Незначительное вмешательство

*** — Пойдем, поможешь. — Равнодушный тон, не подразумевающий возражений. Через столько дней. Драко, только что усевшийся к столику у затонированного магией окна с чашкой не самого плохого чая, настороженно поднимается с места. «Ну теперь ты точно мне расскажешь, зачем брал меня во Францию и что тебе надо!» — думает он. Но у Поттера пустой заебанный взгляд, и все намерения кривить рожу и выяснять, чем обязан, умирают на старте. — Ладно. Поттер кладет ему руку на предплечье, и через пару секунд тошнотворного смерча они стоят на руинах маггловского здания. Драко с интересом оглядывает возвышающиеся из земли куски стен, острые, как расколотые зубы. Поттер смотрит вниз. — Иди сюда. Я буду поднимать плиту, а ты попробуй использовать щитовые чары, чтобы вниз ничего не сыпалось, — говорит он буднично. Драко смотрит на заткнутую куском стены неглубокую воронку и снова на него. — Там что, кто-то есть?! — Угу, я так думаю. Он уже поднимает палочку, когда Драко отмирает: — Да ты сдурел! Давай уберем все Эванеско! — Магглы заметят, что мало обломков. — Я размножу тебе вон ту стену и сделаю столько обломков, сколько тебе угодно! — Тогда они будут одинаковыми. — Ну расколотим их как-нибудь художественно. — Если бы Драко лучше представлял как выглядят обломки маггловских стен, он мог бы их трансфигурировать. Не то чтобы он всерьез хотел этим заниматься. — Ладно, — болезненно морщится Поттер и нацеливает палочку. Он однообразным повторением заклинания убирает крупные куски, Драко — залежи мелочевки. Это непросто. Трудно распространять на разнородные предметы действие одного заклинания, правильно задавая границы. Кто-то из них лажает с масштабом, убирает слишком большой фрагмент — и завал прямо под ними движется. Растерявшийся Драко от балды выкрикивает Агглютиум, это срабатывает. В дыре за очередным бетонным слоем обнаруживаются два маггла, один в пыли, другой еще и в крови. На первого Поттер накладывает Конфундус, второго оглушает и отправляет в стазис, вышелушивает из небольших обломков. Судя по тому, что Драко известно о маггловской медицине, танцевать он уже не будет. — Куда их теперь? — спрашивает Драко. — Тут оставим. Врачи заберут. — Поттер поочередно левитирует их на поверхность. Драко размножает разный строительный мусор прямо в «яме» и приваливает сверху большой плитой. Отменяет действие склеивающего заклинания. С его точки зрения, все «так и было». Но он знает, магглы иногда расследуют причины происшествий, ищут следы взрывчатки, ошибок строительства или чего-то такого. Если бы он видел хоть раз, как оно выглядит, он мог бы это наколдовать. Или убрать. Или не трогать. Но он не видел, так что пусть катятся к книззлам. — Все, уходим, — говорит Поттер. — Мы же только что пришли, — Драко замечает в пыли блестяшку с торчащим рядом мехом и выпинывает на поверхность. Это оказывается маленький, с пол-ладони, игрушечный заяц, прикрепленный цепочкой к металлическому кольцу. — Может, еще кого-нибудь раскопаем? — Мы умеем находить только людей и только если они в сознании. Драко смотрит на зайца. Тот лежит грязный, раскинув лапы, и выглядит очень неестественно среди руин и щебня. Мелкие камушки набились в длинную шерсть. Драко думает, что нельзя его тут оставлять. — Можно вообще все убрать и обратно навалить, — непонимающе говорит он. Оно, конечно, маггловское детство, Хагрид с Квиреллом в учителях и все такое, но уж настолько-то Поттер должен соображать. — В другой раз. Миргуд с его отделом не может вечно накладывать Конфундусы. — А Миргуд здесь? Я думал, мы одни. Если при обыске у него найдут маггловского зайца, объяснить это будет трудно. Драко пялится на него, стараясь запомнить до мельчайших деталей. — Мы за иллюзией. Нас не видно, нам не видно. — Поттер снова сжимает его предплечье, и они оказываются в столовой, примерно там же, откуда ушли. — Твой чай убрали. Исчезновение чая Драко не расстраивает — мало ли чего в него могли насыпать «доброжелатели» за ту пару-тройку минут, пока их не было. Поттер отпускает его руку и сообщает без видимой связи с предыдущим: — Миргуд меня ненавидит. Драко истерично думает, что надо было подобрать зайца. Нельзя бросать его там. Если аппарировать прямо сейчас, наверняка еще можно забрать его без особых проблем. И сам не может понять: Поттер оставил там котов, собак, своих любимых магглов и не дергается, а он-то чего доебался до этого зайца? — Я умею нормально накладывать щитовые чары только на себя, — зачем-то говорит он. — А так, чтобы защищать объект как бы с противоположной от меня стороны, не умею. — Я так и понял, — безэмоционально реагирует Поттер.