Специалист широкого профиля

      Несмотря на стремительно сгущавшиеся сумерки, в Тронном районе было светло как днëм. Оно и не удивительно: будучи самым престижным, в нëм располагались штабы большинства правительственных организаций Нью-Эриду. А вечер только начинал входить в свою особую фазу – где клерки уже отправились к семьям по домам, а вышестоящие ещё не добрались до очередного светского раута. Множество людей единым потоком двигались кто к метро, кто к стоянке или автобусной остановке и лишь немногие сворачивали с этого пути по своим делам.       В неприметной забегаловке, каких много здесь, в самом дальнем углу заведения – плохо освещенных в этом заведении не водилось –, сидит девушка в чëрно-оранжевой форме Вооружённых Сил. Еë плечи непривычно пусты: ни ранца с топливом, ни армейского ножа. Она говорит по телефону, рядом с ней на диванчике стоит кейс с двумя кодовыми замками. По голосу и не скажешь, что она нервничает, но еë с потрохами выдаёт быстрое постукивание тонких пальцев по серебристой поверхности чемоданчика. — Подруга, я понимаю, что ты нервничаешь, но ты так себе ногти все отобьёшь, – донесся из трубки слегка насмешливый голос Гашетки, в котором тем не менее сквозило беспокойство. — Я не нервничаю. Я просто ожидаю начала операции. — Я даже через телефон слышу, что у тебя сбито дыхание, – голос телефонной собеседницы стал серьёзнее, — Оди, нет нужды скрывать волнение. Дай ему выйти. Ты и сама это знаешь, не первый раз в поле работаешь. Повисло непродолжительное молчание, которое нарушил дрогнувший на мгновение голос Одиннадцатой: — Почему всё так сложно… Почему у меня сердце колотится так, будто меня преследует банда мятежников, хотя я всего лишь должна станцевать и подслушать разговоры потенциальных предателей в ложе? Почему меня настолько заботит, что он про меня подумает? В трубке послышался смешок. — Это естественная реакция твоего организма. Он тебе небезразличен, а ты небезразлична ему. — Думаешь? - невольно в голосе Харинн прорезалась надежда. — Конечно. Директор – крайне наблюдательный молодой человек, он точно знает, что ты к нему чувствуешь. А ещё он чтит рабочую этику, и лишний раз никогда не переходит границу личной жизни того, с кем работает. И раз он не указал тебе на эту границу, то он как минимум готов на большее. — А он тебе указывал на эту… границу? – неожиданно даже для себя, спросила Солдат. — Хм… Если так подумать – нет. Но у меня с ним никогда не было чего-то серьёзного. Могло быть, но я сама решила притормозить. Может быть это было неправильное решение, кто ж его знает, но сейчас – поверь мне, подруга, я не буду пытаться тебе мешать его очаровать. — Спасибо. Правда, спасибо, Гашетка. — Да не за что. Теперь иди, поешь чего нибудь, пока ещё время есть и переодевайся в вечернее. А я на позицию.       Последние приготовления перед заветным вечером, конечно же, проходили за пару часов до начала мероприятия. Оба Фаэтона оперативно переодевались – на сегодняшний вечер нужно было выглядеть идеально по многим причинам. Чтобы показать себя с лучшей стороны в высшем обществе, чтобы не подвести Харинн. Чтобы понравится ей. Денег было потрачено немало, потом придётся поработать над заказами сверхурочно, но прокси были более чем готовы покорять сердца людей: брат облачился в ладно скроенные брюки из мягкой ткани чёрного цвета – под стать костюму, а старые туфли "для особого случая" облëскивали в свету многочисленных экранов HDD – он не пожалел времени на их чистку. Завершал образ галстук цвета глубин морских – темно-синий. Хороший цвет – и из общей гаммы не выбивается, и на фоне белой рубашки выглядит неплохо. Белль же решила оторваться на полную катушку: несмотря на то, что для неë места в закрытой части празднества не нашлось – туда пускали только ограниченный круг доверенных офицеров и их партнёров – она всё ещё планировала кутить как в последний раз, а потому в ход пошла тяжёлая артиллерия: комплект из платья и туфель из ограниченной коллекции, который ей подарила Астра Яо на последний День позолоченной морковки. Дизайнер решил пойти необычным путём, поэтому платье было градиентной расцветки: подол его был небесно-голубым, постепенно переходящим в цвет морской волны в районе талии, а оттуда обращаясь нефритом в районе