Игрок и Боги

      Поднявшись подобно зомби, Джинн поплелась к умывальнику, еле переставляя ноги. Покрасневшие глаза щипало, взор застилала белая пелена, и она сама не знала, куда идёт.       Всю ночь, все шесть часов ей снилась Рукхадевата, которая благодарила за второй шанс и хвасталась дочерью!       Нет, она понимала эту женщину, и не считала её врагом, но к трём часам в последнем факте начала уже сомневаться – так долго рассказывать про длинные ушки даже Алиса не могла!       Поэтому, да, магистр Лев-Одуванчик немного не выспалась, и подозревала, что её тело разрушается из-за экстремального соседства. Считалось, что рабы Сущности не способны умереть, но, возможно, её просто выбросили, как надоевшую игрушку?..       Подёргав пипку на умывальнике (на фоне прочих городов Мондштадт оставался немного деревенским), Джинн плеснула в лицо холодную воду и посмотрелась в зеркало...       – Привет, подруга! – жизнерадостно смотрела на неё Рукхадевата из отражения. – Вчера мы не договорили, но, кажется, я нашла способ общаться и в реальности... Что-то не так?       С гулким звуком Джинн приложилась лбом к холодной раковине.       Что ж, по крайней мере, на этот раз её разум не захватили...       

***

      Выслушав смущённые извинения забытой богини, Джинн всё-таки привела себя в порядок и отправилась в штаб-квартиру.       Широко распахнув дверь, она подставила руки навстречу ветру... И моргнула, протерев глаза.       Каждый дом, каждая улочка была изрисована яркими, цветными словами:       «Привет»       «Привет Привет»       «Привет привет привет»       Части букв закрывали окна, траву, и прекрасные тротуары, а краской залили, кажется, буквально всё! Даже статую Венти не пощадили!       Мимо пробежала Эмбер, а из сумки у неё выглядывало подозрительное полупрозрачное существо...       – Эмбер, – позвала Джинн.       – Да, Магистр Джинн? – остановилась та, и существо забавно дёрнулось, напоминая студень.       – Это кто?       – А, ну это маниту из Натлана!       – И что оно делает в твоей сумке?       – Красит!       Услышав команду, существо оживилось и засуетилось. Плюх-плюх-плюх – и мостовая приобретает кислотно-зеленый колер...       Джинн глубоко вдохнула, и Эмбер втянула голову в плечи.       – Мона-а-а! – вопила магистр, и эхо разносило её голос по всему региону.       Рыцарь Одуванчик превратился не то что бы во Льва, но как минимум в раненую белугу...       

