Тобирама Учиха

      — Так кто она?       Мадара удивлённо уставился на Тобираму, что сейчас отрабатывал удары катаной.       Недоумённое молчание длилось слишком долго, и альбинос повторил вопрос:       — Кто… она? Объяснишь? – вопрос был внезапным, как кунай в печень. Тобирама всегда был таким, сразу к делу, без подтекста, без намёков, без подготовки, всё просто и в лоб.       Мадара непонимающе таращился на друга. И Тобираме пришлось прекратить отрабатывать ката, чтобы пояснить для тупящего Учиха.       — Ну, с кем ты встречаешься на реке?       — Что?! – Мадара тут же встрепенулся, выйдя из ступора и подскочив к другу ближе, зашипел, старательно понижая голос, чтобы никто случайно не подслушал. – Откуда?..       — Я почувствовал. – веско сказал Тобирама. Посмотрел на наследника Учиха выразительными красными глазами. И, заметив округлившиеся в шоке глаза Мадары, довольно состроил хитрую улыбку.       — Ты!.. Ты не можешь дотягивать до туда! – возмутился Мадара, на что Тобирама согласно кивнул и хохотнул, довольный своей шалостью, и продолжил:       — Нет, но скоро точно смогу! – и пока до собеседника доходит смысл сказанных слов, Тобирама снова вернулся к отработке ударов, стараясь держать тяжёлое оружие как можно правильнее, делать чистые удары было достаточно трудно, но он не собирался сдаваться.       — Подожди... Тора, твоя сенсорика до туда не дотягивает, но… ах ты ж засранец!! — взвился Учиха, подскакивая к щуплому мальчишке и желая прописать воспитательную затрещину!       — Я тебя за язык не тянул, твоя реакция сказала всё за тебя! — подражая взрослой серьёзности, Тобирама невозмутимо пропыхтел, уворачиваясь от наказания и пытаясь не завалиться в траву из-за перевеса катаны.       — Эй, это нечестно, ну ты и... и… Бака!! – Мадара был возмущён настолько, что даже воздух застревал где-то в горле, а лицо покраснело до самых корней волос!       — Да, да, как скажешь, так ты расскажешь, кто она? – Тобирама лишь закатил глаза, смиряясь, что тренировку придется отложить.       — Нет! И вообще, это не твое дело! Нос ещё не дорос! — чёрная копна волос на голове Мадары воинственно встопорщилась, как иголки у ежа. Тобираму всегда поражало, насколько непослушные волосы друга, в тайне он ожидал, что пройдёт ещё немного времени, и из Учиха вырастет настоящий, бешеный дикобраз.       — Да? А Хана-сама говорит, что я веду себя даже ответственнее тебя. – усмехнулся беловолосый Учиха, хитро щуря красные глаза, смотря на Мадару взглядом победителя. – Может, мне стоит поговорить с Таджимой-сама и стать наследником клана Учиха? — Ты не посмеешь! – уязвлённо фыркнул Мадара, покачивая головой и прекрасно зная, что друг блефует! Но и просто так сдаваться он не был намерен, он старше, а значит он решает, кто тут главный!       — Тогда я поговорю с Шин-саном и расскажу, кто всё-таки расплавил его катану! – Мадара тут же нашёл управу на Тору. И по выражению лица Тобирамы сразу стало всё ясно, казалось, он стал даже белее собственных волос, хотя, как такое вообще возможно, старший Учиха не представлял.       — Я просто хотел выковать ему новый клинок!       — Да-да, Тора, как скажешь, уверен, что твой тоо-сан будет очень рад, что его семилетний сын играется с молотом и наковальней! — ехидно сощурившись, подтрунивал Мадара, прекрасно зная страсть младшего друга к улучшению всего и вся. Жаль, что чаще — неудачно, как подозревал сам наследник клана, неудачи случались с Торой лишь из-за возраста совсем юного мастера.       — Ну у меня бы всё получилось, если бы нии-сан не помешал! — заворчал Тобирама, нахмурив светлые брови. — Вот вечно он невовремя появляется! А всё так хорошо шло, уверен, если бы у меня получилось, меня бы тоже начали пускать на миссии...       