Папа был понарошку

Отец снял Владу квартиру в соседнем доме на первом этаже. Это была однушка то, что требуется подростку, даже был небольшой балкон. После переезда, Влад находился в каком-то непонятном состоянии. На дворе был декабрь, ему 17 лет и он совсем один. Его по-прежнему тянет к отцу. Но когда он начинает копаться в себе, он понимает, что это тяга нездоровая, её не должно быть и он не хочет её допускать, допускать разрастаться. А, с другой стороны, его буйство или подростковый возраст, его нарушение границ, неверное выстраивание формальных рамок, всё это разрушает, стаптывает, и ему хочется оторваться по полной программе с отцом. Наконец, от переполненных эмоциональных всплесков в своём сознании, подросток решил сбросить давление...разобрать себя. Сначала он просто смотрел всякую информацию в интернете про различного рода психологические нарушения, психические нарушения, чтобы как-то себя тормознуть и в чём-то, даже, напугать. Но это было малоэффективно и быстро забывалось, а та инфантильность, которая присутствовала в подростке, вообще поглощала всю осознанность. Поэтому, Влад решил, что отца он проверит попозже на то, как он сдерживает своё обещание, а вечером, непременно, отправится проветриться. На протяжении всего дня, он обустраивался, спал, даже успел подрочить разок. Он особо-то ничего в своей жизни не видел, и можно предположить, что ещё и по этой причине он так зациклился на желании слияния с отцом. Накануне нового года, он отправился в самый ближайший бар. Этот бар находился на окраине, а за ним уже располагался гаражный кооператив. Бар “Феникс”. С виду здание оказалось очень маленьким, но когда попадаешь внутрь, оно просто огромных размеров. Удивительное построение. На нулевом этаже был клуб. Спускаешься вниз, как будто бы в подвал. Но там было очень красиво: бархатные диваны и, конечно же, темнота смешанная с музыкой, долбящей по мозгам. Возраст не спрашивали, поэтому Влад спокойно прошёл, ведь, основное заведение - это был бар, а значит там продавали и кофе, и соки и чай. Влад решил что будет врать и говорить, что ему 20 лет. Там-то он и познакомился со Степаном. Компания омоновцев отрывалась по полной. Шеф дал один выходной, а второго числа уже на службу. Поэтому, 31-первого можно было оторваться. А первое число как день восстановления. Степан и ещё пятеро его друзей, заказали большой стол в углу, с ними было несколько девушек. Компания весело и непринуждённо общалась, веселилась, о чём-то говоря, смеялась и, если посмотреть на них со стороны - вот оно счастье-то! Свобода! Но это день в кредит, потом все праздники работа. И каждый, сидящий там это знал. Танцпол не был переполнен, но народ был. Влад сразу заметил эту большую компанию. Ему она очень понравилась. “Как бы я хотел туда попасть… как бы я хотел, чтобы у меня тоже была такая компания и мне тоже было так весело и хорошо” - думалось ему. Играла разная музыка, но внимание привлек особый номер программы вечера. Ведущая объявила в микрофон о подарке для именинника. У кого-то было день рождения… среди омоновцев. Безбашенные омоновцы. Безбашенные и такие желанные девочками и “петушками”. В центр вышла девушка восточной внешности, это был не танец живота, она готовилась к соблазнительному, красивому номеру, но не пошлому, а нарядному. Степан оживился, видимо, день рождения было у него…хотя, нет, у молодого мужчины-его товарища, что сидел в центре их углового стола. Степан просто хотел потанцевать вместе с девушкой. Заиграла музыка что-то по типу итальянской…испанской….с какими-то нотами Мексики. Девушка была в красивой юбке ниже колена, подтянутый живот был оголён, а сверху на ней был одет короткий топик скрывающий грудь. Каштановые волосы струились и спадали локонами по плечам. Но, тут, вдруг Влад, увидев это всё, решил вмешаться, несмотря на то, что праздник вовсе не его и он здесь прохожий гость. На танцполе не было людей - расступились, все смотрели на танцовщицу и Степана, который пытался окучивать девушку в танце. Он был одет в синие джинсы и чёрную майку, его руки двигались как будто бы он хотел танцевать лезгинку, но делал это в очень замедленном виде. Девушка ему улыбалась: он ей понравился. А кому не понравится Степан? И Влад решил что это его шанс отличиться. Его шанс получить дозу внимания, забрать всё это внимание на себя! Переключиться, наконец, со своего отца, на