Милосердие или что-то ещё

Сентябрь 1997

Кэти

Они вместе молча смотрели на ночное небо. Это было странно… и неожиданно уютно. Конец этого вечера представлялся совсем иным. Через час дыхание мужчины стало ровнее, и он уснул. Очень осторожно Кэти высвободилась из его объятий. Сев, она задумалась, что делать дальше. Можно ли сейчас сбежать — Волдеморт ушёл, её похититель спит, остальные Пожиратели Смерти отвлечены. Они остановились рядом с полем высокой травы, в ней можно было спрятаться и убежать. Возможно, до утра никто бы не заметил её исчезновения. Но, едва подумав об этом, она тут же отвергла эту мысль. А что, если это разозлит Пожирателя Смерти настолько, что он всё-таки решит «поделиться»? Фенрир выследит её раньше, чем она успеет добраться до безопасного места. Единственной надеждой было либо убедить мужчину отпустить её, либо сбежать вместе с ним. Ни один из вариантов не внушал оптимизма. Этот Пожиратель оказался мягче, чем она ожидала, но всё равно оставался угрозой. Кэти не знала, сможет ли пролежать без сна до утра, ожидая своего пожизненного приговора. Глядя на мужчину, она снова и снова возвращалась взглядом к маске — ей отчаянно хотелось узнать, кто он. Пальцы коснулись края маски и попытались приподнять её, но ничего не произошло. Она будто была намертво приклеена к его лицу. Нижняя половина маски всё ещё отсутствовала, и Кэти с трудом подавила странное желание провести пальцем по его полной нижней губе. Размышляя, что делать дальше, девушка заметила, что Пожиратель Смерти сжимает палочку в руке, противоположной той, в которой держал её, — она лежала в траве. Не успев передумать, Кэти приняла опрометчивое решение. Она резко наклонилась, схватила палочку, при этом оседлав громилу, и прежде чем он успел среагировать, прижала палочку к его горлу. Пожиратель Смерти вздрогнул и проснулся. Зелёные глаза смотрели на неё сквозь серебро маски. Обе его руки легли по бокам её ног, под коленями, сжимая икры. Он несколько секунд изучал её, а затем усмехнулся, словно ситуация его забавляла. — Знаешь, что нужно, чтобы убить человека, глядя ему в глаза? — Его руки скользнули выше, от колен к внешней стороне её бёдер, и она вздрогнула. Они были мозолистыми и такими большими, что почти полностью закрывали обнажённую кожу. — Нужно не только мужество. Нужна ненависть к себе. Сначала ты должен возненавидеть самого себя. — А ты… ненавидел? — спросила она. — Много раз. Как ты думаешь, как я заслужил тебя? — Его зубы блеснули в лунном свете. — Я один из лучших. Но, в отличие от других, я делаю всё быстро. От меня — только милосердие. Её тело напряглось целиком. — Это моя судьба? — спросила она. Он тихо рассмеялся — смех прокатился по его груди под женскими руками. — Милосердие? Это то, чего ты хочешь? — Его большие пальцы медленно вдавились в кожу её внутренней стороны бедра, поднимаясь выше. — Или ты хочешь оказаться как девчонка Роули, запертой в моём подземелье? Его насмешливые слова звучали грязно, произнесённые глубоким голосом, от которого у неё всё сжалось в животе. В голове вспыхнули образы — извращённые, пугающие: она, связанная на полу в подземелье… или он даст ей кровать? Кэти задрожала, стараясь не терять концентрации, пока его пальцы всё сильнее сжимали кожу, почти до синяков, опасно приближаясь к цели. — Не спрашивай меня, что я сделаю, — продолжил он, опуская руки обратно к её коленям. — Сейчас вся власть у тебя. Палочка у моего горла. Ты можешь заставить меня сделать всё, что захочешь. От этих намёков у неё едва не вырвался стон. Насколько же всё было извращёно, если одно лишь предположение возбуждало? Возможно, дело было в его мягкости — но то, как он смотрел на неё снизу вверх, заставляло кожу плавиться. Ей нужно было сосредоточиться. В ответ она сильнее прижала палочку к его коже. — Сними маску, — потребовала