Бушующее пламя

Вторник, среда, четверг... Дни до пятницы тянулись, как слишком липкая нуга. Ёчико каждый день честно страдала под неусыпным надзором Кайто. И если с теорией ещё как-то можно было договориться, то тестовые задания вызывали у неё дикий, животный ужас и полный ступор. То, что она только что бойко проговаривала вслух, почему-то превращалось в неверный крестик в бланке. В какой-то момент Кайто поймал себя на мысли, что желание биться головой об стол нарастает с геометрической прогрессией. Единственным островком спокойствия был английский — спасибо её родителям, мечтавшим вырастить полиглота. — Слушай, я знаю, где добыть отраву для крыс, — мрачно заметила Ёчико, уткнувшись лбом в учебник. — И тогда страдать не придётся. Ни тебе, ни мне. Предложение звучало всё соблазнительнее с каждой новой ошибкой. Но сдаваться просто так не в привычках клана Тачибана. — Ребёнок расстроится, — отрезал Кайто, стиснув зубы. — Читай ещё раз вопрос. Внимательно. — «Император, правивший дольше остальных…» — пробормотала она. — И? — Акихито? — в её голосе прозвучала слабая надежда. Кайто закрыл глаза. В висках застучало. — И тебя совсем не смущает, что он в начале этого года речь произносил? Прямо сейчас, в настоящем времени? — Я не знаю! — взорвалась Ёчико, отшвырнув карандаш. — Они все на «хито» заканчиваются! Как их различать-то?! — Ладно, — Кайто сделал несколько глубоких, успокаивающих вдохов, которым его научили на курсах по управлению гневом. Они не помогали. — Годы правления помнишь? Того самого долгого? — Угу. С 1926 по 1988. — А Акихито правит с 1988 года. Значит…? Ёчико уставилась на него пустым взглядом. В её глазах медленно плавало осознание, но никак не могло пристать к берегу логики. — Это… не он? Раздался глухой стук. Кайто не выдержал и ударился лбом о стол. Сильнее, чем планировал. Боль резкая и отрезвляющая пронзила переносицу. — Нээ-чан, ну это же его отец был, — тихо, сочувственно прозвучал голосок с другого конца стола. Хикару сидел там, клея аппликацию из листьев, и всем сердцем болел за сестру. Ему императоры когда-то тоже давались нелегко. — О, точно, Хирохито! — Ёчико буквально расцвела, будто нашла в кармане потерянную тысячу йен. — Хикару, не подсказывай! — прошипел Кайто, не отрываясь от стола. Подготовить Ёчико к «Сэйран» начинало казаться задачей на уровне восхождения на Эверест в сланцах. — Она же ничего не запомнит, если не дойдёт своим умом! — Слушай, — Ёчико положила руку ему на затылок, будто проверяя, цел ли череп. — Насколько весомы эти вопросы про порядок царствования? Кайто, всё ещё уткнувшийся лицом в стол, чуть-чуть повернул голову и уставился на неё одним глазом. — Весомы. Это почти половина исторического блока. Девушка тяжело вздохнула, и её рука бессильно соскользнула вниз. — И вот зачем они так долго правили? Нельзя было архивные записи потерять что ли? Один хороший пожар — и никаких проблем! — Прекрати заниматься глупостями. Читай следующий вопрос. — «Какой император связан с реорганизацией…» — она замолчала, прочитав дальше. — Тут опять «император»! Я так не могу! — Ну, нет другого выхода, кроме как взять и выучить, Ёчико! — его терпение лопнуло. — Просто взять и запомнить! — Да я знаю, когда они правили! Я знаю, чем они занимались! Я не помню, как их зовут! Нафига все на «хито» кончаются? Чтобы рифмовалось, что ли? — Традиция такая! Ёчико фыркнула и откинулась на спинку стула, скрестив на груди руки. Пальцы её нервно отстукивали по локтю сложный, яростный ритм. И вдруг — остановились. В её глазах мелькнула искра. Она выпрямилась, и на её лице расцвела улыбка, от которой у Кайто похолодело внутри. — На сегодня историю — пропускаем! — Ёчико, не вариант это… — Кайто никогда бы не признался, но слёзы бессилия уже щипали глаза. — Я не говорю, что мы забиваем вообще! — она вскочила, её стул с визгом отъехал назад. — Мне сегодня надо кое-что попробовать. Новый метод. Возможно, эти вечные «хито» пойдут на ура. Парень с глубочайшим сомнением посмотрел ей в глаза. В них горел знакомый огонь одержимости — тот самый, что он видел в подвале, когда она колотила грушу. Спорить было бесполезно. Да и умирать таким молодым от императорского многообразия не хотелось. — Тогда математика, — капитулировал он хриплым голосом. — У тебя получилось разобраться с графиками функций? — Я их нарисовала, — с гордостью заявила Ёчико, доставая из-под стопки бумаг листок, испещрённый кривыми, больше похожими на кардиограмму пациента в состоянии агонии. — А ещё кривее нельзя было? — Кайто без сил опустил голову на руки. Хикару, клеивший свой гербарий, тихо улыбался. Как хорошо, когда брат и сестра вместе занимаются. Даже если они при этом кричат и хотят друг друга придушить. --- Пятница. После последнего урока Кайто только вышел за ворота «Сэйран», как его схватила за рукав и потащила за собой какая-то стремительная тень в матроске. От неожиданности он едва удержал равновесие. Пробежав почти квартал, он наконец осознал, что тащит его за собой Ёчико. Но не та Ёчико. Фиолетовые пряди исчезли, уступив место чёрным, гладким