Пепел памяти

Грейнджер Утро было ясным. Гермиона шла по длинному коридору больницы Святого Мунго, и мягкий золотистый свет из высоких окон ложился на белые каменные стены, на блестящий пол, на спешащих колдомедиков в зелёных мантиях. Всё выглядело обычным, будничным. Слишком обычным для утра после ночи, которая всё в ней перевернула. Она крепче сжала папку с записями. Ей казалось, что если остановится хоть на секунду, то воспоминания окончательно затянут её обратно — туда, в маленькую гостиную Малфой-мэнора. Туда, где они с Драко заснули, сидя на полу и прислонившись к дивану. Гермиона едва заметно выдохнула. Она всё ещё чувствовала его запах. Он будто остался на её коже, в волосах, в дыхании, несмотря на утренний душ и спешные сборы. Девушка вспоминала, как под утро открыла глаза. Комната была полутёмной. За плотными шторами только начинал сереть рассвет. Драко сидел позади неё на полу, облокотившись на диван. Она устроилась между его ног, спиной к его груди, укрытая его руками. Подбородок касался её плеча, дыхание было медленным и ровным. Он спал. Её пальцы лежали поверх его ладони. И Гермиона поймала себя на странной мысли — что никогда не видела его таким умиротворённым. Без привычной напряжённости. Без холодной маски. Без той внутренней пустоты, которую она так долго пыталась пробить на сеансах. Его светлые волосы были растрёпаны, ресницы отбрасывали тень на щёки. В ту минуту он выглядел моложе — почти так же, как в Хогвартсе. Она помнила, как её накрыло тихим, почти болезненным теплом. И именно поэтому уходить оказалось так трудно. Гермиона высвободилась из его рук очень осторожно. Боялась разбудить. Но он всё равно что-то тихо пробормотал во сне и чуть сильнее сжал пальцы на её талии. Сердце пропустило удар. Она всё же смогла встать. Нашла свою одежду. На мгновение задержалась у двери. Она готова была остаться, но вместо этого вышла и тихо прикрыла за собой дверь. Гермиона резко остановилась перед дверью переговорной в Мунго. Она даже не заметила, как дошла сюда. На мгновение закрыла глаза. Воспоминание вдруг сменилось другим. Тем, что случилось чуть раньше. Сбой магии. Она снова увидела перед собой эту сцену. Драко поднял палочку, собираясь наложить запирающее заклинание на дверь. Движение было привычным, точным — таким, каким она видела его сотни раз. Но магия не откликнулась. Заклинание сорвалось. Гермиона до сих пор помнила выражение его лица. Это произошло всего на секунду — но она успела заметить. Тень. Злость. И что-то ещё… похожее на страх. Драко попытался сделать вид, что ничего не произошло. Но она уже слишком хорошо его знала. Именно поэтому сразу произнесла заклинание сама. Чтобы он не успел почувствовать эту неловкую паузу. Гермиона глубоко вдохнула. Вот что беспокоило её сейчас по-настоящему. Не то, как легко она растворялась в его объятиях. А его магия. Сбои происходили всё чаще. Она вспомнила дневник Долохова. Строки, которые перечитывала десятки раз за эту неделю. Гермиона сильнее прижала папку к груди. Если магическая система Драко действительно начала расшатываться… Девушка резко оттолкнулась от стены. Сейчас не время для этих мыслей. Сегодня её ждала встреча с колдомедиками, которые должны были взять на себя дальнейшую работу с её пациентами. Люди из Мунго согласились подключиться к исследованию. Её пациенты больше не были только её ответственностью. И всё же она знала: полностью отстраниться не сможет. Как и от него. Она толкнула дверь кабинета. У стола сидели двое колдомедиков. Первым был высокий худощавый мужчина лет пятидесяти. Его серебристые волосы были аккуратно зачёсаны назад, но несколько прядей всё равно выбились и мягко падали на виски. Узкие очки в тонкой оправе постоянно съезжали на кончик носа, и он машинально поправлял их длинным тонким пальцем. На нём была тёмно-зеленая мантия колдомедика, на лацкане которой поблёскивал маленький значок с эмблемой больницы. Перед ним лежали ровно разложенные пергаменты, исписанные мелким аккуратным почерком, а рядом — перо, кончик которого всё ещё едва заметно подрагивал, будто мужчина только что закончил делать пометки. Второй выглядел моложе — лет тридцати пяти. Короткие тёмные волосы были слегка растрёпаны, словно он только что поднялся с постели. Его мантия была небрежно расстёгнута у воротника, а рукава закатаны до локтей, открывая тонкие следы от старых ожогов заклинаний. Он сидел, откинувшись на спинку стула, но при этом внимательно наблюдал за Гермионой, постукивая пером по краю стола. Перед ним лежала куда более беспорядочная стопка пергаментов, несколько листов были отмечены закладками, а один даже свёрнут трубочкой. Медленно парящий чайник тихо постукивал крышкой, выпуская тонкие струйки пара. Запах крепкого травяного настоя смешивался с характерным стерильным ароматом зелий. Высокий колдомедик поднял голову и посмотрел на Гермиону поверх очков. — Грейнджер. Мы как раз вас ждали. Гермиона кивнула и заняла место за столом. Она раскрыла папку. Пальцы всё ещё помнили тепло его кожи. И где-то глубоко внутри её вдруг кольнула странная, тихая мысль. Она даже не знала, проснулся ли Драко. И заметил ли, что она ушла.