она. — Тебе придётся меня убить. — Но почему? — Ты ненавидишь меня. — Я? — О да. Ты считаешь меня отвратительным. Я не хочу видеть твоё лицо, когда ты поймёшь, кто я. Я предпочёл бы, чтобы ты видела во мне призрака. Она жалела, что не узнаёт его. Большинство слизеринцев — да и равенкловцев тоже — издевались над ней: их мужскую гордость ранило то, что их обыгрывала девушка в квиддич. Вариантов было много, но ни один не подходил. Честно говоря, она никогда не присматривалась к ним достаточно внимательно. Тёмно-каштановые волосы были аккуратно подстрижены. Красивые зелёные глаза смотрели с вызовом. — Прикажи мне, — наконец сказал он после напряжённой паузы. — Скажи, чего ты хочешь. Милосердия… или чего-то другого. Его руки снова обхватили её бёдра и резким движением подтянули вперёд, за его плечи, усаживая на ключицы. Теперь её бёдра лежали по обе стороны от его головы, колени разведены в стороны, а центр её тела оказался прямо напротив его подбородка, отделённый лишь тонким слоем ткани летнего платья. Кэти поняла, что он предлагает. Дыхание мужчины участилось, его грудь поднимается и опускается. Его зрачки расширились от желания, и это странно отзывалось в её теле. Дай ему то, чего он хочет. Её мучило, что она хотела этого тоже. Она не должна была делать этого и не должна была желать его. Но имело ли это значение? Она уже однажды переспала с дьяволом — и ей понравилось. Чем может навредить второй раз? Утром она либо будет мертва, либо порабощена. Так почему бы не насладиться тем, что ещё жива? Больше всего сейчас хотелось забыться, уйти от ужаса и травмы. И если она даст ему то, чего он явно хочет, как советовала Зала, возможно, это сохранит его благосклонность. В глубине души она знала, что эти оправдания, попытка сбежать в удовольствие, будут преследовать её потом. Даже осознавая это, она сдвинула палочку так, чтобы та упиралась в его щёку. — Чего-то другого, — прошептала она. Мужчина замер, словно каменный, а затем сделал несколько рваных вдохов. — Ты не обязана, — сказал он. — Я никогда не заставлю тебя. Кэти решила проверить его. — Руки прочь. Он тут же отпустил. — Ты главная, — сказал он. От этих слов у неё всё внутри заныло. — А если я сейчас слезу с тебя? — Это будет твоим выбором. Кэти вздрогнула. — Верни руки, — сказала она. Его глаза расширились, но он повиновался: снова сжал её бёдра и медленно повёл вверх, пока подол платья не собрался в его ладонях, поднимая ткань к её бёдрам. — Медленно, — предупредила она. Они не отрывали взгляда друг от друга. В его взгляде был вызов — словно он подталкивал её пойти дальше. Она гадала, что он готов сделать по её приказу. Настоящее это или нет, но после ночи кошмаров сама мысль о контроле заставляла её дрожать от вождения. К тому моменту, когда он поднял платье до талии, полностью обнажив её, она была уже достаточно возбуждена. — Что дальше, госпожа? — Он поцеловал её внутреннюю сторону бедра, и с её губ вырвался тихий всхлип удовольствия. — Я ваш верный слуга и сделаю всё, что вы пожелаете. Дай ему то, чего он хочет. Слова Залы не отпускали. Было легче, что на этот раз ей не нужно было притворяться или манипулировать. Ей снова нужен был побег от реальности. Нужно было вернуть себе свободу выбора, перевернуть судьбу. Собрав остатки храбрости, Кэти стянула кардиган с плеч, внезапно почувствовав жар. Она расстегнула одну пуговицу на платье, наблюдая за его лицом, за тем, как участилось его дыхание, словно он не мог поверить, что она делает это добровольно. Кэти и сама этого не понимала. Возможно, всё дело было в занесённом над ней мече, но она никогда не чувствовала себя настолько живой и сильной. Каждая секунда казалась значимой. — Леди не должна раздеваться сама. — Да, госпожа, — ответил он и стал расстёгивать пуговицы мозолистыми пальцами, которые ласкали мягкую кожу её живота, опускаясь