***

      Но давайте же отвлечёмся от вакханалии в Мондштадте, и посмотрим на более интересные вещи – например, в небесные сферы, где прямо сейчас Три Тени проводят внеочередное собрание...       – Истарот, какого хрена? – хлопнула по концептуальному столу Ронова. – Этот светловолосый хмырь путешествует во времени как к себе домой! У нас целые регионы живут в прошлом и будущем, ты там, что...       Дальнейшие слова мы не приводим из соображений цензуры и культуры, но искушённый читатель, несомненно, заполнит пропуск в меру своего понимания.       – ...ноги тебе в рот, – закончила свою речь обычно меланхоличная и психологически травмированная Богиня Смерти.       – Я ничего не могу поделать! – защищалось Время. – Каждый раз, когда я хочу вмешаться, между нами возникает непреодолимая стена! Вот, смотри!       Собрав всю свою силу, она открыла портал к Путешественнику и решительно шагнула в чёрную гладь, но неведомое нечто вытолкнуло её наружу...       – Может его Асмодей защищает? – лениво зевнула Набериус. – Мы ж её так и не нашли...       – А ЭТО, МАТЬ ВАШУ, КТО? – аж затопала от злости Ронова, показав на изображение Паймон, которая лежала на подушках в Инадзуме, поедая сладенький виноград.       И вот с одной стороны, слежку она вроде бы не заметила, но вот с другой, мордашку делала настолько вредную, что вместо винограда хотелось подложить ей перчиков с горчицей.       – Ну, я даже не знаю, какая-то фея, – накручивала прядь Набериус. – Мутант, наверно – семь желудков и ноль мозгов!       – Фея? – спокойно смотрела ей в глаза Ронова.       – Ага...       – Мутант? – закипала Владыка Смерти.       – Девочки, не ссорьтесь...       – ДА В КАКОМ МЕСТЕ ВОТ ЭТО – ФЕЯ?! – вопила самая забитая из Теней.       От её голоса небеса дрожали, а по элементальным потокам прошла рябь.       – Маленькая, летает, в целом бесполезна...       – Сцуко, не смей, – рычала Ронова, от ярости наклонив голову и обнажив зубы.       – Весёлая, дружелюбная...       – Только попробуй!..       – Фея!       – Гр-р! – бросилась в драку Смерть.       Но пока две Тени катались по полу, пытаясь то ли придушить, то ли заломать друг друга, Время думала, чего они скажут Небесному Порядку, если тот внезапно пробудится.       – Дамы и господа, мы пролюбили мир, – мило улыбнувшись, прорепетировала она.       Лежащие на полу остановились, посмотрев на неё как на дурочку. Ронова, усиленная гневом, почти победила Набериус и выдрала у неё клок волос, но та не сдавалась и разорвала противнице шляпу.       – Я, кстати, чего подумала, – сказала малость растрёпанная Жизнь, – вот Путешественник – жуткий бабник, ни одной юбки не пропускает. Его Хозяин, судя по всему, тоже падок на женщин, подчиняет в основном их. Знаете, что меня в этом смущает?       – Что?       – А то, что мы сами, на секундочку, женщины, причём красивые...       Ронова сглотнула и даже перестала держать Набериус.       – А может Путешественник тоже из наших? – предположила она с надеждой. – Ну, пятая Тень, к примеру, или ещё какая зверушка... Есть же причина, по которой Небесный Порядок, аморфное существо, создал женские тени? Может, он на самом деле тоже мужик с кобелиной сущностью, а это его аватар?       – Не-е, вряд ли! – снисходительно махнула Истарот. – Сила совсем другая! Я думаю, мы имеем дело с чем-то бесконечно более могущественным, более трансцендентным, нежели наш с вами Небесный Порядок!       Слова прозвучали, и опустилась гнетущая тишина.       – Единственное, что мы можем – наблюдать, – постановила Ронова и остальные молча согласились. – Наблюдать и надеяться.       Что поделать, бедные Тени совсем не могли вмешиваться, ведь их ещё не ввели в сюжет...       

***

      Итэр помахал Фурине, а сам ускорил шаг и завернул в переулок – улыбка покинула его лицо, и наш герой судорожно перебирал косичку.       По какой-то причине загадочный Повелитель отправил его в будущее, где Фурина относилась к нему хорошо и вспоминала события, которых не было!       Начиналось-то всё как обычно – их с Паймон переместили в город, и Путешественник надеялся поговорить с Линетт, но внезапно Паймон увидела знакомое лицо:       – Смотри, там Ксавье! Кажется у него проблемы! Давай послушаем, вдруг ему нужна помощь?       Как правило, после этих слов начиналось эпическое приключение с разграблением всего и вся, но в этот раз накатанный шаблон дал сбой – Ксавье снимал фильм, а их приглашал в съёмочную группу!       – Фестиваль Фонтиналия происходит раз в год, – увлечённо рассказывал кинопродюсер, видя в друзьях спасение, – но инвестор, которого я нашёл, пострадал от кризиса, поэтому бюджет пропал... Всё пропало, что же мне делать?..       А сам глазом косит – намекает!       – Не волнуйся, Ксавье, мы тебе поможем! – икнула Паймон, ведь вкусняшки в ней до сих пор не уложились. – В качестве режиссёра можно позвать Фурину...       Итер сначала подумал, что Паймон шутит – издевается над ним, бедным. В конце концов, с его точки зрения они прибыли в Фонтейн всего неделю назад, и совсем ничего не успели сделать... Ну, правда их бросили в тюрьму за сексуальные домогательства, но кто же знал, что Гидро-Архонт не любит розы?       Да и дел у неё всегда было невпроворот – богиня, всё-таки...       Однако Паймон обсуждала её приглашение так, будто у них давно всё схвачено, и в какой-то момент Ксавье упомянул забавный факт:       – Кинопремию назвали в честь госпожи Фурины... Когда она ещё была Гидро-Архонтом.       – Чего? – не выдержал Путешественник, на миг сбрасывая нити контроля Сущности.       Обычно он молчал, но иногда, в особенно эмоциональные моменты, мог высказать свою точку зрения – что-то вроде права голоса, которое пожаловали ему после решения кризиса в Мондштадте.       – Ну, переименовывать, кажется, не планируют, – попятившись, бормотал Ксавье.       Он понимал, что Итер сейчас транслирует волю своего божества, но этот всплеск эмоций... Поговаривали, что иногда Путешественник высказывает собственную точку зрения, и загадочный Внешний Бог может к нему прислушаться! И последствия тому – непредсказуемы...       Несколько человек ойкнули и бросились в разные стороны, ведь они тоже знали – если Путешественник заговорил, быть беде!       Никому не хотелось послужить иллюстрацией для раскрытия лора или характера...       Увидев это, Итер взял себя в руки, притворившись, будто всё понимает:       – А-а-а, да, точно, – широко и дружелюбно улыбался он. – Да, конечно же, давайте пригласим Фурину!       А сам в это время разрабатывал тайный план – как бы разузнать побольше, не вызвать панику, и не уничтожить мир временным парадоксом.       Ему не нравилось, к чему всё шло, ведь, судя по многочисленным оговоркам, произошло нечто очень плохое – какой-то потоп, или казнь, или преступление... Многочисленные намёки не давали полную картину, а спросить прямо он не мог – Сущность управляла каждым движением.       К тому же, Ксавье снимал фильм о Двух Мушкетёрах, но зачем Повелителю обычный кинофестиваль? Очевидно, в нём есть какая-то тайна!       Итер не знал целей своего Повелителя – да и плевать! Он запускал собственное расследование, и когда их вернут в прошлое – все будут спасены!       «Гидро-Архонт плачет на своём троне»?       Чепуха!       Никто не умрёт, и они с Фуриной будут танцевать в свете прожекторов, и слёзы у неё будут счастливые!       Уж он об этом позаботится...              Примечание. Здесь и далее происходит сюжет ивента Розы и Мушкеты.       