Тобирама даже не заметил, как ловко Мадара отвёл его от щепетильной темы. Маленький белый ворон был действительно талантливым ребенком, хоть мастеров водной стихии в селении были единицы, Тора впитывал в себя всю информацию, как губка. И практически сам отрабатывал водные техники, с которыми управлялся не по-детски ловко. Маленького альбиноса всегда можно было найти среди свитков и книг, неудивительно, что совсем скоро он смог освоить несколько нападающих и защитных техник не только стихии воды! Смотря на его прогресс, даже Изуна начал шевелиться, так что каждая их тренировка превращалась в соревнования, кто что нового выучил или чему новому научился.       Их новый наставник — Корасу-сан — каждый раз ворчал, когда ему приходилось разнимать двух неугомонных мальчишек! Мужчина только недавно занял место в совете, хотя стариком его было очень тяжело назвать. Лишившись руки в бою, Корасу-сан не сдался под гнётом увечья, а занялся более полезными для клана делами, такими, как помощь Таджима-сама с финансами клана, прекрасно совмещая это с выбиванием дури из сыновей главы клана.       Даже с одной рукой шиноби был страшным противником, суровым, но надёжным наставником, и быстро заставил буйную молодежь взяться за головы и прилежно учиться. Когда Корасу-сан был занят с их отцом, Мадаре, как старшему в их компании, приходилось присматривать за Изуной и Тобирамой, иногда ему в этом помогал Хикаку.       — Хикаку просто о тебе волнуется, Тора, он же твой старший брат! Я вон тоже, знаешь, как сильно за Изуну переживаю, когда ты с ним спаррингуешься! — Мадара понимал чувства друга, которого не пускали на миссии, хоть ему и исполнилось восемь зим. Но он никогда бы не признался вслух, что был рад тому, что Таджима, тоо-сан и Шин-сан не пускают Торью выполнять заказы.       — О, так ты признаешь, что я всё-таки сильнее! — возликовал альбинос, присаживаясь в тени развесистого дерева и убирая оружие в ножны. Для его тонкой кожи сейчас солнце светило слишком ярко и могло оставить болезненные ожоги.       — Нет, я признаю, что вы два маленьких засранца, которые каждый раз пытаются попереубивать друг друга! – Мадара довольно улыбнулся, заметив, как надулся Тора, а уши предательски покраснели полностью, выдавая своего хозяина с потрохами.       Пока Мадара втайне умилялся своему другу, тот, в лучших своих традициях, выдал очередное:       — Как думаешь, когда я выйду в бой, ото-сан позволит мне набить татуировки? — такой вопрос поставил в ступор Учиху, знавшего Тобираму с самого младенчества, и, казалось, за столько лет привыкшего к его странностям. А тут такое!       — Учиха обычно не наносят воинских татуировок.       — Я знаю, просто… не знаю, как это объяснить, хочется как-то увековечить свои успехи? Не знаю… это сложно объяснить, просто хочется, и всё! – в этот раз Тобирама не смог сдержать румянца на лице.       — О-о-о-о, Тора-чан, неужели ты такой романтик? – Мадаре определенно нравилось это смущённое лицо!       — Ничего я не романтик! И вообще! Иди уже к своей девушке! Она тебя ждет! – выпалил Тобирама, явно не подумав прежде, чем это сказал, в этот раз пришло время краснеть Мадаре.       — Э-э-э-э-э-э?! Это не моя девушка! – было даже забавно, как наследник клана стал размахивать руками, краснея всё сильнее.       — Тогда почему ты с ней так часто видишься? Тебе с нами скучно? – тон Тобирамы изменился, в нем явно прослеживались нотки обиды и страха? Мадара никогда не задумывался о том, что Тобирама так к нему привязан, неужели они с ним мало времени проводят вместе?       — Тора… Конечно, нет, конечно же, мне с вами не скучно! Просто… мы с ним… у нас с ним похожая мечта... и... он сильный! Даже сильнее меня, с вами я не могу быть таким, я же не хочу вас ранить! А его не жалко, он словно мой… духовный брат! – Мадара неловко почесал затылок, пытаясь подобрать слова, пока не увидел удивленный взгляд Тобирамы.       — Духовный брат? То есть… это не твоя девушка? – в голосе было отчётливо слышно облегчение и даже радость!       — Ну, конечно, нет! Фу! У него просто ужасная причёска, и оценил бы ты его характер! Слово не скажи, а у него уже жёсткий восторг или вселенская депрессия! — Учиха весь аж передёрнулся. При том даже не наигранно, а вполне искренне.       С каждым словом Мадары на лице младшего улыбка становилась всё шире и шире.       — Ладно-ладно, в любом случае, твой "духовный" брат уже ждёт тебя – хохотнул тот, следя, как у Мадары на лице одна эмоция сменяла другую.       — Когда я вернусь, мы с тобой ещё поговорим, почему это ты обманываешь своего будущего главу клана о своих способностях! – пригрозив альбиносу пальцем, сказал Учиха и, захватив идеально плоский камешек, что случайно нашёл подле полигона, заторопился к "духовному брату".       — Ладно-ладно, Мадара-сама, иди, пока он не ушел, иначе депрессия уже будет у тебя. — невпечатлённо фыркнул Тобирама.       "Мадара-сама", прищурившись, осмотрел лицо мелкого вредины, после чего рукой чуть пригладил свои «иголки» и на полпути к лесу крикнул:       — Не задерживайся тут слишком сильно, иначе Шин-сан снова будет ругаться! – получив согласный кивок, старший улыбнулся и умчался на встречу со своим лучшим другом.

***

      Они встретились на берегу реки, как обычно, Хаширама уже вовсю разогрелся, готовясь к новому спаррингу.       — Ты опоздал, неужели у тебя проблемы со временем?       — Нет, это просто ты рано приходишь! — возмутился Мадара, с укором смотря на друга, что уже впал в уныние.       — Прости пожалуйста…       — Да я просто прикалываюсь! – ещё сильнее возмутился черноволосый, увидев поникшего шатена, что уже успел сесть на берег и обнять свои колени. – Меня друг задержал….       — Друг?... У тебя есть друзья?! — и столько искреннего неверия было в темных глазах "духовного брата", что Мадара мигом вычеркнул его из родственников!       — Ну, конечно же, у меня есть друзья!! Екай, за кого ты меня принимаешь?! — вспылил Учиха, праведно пылая негодованием.       — За злого ёжика! – ехидно сказал Хаширама, довольный придуманным прозвищем.       — А ты!.. А ты вообще гриб!! Понял!? И причёска у тебя странная, как огромный грибок! – разорался злой ёж.       Мгновение, и вот Хаширама снова в депрессии. Мадара, даже если бы активировал додзюцу, не смог бы уловить смену настроений своего друга.       — Ужас, вы с ним прямо земля и небо, удивительно даже, как я умудрился завести двух друзей с такими противоположными характерами!       — А что за друг? – Хаширама, заинтересовавшись, всё-таки сел лицом к другу, но позы не сменил, до боли напоминая гриб, сидящий в засаде. – Ты обычно рассказываешь только про своего братика!       — Да, потому что мой братик удивительный!.. Ну, вообще, этот друг тоже неплох, Тора — сенсор, и очень хорош в этом, ему всего восемь, а он своей сенсорикой уже почти достает до границы клана!       — Что?! Это невозможно! У ребенка не может быть такой сильной сенсорики! — искренне поразился Хаширама.       — Вот и мы так думали, пока не узнали, что он действительно так может! — гордо кивнул Мадара, как будто лично учил своего младшего сенсорным премудростям. — Правда, взрослые говорят, что, возможно, из-за этого его глаза стали видеть хуже, похоже, такая невероятная сила всё же имеет плату.       — Оу… мне жаль! — сочувственно поник Хаширама.       — Да… мне тоже… Но несмотря на это, Тора все равно продолжает тренироваться! Мы пытаемся его вылечить, может, он и стал плохо видеть, однако моему Изу-чан все равно хорошо достается от Торы, хе-хе! – со стороны не было понятно, за кого Мадара гордился больше всего. Похоже, этот Тора был так же важен для брюнета, как его младший брат.       — Да, младшим братьям только дай повод посоревноваться! Недавно Итама спалил волосы на голове Каварамы во время тренировки, это очень уморительно, он теперь ходит без бровей и с новой прической!       — Ха-ха, да! Могу себе это представить, хотя, может, она даже стала лучше, у вас у всех там прически как у тебя? – веселился Мадара, пока снова не увидел, как друг впал в уныние.       Эти смены настроения, да сколько можно?! Мадара рыкнул, встал в самую пафосную позу, которую смог придумать, и выдал:       — Эй, унылый Гриб! Хватит пускать корни, я, вообще-то, пришел наподдать тебе сегодня! И для этого я выучил классную технику, смотри и трепещи!!