ниже. Когда с пуговицами было покончено, она сняла платье через голову и отбросила в сторону, оставшись в одном лифчике. Его она оставила — всё ещё было не совсем комфортно. Казалось, после того, что уже произошло между ними, нет причин почувствовать себя уязвимой, будучи обнажённой, но сейчас он мог видеть мягкость её живота и растяжки на бёдрах. Однако его взгляд скользил по ней так, словно она была чем-то, что он хотел кусать, облизывать и наслаждаться часами. — Ты – самое прекрасное, что я когда-либо видел. — Он завёл руки под её ноги, сжимая ягодицы и притянул ещё ближе. Его губы снова коснулись её внутренней стороны бедра, язык медленно прошёлся вверх по одной стороне и остановился, когда она едва не вскрикнула. Затем он отстранился. Прежде чем она успела возразить, его губы переместились к другому бедру. Когда он оказался совсем близко к её влажному центру, он замер и посмотрел на неё. — Пожалуйста, — выдохнула она. Кэти не знала, выдержит ли она ещё эту пытку. — Не смей, чёрт возьми, умолять меня, — жёстко сказал он. — Я принадлежу тебе. Прикажи мне. Используй меня. Ты даже не представляешь, что я сделал бы, если бы ты просто попросила. Кэти дрожала, не понимая, что, чёрт возьми, делает, но теперь она этого хотела. Заставь меня забыть, — чуть не слетело с губ. — Сделай мне хорошо. Он застонал от собственного желания, словно ждал этих слов долгие годы. — Как прикажете, госпожа. — Он резко потянул её вперёд, поднимая и приближая к своему лицу, так что она зависла над его ртом, упираясь коленями в землю. Его язык коснулся её, затем провёл вверх, к клитору. Из её горла вырвался странный звук — такой она никогда раньше не издавала. — Ты на вкус именно такая, какой я тебя представлял. Кэти положила руку ему на голову для равновесия, вплетая пальцы в его густые тёмно-каштановые волосы, пока он зарывался лицом в неё, а она покачивалась на нём, не в силах остановиться. Он довольно замычал, и вибрация отозвалась в ней. Без предупреждения он добавил пальцы, осторожно скользнув внутрь и надавив на точку, от которой её пронзила дрожь. Ощущение наполненности и ласки языком были почти невыносимыми. Она двигала бёдрами навстречу его языку и пальцам. Край его маски впился в её бёдра, когда накрыл разряд, и она громко простонала, не контролируя себя. Внезапно мужчина схватил её за талию, и прежде чем она поняла, что происходит, оказалась на земле под ним. Кэти была этому рада. Её тело было обессилено, и она не смогла бы удержаться сидя. Пожиратель Смерти навис над ней, вытирая полные губы с самодовольной усмешкой. — Ты великолепна, Белл. — Он подтянул её вниз, укладывая в то же положение, что и в первый раз. — Но ночь ещё далека от конца. Он почти вошёл в неё, но остановился, когда она положила руку ему на плечо. — Не раньше, чем ты разденешься. Это будет справедливо, я хочу увидеть тебя. Он колебался, но затем сделал, как она просила: снял мантию Пожирателя Смерти, потом рубашку и брюки. Кэти смотрела, как каждая деталь одежды исчезает с его тела, и чувствовала себя хищницей. Осталась только маска. Впервые он выглядел неуверенным — слегка ссутулившись, словно боялся, что она не найдёт его привлекательным, что отвергнет. У него были широкие плечи. Мускулы проступали на бёдрах, животе, бицепсах — не такие рельефные, как она ожидала, но он был сильным. Красивым в привычном смысле слова его назвать было сложно. Его красота была пугающей. Звериной. Шрамы — большие и маленькие — пересекали его тело, свидетельствуя о жестокости. Его и к нему. Он повернул левое запястье внутрь, будто пытаясь скрыть уродливую метку на предплечье. На другой руке был потрясающий дракон — золотое существо словно двигалось в нетерпении. Она не была по-настоящему в безопасности. Он мог вырвать палочку, если бы захотел. Силой прижать её. Изнасиловать. Сломать. Свернуть