И каждый год в последний день декабря…

Отыграв на корпоративе оговоренный час, Глеб поздравил гостей с наступающим Новым годом и покинул импровизированную сцену. Накинув куртку и взяв сигареты, он вышел из здания, обогнул его и оказался в тихом дворе. Отошел чуть в сторону, туда, где не было ветра, и закурил. На улице подморозило. Весь декабрь было слякотно, и вот за день до Нового года пошёл снег, и температура перешагнула за минус нулевую отметку. Глеб накинул на голову капюшон. Курил медленно, в ожидании Хакимова и Аркадина. Домой особо не хотелось. Он даже подумывал о том, чтобы предложить Валере зависнуть в какой-нибудь кафешке. Снейк-то им точно компанию не составит. У него женушка, Чача. И вообще, такое ощущение, что они с Валерой осточертели ему. Просто вслух он об этом пока не говорил. Пока Глеб предавался размышлениям, совсем рядом послышались чьи-то шаги и голоса. Один был женский, другой принадлежал мужчине. - Слушай, а этот Самойлов, это который за власть или против власти? – спросила женщина. – Я их всё время путаю. - Этот против власти, - ответил мужчина. - А второй вроде из Донбасса не вылезает. Женщина что-то неразборчиво проговорила. Самойлов поморщился и вздохнул про себя. Всю жизнь их с братом путают, а ведь они ни капли не похожи. - О, вы здесь? – до слуха Глеба донесся еще один мужской голос. Более низкий, с легкой хрипотцой. - Как тебе эта «Матрица»? – задала вопрос женщина. - Мне Вадим больше симпатичен, - через паузу отозвался второй мужчина. - Да ну, не знаю, - снова вступил в разговор первый. – Как по мне, то по отдельности ни один, ни другой не тянут. Глеб прикурил вторую сигарету от первой, чтобы не выдать себя щелканьем зажигалки. «Офисный планктон, а всё туда же, - подумал он. – Много вы понимаете, критики недоделанные». - И всё же, старшего как-то поприятнее слушать, - возразил второй. - Ну, может, Михалыч на следующий год с ним договорится. - Если Вадим выберется живым из этой передряги. - Ты про войну что ли? Глеб напрягся. Навострил уши. Второй мужчина закашлялся. Потом произнес: - Война это само собой. Там сегодня днём под обстрел  попала группа журналистов, сопровождавшая приехавших в Донецк музыкантов. И по слухам, Вадим среди них. - Охренеть! – воскликнула женщина. - Да, блин, жесть, - поддержал её первый мужчина. Сердце Глеба ёкнуло. А в следующую секунду на него накатила волна беспокойства. «Мама не переживёт, если с ним что-то случится», - сказал Самойлов самому себе, тем самым оправдывая ощущение тревоги. Он едва дождался, когда троица удалится и тут же выбрался из своего укрытия. *** Глеб барабанил пальцами по стакану с виски. Привычный напиток казался кисловатым и мерзким на вкус. Он пролистал всю записную книжку в телефоне, но так и не нашел никого, кому можно было бы позвонить, чтобы узнать информацию о Вадике. Общих знакомых с каждым годом становилось всё меньше. Глеб поудалял телефоны тех, кто был на стороне Вадима. Сам же номер брата был «отключён или находился вне зоны действия сети». Глеб полез искать информацию по новостным пабликам в интернете, но и это оказалось бесполезным. Сведения были размытыми. Да, группа журналистов и музыкантов попали под обстрел. Да, есть пострадавшие и раненые. Но кто, что… Никакой дополнительной информации. Самойлов попытался рассуждать логически. Если бы произошло самое плохое, то он бы об этом уже узнал. Потому что плохие новости всегда сами добираются до нас. А значит, с Вадиком всё в порядке. Ну, а связи там, где он находится, нет в принципе. Мысленно успокоив себя таким образом, он допил виски и пожалел, что не зазвал Валеру в кафе, а вернулся домой. Спать не хотелось. Перекусив остатками вчерашней курицы, Глеб скачал из интернета фильм, который ему посоветовал Хакимов и, плеснув в стакан еще виски, включил его на телевизоре. Сюжет фильма был прост, но в тоже время имел некую изюминку, которая должна была удерживать внимание зрителя. Впрочем, внимание Глеба то и дело переключалось на Вадима. Воображение стало рисовать пугающие картины его смерти. Руки начали слегка трястись, а вскоре дрожь перешла на всё тело. Он торопливо схватил стакан и едва не пролил его содержимое по пути ко рту. Осушив его одним глотком, Глеб схватил телефон  и снова набрал номер брата. Абонент не абонент. - Блядство! Наступив на горло собственной гордости, он набрал номер Андрея Каплева. Но и тот был недоступен. Именно в этот момент Глеб понял, что с братом что-то случилось. И как-то сразу стало тяжело дышать. И как-то сразу отступили на второй план