***

      ...Вернулся Учиха после заката, запыханный и слегка побитый, но очень довольный. По пути он решил пройти через полигон, чтобы посмотреть, точно ли маленький Тора ушел домой. Ага, сейчас. Интуиция его, как обычно, не разочаровала: Тобирама сидел на краю полигона под большим зонтом. Тренировочная катана лежала рядом, а сам парень был занят прочтением книги, его глаза были слегка прищурены, выдавая, что пока ирьенины Учиха не смогли побороть недуг маленького альбиноса.       — Как прошла тренировка? – не отрываясь от чтения, спросил тот, на что Мадара недовольно цокнул языком.       — Кажется, я просил тебя уйти домой до того, как я вернусь. – подойдя ближе, он скрестил руки на груди, стараясь выглядеть внушительней. Однако собеседника это совершенно не смутило, и тот продолжил с интересом рассматривать диаграммы человеческого тела, изучая жизненно важные органы.       — Я ушел, но потом там Хикаку начал снова жаловаться на Изуну, и мне стало скучно.       — Вот как? – тяжело вздохнув, Мадара сел рядом под зонт, тот был уже не нужен, ведь солнце садилось. Однако просто хотелось посидеть рядом с Торой. На земле было прохладно, несмотря на стоявшую недавно жару. Тишина была очень приятной, Мадаре казалось, что нужно сказать что-то ещё... Но тихий шелест страниц и спокойное дыхание собеседника подсказали, что говорить ничего и не нужно. Тишина была приятна для обоих, день был насыщен, тело слегка ныло после тренировки, и старший даже думать не хотел, сколько новых синяков и мозолей появилось у маленького белого ворона.       Когда солнце совсем перестало освещать полигон, Тобирама аккуратно закрыл книгу, грустно выдохнув. Это даже забавляло, в большинстве своем, дети всеми силами старались ретироваться от теоретических занятий, пытаясь как можно быстрее перейти к практике! Но не Тобирама, он изучал всё до мелочей, прежде, чем попробовать, дай ему только волю, и тот проведет весь день, изучая что-то новое. Возможно, именно поэтому Тора и превосходил Изуну раз за разом, несмотря на рвение второго. Отото не хватало паузы, небольшой остановки, чтобы выдохнуть и подумать, возможно, в будущем он этому научится, но чему же тогда научится Тобирама? Каким он станет, когда вырастет?       — Тора… ты когда-нибудь думал о том… откуда ты? — с задумчивым любопытством уточнил Мадара.       — Думал… Всегда думаю. Я не знаю, откуда я, и боюсь узнать. Такеши-сан же не просто так смотрит на меня… "таким" взглядом. – Тобирама провел рукой по книге, но ни одна книга не могла сказать, кто он на самом деле и откуда.       — Тора, не обращай на этого старика внимания, он только и может, что кричать и зло на всех смотреть. – Мадара подсел ближе, ободряюще слегка толкнув плечом. Альбинос попытался улыбнуться в ответ, но улыбка получилась совсем грустной.       — Мадара, что, если я из Сенджу? Тебе же… тогда придется убить меня, ведь так? – опять огорошил своим внезапным вопросом этот невозможный ребёнок, полный непростых вопросов.       Учиха подавился вдохом, закашлялся, с шоком смотря на Тору и не имея сил поверить собственным ушам!       Он? Убить Тобираму? Да он скорее сам бросится на танто!!!!! Не удержавшись, Мадара заключил младшего в свои объятия.       