Away from everything

Такая знакомая фамилия соскочила с языка прежде, чем Драко успел даже подумать и осознать, что здесь вообще происходит. Малфой впал в ступор, глупо смотря на человека напротив будто в замедленной съемке, совсем не моргая. И он бы так и смотрел, не отрываясь, если бы не заметил мутность взгляда напротив и напряжение, повисшее в помещении, которое мешалось с чувством опасности и тревоги. Драко за долю секунды окинул взглядом Поттера, успев лишь заметить кровью пропитанную мантию аврора, прежде чем Гарри, прикрыв глаза, начал падать, очевидно не в силах держаться на ногах и поддерживать ясность сознание. Малфой с несвойственной себе скоростью рванулся к Поттеру, подхватывая крепкое тело, успевая спасти того от жёсткого падения на плитку. Драко всегда трезво и быстро оценивал всю ситуацию, работая в аврорате, и давно позабытая привычка снова пришла в действие. Малфой, резко взмахнув рукой, используя невербальную магию, заблокировал дверь, чтобы никто не вошёл сюда. Он, почти не дыша, расположил бессознательного Поттера на полу, осматривая его уже внимательнее, цепляясь за каждую деталь, которая могла бы указать, что же произошло совсем недавно и как помочь ему сейчас. Мантия в зоне груди была местами порвана, кровь все больше и быстрее пропитывала одежду. Только сейчас он понял, что Гарри был буквально ледяным, что напугало пока что ничего не понимающего Малфоя до жути. Драко быстро освободил туловище от одежды, почти разрывая дурацкую мантию, что никогда не помогала, как бы ее не зачаровывали. Грудь Поттера была рвано изрезана, бурой крови с каждой секундой было все больше и больше. Пугало и то, что следы темной магии ощущались везде, они окутывали Гарри словно одеялом. Малфой уже видел похожее, даже не видел, чувствовал! — Сектусембра? Поттер, серьезно? Чем у вас там занимаются, что это просочилось в люди? — яростно шептал Драко, нежно обхватив ладонями чужое бледное лицо, на котором были треснутые круглые очки. Малфой впервые за последние пару лет жалел, что его палочки нет с ним. Черт, черт, черт, не может же все закончится вот так! Спустя столько времени встретились, чтобы Гарри, чертов, Поттер так глупо умер на полу в его магазине! Не так он себе представлял их возможную встречу, совсем не так! Стоп, его палочки может и нет, но палочка должна быть у Поттера. Он, оторвав взгляд от чужой тяжёлой раны, начал искать чужую палочку, зашарив руками по карманам и, слава Мерлину, нашел. Удивительно крепкой хваткой он обхватил древко палочки. Больше всего Малфой боялся, что палочка отвергнет его, не станет слушаться, не дав даже шанса помочь. Но, к счастью, он почувствовал тепло и трепет, как магия прямо таки течет по венам. Приняла. — Только держись, Поттер. Я не позволю тебе так глупо умереть, — отчаянно зашептал Драко, произнося знакомые, похожие на песнопения магические формулы. Их он запомнил навсегда. Резаные раны стали стремительно заживать, но этого было недостаточно. Малфой, успев паралельно наложить диагностические чары, понял, что темное заклинание было усовершенствовано и кем-то доработано, к тому же использовалось совместно с другими заклинаниями. С какими именно было неясно. Смешавшись, они давали такой мощный эффект, что он мог только удивляться, как этот придурок мог вообще оставаться в живых. Драко, идя на поводу внезапно появившегося волнения и чувства, что что-то не то, оценил состояние магического ядра и ужаснулся. Магии нет. Ядро Поттера было абсолютно пустым. Вот почему тот был почти ледяным, а раны выглядели настолько плохо. Магия, которая обычно помогала справиться с подобным и хоть как-то облегчала состояние, просто исчезла. Малфой, понимая насколько опасна и непонятна эта ситуация, сжал чужую руку в ладонях и, даже не думая о последствиях, порциями вливал собственную магию, пытаясь пустить ее по венам, чтобы та дошла до опустошенного ядра. Такая передача магии была очень рискованна, большинство даже самых опытных магов боялось сотворить такое. Был высок шанс, что оба волшебника пострадают в ходе этих действий. Маг, которому передают магию, мог не принять ее, отвергнуть, возвращая "отправителю" резко, внезапно, часто жертвуя собственными малыми запасами. Рикошетом такая магия била по ядру другого мага, травмируя его. Но Драко, к сожалению или к счастью, в такие моменты не задумывался ни о чем, когда на кону стояла жизнь человека, которого он любил. И последние пару лет он действительно думал, что похоронил эти чувства, забыл про них, но сейчас, видя Поттера, который сейчас опасно близок к смерти, понимал, что это не так. Ни черта он не похоронил!! Драко Люциус Малфой в глубине души все ещё любит этого идиота, хотя никогда и никому не скажет об этом вслух, боясь, что наступит после. Он не должен позволять этому снова разрастись и поглотить все его сердце вновь. Ведь Поттер так или иначе уйдет, а Драко останется. Малфой, честно говоря, ожидал, что случится худшее и Гарри попросту не примет его магию. Но Драко, честно