***

      Первым делом Итер отправился в газету Паровая Птица, где работала его старая знакомая – Шарлотта.       – Конечно же, я могу дать тебе старые выпуски, – тараторила девушка, бегая по типографии, – какие события тебя интересуют?       – Примерно с моего прибытия, – обтекаемо уточнил он. – Хочу кое-что проверить...       Сделав снимок его нарочито глупого лица, Шарлотта привела друга в подземное помещение, где хранились... Нет, не все знания человечества, а всего лишь старые подшивки.       Достав из кармана специальные очки без диоптрий, Путешественник начал просматривать события прошлых месяцев, не обращая внимания на стоявшую в дверях Шарлотту.       Держа камеру наготове, она явно ждала сенсацию, но едва ли он сумел бы удовлетворить её любопытство... Каждый хотел посмотреть на слугу Сущности, но кто мог запечатлеть невидимое? В конце концов, он и сам ни разу не видел Бесплотного Повелителя – как и не знал, для чего именно создали их с сестрой.       Они осознали себя, когда шли по мосту с колоннами. У них не было истории, не было воспоминаний, а неведомая сила, управлявшая ими, совсем не вызывала страха... Тогда им казалось, что мир прост, а для счастья нужно только идти вперёд, подчиняясь кукловоду – но вот перед ними возникла Неизвестная Богиня и всё изменилось...       Итер не успел понять, кто именно сбросил их в Тейват – сама Сущность, та женщина, или случайность в результате их конфликта – но оказавшись на берегу, полностью растерялся.       Несколько месяцев он жил в палатке из лопухов, питаясь рыбой – кое-какие навыки, видимо, встроили в него при создании – но в целом оставался чистым листом. Единственное близкое существо, Люмин, пропало; указующая сила Кукловода перестала себя проявлять, а людей он пока не встретил...       Ему, в общем-то, нравилась такая жизнь, простая и беззаботная – но тут в воде забулькало, а вместо рыбы на крючок попалась Паймон!       Просушившись, малявка сразу развела бурную деятельность: сестру, мол, необходимо найти, смысл жизни можно придумать новый, а чудеса Тейвата сами себя не увидят – вставай, пошли в Мондштадт!       Его Создатель одновременно с этим проявил себя, вернув контроль, и Путешественник уверился в правильности подобных слов... Так и начали они обследовать окружающий мир втроём – он, Кукловод, и Паймон.       Именно тогда Итер впервые встретил существо противоположного пола – Эмбер из отряда скаутов Ордо Фавониус. Весёлая и непосредственная девушка пробудила в нём новые чувства, и тогда он впервые осознал свои желания:       – Я хочу, чтобы все девушки вокруг меня смеялись, улыбались, и никогда, никогда не плакали! – рычал он в небо, когда Ужас Бури покинул полуразрушенный Мондштадт. – Я хочу сделать их всех счастливыми!       Позже он разберётся, как именно можно этого достичь, а его Повелитель отомстит за погибших, заперев Двалина в вечной временной петле.       Позже его невидимый Хозяин подчинит себе Лизу, Барбару и Ноэлль, сделав из них самых опасных существ Тейвата.       Позже они с Паймон станут героями, символом добра и надежды – но всё это произойдёт потом...       Тогда же он мог лишь срывать голос, угрожая Небесам кулаками в тщетной попытке вернуть всех назад.       Сняв очки, Путешественник потер переносицу – не самые хорошие воспоминания накрыли его с головой, но вот среди газет попалось нечто странное:       «Пророчество о гибели Фонтейна – правда или ложь?»       А это уже интересно...       

