вот, а теперь я нашлась. Сама. — Пойдемте, Ваш отец рвет и мечет. Он не казнит меня, повторяла я про себя. Не казнит. Я ему нужна. Рыцарь вел меня по коридорам мимо залов, чужих покоев, кухни и так далее. Мы дважды поднимались по широким лестницам. Наконец мы пришли к большой деревянной резной двери. Рыцарь постучал, и изнутри кто-то сказал: «Войдите». В комнате было довольно светло от множества свечей. Это была не просто комната, а целая зала с огромной кроватью справа, широкими окнами по левой стороне и шикарным столом, ножки которого были сделаны в виде тяжелых львиных лап. Альрик сидел за столом в одном халате и курил. Мой взгляд привлек какое-то движение в области кровати. Там лежала какая-то обнаженная женщина. Какая-то молодая блондинка. Не моя мать. Я возненавидела отца еще больше. — Нужно отдать тебе должное, ты всех нас перепугала, когда вдруг исчезла. Я чуть не казнил эту твою прислужницу, которая помогла тебе бежать. Элиза! — С ней все в порядке? — взволнованно спросила я. Плевать на половую жизнь Альрика, важнее сейчас была жизнь моей подруги. — Да, мои люди только припугнули ее, и она сразу же раскололась, — он сделал затяжку сигарой и медленно выдохнул дым. — Ты, гадина этакая, чуть не испортила мне весь сюжет. Король приехал два часа назад, раньше, чем было запланировано. Ого! Король и крон-принц здесь? Я уже уважала крон-принца, потому что мне о нем рассказал еще один мой друг, бард. А ведь я даже не знаю его имени! Интересно, мы еще когда-нибудь с ним увидимся?.. Еще я представила, как, должно быть, перепугался Альрик, что король узнает, что невеста сбежала. Мне стало смешно, и я никак не смогла спрятать свою дурацкую улыбку. — Тебя представят королю и крон-принцу утром, за завтраком. Что лыбишься? Красиво ты, конечно, поступила с сестрой, не думал, что у тебя хватит смелости. Этим гадким девчонкам всегда все сходило с рук… Ладно, иди и к утру приводи себя в порядок, и никаких фокусов, пожалуйста. Я мгновенно взглянула на отца. Он сказал «пожалуйста»? Это победа. Я почувствовала, что больше вовсе не являюсь бедняжкой, сумасшедшей сестричкой, которую все тюкают и над которой все смеются. Я — ключ Юга к процветанию. От меня зависит судьба целой, можно сказать, страны. А еще я будущая королева.