Крепко, до задушенного хрипа, прижал к себе этого маленького белого Учиха. Он чувствовал, как Тобирама пытался держать лицо, трепыхаться в объятиях, но после, не выдержав, всё же начал всхлипывать, пытаясь спрятать слезы на плече Мадары. Учиха дал ему время, чтобы прийти в себя, не выпуская из своих объятий, и неловко, но нежно поглаживая по спине, стал увещевать:       — Тора, неважно, из какого ты клана, я никогда не позволю никому и пальцем тебя тронуть, слышишь? Пускай идут к ёкаям!!! все Сенджу, да и Учиха тоже, и вся эта война….       На полигоне снова стало тихо, со стороны неярким светом было видно селение. А со стороны леса наползала кромешная тьма, Мадара никогда не любил темноту, та будто всегда преследовала его с детства, и каждый раз пыталась нашептать ужасы, вызывала в юноше кошмары, с годами эта зловещая темная сила не уходила и, казалось, только набирала силы. Так что он с радостью бы вернулся в селение как можно скорее, но не сейчас, сейчас он боялся потерять Тобираму сильнее, чем боялся тьмы.       — Я в порядке, можешь отпускать. – тихий, слегка хрипловатый голос заставил вздрогнуть, но Мадара отпустил, лица Тобирамы он не видел. Использовать для этого Шаринган не хотелось, всё-таки альбинос хоть и был маленьким, но уже был готов сражаться за свою гордость.       — Кхм…. Так вот, с чего ты вообще взял, что ты именно из Сенджу? – Мадара прокашлялся, сглотнув неприятный ком в горле, после чего начал свою небольшую игру по отвлечению младшего. "Техника по отвлечению внимания" — именно так ее назвал Хаширама, когда Мадара провернул с ним этот трюк. Тот, к удивлению Мадары, быстро его раскусил.       — Ну, я просто… не знаю, просто скорее всего больше боюсь именно этого?       — Ну, как по мне, ты больше похож на Хатаке, у тебя и волосы такие, как у них, правда, у шиноби этого клана они чаще всего серые, но всё равно близко!       — Не-е-е-ет, только не Хатаке! Они же постоянно путешествуют! – прыснул младший, на что старший победно усмехнулся, "техника" в очередной раз безупречно сработала!       — Ага, но подходит же! Ты просто выпал из повозки, когда их клан переправлялся через Нака! И на самом деле ты их утерянный наследник и самый-самый большой собачник! Где-то очень глубоко в душе! — Мадара рассмеялся с передёрнувшегося всем телом Торы и продолжил отвлекать маленького друга. — Не хотел бы постоянно путешествовать? Ты же любишь изучать новое!       — Люблю! Но я бы хотел это делать в уютной лаборатории, где-нибудь в селении, в тишине и спокойствии и без собак!       — Лаборатория? Звучит неплохо, ну, раз ты не Хатаке, то, может, Узумаки?       — У Узумаки красные волосы, а не глаза!       — Правда? Вот ёкай, кажется, я про это забыл, ну, в любом случае, кем бы ты ни был рожден, сейчас ты Учиха! И это не изменится! Возможно, только даже укрепится? – голос Мадары стал явно насмешливым, однако даже так Тобирама не понял такого намека.       — Как укрепится? — мальчишка ухватился за эту идею и требовательно уставился на старшего друга.       — Ну, знаешь, ты всегда можешь взять себе в жёны какую-нибудь красивую куноичи Учиха.       — Мадара! Не нужны мне никакие куноичи, и вообще, это звучит ужасно!       — Ну почему же сразу ужасно, ну ладно, не хочешь себе в жены красивую куноичи, а что с насчёт других? Хм-м… например, меня? – Мадара и сам не понял, как пришел к такому вопросу. Однако ошеломлённая тишина заставила всё же задуматься о смысле своих слов, неужели он только что предложил Тобираме свои руку и сердце?       Осознание сильно ударило по голове, а ожидание чужого ответа заставило лицо краснеть все сильнее! Только Учиха хотел пойти на попятную и взять свои слова назад, оправдав их шуткой, как его мысли прервал чужой голос:       — Тогда я согласен.