***

      Барбара и Ноэлль активно работали тряпками, оттирая граффити с крыши алхимической лавки. Чуть дальше Мона поливала стену элеменальным навыком, а у входа их караулила Розария, которая в раскраске города не участвовала.       – Что-то мне уже не хочется в этот кружок вступать, – жаловалась Барбара, смачивая тряпку. – Придумали всё они, а убирать нам!       – Заслужили, – вздохнула Ноэлль, работая щёткой.       Чуть дальше Кэйа запихивал в мешок последнюю маниту, а Дилюк договаривался насчёт доставки в Натлан. Около пятидесяти мешков прыгали перед ним на мостовой...       – Нет, а почему они решили делать всё именно здесь, а не в Натлане? – всплеснула руками Барбара. – Зачем было вылавливать всех этих ашей, а потом перевозить сюда?       – В Натлане Мавуика и Ситлали, – содрогнувшись, пояснила очевидное Мона, – а у нас Джинн и Венти!       – И что?       – Ситлали ругается, Мавуика дерётся – там нельзя!       – А Венти у нас, можно подумать, мирный, – саркастично ворчала Барбара.       – Ну, Сущность забирала его в Бездну, а это надолго! Да и Джинн при удаче могла бы ничего не заметить...       – Разговорчики! – потыкала их шваброй Розария. – Возьмите вот лучше особый инвентарь!       Ноэлль приняла швабру и посмотрела вниз укоризненно:       – Тебе что, нравится унижать товарищей?       – Не унижать, а преподавать урок! – важно поправила убийца на службе Церкви. – Может, не будете потом подвергать весь регион опасности!       – Она просто завидует, что Повелитель забирает нас чаще, – вредничала Барбара. – Если бы ты ходила с нами в приключения, то знала бы, что Сущность против подобных методов!       – Зато я ходила в Театр Воображариум! – хмыкнула Розария, опираясь на копьё Нефритовый Коршун.       – А я убила Пиро-Орхидею двумя ударами! – выпрямилась Барбара, призывая Небесный Атлас.       – Девочки, не ссорьтесь! – устало мычала Мона. – Может, всё-таки разрешите нам использовать аш? Они же умеют стирать свою краску!       – Не-е, тогда педагогического эффекта не будет, – снисходительно протянула Розария, – давай-давай, работай, день длинный!       Ропот и вой был ей ответом – так и скребли город участники Аномальных Культов...       

***

      Итер же собрал информацию и теперь думал, что со всем этим делать. Фурина вечером чмокнула его в щёчку, придавая мотивацию свернуть горы, но следовало же с чего-то начинать!       Ещё и Ксавье отвлекал своим фильмом... Кто бы мог подумать, что в качестве актёров он пригласит Камисато Аяку и Аято?! Ладно ещё Ёимия, но их-то куда девать?       Да и художественный руководитель, Тиори, как будто бы смотрела на него с презрением...       И вот, пока девушки знакомились (неудобно вышло), Итер тихонько задал самый логичный вопрос:       – Вы же почти правители своей страны, зачем вам актёрская деятельность?       – Культурный обмен, – пропел Аято, улыбаясь до глаз-щёлочек, – не у всех же есть каналы связи с Внешним Богом, простым людям приходится крутиться по-другому!       – Тоже подлизываетесь к Повелителю?       – Угусь. Будешь молочный чай?       – Спасибо, не откажусь...       Вскоре милый разговор прервал характерный «хлю-ю-юрп», а потом ещё один – без чая во всём этом точно не разобраться...