Совершенное Прошедшее

Когда даёшь себя приручить, потом случается и плакать. 

Маленький Принц

Итак, Эна наивно полагала, что уменьшила количество вопросов на один, хотя на самом деле оно только возросло.  Мы с Нене договорились позаниматься английским после школы -”чуть-чуть, минут на сорок”, что как я надеялась на самом деле означало “пока кто-нибудь не вспомнит, что уже темно”.  Ее комната оказалась святилищем Посейдона. Она была крошечной, как раковина, вся будто выстроенная вокруг плаката с мюзиклом про Маленькую Русалочку - не диснеевского, а сценический, с силуэтом актрисы в сложном, почти остром костюме, хвост которого  выглядел опасным, как бритва. Лампа на столе отбрасывала блики, похожие на отражения воды, рачок джойстика тянул ксик провода к консоли сбоку от письменного стола, зеленели мутные стены.  - Проходи, - сказала Нене, отодвигая стул ногой. - надеюсь, нам хватит места - у меня не часто бывают гости. Но больше всего меня зацепили полки. Книг было много - сначала я подумала, что Нене просто любит читать: в конце концов, она была частью библиотечного сообщества и это было бы неудивительно. Но приглядевшись, я поняла, что все немного хитрее: рядом с каждым романом почти всегда находилось что-то вроде его копии - неправильного кривого отражения. Вот “Франкенштейн” Мэри Шелли и еще несколько Франкенштейнов рядом. Вот детское подарочное издание Золушки и никак не меньше десятка  потрепанных, от руки написанных Золушек подле нее. Переиздания?  Я подошла ближе. Нет, не совсем. Это были сценарии. Целый выводок напротив сборника Шекспира - с торчащими закладками, замусоленные, плывущие волнами. Греческая и Римская классика: Лягушки Аристофана, сияющее трио Энеиды, Одиссеи и Илиады с косяком серебристо-черно белых киносценариев в солидных твердых обложках позади, рой сарторовских мух.  - Ты правда все это читаешь? - вырвалось у меня. Нене пожала плечами и смущенно опустила глаза на носки своих голубоватых тапочек с карпами.  - Не все сразу. Некоторые просто покупаю, если мы посмотрели что-то в киноклубе или мне понравилась театральная постановка. Какие-то разбираю для практики или перечитываю, но… М. Знаю, это странновато.  - Совсем нет!  - Да ничего. Думаю, мне нравится наблюдать, как одна и та же вещь меняется, когда на нее смотрят разные режиссеры. Что остается, а что - нет. Сценарии, если речь не о киносценариях, конечно, не всегда попадают на рынок, поэтому если вижу их где-нибудь у букинистов или на ebay - беру не глядя.  - С лимитками только так! - отшутилась я, но мысленно пообещала себе впредь быть внимательнее с тем что говорю. Ха. Ха-ха-ха! Знала бы я... А комната плыла. Соленый запах увлажнителя, в который Нене, кажется, добавляла что-то хвойно-морское, укачивал меня, раковина на письменном столе, служившая пресс-папье для распечаток с диалогами, заворачивала меня в спираль и каждый камушек из треснувшего стакана, стоящего на подоконнике тянул на дно.  Мы достали учебники и тетради. Мы осели в тину ковра и низкого столика возле него.  - У меня проблема с совершенными временами. Я вроде понимаю правила, и когда делаю упражнения, все нормально. Но при диалоге, или если нужно перевести с японского на английский каждый раз чувствую, будто выбираю не то.  Как будто все время опаздываю. - Совершенное Настоящее? - уточнила она. - У, ну это хитрый босс. Оно вообще про странное состояние между “уже” и “еще”. Свернутый плед цвета мокрого песка, будто выброшенный волной на край кровати. Провода от зарядок вились, водорослями, и я вдруг поймала себя на том, что радость моя от ее присутствия, тихая, почти прозрачная радость действительно существует в настоящем времени. Мне правда, правда хотелось здесь быть. И просто быть, чего уж, если это действительно требовалось для того, чтобы подле нее остаться. И вместе с тем, я не могла не отметить, что эта Нене отличалась от Нене из кабинета кройки и шитья. Я видела, как секущиеся концы ее волос, расширенные поры, стершиеся манжеты школьного пиджака. Видела заусенцы на ее ногтях - боже, Нене, тебе что, вообще плевать на свою кутикулу? - И прошедшее. Совершенное прошедшее тоже не мой конек.  Но все же видит бог - Посейдон, в данном случае - насколько же мне было плевать…  - М. Время, которое почти не существует само по себе. Попробуй составить предложение с ним… Допустим, что-нибудь о тебе.  - Оу. Ну. My sister is working in Paris now, but she had always wanted to live abroad. Before she moved to France, she had dreamed of leaving Japan for years. She wasn’t surprised by her own decision - she had thought about it for a long time. - Но это же совсем не про тебя! Но при этом, если говорить о конструкциях и структурах, ты нигде не ошиблась. Попробуешь еще раз? Нене постучала карандашом по тетради. - Типа… - Типа: я думала, что это внезапно, но если честно, я давно к этому шла, - подсказала Нене. - Или: когда это случилось, я уже знала, что так будет. Например… If I ever move abroad, I don’t think it will be sudden. I think I will realize that I had wanted to leave long before I said it out loud. Я подняла голову. - Да. Я помню, ты говорила что тоже хочешь уехать. Оно и не удивительно - чтобы быть актрисой мирового класса нельзя всю жизнь сидеть в парках развлечений.  