О Новогоднем Магните и Любви

      Относительно недавно Лололошка нашёл себе съемное жильё. Да, конечно, хотелось бы целую квартиру в своём распоряжении, но хотя б одна комната из двух будет полностью его. Он обосновался довольно быстро, познакомился со своим соседом, Диланом, ещё тот интроверт, конечно, также познакомился и с соседями из других квартир. Джон, богатый и сверхинтелектуальный бизнесмен, также являющийся врачом-хирургом и психотерапевтом, хотя в первые дни Лололошке казалось, что он скорее доведёт до психиатрической больницы, нежели поможет в психологическом или психическом плане; Айтор, затворник, но вдальнейшем оказался довольно разговорчивым, пусть и наедине лишь, но хотя бы характер приятный, пусть иногда и странный, и на том спасибо; Тадмавриэль и Эграссель, отец-вдовец и сын, с которым он в прошлом был его одноклассником и почти лучшим другом, оба довольно приятные, но старший довольно, кхм, сдвинутый на голову; Калеб, бывший военный, работающий сейчас в полиции, для такого человека естественно характер твёрдый, но всё же мягкость в сердце просачивается; Джодах, как он понял, коллега того самого Джона, только если тот был через чур открытым и активным, этот довольно приземлённый медик, работающий в основном в лаборатории; Сан-Фран иностранный фрилансер и довольно богат, но характер хороший и игривый; и Блэк, тоже врач, работающий чаще всего в лаборатории, но иногда помогает и другим, к примеру во время операций или осмотра пациентов.       Живёт он здесь уже пару месяцев, и близится время к Новому Году, к которому соседи по комнате уже начали готовиться. Всё по мелочи: украшения на окна, статуэтки новогодние, ёлка, магниты. Они вместе за декором шли в магазин: Дилан за одним, Лололошка за другим. Лололошка купил себе обычные украшения и магниты. Дейвисон себе после переезда купил компактный холодильник, который поставил у себя в комнате, чтобы не было никаких споров.       После покупок он ими и украсил его. Всё было хорошо, даже прекрасно. Да и ничего не должно было произойти, всё же это простой компактный холодильник, просто красивые магниты с дедом морозом, снежинками с надписями и символами года.       Но утром он обнаружил под одним из магнитов записку. Это был аккуратно, угол в угол, сложенный лист А5. Сначала Уильям подумал, что это Дилан оставил её, но, раскрыв, увидел идеальный почерк оранжевых чернил. У соседа письменность не хило так кривит, даже когда он старается. А тут прям… Реально идеально, на сколько это возможно. Конечно, он всё равно спросил Дилана, ну, мало ли…       В чужом взгляде он буквально прочитал: «Ты совсем идиот?», и вправду: если этот нёрд и захочет ему написать, то сделает это явно не через бумагу.       На следующий день висело уже второе письмо. После следующего дня третье, потом четвёртое и так далее… И ведь самое интересное, создавалось впечатление, что все эти «письма», учитывая их содержания, были будто от разных людей. Разные чернила, разный слог, разный почерк… Разные чувства.       Конечно, он прочёл то самое первое письмо, как и все остальные. И это словно было… Признание в любви? «Оранжевое письмо» было таким… Высокомерным, словно он «позволяет ему ответить взаимностью» и «великодушно предоставляет ему возможность встречаться с ним». «Странно,» — подумал тогда Лололошка.       Но это ещё не всё, ведь, во-первых, не понятно, от кого вообще все эти письма, а во-вторых, они выглядели так, словно и не были планированы к отправке. Словно разговор сам с собой каких-то людей.       И вот, сидя на кровати, разглядывая письма перед собой, некоторые из которых были одного и того же цвета и характера, он думал… А время близилось к празднику.