***

Когда Гермиона аппарировала к воротам Малфой-мэнора, воздух был по-летнему тёплым. Стояла вторая неделя июня — густая, зелёная, наполненная запахом нагретых розовых кустов и свежескошенной травы. Сад вокруг поместья выглядел цветущим, будто всё вокруг стремилось расти быстрее обычного. Она на секунду остановилась у ворот, поправляя сумку на плече и собираясь с мыслями. Каждый раз, приходя сюда, девушка всё ещё чувствовала лёгкое напряжение. Но теперь к нему примешивалось что-то другое. Тёплое, волнительное ожидание. Дверь дома открылась ещё до того, как она успела постучать. На пороге стоял Драко. Он выглядел спокойным. Лёгкая льняная рубашка, расстёгнутый ворот, рукава закатаны до локтей. Светлые волосы немного растрёпаны, будто он провёл по ним рукой несколько раз подряд. Но больше всего её поразил его взгляд, когда Драко смотрел её. Он заметно смягчался. — Грейнджер, — тихо сказал Драко. Она только успела улыбнуться, как он шагнул ближе. Его ладонь легко коснулась её щеки, и он поцеловал её — мягко, коротко, нежно. — Привет, — прошептал Драко ей в губы. — Привет. Он переплёл её пальцы со своими. — Пойдём. Сегодня слишком хороший день, чтобы сидеть дома. Они шли по дорожке сада. Беседка, увитая розами, показалась впереди между кустами жасмина. Гермиона сразу узнала её — именно здесь они когда-то пытались работать с патронусом. Она на секунду задержала взгляд на резных перилах беседки, вспоминая, как он тогда стоял здесь, раздражённый и упрямый. Сейчас всё было иначе. — Садись, — сказала девушка, возвращаясь к работе. Он послушно опустился на лавку, лениво наблюдая за ней. — Ты звучишь всё более авторитетно, Грейнджер. — А ты всё больше болтаешь, — ответила она с улыбкой, доставая палочку. Диагностическое заклинание мягко развернулось вокруг него серебристой сетью. Гермиона внимательно следила за потоками магии. Эмоциональный фон — стабильный. Намного лучше, чем месяц назад. Ни одного резкого скачка. Затем её внимание ушло глубже. К ядру. Она нахмурилась. Магия там была странной. Не разрушенной. Но поток выглядел более тонким, чем раньше. Будто плотность энергии медленно уменьшалась. Гермиона опустила палочку. — Ну? — спросил Драко. — В целом всё очень хорошо, — честно сказала она. — Твоё состояние даже лучше, чем я ожидала. Он довольно откинулся на перила. — Разумеется. — Но… Драко прищурился. — Я знал, что будет «но». — Магическое ядро немного изменилось. — Изменилось как? — Оно будто истончается. Поток стал менее плотным. Драко какое-то время молчал. Потом неожиданно усмехнулся. — Значит, всё это время ты просто неправильно меня лечила. Гермиона подняла бровь. — Что прости? Он лениво пожал плечами. — Очевидно же. Настоящее лекарство оказалось другим. Она уже начала подозревать. — Малфой… Драко усмехнулся. — Секс с тобой, Грейнджер. Вот что действительно работает. Она вспыхнула. — Малфой! Он тихо рассмеялся. — Представь только… Гермиона прищурилась и вдруг сказала: — Нет, лучше ты представь. — Он вопросительно склонил голову. Она скрестила руки и с невинным выражением лица продолжила: — Наша первая встреча. Ты сидишь мрачный, высокомерный, крайне недовольный тем, что твоим целителем назначили меня. — Я был не просто недоволен, — сухо сказал он. — Я был в ярости. — Именно, — кивнула Гермиона. — И вот я открываю свой блокнот и говорю: «Мистер Малфой, для стабилизации вашего состояния нам необходимо регулярно заниматься сексом». Драко замер. Потом медленно провёл рукой по лицу. Гермиона уже не могла сдержать смех. Он покачал головой. — Ты бы не дожила до конца предложения. — Неправда, — возразила она. — Я бы просто проклял тебя. — Нет, — сказала спокойно. — Ты бы пошёл жаловаться своей матери. Он оценивающе посмотрел на неё. Потом фыркнул. — Туше, Грейнджер. Но в его взгляде всё равно оставалась тёплая, довольная улыбка. Гермиона ещё раз посмотрела на тонкие линии магии, которые постепенно растворялись