говоря, готов был плакать от радости, когда почувствовал, что его магия плавно утекает к Поттеру. Гарри на глазах становилось лучше: ранее смертельно бледная кожа приобретала более менее нормальный цвет, не до конца заживные раны на груди стали чуточку лучше, а рука, которую отчаянно сжимал Малфой, стала гораздо теплее. Драко вливал столько магии, сколько мог, чтобы самому не упасть рядом. А ее было достаточно. Вся магия, которая толком не находила выхода последние годы, наконец пришла в действие. Когда же спустя долгих пару минут он почувствовал, что его собственные запасы истощились почти до предела, то остановился. Малфой отчаянно задышал, хватая ртом воздух будто утопающий, казалось, что он только сейчас смог нормально это делать. Перед глазами все расплывалось, а руки мелко дрожали. Похоже, на этом его стойкость закончилась. Драко, встряхнув головой, чтобы как-то привести себя в чувство, ещё раз осмотрел Гарри. Тот выглядел почти нормально, со стороны можно было сказать, что Поттер просто спит, если, конечно, не брать в счёт общий хаос вокруг. Малфой наспех наложил диагностические чары, ещё раз оценивая состояние Гарри. Что ж, самое страшное миновало. Поттер был почти в стабильном состоянии, хотя от идеала все еще далеко. Сейчас тот действительно глубоко спал и должен очнуться в течение пары дней. Но Драко очень не нравилось чужое магическое ядро. По его собственным ощущениям, Малфой влил очень много магии, почти все, что было у него самого, а общий объем своего магического ядра Драко оценивал явно намного выше среднего, но в магическом ядре Гарри почти ничего не изменилось. Оно было не таким пугающе пустым, как раньше, но было близко к этому показателю. В чужом ядре было настолько мало магии, что даже у ребенка двух лет ее оказалось бы гораздо больше. Малфой думал. Кто-то не просто хотел серьезно навредить, надолго оглушить и отстранить от каких-то дел, кто-то хотел убить Гарри Поттера, легенду чуть ли не всего магического мира и по совместительству Главного аврора в аврорате. То, что Поттер Главный аврор на данный момент, можно было догадаться по мантии, которая совсем немного отличалась от стандартных, это Драко хорошо знал. Да, можно было бы предположить, что кто-то из преследуемых Гарри преступников совершил такое, пытаясь сбежать, но Малфой был не глуп. Такую темную и сложную магию не каждый сможет использовать. Даже Драко, который с детства владеет магией и всячески ее развивал на протяжении всей жизни, не знал, смог ли воссоздать нечто подобное. Заклинания были очень мощными, темными и накладывались друг на друга, давая ещё больший эффект. Возможно, имели место быть и зелья, яды, которые нельзя выявить без тщательного анализа. Действительно огромное чудо, что Поттер оказался именно здесь, благодаря чему Малфой смог спасти его. Был бы другой менее сильный и менее рискованный волшебник и, с большей вероятностью, Гарри уже стал бы окоченевшим и окровавленным трупом. От чего-тото осознание ударило по голове настолько сильно, что Драко почувствовал головокружение и тошноту. Ещё чуть-чуть и он бы потерял его. Малфой глубоко задышал, прикрыв глаза и, толком не отдавая отчет своим действиям, почти мертвой хваткой сжал руку бессознательного Поттера. Все ощущалось как самый страшный сон, после которого он проснется в постели, глупо смотря в стену. Однако это была реальность, в которой не время разводить сопли и сидеть сложа руки. Сейчас главное обеспечить безопасность и полное выздоровление Гарри. А искать этого урода, едва не убившего Поттера, он будет потом на более трезвую голову. Драко поднялся на ноги, держась за стену. Его все ещё потряхивало от произошедшего за последние минуты. Действительно, прошло минут десять, как Гарри ввалился сюда, но по ощущениям прошла вечность. Малфой ещё раз глубоко вдохнул, выдохнул и, стараясь не смотреть на уже подсохшую кровь, которая сейчас была почти везде, наложил очищающие заклинания на себя, Поттера и пол. Нужно было срочно придумать, как переместить Гарри в дом Драко, не привлекая лишнего внимания и не травмируя самого Поттера. Аппарировать не получится, Малфой сейчас слишком истощен для перемещения с кем-то, к тому же это опасно для бессознательного Гарри. Машины у него нет, а мотоцикл затея не совсем безопасная. Внезапно Драко вспомнил, что буквально на прошлой неделе помог одному мужчине, Марко, кажется. Бедняга сильно опаздывал на важную встречу, а его машина заглохла у дороги. Малфой не смог проехать мимо и осмотрел поломанный автомобиль. Он не был мастером, вовсе нет, но какую-то общеизвестную базу знал. Оказалось, что просто забился фильтр, ничего серьезного, но и на месте его поменять не получится. В общем, Драко подвёз несчастного Марко прямо к месту встречи. Мужчина же так расчувствовался, что чуть не ударил Малфоя по лицу, так активно жестикулируя руками, как он ещё никогда не видел. Марко дал свою визитку и сказал звонить в любое время. Настала пара этой визитки. Драко, порывшись в карманах