шею. Ему даже не нужна была магия. Но вместо этого всю ночь он был мягок. Давал право сказать «нет». Кэти интуитивно чувствовала: если бы она сопротивлялась, даже в самом начале, он бы остановился — несмотря на угрозу смерти. Зала говорила дать ему то, чего он хочет. Теперь Кэти поняла, что именно это было. Она шире развела бёдра в приглашении и ласково улыбнулась ему. — Я хочу, чтобы ты был во мне, — сказала она. Он заметно содрогнулся. Зелёные глаза смотрели почти испуганно, словно она могла исчезнуть, стоит ему закрыть их. Он подполз к ней, и когда они наконец соприкоснулись, это оказалось неожиданно нежно. Он не спешил, ласкал, исследовал, целовал, снова разжигая желание. Это было легко — к тому моменту, как он вошёл в неё, она уже задыхалась, извивалась и умоляла. — Здесь моё место, — низко прошептал он ей в ухо, его мощное тело накрывало её. Он двигал бёдрами, поднимая руку к её горлу. — Скажи, что ты моя. Хотя бы сегодня ночью. Скажи, что ты моя. Теперь в его голосе был настоящий зверь. Ей было всё равно. Стыд исчез давно. — Я твоя. Он хрипло застонал, двигаясь быстрее, сжимая её горло чуть сильнее. — Мерлин, однажды ты меня погубишь. Он стянул её лифчик и взял сосок в рот. Кэти низко вскрикнула, когда его язык коснулся соска. Потом снова. И снова. Боль и удовольствие переплетались, нарастая, пока она больше не могла терпеть. — Пожалуйста, пожалуйста… просто… — бессвязно шептала она. — Кончи для меня, — приказал он, всё ещё удерживая сосок зубами. И с очередным резким толчком она подчинилась. Спустя мгновение он наполнил её теплом, вонзаясь зубами в её плечо от собственного удовольствия, её имя прозвучало приглушённо у шеи. Когда они, задыхаясь, лежали рядом, он молча оделся и помог ей надеть платье и кардиган. Когда он лёг, она без колебаний свернулась в его ожидающих объятиях. Тёплый голубой свет вспыхнул над её животом — он завершил противозачаточное заклинание. Перед тем как уснуть, она почувствовала его губы у себя на волосах. — Не ненавидь себя завтра, — прошептал он.

***

Кэти проснулась от того, что над ней навис Фенрир — оскаленный рот с острыми зубами, источающий запах гнили. Кэти почти закричала, но его рука накрыла ей рот, когти впились в щёку. Один неверный шаг — и они разорвут кожу. — Если будешь тихой, я оставлю тебя целой, — прошептал он ей в ухо, горячее дыхание вызвало тошноту. — Он даже не узнает, что я попробовал его объедки. Сивый оттащил её от Пожирателя Смерти. Мужчина всё ещё спал, одна рука лежала на широкой груди. Кэти попыталась незаметно коснуться его носком, чтобы разбудить, но Фенрир утащил её прежде, чем она успела. Из её горла вырвался приглушённый крик, тут же задавленный его ладонью. Это лишь разозлило оборотня. Он грубо схватил её за талию, прижимаясь ртом к уху. — Закричишь – и я сделаю так, что ты больше никогда не сможешь издать и звука. Слёзы наполнили глаза Кэти. Она глупо позволила себе надеяться. Эта надежда росла, чем больше времени она проводила с Пожирателем Смерти. Его мягкость. То, как что-то темнело в его взгляде каждый раз, когда он смотрел на неё. Она не была слепой. Он хотел её — возможно, уже давно. Метка должна была отталкивать, но когда Пожиратель Смерти исчез из виду, всё, о чём она могла думать, — это как он стонал её имя, будто нашёл редкое сокровище. Фенрир не оставит её в живых. Он изнасилует её — скорее всего, жестоко — а потом избавится от неё мучительным способом. Через какое-то время зверь швырнул её на землю и бросил предупреждающий взгляд. Ноги кровоточили от попыток упереться в землю. Место было ещё более удалённым, чем прежде, спрятанным посреди моря высокой травы. Кэти всхлипнула, когда зверь наклонился и провёл когтем по её руке. — Я передумал. Я с радостью заплачу цену, чтобы попробовать твою плоть. В конце концов, это всего лишь несколько