другую публику, на другой мир. Он был одет просто: толстовка и чёрные джинсы. Брюнет с красивой улыбкой, молодой и больной. Он ворвался в этот танцпол порвав, только-только начатую формирующуюся связь между танцовщицей и Степаном. Людям стало ещё интереснее смотреть что же будет дальше? Они подумали, что это часть программы - наивные! они ещё не знают на что способны безалаберные подростки. Влад начал искажать гримасы в такт песни и музыки, пластично двигаться, постепенно вытесняя танцовщицу и приближаясь к Степану, вскоре девушка уже поняла, что не забирает всё внимание на себя, потому что рядом с Владом она казалась не такой пластичной, а может быть, даже со стороны выглядела бревном. Этот парень умел произвести впечатление. Его красивая внешность позволяла ему быть максимально раскрепощённым, так же ему это позволяло и его больное подсознание. Степану понравился этот ход конём. Он переключил внимание с девушки на Влада, начал с ним танцевать. Они близко располагались на площадке клуба, то подходили друг другу, то отходили… Степан закусывал губу, смотря на Влада, как тот подпевает в такт песни, будто бы знает все слова. Влад управлял ситуацией и кажется, зацепил Степана. Музыка закончилась, все разом захлопали, именинник был в восторге! Хлопал стоя. Степан взял за руку Влада и сказал ему на ухо, потому что вновь включили громкую танцевальную музыку, -“идём к нам”. Влад отрицательно покачал головой, изображая смущение. Но он правда смущался. Во-первых, потому что был трезвый, а во-вторых - это как какое-то новое ощущение, ведь, Степан это другой человек, это не его отец. Это не его друг. Это другой взрослый незнакомый человек. Энергия в Степане была бешеной и Влад её ощущал охапками, поэтому, ему казалось, что надо тормозить, на всякий случай. Но Степан продолжал давить: “идём”. И Влад пошёл, преодолев смущение. Когда они подошли к столику, Степан представил своих друзей Владу, и спросив их не против ли они, что “танцор” присядет к ним - все согласились, Влад улыбнулся, охотно присев. После уже, Степан начал расспрашивать подростка. — Как тебя зовут? Танцор диско! — Влад. — Влад, будем знакомы! И Степан представился тоже. Когда Влад осматривал мужиков из новой компании, он немного потерялся в эмоциях, но быстро собрался, Степан это заметил, сказал что все сидящие здесь - хорошие ребята. — Мы тебя защитим, если что, потому что мы все омоновцы. Так что ничего не бойся! Интересно о чём подумал Влад? какие мысли у него были, после сказанной фразы Степаном? Ведь, пока что, никто и не подумал, что Владу только недавно исполнилось 17 лет.

***

Никто не знал секрет Степана. Все кто работал с ним, кто служил, всегда знали его как порядочного ответственного человека, но, в то же время, любителя покутить. Все знали, что он любит девушек, может просто прикольнуться, посмеяться, пошутить с друзьями на гомоэротичные темы, но более ничего за этим не следовало, и все знали, что он настоящий натурал, настоящий “полковник”. Степан не стремился к звёздам на погонах, да, и к тому же, это было ему под запретом, потому что у него не было высшего юридического образования после армии он сразу отправился в ОМОН и из сержанта перекочевал в сержанта ОМОНа. Там он прекрасно справлялся, скрывая свой секрет. Он никогда не хотел только мальчиков, ему нравились всегда девчонки. Этот нетрадиционный в нашем обществе секрет у него сформировался достаточно рано, но он долгое время его не замечал. К тому же, постоянное мужское общество, куда отец его люто запихивал тоже дало свои плоды. Порядочным товарищем среди его сослуживцев в подразделении у него был Михаил. Михаил был серьёзным молодым мужчиной, ровесником Степана. Он часто замечал выходки Степана, совершенно не вмещающиеся в рамки приличия, в рамке традиционности. Те же обжимания с Борисом. Михаил относился к нему настороженно, но воспринимал всё за шутку. Поэтому, не доверял и говорил Степану быть осторожнее с Борисом. Однако, Михаил ещё не знал, что Степан вместе с Борей и их общей подругой очень здорово развлекались. Степан не считал Михаила лучшим другом. Просто другом. Михаил, почему-то думал иначе, что у них самое откровенная настоящая мужская дружба. — Стёпа, посмотри на этого парня, мне кажется, что он несовершеннолетний. Он тебе как-то подтверждал сколько ему лет? — Да не переживай, он сказал что ему 20! — И ты поверишь на