обиды, недопонимание, разногласия. Всё это показалось ерундой по сравнению с тем диапазоном страха оттого, что он может лишиться старшего брата. Вызвав такси, Глеб поехал домой к Вадиму. Зачем, он и сам не знал. Лишь по дороге осознал, что время четыре часа утра. До Нового года меньше суток. Пока ехал, перед мысленным взором пробегала лента прошедшей жизни, все Новые года, встреченные вместе, сотни концертов, участие в различных проектах. А затем в воспаленном сознании стала крутиться единственная мысль: «Пусть он будет жив…» Выдернул его из раздумий голос таксиста, сообщивший, что они на месте. Самойлов расплатился и вышел из машины. *** Звонок в дверь вырвал Вадима из лихорадочного сна. Судя по всему, температура поднялась снова. Он приоткрыл глаза и прислушался, решив, что звонок был не наяву. Но в тот же миг Вадим уже отчётливо услышал звонок. Скосил глаза на часы. - Интересно, кого могло принести в такое время… - пробормотал он вслух и, нашарив ногами тапки, пошел открывать. - Господи Иисусе, - выдохнул он, увидев на пороге младшего брата. - Матерь Божья! – воскликнул Глеб. – Ты живой? - А-а… эм… - Вадик переступил с ноги на ногу ничего не понимая. – Почему ты спрашиваешь? - Да потому что ты же попал в этом своем Донбассе под обстрел! Кого-то убило, кто-то ранен… Я не могу найти толком никакой информации! Я тебе звоню-звоню, а ты нихрена не отвечаешь. Каплев твой тоже недоступен! Идиот! Как можно так поступать! Придурок! – Глеб не собирался наезжать на Вадима, но получилось именно так. Он вцепился в его футболку и тряс, глядя в карие глаза. - Да что случилось-то? – спросил всё ещё ничего не понимающий Вадик. - Сука… - Глеб яростно отвернулся от него, борясь с подступившими к глазам слезами. Старший Самойлов инстинктивно притянул брата к себе. И Глеб с остервенением поцеловал его. И оба замерли. А затем Вадим углубил поцелуй. Глеб буквально впечатался в него, чувствуя, как по телу будто проходит электрический разряд. Приступ кашля заставил Вадика прерваться и слегка отступить от брата. - Ты болеешь, - дошло до младшего Самойлова. - Немного, - кивнул Вадим. – Так что произошло? Кстати, ты знаешь, сколько сейчас времени? - Прости… я… - Глеб сглотнул. Беспокойство улеглось, злость схлынула, и им на смену пришло опустошение. Только сейчас Вадим заметил темные круги под глазами брата, и покрасневшие веки. - Давай, проходи. Я сварю кофе. Глеб сделал глубокий вдох. - Я не уверен… - Я уверен. Раз уж ты разбудил меня. Кофе пили на кухне при слабом освещении от вытяжки. Глеб рассказывал про корпоратив, про разговор, который он случайно услышал, про то, как пытался дозвониться до него и выяснить всё ли в порядке. - Блин, телефон, наверное, разрядился, а я забыл про него, - объяснил Вадик. - Мне вчера так хреново было. Последовала короткая пауза. - Знаешь, - младший сделал очередной глоток крепкого напитка, - хорошо, что ты заболел. Вадим ничего не ответил. Для себя он давно решил, что если ему суждено будет погибнуть, то значит его миссия на Земле выполнена. Но оставаться в стороне, когда другим нужна помощь он не будет. - В-вадик… - имя брата застряло у Глеба на языке, но он всё же вытолкнул его. Старший вскинул на младшего глаза. - Встретим Новый год вместе? – нервно предложил Глеб. - Не думал, что когда-либо услышу от тебя это, - проговорил Вадим. – А заразиться не боишься? - Зараза к заразе не пристает, - усмехнулся младший. - Ладно, - кивнул Вадик. – Только у меня даже продуктов особо нет. - Я схожу в магазин, - тут же предложил Глеб, чем вызвал еще одну искру удивления у брата. Вадим потер виски. - Хорошо, но сначала сон, - сказал он. – Я постелю тебе на диване. И только после слов брата Глеб внезапно почувствовал, как вымотался. Поэтому спорить не стал. Умыв лицо, с удовольствием вытянулся на диване. Проспали оба почти до обеда. Температура у Вадима спала. - Не передумал встречать вместе Новый год? – спросил он младшего, когда тот вышел из душа. - Не надейся, - улыбнулся Глеб. На Вадика накатила волна теплоты. Как и обещал, Глеб сходил в магазин. Притащил два здоровых пакета и небольшую, уже украшенную шишками, ягодами и гирляндой на батарейках, елку. В четыре руки приготовили праздничный ужин. И как в старые добрые времена под бой курантов подняли бокалы. Их глаза встретились. Несмотря на совершенную непохожесть характеров, несмотря на разные политические взгляды, они оставались братьями. Самыми близкими людьми друг для друга. - С Новым годом, Глебка! - С Новым годом, Вадик! И пусть брат не всегда прав, но он всегда – брат.