брюк, достал небольшой телефон с алюминиевым корпусом и визитку с номером. Включив телефон, Малфой стал набирать цифры, периодически смотря на Поттера, все ещё лежавшего на полу. Драко нахмурился, словно только вспомнив, что форму аврора обычному человеку видеть не положено, да и все происходящее здесь никому видеть нельзя. Малфой отложил телефон с набранным номером на стол, аккуратнее обхватывая волшебную палочку. Он взмахнул ею, рассекая воздух и преобразовывая нынешнюю одежду Гарри в обычные джинсы и свитер, скрывающий все раны. На какое-то время этого хватит. Побитые очки Драко снял, положив себе в карман. Он также решил наложить небольшие чары на чудое лицо, чтобы то в глазах людей слегка искажалось и не запоминалось. Когда со всем было покончено, Малфой наконец позвонил по-нужному номеру, и трубку почти сразу сняли. В течение первых минут он только и слушал тысячу слов благодарности, которые Драко ещё тогда пережил с кривой улыбкой: ему все ещё было непривычно подобное отношение. На удивление, Марко даже не колебался, когда согласился подвезти Малфоя с его пьяным другом до дома, успев выслушать возмущения Драко о состоянии своего друга и извинения за это же, и сказал ждать через десять минут. Малфой же, поблагодарив и назвав адрес магазина, сбросил трубку, засовывая небольшой телефон в карман. Он подошёл к Поттеру, опустился рядом на колени и, приложив слегка дрожащие пальцы к сонной артерии, проверил пульс, будто боясь, что тот остановился. Почувствовав пульсацию под пальцами, Малфой успокоился и со всей аккуратностью стал поднимать Гарри, закинув его левую руку себе на плечо. — Мобиликорпус, — произнес Драко, размышляя какое-то время и вспоминая заклинание. Под небольшим воздействием чар левитации Поттера было гораздо проще поднять, чего и хотел добиться Малфой. Аккуратно поддерживая Гарри и контролируя заклинание, Малфой вышел из магазина, закрыв дверь. Со стороны это выглядело так, будто Драко всего лишь помогает идти очень пьяному человеку. Рядом со входом уже гудела машина Марко. Малфой медленно подошёл к задней двери, открывая ее и сначала усаживая бессознательного Поттера, после чего уселся сам, захлопнув дверь. — Buonasera, signor Marco. È un piacere vederti e grazie per aver accettato di aiutarmi , — с вежливой улыбкой протянул Драко, укладывая голову очень пьяного друга на плечо. — Signor Draco! Sempre felice di aiutare una brava persona! — эмоционально всплеснул одной рукой мужчина, ярко и со всей искренностью улыбаясь. — Dove stai andando? Малфой сказал свой адрес и, для лучшего понимания, пояснил, куда конкретно ехать. Марко активно кивал и специально никак не упоминал неизвестного ему мужчину, чтобы не смущать и так "возмущенного" поведением друга Драко. Малфой же был настороже, крепко сжимая замаскированную под какой-то пакет с вещами палочку. Он был взволнован и был готов обороняться, нападать, боясь, что явится неудавшийся убийца, чтобы закончить начатое, и пострадают все находящиеся рядом люди. Ехали они быстро и спокойно под музыку из радио, которую Драко почти не слышал, занятый наблюдением за всем вокруг. Сердце билось так быстро и отчаянно, будто сейчас выпрыгнет из груди. Малфой периодически вслушивался в дыхание Поттера рядом, убеждаясь, что тот жив и в порядке. Остановившись прямо у заднего входа в дом, Марко посмотрел в зеркало заднего вида, молча кидая не читаемый взгляд на Драко и его друга. — Grazie, signor Marco, per il suo aiuto,— сказал Малфой, выходя из машины, после чего помог выбраться Поттеру. Драко все еще был напряжён и обеспокоен, чувство, что за ними следят не покидало его. Хотя Малфой и понимал, что скорее всего это от стресса и общей ситуации разыгралось воображение, что в каждой тени видится враг. Малфой колебался. Доверять этому Марко свой собственный адрес он не хотел, к тому же это может быть опасно для самого мужчины. Драко аккуратно расположил Гарри на кресле на террасе и подошёл к водительской двери, присаживаясь, чтобы видеть чужое лицо. — Обливиэйт, — голос дрожал, как и рука, в которой находилась палочка. Зелёный свет вырвался из нее, находя своего получателя. Драко откорректировал память мужчины, будто сегодня он подвозил не его и Поттера, а каких-то незнакомцев, которым срочно нужно было попасть за город. Марко теперь не помнит сегодняшней встречи, не помнит пьяного друга Малфоя и не помнит его адреса. Историю звонков он тоже почистил. Ещё до того, как сесть в машину, Драко, будто зная, что собирается сделать, перезвонил и попросил подъехать именно к заднему входу, который вел на неприметную улицу, где мало кто ходит. Бедный мужчина же выглядел потерянным, на автомате выезжая отсюда. Первые пару минут после применения заклинания он тоже не вспомнит. Драко зло взъерошил волосы, отворачиваясь от дороги. Мерлин, он довольно долго не использовал магию специально, но за один только сегодняшний день ее было так много, что Малфой не знал куда себя деть от появившегося чувства неправильности, абсурдности. Ещё