галлеонов. Он наклонился, разинув пасть, будто собираясь откусить кусок. Она закричала, не сдержавшись. Это, похоже, лишь возбудило зверя. Прежде чем зубы сомкнулись, чья-то рука обхватила горло Фенрира. За его спиной стоял её Пожиратель Смерти, лицо искажено яростью. Каждая линия его тела была напряжена. Он зарычал, как сам оборотень, поднял Фенрира и с силой впечатал его в землю, раздался глухой удар. Фенрир оскалился, но Пожиратель Смерти навис над ним, прижимая палочку к его горлу свободной рукой. — Укуси меня! Ну же! — Я просто хотел немного попробовать. Это было сказано зря. Пожиратель Смерти дёрнул руку и снова с силой ударил головой оборотня о землю. Фенрир зашипел от боли. — Она моя! — взревел он ему в лицо. — Подарена мне Тёмным Лордом. Я должен сообщить ему, что ты пытался её украсть. Это возымело эффект на оборотня. Пожиратель Смерти отпустил его, и зверь отполз назад. Поднявшись, он несколько раз перевёл взгляд с дрожащей Кэти на разъярённого Пожирателя Смерти, пока в его глазах не мелькнула искра осознания. Медленная ухмылка растянула его губы, обнажая острые зубы. — Вперёд. Тогда я скажу Тёмному Лорду, что ты заботишься о грязнокровке больше, чем должен о рабе. Угроза повисла в воздухе. Пожиратель Смерти выпрямился, сжав палочку. С её точки зрения он выглядел почти диким — будто в любой момент мог сорваться и убить Фенрира тёмным проклятием. — Мне плевать на чёртову грязнокровку, — жёстко сказал он, глядя на Кэти и направляясь к ней. — Я просто ещё с ней не закончил. — Он схватил её за волосы и резко дёрнул, так что она едва не вскрикнула. — А теперь соси мне, Белл, как хорошая маленькая грязнокровка. Используй этот рот по назначению. Кэти замерла. Его слова породили ком ужаса в груди, страх пронзил тело. Пока она не подняла на него взгляд. На долю секунды его глаза выглядели умоляющими, извиняющимися. Кэти решила ему довериться. Дрожащими пальцами она расстегнула молнию на его брюках. Он обхватил её волосы, удерживая как за хвост. Она наклонилась, но он остановил её резким рывком. — Что ты всё ещё здесь делаешь, Фенрир? Я не люблю трахаться при зрителях. Ползи обратно к своему хозяину, пока я не нашёл повод проклясть тебя, чёртов полукровка. Ты не лучше грязнокровки. Тёмный Лорд держит тебя только как пса, как питомца. Оборотень зарычал, снова взглянув на Кэти, словно знал её тайны. — Когда-нибудь ты оступишься, — сказал он Пожирателю Смерти. — Потеряешь благосклонность Тёмного Лорда. И тогда я с удовольствием полакомлюсь твоими останками. Бросив последний яростный взгляд, он ушёл и вскоре исчез, оставив их одних. Через некоторое время Пожиратель Смерти отпустил её волосы и отошёл. — Я… — начал он и замолчал. — Мерлин, прости, Белл, но это был единственный способ его прогнать. Он осторожно потянулся к её щеке, и Кэти дёрнулась. Она не хотела этого, но он отшатнулся, будто его ударили. Его рука упала, и он сразу выглядел несчастным. — Я так и знал, что рано или поздно ты будешь смотреть на меня именно так, — пробормотал он и сел с выражением поражения. Кэти всё ещё стояла на коленях, глядя на него. — Ты собираешься меня убить? Она наконец задала этот вопрос — тот самый, от которого увиливала, боясь произнести. Солнце показалось над гребнем холма, окутывая землю сероватой дымкой. Наступило утро, и решение всё ещё висело в воздухе. Он поморщился. — Конечно, я не собираюсь тебя убивать. Её сердце замерло, а потом снова забилось. — Тогда ты отправишь меня в подземелья? Его взгляд скользнул по ней так, что у неё пробежал холодок. — Если захочешь, — сказал он, наклоняя голову. — Хотя у меня есть другой вариант. — Пожалуйста… просто скажи. Ты можешь… можешь отпустить меня? Он вздохнул и отвёл взгляд. — Ты не можешь вернуться в маггловский мир. Это слишком опасно. Я скажу Тёмному Лорду, что ты мертва. Если буду