волосам, собранным в строгий хвост. Она выглядела… обычной. Чужой. — Что с волосами? — выпалил он, и этот пустой вопрос казался единственной нитью, связывающей его с реальностью. — Попалась на глаза студсовету, — бросила она через плечо, не сбавляя шаг. Её ладонь, горячая и цепкая, сжимала его запястье сквозь ткань пиджака. — Покрасили меня в чёрный. При том, что я натуральная шатенка! Через пару недель снова буду осветляться. Ногами перебирай быстрее! Нас к шести ждут! — В смысле, «ждут»? Кто? — Кайто попытался подстроиться под ее темп. Ёчико резко остановилась, и он едва не врезался в неё. — Что нам там с тобой делать только вдвоём? Конечно, мои друзья тоже идут. — И почему ты заранее не предупредила?! — Ой, — она фыркнула, снова дёрнув его за рукав. — Как будто ты кого-то из своих друзей позвал бы с собой. Слова, брошенные на бегу, ударили неожиданно точно и больно. Кайто на секунду споткнулся. В «Сэйран» не было друзей — были конкуренты, временные союзники, полезные знакомства. Никого, с кем можно было бы вот так, просто так, пойти в караоке. Ёчико, словно почувствовав его замешательство, неожиданно смягчила тон: — Да и туда пускают только чётным количеством людей. Так что в любом случае нельзя импровизировать. — Что? Почему? — Он окончательно потерял суть. — Быстрее! Всё расскажу, когда будем тебя собирать! До дома они добрались за рекордное время. Ёчико втащила его в коридор, а затем и на второй этаж, на ходу крикнув в сторону кухни: «Юко-сан, мы вернулись! Всё в порядке!». Когда дверь в его комнату захлопнулась, Кайто наконец вырвал руку из её хватки. — Так, объясняй. Сейчас же. И прекрати рыться в моих вещах! Но Ёчико уже с головой залезла в шкаф. — Какие вещи? Тут одни похоронные балахоны! — прозвучал её приглушённый возмущённый голос из глубины гардероба. Кайто схватил её за шиворот и выдернул наружу, как котёнка из коробки. — Объ. Яс. Няй. Она повисла у него в руке, брыкаясь, но, поняв, что рост и сила не на её стороне, сдалась. — Это не просто караоке-клуб, балда! Это «Luna»! Легендарное место для свиданий! Туда пускают только пары! Я сто лет мечтала туда попать... — она запнулась, покраснела и зло ткнула его в грудь пальцем. — Короче, ты мой пропускной билет! — То есть, ты решила мной воспользоваться? — это прозвучало громче, чем он хотел. Неприятный, холодный комок застрял в горле. Рука на её воротнике непроизвольно сжалась сильнее. — А тот факт, что я тащу тебя в лучшее место, какое только знаю, тебе вообще ничего не говорит? — выпалила она, пытаясь вывернуться. — Тачибана, отпусти! Там дресс-код, мне надо подобрать тебе что-то человеческое! Парень вздохнул, ощущая, как ярость сменяется глупой, детской обидой и… любопытством. Он разжал пальцы. Ёчико встряхнулась по-кошачьи и снова нырнула в шкаф. Оттуда полетели вещи. — Там будет Юми и её парень Кэн. Аяка тоже рвалась, но пару на сегодня не нашла. Так что две трети компании тебе знакомы. Лови! Кайто поймал брошенные чёрные джинсы, которые терпеть не мог из-за слишком узких штанин. — Я знаю парня Юми? — Ты знаешь саму Юми, тупица! Она нас откачивала после той драки! О, кардиган! Идеально! — Вот оно как, — пробормотал Кайто, начинавший чувствовать себя предметом в чьих-то очень энергичных руках. — Угу, — она уже выкладывала на кровать остальные части комплекта: черную футболку и такой же кардиган. Кайто скептически окинул «прикид» взглядом. — Ты меня всё-таки на похороны собрала. — Да нормально будет! Одевайся, я тоже пойду! — И, не дожидаясь возражений, она вылетела из комнаты, хлопнув дверью. Кайто очень хотелось надеть что-то более привычное. Но любопытство — та самая слабость, которую он в себе не признавал, — оказалось сильнее. Всё-таки не каждый день его, Кайто Тачибана, волокут на свидание в караоке. Пусть и фиктивное. Раздался осторожный стук, и дверь приоткрылась. — Сынок… Ой, — на пороге замерла Юко-сан. Её взгляд скользнул по непривычному виду старшего сына — Вы… куда-то собираетесь? — А, ну… — Кайто почувствовал, как к щекам подступает предательский жар. Ёчико никогда ни у кого не спрашивала разрешения. А он… никогда не был в тех местах, куда надо отпрашиваться. Ситуация была абсолютно сюрреалистичной. — Ока-сан, мы… хотели сходить сегодня в караоке. Я прослежу, чтобы Ёчико не натворила глупостей. — О! — Глаза Юко-сан округлились, но она мгновенно взяла себя в руки, и на её губах дрогнула тёплая, чуть загадочная улыбка. — Как замечательно. Хорошо вам отдохнуть. Но, пожалуйста, не задерживайтесь допоздна. — Хорошо, ока-сан. Спасибо. В этот момент под руку матери юркнула Ёчико, уже успевшая сменить форму на чёрную юбку, неоново-розовый топ и темную джинсовую куртку. В руках она сжимала ещё несколько поблёскивающих украшений. — Извините, Юко-сан, мы уже опаздываем! — И, бросив взгляд на Кайто, она ахнула. — Ну как ты это надел?! Футболку нужно заправлять только наполовину! И обязательно надень вот это... Юко Тачибана, прикрыв рот рукой, тихо засмеялась и вышла. Спускаясь на кухню, она думала о том, что в доме, наконец-то, снова стало по-настоящему живо.