и это стирание памяти. Драко ненавидел применять его к кому-либо, нагло забирая возможность сохранить воспоминание. Малфой пнул камень, отправляя его куда-то далеко. — Ладно, все нормально, все хорошо, — пробормотал самому себе Драко, бросив взгляд на Поттера. Что ж, по крайней мере это все не просто так. Малфой подошёл к Гарри, поднимая того с кресла и внося в дом. Он принял решение поселить Поттера на втором этаже в соседней комнате от собственной спальни, чтобы в случае необходимости оказаться рядом. Гарри, лёжа в постели на белых простынях, выглядел болезненно и слишком беззащитно. Драко наложил очищающие чары и заклинание, позволяющее восполнить потребность организма в пище, а после удалить выделения. Он принес чистый комплект спальной одежды и аккуратно переодел Поттера, заботливо уложив того под одеяло и подоткнув края. Малфой также наложил диагностические чары скорее из собственной обеспокоенности, чем из действительной потребности. Ещё раз убедившись, что на данный момент все в порядке, положил палочку и очки Поттера на прикроватный столик. Очки он предусмотрительно починил, чтобы те были не такими убитыми. Драко, не в силах бороться с самим собой, пристально смотрел на болезненное лицо Гарри, замечая каждую морщинку, каждую царапину. За то время, что они не виделись, Поттер заметно возмужал и стал ещё краше, чем раньше. Хотя, казалось, куда ещё больше- то. Он зацепился взглядом за общеизвестный шрам в виде молнии. Малфой наблюдал, как шрам с каждым годом разрастается и все больше покрывает левую сторону лица. Он, не успев толком обдумать свое действие, притронулся к нему, начиная вести пальцем от самого начала до конца, лаская кожу. Драко перевел взгляд на бледные слегка приоткрытые губы, давние воспоминания ударили в голову, заставляя стыдливо прикрывать глаза. Он, спускаясь взглядом ниже, осматривал шею, часть исполосованной груди, крепкие руки и, будто опомнившись, вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь. На правом руке на безымянном пальце было золотистое кольцо с красивым тиснением. Ох, как он мог позволить засмотреться и забыть причину, из-за которой окончательно решился уйти из магического мира. Нет-нет, нельзя смотреть дальше и мучить себя. Голова гудела, столько мыслей в ней было. Сил не было, он чувствовал, будто ноги наливались свинцом и не держали его. Но нужно было сделать ещё одно чудо и наложить защитный купол. Малфой не сомневался в его надобности. Ведь никто не мог гарантировать, что ночью не придет своеобразный отряд убийц национального героя. Драко прекрасно понимал, что без барьера он спать в собственном доме не сможет. Увы, пребывать во сне и одновременно быть готовым к нападению — самую малость невыполнимая миссия. Малфой, пройдя к тумбочке у собственной кровати, снял заклинание с последней полки, доставая свою палочку, которую он не видел уже приличное время. Та приняла его, приветливо обволакивая теплом, словно радуясь, что хозяин наконец вернулся, вспомнил. Драко осматривал ее, всматриваясь в каждый изгиб, думая, что чувствует сейчас. Но в душе ничего для него нового не появилось. Были странные страх, тревога и отвращение, которых он сегодня не замечал, пока не остался наедине с собой. Магия все ещё была ему не мила. Малфой, нервно пригладив темные волосы, спустился вниз по лестнице, завернув на кухню и вышел наружу. Предстояла очень тяжёлая работа и Драко даже не был уверен, что все получится. Магии в нем было ничтожно мало, что теперь сказывалось на общем состоянии. Малфой чувствовал слабость в теле, а голова была такой тяжёлой, что хотелось заснуть. Но он искренне надеялся, что на чистом энтузиазме и сильном желании защитить сможет сделать то, что задумал. Драко взмахнул палочкой, проговаривая короткое заклинание, как бы закладывая фундамент для будущего ритуала, после чего оставил волшебную палочку в прихожей. Малфой вновь вышел наружу и, неглубоко полоснув по вене ножом, ходил по периметру дома, высекая древние, как сам мир, руны ножом на древесине, окропляя их собственной кровью. Чтобы вспомнить это мощное заклинание защиты, прочитанное когда-то в отцовской библиотеке, пришлось основательно покопаться в памяти. Всё-таки старые знания понемногу утекали в небытие, если их не использовать. Когда с рунами по периметру было покончено, Драко встал у главного входа в дом. Он, измазав указательный и средний пальцы в крови, принялся выводить последнюю и самую важную руну на пороге, шепча нужные слова на древнем языке. Малфой чувствовал, как оставшаяся в нем магия утекает сквозь пальцы, кровь стынет в жилах, в груди образовывалась пустота, смешанная с чувством потери. В животе же неприятно завязывался узел, а кости будто ломало. Драко продолжал шептать древние слова, посылая импульсы магии, пока ярко золотистый барьер не появился вокруг дома, захватывая ещё и часть территории рядом. Купол быстро потерял краску, становясь невидимым даже для могущественных волшебников. Малфой вычитал этот ритуал давно, даже