— Никто не умеет. Бывай. Он уходит, а Драко покупает себе новый чай. Окружающие пялятся на него так, словно его только что выгрузил из саней Санта-Клаус. *** — Малфой, как там в Харлоу, говорят, успешно? — спрашивает незнакомая рыжеволосая дама, как только он спускается в комнату отдыха. — А? — В Харлоу это же вы с Поттером были? — Ну… — ему странно видеть радостно смотрящую на него волшебницу, которая знает его фамилию. — Да. Но при мне только двоих достали. Известно, что там произошло? — Пока говорят про взрыв газа. И что те двое-то? Выжили? — Да. — Здорово! — Я думаю, пострадавших больше, — говорит Драко, несколько теряясь от ее логики. Вот если бы рухнул мэнор, не завалило бы никого, а магглы живут кучно, как флоббер-черви. — Ой, не факт, — возражает она. — Рабочее время, сезон отпусков. И дом маленький, четырехэтажный. Не грузись, вы молодцы! — А чего там было-то? — спрашивает кудрявый мужик, про которого Драко знает только, что он Джон. Все ждут, что он скажет. Впечатление, что на календаре 1 сентября, а он Распределяющая шляпа. «Так вот как работает покровительство Поттера? — отмечает про себя Драко. — Занятно». Он описывает все максимально нейтрально. Ему в принципе не затруднительно улыбаться в ответ и изображать оптимизм. Вот разговаривая с Темным лордом, было несколько затруднительно. А тут-то чего. От одной разницы заулыбаешься. Но восприятие окружающих настолько расходится с тем, в чем он, собственно, участвовал, что ему не по себе. Он много раз слышал здесь истории о помощи, ну или попытках помощи магглам, и все они рассказывались как приключения: как добирались, кто что сказал, кто кого спас. Это звучало значимо. «Мы можем делать гораздо больше», «с нас будут брать пример другие страны». Но то, в чем участвовал Драко, не было приключением. Это было рутиной, и единственное, что в ней было удивительным, — насколько он к ней не готов. «Теперь ясно, почему их Поттер с собой не берет», — думает Драко. Что ж, ему это только на руку. *** — Почему я? — все же спрашивает он после их шестой вылазки, когда уже не боится, что Поттер его пошлет: с одной стороны, делать что-то вместе удобно, с другой — работа скучная; занятие не для бойца, а для уборщицы; и поттеровские фанаты в комнате отдыха начинают утомлять. Драко чувствует себя предателем: раньше они с длинноволосой девушкой вместе молчали, а теперь он словно бы ее бросил ради скучных людей и скучной возни. Ладно еще Франция — там все-таки было опасно и задача охренеть какая. Но убирать и размножать бесконечный хлам, левитировать, накладывать Репаро на мост, а потом снова его ломать, лить воду — с этим справился бы не то что любой аврор, а вообще кто угодно. — Тебе сложно? Драко не сложно. Проблемы магглов его не расстраивают. Для него их тела все равно что чемоданы таскать. Окажись он без магии — он бы тоже предпочел умереть. В памяти остаются лишь безличные детали: букет в смятой машине, лязг гусениц по бетону, закат сквозь дым... Но это звучит то ли как просьба, то ли как упрек. — Нет, — быстро произносит он. — Просто почему не Лонгботтом? Не Амброуз? Не Адамс? — Невилл занят. Амброуз небрежен. Адамс постоянно рекламирует тебя и уже достала этим, — говорит Поттер и смотрит взглядом «еще тупые вопросы будут?». Они наверняка были бы, если бы Драко на последней фразе не подавился. Чего-чего делает Адамс?! Точно сумасшедшая, как Лавгуд. Интересно, Лавгуд тоже нахваливает его Поттеру? «Не парень, а мечта, у него самая лучшая тюрьма в Юго-Западной Англии! Чуткий сервис, изысканное общество. Ну и, если он не найдет для вас время, к вашим услугам будет группа егерей. Или оборотни». А Адамс, интересно, что говорит? Может, начать с ней здороваться?.. — Ладно, а почему не та Сьюзан? Заходила к нам постоянно, не знаю фамилию. — Драко без понятия, зачем вспомнил одну из приставучих томных дев, которым вечно нужна помощь, и почему именно эту. Поттер смотрит на него так, словно он спросил «как дела у твоего крестного», и Драко думает, что, пожалуй, действительно переборщил. На такую напарницу он бы не смог полагаться, даже если бы его послали упыря допрашивать. С другой стороны, он и трахаться с ней не стал бы. Ну, точнее, трахаться слишком громко сказано. Не расстегнул бы ремень в ее присутствии. Все-таки Поттер слишком демократичен. *** Проходит совсем немного времени, и вот Джинни Уизли уже снова шляется по Аврорату, только теперь — к своему бойфренду Роджеру Дэвису. Драко она напоминает катящееся пороховое ядро из маггловских комедий. Поттер смотрит на «влюбленных» с чуть виноватой, но светлой улыбкой благословляющего дедушки. В такие моменты Драко особенно сильно опасается за его жизнь. Он даже думает раскрыть герою глаза на ожидания мисс Уизли. Но пока он об этом думает, натыкается у крыльца на Поттера с Чжоу. Они так поглощены друг другом, что не обращают на него внимания, и незаметно следить за их встречей из окна столовой — пара пустяков. Поттер оттаивает рядом с ней, улыбается, движения замедляются. Но они прощаются рукопожатием, Чжоу целует его в щеку — и все. И все это в целом как-то неуловимо странно. Какая-то гребаная эмоциональная бессмыслица. Может, существует пророчество, что избранница Спасителя магического мира умрет, и Поттер не динамит только тех, кого не жалко? Драко борется с собой, но не может не спросить. — А правда, что Амелия спит с Парсонсом? Они только вернулись с очередной маггловской ЧС, и мгновение в глазах у Поттера стоит мучительное непонимание, кто все эти люди. — Понятия не имею. — Он хмурится и кривит рот в карикатурном размышлении. — Вполне вероятно. — Я думал, ты знаешь, — все дальше ступает на тонкий лед Драко. — Увы. — Поттеру не интересно, еще секунда, и он переключится мыслями на что-то другое… — Я думал, должна быть какая-то причина, почему ты с ней не спишь. Поттер опять смотрит на него тем самым взглядом. Взглядом человека, гуманно дозирующего свой ответ на оскорбление. — С чего бы вдруг? Ты углядел между нами что-то общее? — Да нет же, — Драко трудолюбиво изображает непринужденный легкомысленный тон, — забудь. Просто она красотка. Я и со Сьюзан у тебя ничего общего не углядел, но с ней же ты спал. Поттер как-то неуловимо подбирается, сосредотачивается. От этого у Драко возникает неприятное ощущение, что его выгнали на мороз в пижаме. — Это она сказала? — Нет. Повисает пауза, наполненная подтекстом «не били ли тебя недавно по голове?» и «почему взрослый человек вместо того, чтобы самостоятельно решить свои проблемы, несет их на рабочее место?». — Но это и так ясно, — бесстрашно добавляет Драко. Поттер расслабляется, недовольно щурит глаза дополнением к своим мыслям. Но, хвала Мерлину, больше не злится. — Что еще интересного расскажешь? Про любого другого Драко решил бы, что он создает ложное впечатление, избегая прямых формулировок. Но это же Поттер. — Адамс попугая купила, — Драко рад, что мимоходом услышал это сегодня утром, и можно сменить тему. Ему не нравится, когда Поттер так замыкается в себе, в такие моменты он выглядит одиноким и беспросветно умотанным, и его чисто по-человечески жалко, несмотря на всю его популярность. — Красного ара. — Знаю, — кивает Поттер и поправляется: — знаю, что собиралась. И назвать Лейтом в честь Маккормика. Ему только не говори. Можно подумать, Драко вообще с ним говорит. Еще несколько минут они обсуждают, что сейчас творится у Прайс. Формально она все еще их руководитель, в реальности Драко видит ее все реже, почти вся его работа крутится вокруг Поттера, который и раньше-то на рабочем месте нечасто бывал. Теперь Поттер «обеспечивает взаимодействие» между информационным отделом, стирателями памяти, бездарной рабочей силой из отдела Прайс и прочими, кто бывает ему нужен по ситуации, а Драко числится в созданной им группе — группе «содействия экстренным службам». Подчинение техническое, а эффект неиллюзорный — внимание, зависть. И главное, все знают: он туда не просился, это решили за него. Напоследок Драко хочет извиниться или сказать что-нибудь ободряющее. Вроде того, что вовсе не считает Поттера импотентом, хотя вот Темный лорд по этому поводу не очень-то грустил, и вообще это все еще лучше, чем встречаться со Сьюзан. Но он не очень хорош в этом, так что скромно молчит.