слово? Я понимаю, если бы ты работал таксистом или где-нибудь на заводе, можно еще было бы позволить допустить такой вариант, но ты работаешь в подразделении! Тебе нельзя совершать ошибок. — Да забей! У Степана были свои планы на Влада. В тот вечер они хорошо повеселились в клубе, выпили, но расходиться не начали, а поехали в загородную сауну. Михаил не пил алкоголь, поэтому был за рулём. Степан сидел на заднем сидении с Владом. Они прижимались друг другу очень близко, бок о бок, потому что на заднем сидело ещё двое и от всех воняло перегаром, сигаретами. Остальные поехали на такси. Влад не особо понимал что происходит, ему просто было весело, он впервые забылся. Переключил внимание с внутреннего на внешнее. А когда уже они приехали в дом, здесь Влад почувствовал, что что-то его ждёт, и предчувствие было не из приятных. С одной стороны, он очень хотел побыстрее повзрослеть, бил в грудь и кричал сам для себя, внутри себя что смелый и, что хочет всё попробовать, оторваться по полной! А с другой стороны, он всё ещё оставался не повзрослевшим подростком. Внутри все горело от страха, когда Степан закинув руку ему за голову, на плечи повел в спальню. — Куда меня ведете? — Мы ведь с тобой на “ты”, или забыл? Влад уже всё забыл. Им начал овладевать страх. — Я хотел бы уехать домой…а где остальные? — А зачем тебе остальные? Я тут - это главное, Владос. Владу не нравилось происходящее. Захотелось к родному предсказуемому отцу. Все были пьяные, кроме Михаила. Но он был где-то в другой комнате, может и спал даже уже. Степан тоже был пьян. Он хотел Влада. Но Влад был напуган, да и не имел его никогда и никто, это все было как-то по-детски, в игре, не правдою, не по-взрослому. К парню подкрадывалась паника. Она началась, когда Степан толкнул на кровать Влада. — Устраивайся поудобнее, Владос. Сейчас будем с тобой играть в игру. — Какую ещё игру? я не хочу играть ни в какие игры! — Да не ори ты, ты че, первый раз что ли? не знал куда едешь? целочку из себя строишь? Покатились слезы. Влад резко встали начал толкать в грудь крепкого высокого Степана, для которого все действия парня показались настолько смешными и забавными, что он просто рассмеялся, а потом, схватил за руки Влада и снова швырнул на койку, но уже с новой силой. Но парниша вновь соскочил, и побежал к двери, на пути к которой его перехватил сильный Степан, казалось он так играл с Владом. Степан зажал в объятиях Влада, тот начал брыкаться что есть мочи, кричать и бить, пытался применять захваты с борьбы, но из-за волнения и расстроенного состояния ничего не получалось. А когда он обмяк в руках Степана, тот начал его гладить по голове, успокаивая, приговаривать тихо. — Тише, чё ты так начал сразу, сходу…тебе что-то не нравится? я думал, что ты в теме. — Я хочу домой. — Я сейчас тебе вызову такси и ты поедешь домой. Я не насильник, не маньяк, что ты плачешь? я, думал ты тоже хочешь. — Я не знаю. Они присели на койку, Степан выпустил из объятий Влада, тот пытался сделать вид, что просто глаза щиплет непонятно, правда от чего…этого подросток еще придумать не успел, но Степан итак всё уже понял. Он был пьян и расслаблен. — Ты как в клубе то оказался? — Просто зашел. — Тебе же не 20 лет? — Скоро будет… — А когда скоро-то? — Ну… — Сейчас тебе сколько лет? — 17. — Пиздец. Влад опустил голову вниз. Степан пошел за телефоном и деньгами. Он начал искать номер такси, но все плыло перед глазами от опьянения. — На поищи телефон такси, тут есть. Влад быстро нашел нужный номер. — Вот возьми деньги, сдачу себе оставь. — Спасибо. — И знаешь что, парень, не ходи один ночью по клубам. Взрослые люди тебя могут неправильно понять. Влад промолчал. Степан проводил его до подъехавшего такси. Влад назвал адрес дома, где жил отец. Он приехал к нему. В свою новую съемную хату он не пошел. Время было очень позднее. Влад снова начал плакать в лифте, когда поднимался к квартире. Их с отцом квартире. Он остановился перед дверью. Позвонил в звонок, дрожащими пальцами. Дверь быстро открыли. Влад стоял заплаканный и потрепанный, алкоголь уже давно выветрился, но было видно, что он был какой то помятый. Отец сонными глазами оглядел сына. — Что ослучилось? — Я хочу к тебе! Пусти меня, мне страшно… — Заходи, конечно… Влад зашел в квартиру и как только он переместился за порог, сразу бросился на шею отца. Тот обнял его в ответ. — Я не хочу жить один!