после диагностического заклинания. Мысль уже начала складываться у неё в голове. Девушка медленно убрала палочку. — Мне нужно проверить одну вещь, — сказала она. Драко приподнял бровь. — Эксперименты Грейнджер обычно заканчиваются тем, что я становлюсь подопытным. — Потому что ты мой пациент, — спокойно парировала она. Гермиона порылась в сумке и через пару секунд достала яблоко. Ярко-красное, идеально круглое. Драко посмотрел на него так, будто это было самое подозрительное яблоко в мире. — Ты собираешься меня кормить? — Нет. Она протянула ему фрукт. — Я хочу посмотреть, как ведёт себя твоё магическое ядро во время активного использования магии. Он медленно взял яблоко и повертел его в пальцах. — И? — Попрактикуйся в трансфигурации. — Она снова подняла палочку. — Я наложу диагностическое поле и буду наблюдать за ядром. — То есть ты будешь смотреть, как я превращаю яблоко в… что? Гермиона пожала плечами. — Во что угодно. — Опасное предложение, — заметил он. Она улыбнулась. — Драко, это всего лишь яблоко. — Ты явно недооцениваешь мои творческие способности. Малфой положил яблоко на лавку и лениво направил палочку. — Ну что ж. — Лёгкое движение. — Форма Мутаре. Яблоко мягко вспыхнуло магией и через секунду превратилось в красные кружевные женские трусики. Гермиона сразу же сосредоточилась на диагностике. Потоки магии вокруг него двигались ровно. Стабильно. Она никак не отреагировала на явную демонстрацию со стороны Драко. — Хорошо, — сказала Гермиона. — Ещё раз. Он снова направил палочку. Трусики превратились в маленькую стеклянную птицу. Ещё один ровный поток магии. — Продолжай, — тихо произнесла девушка. Третья трансфигурация. Птица стала пером павлина. Четвёртая. Перо превратилось обратно в яблоко. Драко лениво усмехнулся. — Грейнджер, я надеюсь, ты впечатлена. Она почти не слушала. Её внимание было полностью в диагностическом поле. — Ещё раз. Он театрально вздохнул. — Как скажешь. Драко снова взмахнул палочкой. Заклинание сорвалось. Искра магии вспыхнула… и погасла. Драко нахмурился. — Хм. Он попробовал снова. На этот раз яблоко всё-таки изменилось — но форма дрогнула, словно трансфигурация на секунду потеряла устойчивость. Гермиона резко подалась вперёд. — Подожди. Она внимательно всматривалась в тонкие нити магии. Ядро… реагировало. Поток стал тоньше. Гермиона тихо сказала: — Попробуй ещё раз. Драко посмотрел на неё внимательнее. Он снова поднял палочку. — Форма Мутаре. Заклинание снова дало осечку. Яблоко даже не дрогнуло. В беседке на секунду стало тихо. Драко медленно опустил палочку. — Это… неприятно. Гермиона тоже опустила свою. Мысли быстро складывались в гипотезу. Она медленно выдохнула. — Думаю, я понимаю, что происходит. Он выжидательно посмотрел на неё. — Ну? Девушка села рядом на скамью. — Твоё магическое ядро не разрушено. — Это обнадёживает. — Но, похоже, оно быстрее истощается. Он нахмурился. — То есть? — Когда ты используешь магию, твои резервы расходуются быстрее, чем у обычного волшебника. — Она задумчиво провела пальцем по краю стола. — И… возможно… восстанавливаются медленнее. Драко некоторое время молчал. Затем тихо сказал: — То есть если я буду активно использовать магию… — Ты быстро исчерпаешь весь резерв. — Гермиона подняла на него взгляд. — Намного быстрее, чем раньше. Он снова посмотрел на яблоко. Потом усмехнулся. — Прекрасно. — Малфой… Драко пожал плечами. — Значит, ты будешь чаще приходить проверять меня. Она закатила глаза. Но всё же улыбнулась. — Это совершенно не тот вывод, который я пыталась сделать. Он наклонился ближе. — Но согласись, этот гораздо приятнее. Она не успела ответить. Потому что в следующую секунду Драко вдруг легко поднялся со скамьи и одним плавным движением подхватил её на руки. — Драко! — выдохнула Гермиона от неожиданности. Он не обратил внимания на протест. Сделал два шага — и аккуратно усадил её на перила беседки. Тёплое июньское солнце