не думая, что когда-то использует его. Главная опасность работы с рунами, которые работают на крови, в том, что они для активации довольно болезненно забирают часть жизненной силы, отбирая таким образом годы жизни. В случае Драко, он потерял пять потенциальных лет жизни: столько требовал ритуал по возведению барьера, который не давал людям с дурными помыслами по отношению к хозяину и его гостям даже зайти за пределы купола. Малфой, не успев пройти и двух шагов от двери, упал, выронив нож из руки. Перед глазами все вертелось, тело не слушалось, а голова болела так, будто сейчас расколется на две части. Драко балансировал между сном и реальностью, ощущая себя так, будто кости выворачивает, а жизнь утекает. Перед глазами проносились непонятные образы, которые не давали себя увидеть. Но все изменилось, Малфой словно издалека видел, как незнакомая ему девушка ходит среди пугающе черных растений, хищно улыбаясь. Драко в глаза бросился странный амулет в ее руке, который притягивал к себе и слабо, едва заметно, излучал смертельную темную магию. Внезапно его выбросило из видения, заставляя резко открыть глаза и сесть, всматриваясь в темноту дома. Малфой тряхнул головой, чувствуя неприятное ощущение стянутой кожи на лице. Он, держась за все ещё ноющую голову, аккуратно поднялся с пола. Дверь в дом была открыта, из-за чего ветер ходил по комнатами. Драко проковылял к двери, закрывая ее. Благо, что соседей рядом не было и никто не мог видеть происходящее здесь. — Хорошо меня вырубило, — прохрипел он и, держась за стену, прошел к ванной, что находилась на первом этаже. Малфой включил свет, сразу зажмурившись от яркости. Спустя пару секунд, когда глаза привыкли к свету, он взглянул в зеркало. Драко выглядел плохо. Кровь, что, видимо, начала течь из носа и глаз, когда он активировал заклинание, засохла, неприятно стягивая лицо. Да и сама по себе кожа была почти белой, что на фоне темных волос особенно сильно выделялось. Побочный эффект от работы с рунами на лицо. Малфой скривился, увидев самого себя в отражении. Он молча умылся, стирая все следы крови как с лица, так и с левой руки, на которой ранее делал надрез. Приведя себя в порядок, Драко прошел в кухню, поставив чайник на плиту и достав аптечку, чтобы обработать неглубокий порез на руке. Он молча обмакнул вату в перекись водорода, прикладывая ее к запястью, которое все ещё немного кровоточило. Малфой хмыкнул, посчитав забавным тот факт, что он оставил порез прямо посередине черной метки. Закончив с обработкой, Драко наложил небольшую повязку, чтобы ничего не попало в ещё открытую и довольно глубокую рану. К этому моменту чайник вскипел и Малфой сделал себе горячий кофе, уже зная, что спать сегодня точно не ляжет. Попросту не получится. В голове была куча мыслей, но не получалось сосредоточиться ни на одной из них, все ускользало как только он пытался зацепится хоть на одной. Драко беспокоило то, что он видел, потеряв сознание после того ритуала. Он из раза в раз прокручивал перед глазами странную женщину в окружении черных цветов и ее амулет, от которого еле-еле улавлилось что-то темное и очень страшное. Древние руны никогда не показывают что-то просто так, Малфой помнил это прекрасно даже спустя столько времени. Он отпил из кружки до ужаса приторный кофе, нахмурившись. Последние дни — сплошной дурдом. Драко сейчас как никогда жалел о явно потерянном спокойствии, которое наполняло его жизнь последние годы. Малфой стучал пальцами по столу, размышляя над сложившейся ситуацией и приходя к разным выводам. Во-первых — придется основательно взяться за исследование состояния Поттера и разобраться в заклинаниях, которые были применены, раз он решил заняться лечением Гарри, а во-вторых — ему где-то нужно достать как можно больше книг о магических артефактах и их воздействии, также о магических цветах, которые могут использоваться в темной магии, ко всему прочему нужно много литературы о самой темной магии и заклинаниях. Драко также думал о котле и зельях. Для улучшения состояния придурка в очках без зельеварения не обойтись. Правда, Малфой не знал, как осуществить задуманное. В магическом мире появляться он все так же не планировал. Поэтому миссия выглядела малость невыполнимой. Хотя и была одна идея, которая помогла бы получить все необходимое, над которой он раздумывал. Но где-то на задворках ума появлялись мысли о том, что Драко в целом не обязан так основательно браться за лечение Поттера, выяснять все подробности нападения на него и вести расследование буквально по крошкам хлеба, хватает и того, что Малфой сделал на данный момент, успев пожертвовать собственными годами жизни и проваляться без сознания, но между тем, Драко отгонял эти мысли как назойливых мух. И нет, Малфой хотел помочь вовсе не из искренних чувств, а просто хотел вернуть долг за сделанное Гарри ранее для него самого и его семьи. Он просто отдавал старые долги, точно. Именно так. Нельзя было позволить просочиться даже капле любви в его сердце, иначе