Она пожала плечами - жест был почти тем же, что и у полок с книгами, когда она говорила про сценарии. - Я люблю парки развлечений, - сказала Нене и закинула голову назад, что немедленно напомнило мне о другом моменте - моменте, которого я не должна была видеть. -  Действительно люблю. В них происходят удивительные вещи. Но - да. Думаю, что чем раньше я перееду, тем проще потом будет адаптироваться. Но вместе с тем, я и не… Ну. Возможно мне немного не хватает смелости твоей сестры. Я все же очень привязана к людям, которые мне дороги - к нашей труппе, к моей семье. А они вроде как… Ладно, давай вернемся к английскому.  Тени от полок легли слоями, книги показались мне утопленными в них, каждая на своей глубине. Я смотрела на Нене и думала, что она живет в мире течений - тех, что тянут, даже если ты сопротивляешься, и несут, даже если ты боишься отпустить то, за что цепляешься. Воздуха стало меньше, и я, задыхаясь и выпуская пузыри, сказала вдруг:  - Я тоже, - голос прозвучал приглушенно. -  Я тоже хочу уехать.  Я чтобы удержаться на месте, не уплывать за теплым течением и не выпалить еще чего-нибудь не того, я провела пальцами по краю тетради. Бумага была шершавой. Нене молчала и я проговорила, пробуя фразу на вкус:  - If I ever leave Japan, - я улыбнулась пошире, будто это все было забавной шуткой, - it won’t be sudden. I will probably realize that I had wanted to leave long before I allowed myself to admit it. Уф. Серьезно-то как. Но ведь это здорово! В какую страну ты хочешь поехать? В США? В Англию? - Я пока не думала об этом.  - Знаешь что? Вообще-то нам обеим стоит прекратить относиться к переезду, как к каторге, вот что. Расставания - расставаниями, но просто представь, как весело это будет? Тень медузообразной лампочки упала на лицо Нене. В нем что-то изменилось - я не сразу поняла, что именно, но сейчас я и не могла понять, даже если бы постралась. Меня тянуло, тянуло, тянуло. - Мы могли бы вместе ходить на Бродвей: ты рассказывала бы мне все-все про мюзиклы, и я делала бы вид, что понимаю, а я, в ответ, таскала бы тебя на закрытые распродажи, проходки на которые выманивала бы у работающих в глянце подружек на аутентичные японские безделушки. Мы бы завтракали бейглами, и жили в крошечной стремной квартирке с крысами, и уже через год начали бы ворчать на туристов…  - Ты так говоришь, будто бы мы жили вместе… - улыбнулась Нене и села чуть ближе ко мне.  - А почему нет? То есть ты, конечно, можешь отметить что не настолько уж мы и близкие подруги, но даже попутчицы могут вместе бросить вызов городу, если вдруг их желания совпадают. Ты читала “Нану”? - Нет.  Манга о розе, певице, моде и бесконечном выборе между прежним возлюбленным и новым? Ха-ха. Обойдемся без нее.  - Там две девушки вдвоем квартиру снимают после того, как случайно встречаются в поезде… Я к тому что, что вообще-то это даже не так уж и невозможно. Почему нет? Будем вместе бродить по секондам, и кидать камешки в океан, и учить других интернациональных студентов готовить набе...  - А если с Нью-Йорком не получиться? - Можем поехать в Лондон! Уверена, там есть и театральные вузы, и хорошие школы дизайна.  - Но… Ты разве не хочешь в Париж? Не нужно ломать свою мечту ради…  - Да мне плевать!  Глаза Нене расширились, будто под давлением.  - Это… Так странно звучит. То есть… Мы с ребятами постоянно грустим о том, что нам придется расстаться, но никогда… Даже Руи говорит, что что-нибудь придумает, но на самом деле все его мысли крутятся вокруг того, чтобы удержать нас вместе, а не… То есть… Мизуки, ты серьезно? - Не очень - пока что. Но мы обе можем посмотреть список вузов, которые нам нравятся к следующей встрече и обсудить вступительные экзамены, стипендии и стоимость за семестр - вот тогда это будет серьезно.  Я сама себе не верила. Я замолчала первой. Что я только что ляпнула? Слова, вылетевшие из меня минуту назад, теперь висели в комнате, всплывающими после кораблекрушения сундуками: вот уж точно, вкрашилась так вкрашилась. Я вдруг остро почувствовала собственную наготу под одеждой,  почувствовала себя раковиной, которую я сама вскрыла ножом ради жемчуга ее улыбки: сама надрезала себя и полезла пальцами внутрь, в надежде найти там что-то красивое. Я ведь всегда была осторожной. Я умела быть веселой, громкой, удобной - но не на расстоянии, без возможности ко мне приглядеться. К людям я подбиралась медленно, кругами, через шутки, общие проекты, месяцы совместных мелочей. А сейчас я вдруг говорила о совместных городах, совместном будущем - с девушкой, о которой не знала почти ничего. С девушкой, которая все еще не знала обо мне самого важного! О моем теле. О том, что не все означающие и означаемые элементы во мне совпадают друг с другом. Мысль об этом кололась сильнее всего. Все это - Нью-Йорк, Лондон, океан, - могло оказаться не мечтой, а ловушкой, если я слишком рано позволю себе поверить. Я опустила взгляд, разглядывая планктон ковра, будто он мог дать мне инструкцию, как откатить разговор на шаг назад, сделать вид, что ничего особенного не произошло. И тогда Нене улыбнулась мне. - You know, - сказала она, задумчиво покручивая карандаш между пальцами, - if we ever do this… I think that by the time we leave, we will have figured out a lot more about ourselves than we know now. Совершенное Будущее. Я кивнула и посмотрела в окно в котором, за занавеской, высился дом Руи.