пробивалось сквозь листву сада, пятнами ложась на его плечи и на ткань рубашки. Гермиона автоматически ухватилась за край перил, чтобы удержать равновесие. — Драко, что ты… Но он уже шагнул ближе. Встал между её коленей. Так близко, что она почувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань. Её дыхание сбилось. Драко опёрся ладонями по обе стороны от неё, наклоняясь. Его светлые пряди упали на лоб, и на губах появилась та самая полуулыбка, от которой у неё всегда что-то переворачивалось внутри. — Ты слишком серьёзна, Грейнджер, — тихо сказал он. Гермиона открыла рот, чтобы возразить. Но Драко наклонился и поцеловал её. Поцелуй был тёплым, уверенным и медленным. Его губы мягко коснулись её, словно он давал ей время привыкнуть к близости. Но Гермиона и не пыталась отстраниться. Её пальцы сами нашли ворот его рубашки. Она притянула его ближе. Драко тихо выдохнул ей в губы, и поцелуй стал глубже. Его рука поднялась к её талии, осторожно удерживая девушку на перилах. Большой палец медленно провёл линию по её боку сквозь лёгкую ткань. Гермиона вздрогнула. Он почувствовал это — и тихо усмехнулся прямо в поцелуй. Когда Драко немного отстранился, её дыхание было прерывистым. — Это… — начала она, пытаясь вернуть себе серьёзный тон, — никак не помогает твоему магическому ядру. — Ошибаешься, — лениво ответил он. Его лоб почти касался её. — Я чувствую себя значительно лучше. Девушка покачала головой, но улыбка всё равно выдала её. — Ты невозможен. — А ты, — тихо сказал он, снова склоняясь ближе, — слишком долго пыталась лечить меня неправильными методами. Гермиона едва успела перевести дыхание, когда Драко снова поцеловал её. Она сидела на перилах беседки, и тёплый июньский ветер едва заметно шевелил подол её лёгкого жёлтого платья. Всё происходило слишком быстро — ещё несколько минут назад она проводила диагностику его магического ядра, сосредоточенная и серьёзная, а теперь его руки уже держали её так близко, что мысли путались. Когда его ладонь скользнула по её ноге под тканью платья, Гермиона тихо втянула воздух. Она почувствовала, как по коже пробежала дрожь. Его прикосновения были медленными, тягучими, но в них ощущалась та самая уверенность, от которой внутри становилось горячо и опасно. Её пальцы сами собой сжались на его плечах. Он медленно провёл ладонью по её ноге. Сначала едва касаясь — от колена вверх. Гермиона вздрогнула. Её дыхание сразу стало неровным. — Драко… — выдохнула она, больше потому, что нужно было хоть что-то сказать. Малфой на мгновение оторвался от её губ и посмотрел на неё. От этого взгляда Гермиона почувствовала, как щёки начинают гореть. Она знала, как сейчас выглядит: волосы растрепались, дыхание сбилось, а сердце стучало так быстро, что казалось — он тоже это слышит. Его рука продолжала движение, скользя по тёплой коже под лёгкой юбкой платья. Драко остановился на мгновение, словно давая ей возможность отстраниться. Но Гермиона только чуть сильнее обняла его за шею. И тогда пальцы медленно поднялись выше. Он поцеловал уголок её губ, затем скользнул поцелуем к щеке, к линии челюсти. — Ты представляешь, — тихо прошептал он у её уха, — как это выглядит со стороны? Она тихо рассмеялась, пытаясь перевести дыхание. Его рука снова медленно скользнула по её ноге, и Гермиона невольно выгнулась чуть сильнее. Девушка крепче ухватилась за его плечи, чтобы сохранить равновесие на узких перилах. Когда он снова поцеловал её, поцелуй оказался глубже и напористее. Гермиона почувствовала, как у неё перехватывает дыхание. На секунду она уткнулась лбом в его плечо, пытаясь собраться с мыслями, но это оказалось почти невозможно — особенно когда его губы коснулись её шеи. — Нет… и, честно говоря, не уверена, что хочу знать. Его рука мягко сжала её бедро, прижимая её ближе к себе. — Целительница, — лениво продолжил он, — проводит крайне сомнительные медицинские процедуры в саду Малфой-мэнора. Гермиона