это погубит Драко окончательно и бесповоротно. Он просто вылечит Поттера, поставит на ноги, возможно немного поможет в расследовании, как в старые добрые, после их пути разойдутся как в море корабли: Малфой вновь станет спокойно жить, а Гарри Поттер вернется к своей Уизлетте и продолжит работу в аврорате. Решено: чем быстрее Драко все это сделает, тем быстрее выгонит чертового Поттера за дверь и больше не пустит на порог. Малфой, обрадовавшись созревшему плану действий, со стуком отставил пустую кружку в сторону. На лице была усталая улыбка, но глаза горели решимостью. Драко встал из-за стола, выключая свет и направляясь к своему довольно большому рабочему кабинету, захватив с собой волшебную палочку. Малфой тихо открыл дверь, нажимая на выключатель слева на стене, чтобы стало светлее. В глаза сразу бросилась приставка с джойстиками, покрытая пылью и явно забытая своим же хозяином, там же лежали ровно сложенные диски с играми. Помнится, Драко примерно год назад интереса ради подсуетился и добыл-таки playstation 2, которая была настолько популярной, что он слышал о ней из уст чуть ли не каждого подростка и даже взрослого. Малфой заинтересовался, чем там можно восхищаться, и купил. Но, все ещё не привыкший к технике, Драко запустил приставку один раз, вяло поиграл, пробурчав о том, что это какой-то бред, и забросил в дальний угол. Похожее случилось и с очень приличным телевизором, который стоял в гостиной и запускался только иногда, чтобы краем уха новости послушать или музыку на каком-то канале. Малфой, проживший всю сознательную жизнь без всей этой техники, толком не пользовался ей и сейчас, предпочитая проводить время за чтением, писанием картин и садоводством. Телефон был одним из самых популярных и новомодных, да, но Драко использовал его исключительно для звонков или, в редких случаях, поиска какой-то информации в развивающейся сети Интернет, бывало делал фотографии. Да, грешил таким, но для него было чудом, что можно нажать одну кнопочку на экране и, вуаля, есть детальное изображение чего бы то ни было. Кстати говоря, плеерами, радио он пользовался постоянно. Что-что, а музыку Малфой ценил и любил больше всего. Драко отвёл взгляд от приставки и, подойдя к внушительному книжному стеллажу, достал с полки чистую дорогую бумагу, конверт и положил на стол. На нем лежали не только обычные шариковые ручки, простые карандаши, но были и перья с бесконечным запасом чернил, некоторые из которых проявляются только после использования магии, которые Малфой взял с собой при переезде на всякий случай, но использовал крайне редко. Он, признаться честно, не совсем полностью разорвал все связи. Драко время от времени писал родителям, обычно это происходило раз в полгода. Малфой не мог совсем отвернуться от семьи, которую любил и любит до сих пор несмотря на все. В конце концов одна из причин, почему он служил Волондеморту и не мог просто сбежать, это тревога за маму и отца, которых скорее всего убили, если бы он ослушался. Драко также передавал деньги и различные подарки Тедди Люпину и Андромеде Тонкс, анонимно, конечно. Он не мог оставить своего двоюродного племянника и тетю, хотя прекрасно знал, что Поттер и семья Уизли помогают даже больше, чем он. Малфой довольно необычным путем передавал свои письма и все остальное и получил ответные. Так как партнёров по бизнесу и простых знакомых, друзей, которые время от времени бывали в Лондоне было достаточно, то Малфой именно через них передавал деньги, подарки Андромеде, а запечатанные письма, бутылочку своего вина — матери и отцу, конечно, нигде не указывая своего имени, скрывая фирму производителя алкогольного напитка и обращаясь в тексте к родителям по именам. Он несомненно доверял отцу и маме, которые уважают его решения, но для своей же безопасности Драко не рисковал. А лишний раз тревожить Тонкс своими письмами, у которой и так хватало забот, он не хотел. Такой долгий путь доставки он также выбрал не случайно, а по той простой причине, что даже магия не может отследить откуда точно были доставлены вещи, если их передавали из рук в руки несколько раз. Малфой принялся писать письмо родителям, потому что сейчас это единственный возможный способ получить нужные ему книги, травы, котел и многое другое. Они без проблем приобретут все необходимое, не вызывая подозрений. К тому же в библиотеке Малфоев было много редкой литературы, которая очень поможет. Да и Драко в последний раз писал им на рождество, что было как раз полгода назад. Андромеде он наоборот передавал подарки недавно. Малфой, отодвинув стул, сел за стол. Он перебирал между пальцами перо, размышляя, что ему стоит говорить, а что нет. Все же прямо говорить о том, что у него в доме буквально в паре метрах отсюда лежит бессознательный всеобщий герой, было опасно. Драко, прикусив губу, занёс перо над листом, начиная писать. "Дорогие Нарцисса и Люциус, очень рад вновь писать вам. Прошу прощения, что пишу столь редко, но так нужно, вы должны это понимать. Как вы? Как