Тигр в посудной лавке

Так как переодевать Тигрицу было не во что — ее одежда осталась в поместье Рысевичей — Поберту пришлось везти полосатую в своем бежевом костюме в сторону Акациевой площади, где они договорились встретиться с Гэри, если тому удастся отобрать дневник у Ника и Джуди. Уже когда они оказались там, и Поберт заглушил мотор на своем мотоцикле, Тигрица, оглядываясь вокруг себя, показала на вывеску ближайшего магазина: — По Бет, научи меня читать на вашем языке. Рысь недоуменно повернул голову к ней, сняв шлем: — Читать? Но ведь просто умея читать, вы не научитесь говорить на другом языке, мастер. Полосатая осталась невозмутима: — Возможно. Но уметь читать лучше, чем не уметь, правда? Я заметила, что у вас мало иероглифов, и они часто повторяются. Они что-то значат сами по себе? Поберт покачал головой, понимая, какая монументальная задача ему предстоит, ведь ему пришлось бы обучать носителя совершенно другой языковой системы многим незнакомым для него вещам: — Нет. В китайском языке каждый иероглиф — это какое-то слово, смысл или слог. Конечно, изредка в нашем языке один символ может иметь конкретное значение. Например, вот этот одиночный символ, похожий на вертикальный шест, означает «я». Но если вам попадется слово… — Поберт оглянулся, пока не показал пальцем на вывеску «ANTIQUE SHOP» , то здесь этот «шест» не означает «я». Каждая буква означает один звук. Гласный или согласный. Тигрица медленно покачала головой: — Я не понимаю, что ты сказал, По Бет. Что такое… гласный или согласный? — Хорошо, я попробую объяснить, мастер. В китайском языке есть инициали — и есть финали. Инициаль — это как раз и есть согласный звук. Костяк слова, который дает ему твердость. Вот например, вы зовете меня По Бет. П — это как раз согласный звук. Б — тоже согласный звук. Это какой-то резкий, твердый — или же напротив, более мягкий, но удар. Скелет. Без него слово — это лишь набор костей, но без мяса. А вот гласная — это клей, которые соединяет согласные. Рысь протяжно выдохнул: — Ууууу. Это гласный звук. Пасть открыта. Без них слово — лишь набор звуков без смысла. Но и сами гласные без согласных — это лишь протяжное мычание без смысла. Полосатая заметила: — Я понимаю. Согласные — это берега реки. Гласные — это вода. Если нет берегов — вода растекается в болото. Если нет воды — берега сухие и бесполезные. — Именно! Вы все правильно поняли, мастер. Я могу научить вас всем… буквам. Каждый такой значок — это буква. У нее есть произношение. И всего таких букв у нас двадцать шесть. Тигрица хрустнула шеей: — В библиотеке Нефритового Дворца я заучивала наизусть длинные свитки с трактатами великих китайских философов. Не думаю, что лишние двадцать шесть символов будут сложны для запоминания.

***

Поберт, осматривая вывески вокруг себя, искал для Тигрицы примеры использования букв. Причем начали они с гласных, и кот честно предупредил воительницу: — Я должен сказать вам заранее, мастер. К сожалению, правила чтения в моем языке сложны. Конечно, яянь гораздо, в разы труднее, но в нем есть система. У меня просто нет времени пояснять вам, почему одна и та же буква может читаться совершенно по-разному в казалось бы одинаковых ситуациях. Поэтому я буду учить вас читать так, как написано, а не как это говорится в реальности. Показав пальцем на вывеску CAFE, Поберт проговорил: — Это читается КАФЕ. Конечно, жители моей страны прочтут его несколько иначе, но моя задача научить вас различать буквы. Тигрица вглядывалась в буквы, пытаясь соотнести услышанное с написанным: — К… А… Ф… Э… Берег «К», вода «А»… берег «Ф», вода «Э». Пока это выглядит понятно. А что значит это слово? — Это место, где можно поесть и выпить, заплатив. Воительница согласно кивнула: — Очень похоже на цзю лоу или ши сы. Я это понимаю. Так как они были на площади, и вывесок вокруг было в изобилии, у Поберта было много возможностей показывать Тигрице разные сочетания букв, охватывая весь английский алфавит. Но даже при этом у полосатой возникали большие сложности, когда она увидела слово STREET на одной из вывесок: — Три берега в самом начале? Как вы это вообще произносите, По Бет? Сы… Ты… Рэ… Э… Э… Тэ. Сы ты рэ э э тэ? Это вообще настоящее слово? Это… это ужас! Произнеси это слово так, как его произносите вы, носители этого странного наречия. Задумавшись, Поберт допустил ошибку, произнеся его по-английски правильно: — Стрит. По морде Тигрицы казалось, что она услышала какое-то магическое заклинание: — По Бет, я не понимаю тебя! Почему ты произносишь Ри, если там еще две «воды»? Куда ты их дел? Поняв, какой промах допустил, рысь исправился: — Я предупреждал вас, мастер. Правила настоящего чтения на моем языке гораздо сложнее, чем то, что написано. Я случайно прочитал это слово так, как прочитал бы носитель моего языка, а моя задача — научить понимать вас отдельные символы, а не учить читать их так, как принято. Поэтому да, ваше прочтение Сы Ты Рэ Э Э Тэ правильное, если следовать правилам яянь. Вы все сделали как надо. Проблемы только начинались. Тигрица упорно не понимала, почему разные символы могут читаться одинаково, и Поберту пришлось долго пояснять, почему в слове DOCK две последние буквы, будучи разными, читаются одинаково. Но окончательно логика Тигрицы сломалась на слове ANTIQUE. Она спросила у Поберта прочтение каждой отдельной буквы еще раз, и ее негодованию не было предела: — Почему этот символ, похожий на круг с хвостиком, читается как тот полумесяц в слове «Ка-фэ» и как та распорка в слове «До-кы»? Зачем вам три разных символа для одного звука? Удрученный Поберт опустил лапы: — Я… не могу этого сказать, мастер. Так… так просто принято. Наверное, я очень плохой учитель, если я отвечаю на ваш вопрос словами «Я не знаю». Недовольно фыркнув, полосатая снова устремила взор на табличку: — А-н-ти-ку-у-э. Кошмар, просто кошмар! Впрочем, я сама виновата, что на это подписалась. Я не виню тебя, По Бет, ты стараешься, как можешь, и не ты виноват в том, что я вижу.