отстранилась, чтобы посмотреть на него. Глаза блестели, а волосы, растрепавшиеся от ветра и её рук, падали на глаза. — Ты отвлекаешься от диагностики, пациент, — сказала она, но её голос был мягким. Драко только усмехнулся. Его пальцы всё ещё медленно скользили по её ноге под лёгкой тканью платья. — Напротив, Грейнджер, — тихо ответил он. — Я думаю, мы нашли очень перспективное направление терапии. Она коротко рассмеялась, но смех тут же перешёл в тихий стон, когда его пальцы медленно скользнули по её коже выше, касаясь трусиков. Гермиона выгнулась сильнее, удерживаясь руками за его плечи. Драко снова поцеловал её — медленно, глубоко. Его вторая рука легла ей на талию, притягивая ближе к себе, так что она почти скользнула к краю перил. Ткань платья слегка зашуршала. Гермиона тихо застонала ему в губы и невольно извилась, когда его пальцы сдвинули влажную ткань её белья в сторону. Дыхание сбилось окончательно. Она уткнулась лбом в его плечо на секунду, пытаясь перевести дух, но он тут же провёл губами по её уху. — Ты ужасно отвлекаешься от работы, Грейнджер, — пробормотал Драко. — Это… — она попыталась сказать что-то строго, но голос сорвался на полушёпот. — Это ты пациент. — Тогда тебе стоит быть осторожнее со мной. Он отстранился, но только для того, чтобы снова поймать её губы. И в этот раз поцелуй стал яростнее — таким, от которого у неё снова вырвался тихий, неконтролируемый стон. Драко начал гладить её клитор, перекатывая его под пальцами. Он ввёл в неё палец, усиливая ощущения, продолжая играть с чувствительной точкой. Гермиона сжала край перил одной рукой, пытаясь удержать себя в равновесии — не столько физическом, сколько внутреннем. От каждого нового прикосновения по коже пробегала дрожь, и эта дрожь поднималась выше, заставляя её закрыть глаза. Девушка не знала, что сильнее — смущение или то тягучее чувство, которое медленно разливалось по всему телу. И самое главное было то, что она вовсе не хотела, чтобы он остановливался. — Смотри на меня, — прошептал Драко, ускоряя движение внутри неё. Она открыла глаза и встретилась с его взглядом. Драко смотрел на неё так внимательно, будто пытался прочитать каждую реакцию — каждое изменение её дыхания, каждое движение. — Ты дрожишь, — тихо заметил он. Гермиона попыталась ответить что-нибудь язвительное, но вместо слов вырвался лишь тихий, прерывистый выдох, когда его пальцы сильнее коснулись чувствительной точки. Она опустила голову ему на плечо, пытаясь скрыть выражение лица, но это было бесполезно. Всё тело реагировало на него слишком честно. Её пальцы сами нашли его плечи, затем шею. Она крепче ухватилась за ткань его рубашки, словно ей нужно было за что-то держаться. Драко снова двигался медленно, мучительно медленно, и от этого ощущение становилось только острее. Каждое его прикосновение отзывалось волной тепла, поднимающейся всё выше. — Драко… — её голос прозвучал шёпотом. Он тихо усмехнулся возле её уха, но в этой усмешке было только напряжение, такое же сильное, как у неё. Он поцеловал её в висок. Потом в щёку. Потом в уголок губ. И продолжал держать её так близко, что она чувствовала его дыхание на своей коже. Гермиона больше не пыталась сохранять самообладание. Она прижалась к нему сильнее, пальцы сжались на его плечах, когда волна ощущений наконец накрыла её полностью. Девушка тихо зажмурилась, спрятав лицо у него на шее. На мгновение всё вокруг будто остановилось. Только её дыхание — неровное, сбившееся — и его рука, всё ещё обнимающая за талию, удерживая на перилах. Драко не отпускал её. Он провёл ладонью по спине, медленно, словно успокаивающе. — Кажется, — тихо сказал он у самого её уха, — это даже эффективнее, чем трансфигурация яблок. Гермиона тихо рассмеялась, всё ещё пряча лицо у него на плече. — Не смей делать из этого научный метод, Малфой. — Слишком поздно, — лениво ответил он. — Эксперимент уже дал весьма убедительные результаты.