ваше здоровье? Что нового? Искренне надеюсь, что вы в порядке и ничего серьезного, чтобы беспокоиться, не случалось. В прошлом письме вы спрашивали как живу я, все ли хорошо. Я живу замечательно, как и все годы до этого. В этом мой ответ никак не изменился. Я очень счастлив и ни о чем не жалею. Ничего нового и особо интересного не происходило: работаю, развиваю бизнес, отдыхаю и все ещё привыкаю к чудной технике людей. Правда, она развивается быстро и не перестает удивлять. Как бы вы не возмущались, но я действительно нахожу ее занимательной, хотя иногда и сам не понимаю. Пишу, чтобы не только справиться о вашей жизни и здоровье, но и попросить помощи. В последние дни у меня несколько поменялся привычный образ жизни и очень нужны некоторые магические вещи, которые я не могу приобрести по понятным причинам. Буду очень признателен, если вы приобретёте ряд лекарственных трав и препаратов, который я приведу ниже. Прошу с особой тщательностью выбирать растения, взять исключительно самые качественные и дорогие, да столько, чтобы хватило на длительный срок. Также мне нужен мой котел для варки зелий и все возможные книги на тему темных заклинаний, артефактов и цветов и магического ядра. Деньги на это вам, наверняка вручили вместе с этим письмом. Не беспокойтесь, со мной все в порядке, я жив и здоров, но одному моему другу очень нужна помощь, которую, к счастью или сожалению, могу оказать только я. Сразу скажу, что очень благодарен вам за это и все остальное! Рад был вновь написать. Жду ответного письма как можно скорее. Обнимаю." Малфой поставил точку и, приведя список нужных трав, пробормотав пару нужных слов, отложил перо в сторону. Чернила на бумаге вспыхнули золотом, сразу после этого исчезнув, не оставляя ни следа. Драко устало массировал виски, чувствуя тупую головную боль. Глаза слипались, но Малфой упрямо бодрствовал и пил вторую кружку более крепкого кофе по той простой причине, что через каких-то два часа ему уже нужно быть на работе. Ее-то никто не отменял. Он, конечно, мог устроить выходной, но ему и так нужно в город, чтобы купить вещи для несчастного больного в его доме. Всё-таки одежда Драко для Поттера была мала в плечах и груди. К тому же не мешало купить побольше лекарств в аптеке, которые хоть и не заменят магические снадобья, но смогут чуть-чуть улучшить общее состояние. Малфой почти не болел, потому его аптечка была довольно скудна. И самое важное, нужно было передать письмо Альфреду, своему хорошему другу, который как раз в ближайшие дни отправится в Лондон, чтобы навестить родню и передаст письмо, бутылочку вина и деньги доверенным людям Малфоев, а те, в свою очередь, через ещё несколько рук, все отдадут родителям. Драко, через силу открыв глаза, взял в руки письмо и сложил пополам, вкладывая в конверт и запечатывая его. Письмо было положено в небольшую черную сумку, туда же был брошен кошелек с карточками и деньгами. Малфой накинул сумку на плечо и вышел, закрывая кабинет на ключ. Не хватало ещё, чтобы какой-нибудь вдруг очнувшийся идиот нашел здесь письма от родителей и его личные записи, в которых слишком много информации, которой он ни с кем не делился и никогда этого не сделает. Драко быстро забежал в свою спальню, переодевая свитер на темно-зеленую рубашку и накидывая сверху довольно теплую черную кожаную куртку. На улице погода сегодня совсем испортилась, чему вообще не был рад Малфой, так не любивший холод. Он на ходу расчесывал волосы, начиная двигаться к комнате Поттера. Драко тихо отворил дверь, заходя внутрь и проверяя, есть ли изменения за эти пару часов. Малфой осторожно подошёл к кровати, обхватив палочку ладонью. Он вглядывался в чужое лицо, пытаясь заметить хоть какие-то изменения. Но ничего. Драко наложил сигнальные чары, которые в случае чего оповестят его о пробуждении Поттера. Подумав и прикусив губу, Малфой наложил диагностические чары, ещё раз оценивая общее состояние Гарри. Он не знал, чего ожидал увидеть всего спустя пару часов после предыдущей диагностики, но, похоже, хотел увидеть хоть малейшие изменения. Но, увы, почти ничего не поменялось. Поттер, несомненно, выглядел лучше, восстановление шло медленно, но верно, благодаря тому множеству лечебных заклинаний, которые наложил Драко, однако магии в ядре больше не стало. Это тревожило. Магия в течение этих часов должна была хоть как-то восполниться, но этого не произошло. Малфой подозревал, что произойдет что-то такое, хотя в душе теплилась надежда, что магическое ядро сможет самостоятельно восполнить свои запасы. И пока ядро не заполниться хотя бы на четверть, Гарри, с его-то общим состоянием после воздействия той кучи темных заклинаний, будет находится в состоянии очень глубокого сна, почти комы, в попытках восстановиться. Драко выдохнул, подходя ближе. Его магическое ядро было заполнено меньше, чем наполовину, но Поттеру в какой-то степени было намного нужнее. Он обхватил чужую теплую ладонь, сжимая ее. Малфой осторожно, совсем небольшими порциями вливал