воротника. В тандеме с платьем шли иссиня-черные туфли на низком каблуке, украшенные милыми бантиками. Вишенкой на торте стала прическа – свои синие волосы Белль собрала в небольшой пучок на затылке. — Так, братец, ты готов? — Да, почти... – ответил Вайз, старательно выпрямляя непослушные пряди и щедро смазывая их гелем. — Ну-ка повтори наш план на вечер. — Да что же ты в меня не веришь-то, а... Приезжаем на место, встречаем Одиннадцатую, восхищаемся еë красотой, танцуем, становимся звёздами вечера и пользуемся этим изо всех сил, чтобы она выполнила задание. — Прекрасно, ты всё запомнил! Теперь главное – не оплошать. А, кстати, надень-ка это. В руках Белль, словно из ниоткуда(а на самом деле – из недр их шкафа) появилась небольшая шкатулка. — Помнишь тот заказ, где нужно было вытащить старушку из каверны, которая за своими фамильными драгоценностями полезла? Вайз поежился. — Да уж, жуткая история: у бабушки совсем не было устойчивости к эфиру, так что продержалась она там не долго и обратилась эфириалом. — Вот-вот! А внучка нам потом разрешила забрать одну из реликвий себе в качестве оплаты – потому что ни ей, ни бабусе оно уже без надобности было. — И ты выбрала эту пару серег. — Ага, ага. — А выбрала ты их потому что они оказались не обычной бижутерией, а замаскированными передатчиками... Оооо! — Крутяк, правда? У нас есть своё шпионское оборудование! Я их уже успела перенастроить на частоты нашей системы, так что отследить невозможно будет! — Лучшая твоя идея за последнее время. — Эй, а как же костюм? Лишь благодаря моим стараниям ты теперь идешь на свиданку в таком шикарном образе! — Мне припомнить твои подозрения Харинн в шпионаже в пользу Вооруженных Сил? — Справедливости ради, я была не так далека от истины. — Давай уже сюда серёжку, Вивиан скоро на Шестой будет. Крышка шкатулки откидывается в сторону и перед сиблингами предстаёт бархатная подушечка с небольшими углублениями в которых лежит пара неприметных серёжек из люмекерамита, выполненных в форме полумесяца. Вайз забирает левую, а Белль - правую и они закрывают прокат. Спустя три минуты ожидания ко входу в их заведение подъезжает чёрная, как ночь в новолуние, машина. — Господин Вайз, госпожа Белль! – возникает из окна пассажирского сидения голова с сиреневой копной кудрявых волос, — Вы прекрасно выглядите! — Спасибо, Ви. Ты прибыла раньше, чем я рассчитывал, – удовлетворённо произнёс Вайз. — Ну не могу же я заставлять вас ждать! Прошу, садитесь. Путь на предстоит неблизкий, до Тронного района нам добираться около получаса, – сказала она и дала знак шофёру, что можно ехать. — Чудно, значит успеем проверить работоспособность передатчика! – жизнерадостно воскликнула Белль. — Ты их не проверила заранее? — Светлые идеи приходят в голову неожиданно, братец мой, ведь вдохновение – оно как овца на лугу: чуть припугнуть и убежит! В ответ на это заявление Вайз лишь вздохнул. Машина тронулась.       На парковке близ большого многоэтажного особняка было не пройти не проехать, но шофёр Вивиан искусно вырулил из лабиринта автомобилей премиум-класса на единственное свободное место и сиблинги наконец-то смогли выбраться на свежий воздух. Зайдя в парадную, Белль тут же принялась поправлять и без того идеальное платье, стреляя глазами по сторонам – то ли искала Одиннадцатую, то ли оценивала конкуренцию. Вайз же, напротив, замер на месте, делая вид, что поправляет манжету рубашки. На самом деле он просто собирался с мыслями. — Ну и где она? – Белль встала на цыпочки, вытягивая шею, — Вивиан сказала, что Одиннадцатая будет ждать нас у входа. — Не дёргайся, – тихо сказал Вайз. — Она военный. Если сказала «у входа», значит, уже на месте и, скорее всего, давно нас видит. — И ты спокоен? — Абсолютно. — Ага, конечно, – хмыкнула сестра, — и трясешься ты тоже от великого умиротворения, да? Вайз не успел ответить – он увидел Харинн.       