***

В ожидании Гэри Тигрица продолжала под чутким контролем Поберта читать вывески, пытаясь запомнить увиденные слова и занести их себе в память. Все меньше воительница возмущалась написанием или произношением, осознав, что изменить это не в ее силах, и она стремилась просто сфокусироваться на очередной задаче. После очередного прочтения слова PAWN SHOP Тигрица заметила: — Знаешь, По Бет… у вашего письма есть одна странная добродетель. Ваши знаки — просты. В них нет образа, нет памяти, нет древности. Они не хранят в себе историю и красоту. Это всего лишь следы звука. Но вы можете двадцатью шестью такими знаками передать те же понятия, что и иероглифы в яянь. Вы лишь складываете звуки. Это… удобно. Это быстро. Мы выводим каждый знак. Вы же — словно расставляете палочки с кружочками. Для военных донесений это, пожалуй, разумнее и быстрее. Но… — Тигрица слегка нахмурилась, — ваши знаки не несут в себе происхождения. В них нет духа. Воительница провела когтем по штукатурке на стене здания, выведя в податливой поверхности неровную букву S: — Это просто, но… странно. Словно чего-то не хватает. Поберт хотел было ответить, но его слова заглушил тихий всплеск со стороны темной воды канала у пирса. Из воды, цепляясь чешуйчатым хвостом за деревянный настил, выбрался изможденный и тяжело дышащий Гэри. Его чешуя тускло блестела, а левый бок судорожно вздрагивал. Однако его хвост бережно и крепко прижимал к телу тяжелый предмет в кожаном переплете с металлической обложкой: — Поберт. Я с трудом сбежал. Но я это сделал. Дневник у нас! Для Тигрицы предмет, что она уже видела на балу, ничего не значил, но рысь был явно доволен увиденным, и он схватил кольца гадюки в охапку, обнимая товарища: — Отличная работа, Гэри! Как все прошло? — На рынке всё пошло кувырком. Те копы, крольчиха и лис, вышли на Хесуса и уже рассматривали дневник. Но тут нагрянула полиция во главе с Хоггботтом. Началась дикая суматоха. Я воспользовался шумом, выхватил дневник прямо у них под носом и нырнул в Красную линию. Кролик и лис прыгнули за мной, и я в суматохе их потерял. Выбрались они или нет — я не знаю, но я видел их у одного аварийного люка на полпути. К сожалению, на Болотный Рынок нам нельзя, там все в копах. Но мы можем вернуться в «Медовый месяц», и там прочитать то, что мы раньше не знали! Поберт быстро обернулся к Тигрице и в нескольких словах перевел ей на яянь то, что рассказал Гэри, отдельно показав на дневник в металлическом переплете: — Этот предмет очень важен, и нам нельзя его терять. То что в нем написано, поможет сделать гибель моей мамы не напрасной, а Гэри — помочь восстановить доброе имя чешуйчатых. А сейчас мы поедем в одно место в горах, где мы сможем прочесть то, что написано в этом… этой книге. Морда Тигрицы осталась каменно-спокойной: — Ты довольно смел для младшего котенка в семье, По Бет. Что ж, я поеду с вами. Все же, мне нельзя терять тебя из вида, иначе я могу тут пропасть. Поберт согласно кивнул, чувствуя, как внутри него крепнет уверенность. Гэри забрался в люльку мотоцикла, свернувшись на сиденье и обняв сумку с заветным дневником, а Тигрица уверенно уселась рядом, поудобнее перехватив борта коляски, готовая к долгому пути. Мотоцикл взревел, разрезая тишину вечерней Акациевой площади, и сорвался с места. Они мчались по извилистой горной дороге, поднимаясь всё выше, возвращаясь в Тундра-таун, откуда можно было попасть в заброшенный и полуразрушенный отель «Медовый Месяц» — именно там была обустроена секретная штаб-квартира, где Гэри собирал все материалы, которые могли бы пролить свет на загадку о реальном архитекторе погодной стены и прошлом семейства Рысевичей. Что же касалось Тигрицы, то она, как и полагалась воину, полностью убрала страх перед неизвестным на задворки подсознания. Чем поездка в загадочное место в другой эпохе отличалась от вылазки в лагерь Темутая в ее мире? Лишь временем, но не ощущением. Укрепив себя этой мыслью, полосатая крепче вцепилась лапами в поручни на коляске мотоцикла Поберта.