***

Владу не составило труда выйти на танцпол перед мужиками и станцевать с одним из них. Он вытворял вещи и безумнее, самая безумная — его отношение к отцу. Безумие вывело его в новую арку — вновь брошенный своим отцом, вновь с благородной целью сделать лучше. "Мы тебя защитим если что... ничего не бойся." Влада это повеселило. Всё, чего он только мог бояться, уже произошло. У него нет родителей. Мать умерла. Отец... отшил. Чего ему бояться? Того, что эти самые мужики его выебут? Хах... рискованная фантазия. Влад риски любил, они давали ему чувство жизни. Что будет после его рисков, это уже проблемы будущего Влада. Будущее... уже одиннадцатый класс, потом экзамены, жизнь. Влад взялся за учёбу, это было одно из условий отца. Но пользы этой учёбы он не видел, как и всего, что делает. Какое-то будущее... его не видно. Остаются риски и попытки выцепить из настоящего хоть что-то. Слова того мужчины крепко засели в голове. Ничего не бойся. Сказал бы это отец ещё тогда, после смерти матери. Сказал бы он и не отдалялся. Защитим. От кого защищать? Единственный враг Влада это он сам. Его голова. Его язык. Его руки. Его пустое будущее и настоящее. Кто его защитит от самого себя? Отец... да, Сергей поступил правильно, он поставил между ними стену, хотя Влад видел: что-то в его отце сидит, что-то тёмное, то, что дало волю на те крохотные разговоры и касания... или Владу всё это причудилось. Он уже ни в чем не был уверен. Хотелось напиться. Накуриться. И танцевать... танцевать. Танцевать. Танцевать. Там, где громкая музыка, мелькающий свет в темноте, и тот омоновец со своими смешными словами. А что он вообще имел в виду? Что эти слова значат? Защитит, если Влад разобьёт отцу машину? Да, Влад об этом думал. Ему всё ещё нужно внимание. Он как хищное животное выжидал от отца проеба. Ждал, когда в их квартире появится новая женщина. Ждал, а порой даже надеялся на это. Но ничего не происходило. Отец работал. Как всегда. Влад учился и тух в чужой квартире, в которой теперь живёт. Совсем один. Будто уже взрослый. Может, пора уже повзрослеть. Отделиться от отца. Тогда поле внимание захватит себе какой-то другой объект. Ближайший похожий объект. Нужный объект... Но когда ему стало по-настоящему страшно, побежал он именно к отцу. С обидой внутри. Со страхом. С мыслями о взрослении на подсознании. Нет, он не взрослый. Выкинутый. Рискованный. С отшибленным инстинктом самосохранения. Он просто подросток. Поэтому Влад прибежал отцу, у него он искал защиты, от него хотел услышать то, что сказал тот мужик, который в итоге поступил с Владом по-человечески, отправил домой, узнав возраст. — Я не хочу жить один! — Что случилось, Влад? Сергей не давил, спрашивал он осторожно, чтобы Влад не вспыхнул снова. Состояние сына Сергея напугало. Он так и знал, что Влад где-то ходит и что-то вытворяет... вот и пришёл весь в слезах. — Откуда ты? Что натворил? Влад нехотя отлип от него. — Я...ничего. Просто мне стало страшно. — Если что-то произошло, ты должен мне рассказать. А что-то точно произошло. Рассказывай. Влад прижал к лицу ладони, губы скривились в измученной полубезумной улыбке. То есть, ему страшно, значит, что-то обязательно должно было произойти. Он пришёл, значит, что-то натворил. А просто так он здесь нахуй не нужен. Влад не смог ничего сказать. Хотел закричать на отца, но подавил себя, смолчал. — Просто расскажи мне. Про свои похождения Влад говорить не собирался. Точно не сейчас, не в слезах, не в этом жалком виде. — Ничего... я решил, что я уже взрослый, что могу принять последствия своих действий. Но нет. Я не могу... пап, я не могу там жить один. Пожалуйста, не прогоняй. Я тебе не буду мешать, я... ничего больше не буду делать. Хочешь, хоть... — едва не ляпнул про женщину. Вовремя прикусил свой язык. — Я всё... всё понял. Не прогоняй только. Сергей обнял потянувшегося к нему сына, крепко, как должен отец, одна рука на подрагивающей худой спине, вторая в волосах. А Влад всё плакал, просился обратно. Что-то он понял. И что же он понял? Сергей вот себя ещё не понял за эти месяцы. Не понял, как можно быть настолько мерзким. Достаточно времени прошло, а он всё не может воспринимать парня рядом только сыном. — Оставайся, если расскажешь, что произошло. Влад всхлипнул, помотав головой. Не это он хотел услышать. Но.. — Совсем-совсем могу остаться? — Это и так твой дом. — Тогда... я был в клубе. — И? — ...ничего. Ничего не было. Я просто потанцевал там с одними ребятами, соврал про свой возраст и... один мужик понял, что я ещё школьник, он отправил меня домой. — Это точно всё? Влад кивнул. Оба понимали, что здесь явно пахнет враньем, но смотрели друг другу в глаза, принимая сказанное за правду. — А что за ребята? — спросил Сергей чуть позже. Спать они не ложились, молча сидели на кухне. Влад оторвался от телефона, в котором пытался спрятаться, негромко ответил. — Да просто мужики. Взрослые. — Мужики, значит. Влад опустил глаза. Слова отца звучали как очередной упрёк. Но Сергей только вздохнул. — Ладно. Понял.