Она стояла у колонны, чуть в стороне от парадного входа, там, где поток приглашённых был не таким плотным. Если бы Вайз не знал, кого именно ищет, то мог бы пройти мимо, приняв эту женщину за кого-то из местной элиты. Платье, которое выбрала Солдат 11 – или скорее то, что выбрала выбрала за неё Гашетка – было цвета топлёного молока. Мягкое, тёплое, с золотистым отливом, переливавшимся при каждом движении. Ткань струилась по её фигуре, скрывая и одновременно подчёркивая каждый изгиб. Длинное, в пол, с разрезом, который открывал ровно столько, чтобы дразнить, но не нарушать приличий. Её волосы, обычно стянутые в косой хвост, сегодня были распущены и падали на плечи мягкими волнами. Никакого визора, конечно. Только лёгкий макияж – стрелки и тени, который делал её медовые глаза ещё более глубокими, почти янтарными. На ней не было ни намёка на форму. Ни ранца, ни мачете, ни армейских ботинок. Зато были изящные босоножки на тонкой шпильке, которые, казалось, должны были быть ей неудобны, но она стояла в них так же уверенно, как в строевой обуви. И при этом она явно нервничала. Вайз заметил, как её пальцы сжимают маленький клатч, как она слегка касается распущенных волос, проверяя, всё ли на месте, как её взгляд мечется по толпе – и замирает, когда натыкается на него. — Ого, – выдохнула Белль у него за спиной, — А она умеет удивлять. — М-м-м, – только и смог выдавить Вайз. — Ну чего встал? – сестра легонько подтолкнула его в спину, — Иди. А я пока найду, где тут бар. — Ты же не пройдёшь в закрытую часть, – машинально сказал Вайз, не отрывая взгляда от красавицы у входа. — А я и не собираюсь. Буду развлекаться в общей зоне. Вечер длинный, может, и мне кто-то попадётся. – Белль подмигнула и, не дожидаясь ответа, растворилась в толпе гостей. Вайз остался один. Он сделал шаг, потом второй. Колонна, где ждала Одиннадцатая, словно отодвигалась с каждым его движением. Вокруг шелестели разговоры, звенели бокалы, мелькали нарядные силуэты, но он видел только её. Она тоже смотрела на него — и в этом взгляде не было привычной уверенности солдата, готового к бою. Было что-то другое. Что-то, отчего у Вайза пересохло в горле. Остановившись напротив, он не сразу нашёл слова. — Ты... пришёл, – произнесла она первой. Голос звучал ровно, но Вайз заметил, как дрогнули её пальцы на клатче. — Ну, я же обещал – ответил он. А потом, понимая, что пауза затягивается, добавил: — Ты... выглядишь иначе. Одиннадцатая моргнула. В её глазах мелькнуло что-то похожее на растерянность. — Это плохо? — Нет, - слишком быстро сказал Вайз и сам почувствовал, как его собственные уши начинают розоветь. — Нет. Это... хорошо. В смысле, ты хорошо выглядишь. В смысле... Он замолчал, понимая, что копает себе яму всё глубже. На лице Солдат промелькнуло нечто, отдалённо напоминающее улыбку — уголки губ дрогнули, но так и не поднялись до конца. — Ты тоже, – тихо сказала она. — Выглядишь. Хорошо. Для человека, который не умеет танцевать. — Неужели я настолько плох? – хмыкнул молодой человек. — Нет, нет, вовсе нет... Повисла неловкая пауза. Они стояли напротив друг друга – пара, которая должна была вот-вот войти в бальный зал и стать украшением вечера, но вместо этого напоминала двух подростков на первом свидании, не знающих, куда деть глаза. — Нам нужно... – начал было Вайз. — Задание, – одновременно с ним сказала Одиннадцатая. — Да. Цели. Она быстро моргнула, словно переключаясь в рабочий режим, но напряжение в плечах никуда не делось. Вайз кивнул, благодарный за возможность перевести разговор в деловое русло. — Я помню. Ты следишь за подозрительными, а я отвлекаю внимание и развожу на разговоры. – Он помолчал. — Может, начнём с фуршета? Там всегда можно услышать что-то интересное. — Тактически верно, – согласилась Солдат. — Но... – она запнулась, — Мне нужно, чтобы ты был рядом. Визуально. Чтобы создавать видимость пары. — Это не проблема, - ответил Вайз. Он сделал шаг в сторону входа и, помедлив, предложил ей руку. Одиннадцатая медленно, будто преодолевая себя, взяла его под руку. Её пальцы оказались тёплыми – и очень напряжёнными. — Расслабься, - тихо сказал Вайз, чувствуя, как нервозность еë хватки передаётся ему самому, — это просто вечер. — Это операция, – поправила она, но голос прозвучал неуверенно. — Пусть так, – улыбнулся Вайз, стараясь скрыть собственное волнение, — просто помни – я твоё прикрытие. Доверься мне хотя бы на пару часов. Она ничего не ответила, но её пальцы на его рукаве чуть ослабили хватку. Они вошли в особняк вместе – под прицелом десятков любопытных взглядов, под шелест светских сплетен, под аккорды невидимого оркестра, настраивающего инструменты. До танца оставался ещё час.