осторожен, он не станет проверять. У меня есть коттедж у моря — заброшенное место, о котором никто не знает. Ты можешь жить там до конца войны. Если Поттер победит… ты сможешь вернуться домой, а я, скорее всего, окажусь в Азкабане… или, что вероятнее, умру. От этой мысли Кэти стало дурно, хотя она знала, что не должна так реагировать. Он не был невиновен. Он сам признался, что убивал — достаточно, чтобы заслужить благосклонность Тёмного Лорда. — А если ОН победит? — спросила она. Челюсть Пожирателя Смерти сжалась, будто такое будущее было страшнее Азкабана. — Тогда ты сможешь остаться там навсегда. У тебя будет всё. Я даже дам тебе домового эльфа. Киппер тебя полюбит. — Одна? — спросила Кэти. Мысль об изоляции пугала. — Ты будешь меня навещать? В его взгляде невозможно было не заметить тоску — словно он мечтал о ленивых утрах в домике у моря, запутавшись с ней в простынях, представлял, как приходит на ужин, играя в семью. — Ты не захочешь, чтобы я приходил, когда узнаешь, кто я такой. Сейчас ты знаешь лишь призрака, но я больший монстр, чем тот оборотень. — Он прикусил нижнюю губу. — У нас остался час до утра, потом мы уйдём. Ты можешь поспать. Я обещаю не спать. Фенрир к тебе больше не подберётся. Она кивнула, обхватив себя за талию, не понимая, что чувствует: резкое облегчение, всплеск ужаса, острую тоску по дому. Но сильнее всего — глубокую благодарность. Он мог сделать с ней что угодно, но был мягок, защищал её от Фенрира, дал убежище у моря и домового эльфа. Он считал себя монстром — возможно, так и было. Но для неё он был чем-то другим. Тем, чему она ещё не знала названия. Кэти повернулась к нему. Он всё ещё опирался на ладони, глядя на неё. Она подползла ближе, и Пожиратель Смерти замер от удивления. — Что ты делаешь? — спросил он, словно боялся её. Это вызвало странное, пьянящее чувство. Подползши, она обхватила его лицо ладонями и поцеловала — мягко, но уверенно. Это оказалось интимнее, чем секс, значимее. Он застонал, но отстранился. — Тебе не нужно этого делать, — сказал он. — Ты мне ничего не должна. Я всё равно собирался тебя спасти. Снова нахлынуло облегчение. Она наклонилась и поцеловала его ещё раз, проведя языком по его полной нижней губе. Возможно, у неё был стокгольмский синдром, но разбираться она будет потом. Он снова резко отстранился. — Хватит. — Он взял её лицо в руки, слегка встряхнув, будто приводя в чувство, пальцы вплелись в её волосы. — Как бы я ни хотел этого, мы не можем. — Почему? — Потому что ты даже не знаешь, кто я, и ты травмирована. Мне вообще не следовало касаться тебя раньше, даже если ты этого хотела. Ты сделала меня слабым, но это было неправильно. Кэти покачала головой. Может, это и было неправильно, но тогда это ощущалось как вызов — бунт против всего, что от них ожидали. Он не имел права отнимать у неё это — ту силу, которую она вернула себе, сделав выбор. Его взгляд смягчился, задерживаясь на её губах, носе, бровях, словно он запоминал каждую черту. — Ты должна меня услышать. — Его руки сжались на её лице. — Ты выжила сегодня, Кэти. И ты не смеешь стыдиться того, что произошло. Благодаря твоей смелости однажды ты выйдешь замуж за обычного парня, у тебя будет двое или трое детей, отличная работа, и ты будешь счастлива. Ты слышишь меня? Ты снова будешь счастлива. Это не сломает тебя. Ты должна понять это до конца ночи. Ты не сломана. Её тело задрожало, и она разрыдалась. — Я не хочу умирать. — Вырвался её самый страшный страх. Голос был надломленным, и весь подавленный ужас хлынул наружу. Он прижал её к груди, поглаживая по волосам, пока она слушала его сердцебиение и рыдала, вцепившись в его рубашку. — Ты в безопасности, — прошептал он, крепко удерживая её в своих сильных руках. — Ты в безопасности со мной. Она оставалась в его объятиях, пока усталость не взяла верх и она не уснула.

