Покажи мне свою статистику!

— Я ведь еще даже толком не начал угрожать, — проговорил Яну, просовывая язык между пальцами Эйры. Затем он принялся шумно и влажно вылизывать ладонь, оставляя мокрый след от кончиков пальцев до самого запястья. — Будем считать, что я услышал твои угрозы. Дашь мне время подумать? — Эйра использовал всё свое красноречие, отточенное в Лабиринте, чтобы утихомирить безумного дракона. Он чувствовал, что Яну не по-настоящему в ярости, а просто капризничает, но именно эти капризы стоили людям жизни. Яну, который держал жизни вассалов Эйры в своих руках как игрушки, легко поддался на эту словесную уловку. — Ладно. Посмотрим, как долго ты продержишься против моих «угроз». Он прикусил губу Эйры, как настоящий злодей из сказки. Впрочем, учитывая ситуацию, он им и был. На губе остался след от зубов, который тут же припух и покраснел. Яну притянул Эйру к себе и начал целовать. Его объятия были крепкими и властными, будто он кольцами сжимал свою добычу. Губы, щеки, веки, шея, ключицы… Сначала он действовал медленно, смакуя каждое прикосновение, но постепенно его порывы стали жадными и неистовыми. Эйра понял: сегодня будет долгая ночь. «Угрозы, ага. Как будто он меня убьет или ударит. Опять всё сведется к сексу». Эйра уже готов был смириться и просто перетерпеть этот «натиск», когда в его голове мелькнула мысль. «…А стоит ли мне просто терпеть это как наказание?» Нельзя сказать, что секс с Яну был пыткой. Он был изнурительным из-за неуемной энергии дракона, но не болезненным. Раз Яну просто нужно было на ком-то сорвать раздражение, почему бы Эйре не ответить тем же? — Ах… Когда Яну стянул с него одежду и начал ласкать грудь, Эйра невольно застонал. Внизу живота разлилось тягучее тепло. Он вспомнил, как ему пришлось унижаться, предлагая найти Яну «пару», чтобы спасти город. Обида смешалась с разгорающимся возбуждением. Эйра перестал быть пассивным. Он вцепился в красные волосы Яну, притягивая его к себе, и ответил на поцелуй с неожиданной яростью. Когда Яну попытался протолкнуть язык, Эйра больно прикусил его. Дракон вздрогнул, в его глазах вспыхнул опасный огонек, и он издал низкий стон. Эйра, не останавливаясь, впился зубами в его шею. Он кусал сильно, до крови, оставляя на коже багровые отметины. — …Яну. Эйра слизнул каплю крови со своих губ. Дракон смотрел на него так, будто готов был проглотить целиком. Он никогда не видел Эйру таким агрессивным. — Если хочешь угрожать мне жизнями моих людей, делай это по-настоящему. — Черт… Ладно, Эйра. Сегодня мы поиграем по-взрослому. Яну оскалился в предвкушающей улыбке. В углу зрения всплыло окно о повышении симпатии, но охваченный азартом Эйра даже не взглянул на него. Будь что будет — сегодня он сам прыгнул в пасть к дракону. — Милорд… Мило-о-орд?.. Эйра, лежавший лицом на столе, едва заметно шевельнул пальцем. Тело, которое, казалось, только что вернулось из царства мертвых, категорически отказывалось слушаться. — М-милорд, вы… вы ведь еще живы? Голос молодого администратора Лана Гретеля дрожал от ужаса. Юноша, унаследовавший от отца робость, был близок к обмороку. Видя, что лорд не шевелится, он уже собрался бежать за помощью, но Эйра из последних сил махнул рукой, и магия с грохотом захлопнула дверь. Гретель от испуга свалился со стула, рассыпав все бумаги. — Сэр Гретель… Я жив. Но голос его звучал так, будто он одной ногой в могиле. Ради спасения своих вассалов Эйра принес себя в жертву, приняв на себя весь пыл дракона. Тот так вошел в кураж, что буквально выжал из Эйры все соки. Всё его тело было покрыто отметинами и синяками, а мышцы ныли так, будто он всю ночь таскал камни. Только к рассвету ему удалось вырваться из объятий Яну и доползти до замка. Впрочем, были и плюсы. Накопленный стресс нашел выход, а уровень симпатии подскочил до 14. Похоже, грубость действительно была во вкусе Яну. Не отрывая щеки от стола, Эйра открыл окно управления поместьем. — 121 день… Время летело пугающе быстро. Осознание того, что осталось так мало времени, заставило его нахмуриться. Хорошо хоть, что его пари с Яну еще не отразилось на таймере гибели Солы. «Время еще есть». Эйра сверлил взглядом системные окна. Для Гретеля это выглядело так, будто лорд впал в транс и смотрит в пустоту. — Милорд… Вас что-то беспокоит? — М-м? Да много чего. Долг в 10 000 селей, конфликт с Актом, застрявший туристический проект… Но главным был основной квест. Естественно, Гретелю он сказать об этом не мог. Несмотря на его ум, администратор был слишком труслив и слишком дорожил своей многочисленной семьей. — Если я могу чем-то помочь, даже самым пустяком, я сделаю всё возможное! — горячо воскликнул розововолосый юноша. Эйра, несмотря на слабость, проникся его искренностью. Он осознал, что всегда просто отдавал приказы вассалам, но никогда не советовался с ними по-настоящему. — Сэр Гретель. Представь, что ты пастух. — Слушаю, милорд! Я буду лучшим пастухом! Гретель выглядел так, будто готов прямо сейчас бежать пасти воображаемых овец. Он был самым молодым среди вассалов и порой казался Эйре забавным. — Но представь, что на твоих овец нацелился голодный магический зверь. Он настолько силен, что даже охотники с ним не справятся. Что ты сделаешь? — Гм… — Гретель задумался, решив, что речь идет о реальной угрозе монстров. — Накормлю овец Красными цветами? — Цветов мало, на всё стадо не хватит. К тому же, у зверя есть глаза. — Тогда… может, отдать ему одну больную овцу, чтобы он насытился? — Этот зверь не успокоится, пока не сожрет всё стадо. — Тогда просто прогнать овец подальше, чтобы они разбежались? — Овцы глупые, они не послушаются. Станет только хуже. Загнанный в тупик реальностью, Гретель вздохнул. — Сложная задача. Пастух мог бы спасти свою жизнь, бросив овец, но для настоящего пастуха стадо — это всё. Эйра надеялся на высокий интеллект Гретеля, но ответ был предсказуем: либо стать сильнее монстра, либо бежать. Однако Гретель вдруг сжал кулаки: — Но я всё равно сделаю всё возможное, чтобы защитить их. Эйра мысленно ответил: «Я тоже». Как стадо для пастуха, так и жители для лорда были смыслом его существования. После работы с документами Эйра зашел к Хере. Он обрисовал ситуацию и приказал в случае чего быть готовой силой захватить запасы цветов в храме. Хера посмотрела на него с тревогой. — Милорд, вы перенапрягаетесь. Лица на вас нет. — А что мне остается? Хера лишь вздохнула и похлопала его по плечу. Оставшуюся часть дня Эйра провел в седле, патрулируя окрестности города и изучая все подходы к деревням. На следующий день он представил Яну второго «кандидата в спутники» — снова слайма под иллюзией. — Это Арун. Он учился теологии в Соблэтсе и только что вернулся в Солу. На этот раз это был статный, жизнерадостный юноша. Яну окинул Эйру коротким взглядом и повел «Аруна» за собой с той же фальшивой любезностью. А затем увел его в лес и свернул ему шею. К счастью, слайм бессмертен, пока целы его ядра. Собирая обмякшую массу в горах, Эйра терзался сомнениями. «Он всё-таки знает, что это слаймы?» Если бы это были живые люди, двое уже были бы мертвы. Но Эйра не мог сдаться и продолжал приводить новых кандидатов.