***

Когда Кэти проснулась снова, она лежала в мягкой постели. Тёплый солнечный луч согревал кожу её руки. Она села, подтягивая простыню к груди, и обнаружила, что укутана в чёрный плащ. Плащ Пожирателя Смерти. Она узнала его по приятному запаху. Он принёс её в коттедж, пока она спала. Некоторое время она сидела, осматривая комнату. Мебель была старомодной, но уютной, и помещение оказалось меньше, чем она ожидала. Кэти встала с кровати. Набравшись смелости, она вышла из комнаты и осмотрела дом. В нём было две комнаты, маленькая кухня, ванная и гостиная. В итоге он был не намного больше обычной квартиры. У плиты стоял домовой эльф в традиционном сером мешке и готовил рагу. — Здравствуй, — сказала Кэти. Эльф подпрыгнул от неожиданности, чуть не пролив суп. — Госпожа Белл! — воскликнула она. — Киппер приготовила вам еду. Хозяин велел мне хорошо о вас заботиться. Кэти не стала спорить, села за стол и стала торопливо есть. Было очень вкусно, и на мгновение она позволила себе роскошь осознания того, что жива и может наслаждаться едой. — О, госпожа, и это ещё не всё. Мне велели заботиться и о нём, но он большой, вонючий и любит лизаться. И тогда она услышала это — тихое поскуливание, царапанье. Сердце сжалось: она узнала звук. Она бросила рагу и побежала к задней двери, выходившей к морю. Открыв её, она увидела, как внутрь влетел огромный шоколадный лабрадор, сбивая её с ног, прыгая и облизывая. — Сампсон! Кэти прижала собаку к себе и долго плакала, уткнувшись в его шерсть. Потом она отстранилась, задумавшись. Пожиратель Смерти должен был быть тем, кто забрал её в тот день. Или, по крайней мере, он там был. Иначе как бы он привёл её собаку? — Киппер, — спросила Кэти, — где твой… хозяин? Эльф встревоженно закачалась. — Киппер нельзя говорить. — Она подошла к столу, взяла свернутый пергамент и протянула его Кэти. Кэти развернула его и прочла. Белл, Тёмный Лорд не подозревает, что ты жива. Фенрир — да, но с этим ничего не поделать. Я работаю над тем, чтобы всё закончить. Ты заслуживаешь свободы, даже если ценой станет моя жизнь, но мне нужно сосредоточиться. Я не могу навещать тебя, как бы сильно ни хотел. Это вызовет подозрения. Надеюсь, пёс принесёт тебе утешение и компанию. В ближайшие месяцы тебе может быть трудно без общения, но ты должна справиться. Конец близок — я это чувствую. Я знаю, ты хочешь узнать, кто я, но я предпочёл бы остаться призраком. В коттедже ты ничего обо мне не найдёшь, и, пожалуйста, не допрашивай Киппер. Я приказал ей молчать, и это лишь усилит её тревогу. В течение года я буду либо мёртв, либо в Азкабане, а если нет — я больше не побеспокою тебя. Если защитные чары спадут — уходи немедленно. Внизу было пятно чернил, будто он колебался. Рядом с ним — ещё одно предложение. Мы, скорее всего, больше никогда не увидимся, но я умру счастливым, сохранив память о тебе.