магию, пуская ее циркулировать по всему организму, прежде чем попасть в ядро. Он остановился тогда, когда почувствовал слабость, а это говорило о том, что у него остался минимум, необходимый, чтобы вообще стоять на ногаэ. Драко аккуратно, с несвойственной себе заботой, положил руку Гарри на постель, поднимаясь. Заклинание, которое позволяет восполнить необходимость организма в еде, будет действовать до вечера, поэтому Малфой не волновался этот счёт. Он поднялся с постели, укладывая палочку в сумку и закрывая ее. Драко, взглянув на Поттера ещё раз, тихо вышел из комнаты и поспешно спустился по лестнице, выходя наружу и закрывая дверь на ключ. Сегодня придется пройти путь от дома до работы пешком и Малфой был даже рад этому. После всего произошедшего за вчерашние день и ночь Драко жизненно необходимо было восстановить силы. И даже не физические, а моральные. Он пока держался, стараясь лишний раз не заострять внимания на особо удручающим его вещах, но где-то внутри уже натягивались струны, готовые лопнуть в любой неподходящий момент. Все же такие резкие перемены никогда и никому не приносили радости. Не зря снился тот сон, ой не зря! Малфой медленно вдыхал и выдыхал воздух, все больше погружаясь в свои мысли. Он думал, что, собственно говоря, сказать Поттеру, когда тот очнётся, как вообще себя вести, что делать. Драко было гораздо проще построить план действий на опасной миссии или ещё что-нибудь, чем разобраться в собственных чувствах и всем, что с этим связано. Он никогда не любил говорить откровенно и прямо, предпочитая избегать все возможные острые темы и острить, язвить саркастически отвечать. Малфой как огня боялся открытого выражения намерений и чувств. А Поттер, из того, что понял сам Драко за время работы с ним, наоборот стремился говорить напрямую и не церемонясь. Мерлин, этот придурок с большей вероятностью начнет задавать тысячу глупых вопросов, а Малфой не был готов на них отвечать!! А судя из его собственных прогнозов на лечение Гарри, тому придется просидеть здесь приличное время. И хотя Малфой мог что-нибудь сделать с этим, в конце концов написать простое письмо или в аврорат, или его друзьям в виде Грейнджер и Уизли, или его супруге в конце концов. Они бы сюда на одних только ярости и беспокойстве прилетели. Но почему-то этот вариант Драко не устраивал. Вот нет и все. От таких противоречивых чувств, когда вроде и хочется помочь, спасти, а вроде хочется поскорее избавиться от проблем, он чувствовал, как медленно сходит с ума. Хотелось зарыться под одеяло и спрятаться от всех бед, чтобы все стало как раньше и не нужно было разбираться с делами прошлого, которые буквально загнали его в угол. Малфой всегда был трусом и аврорат никак не изменил данного факта, да даже сейчас он хотел позорно сбежать, но Поттер... Этот лохматый идиот одним своим присутствием делает невозможное, превращая его змеиную, трусливую и подлую сущность во что-то намного лучшее. Мерлин, вот что делать с этим? Анализируя сейчас свои поступки за последние сутки на более свежую голову, Драко удивлялся. Он без задней мысли сделал абсолютно все, чтобы защитить и спасти! Да даже ритуал с рунами на крови провел, уму не постижимо! Малфой умом понимал, что нужно закончить все, пока стало поздно... В конце концов почему он так решительно заявил самому себе, что поможет Поттеру? Почему так отчаянно борется и беспокоится даже сейчас? Да потому что это дурацкое чувство на букву л даёт о себе знать, просыпаясь ото сна, или лучше сказать, поднимаясь из могилы, которую он возвел самостоятельно! Сердцем Драко отчаянно не хотел так быстро отпускать Гарри, хотел позаботиться. Малфой зло пнул камешек у дороги, входя наконец в город. Ну почему так сложно? Но сколько бы Драко не размышлял, основное решение, судя по всему, он принял ещё тогда в магазине, когда увидел окровавленного Поттера. Он вылечит, поможет и посодействует в поимке преступника настолько, насколько это будет возможно. А там пусть Гарри Джеймс Поттер валит на все четыре стороны.

***

По прошествии четырех дней Малфой чувствовал себя выжатым настолько, что засыпал на ходу. Постоянная беготня, бесконечные размышления и передача магии Поттеру изматывали хуже, чем любая работа. Драко даже выспаться толком не мог! Он спал поверхностно, от любого шороха дёргался и просыпался, боясь, что что-то случилось. Малфой на каждую такую ситуацию старался не погружаться глубже в панику, глубоко вдыхал, выдыхал и ждал. Все должно стать гораздо проще, когда очкастый придурок очнётся. По крайней мере не придется как мама-наседка проверять его каждые пару часов. Драко уже готов был смириться с вечной болтовней Поттера, лишь бы тот снова был в сознании, а не лежал безвольной куклой на постели. Малфой достаточно терпелив, чтобы вынести бесконечные расспросы и разговоры, и не находиться в звенящей тишине, которая давила на него. Драко и раньше был один, тишина не волновала его, наоборот, он любил ее, но сейчас стало неуютно и тяжело, будто высокие волны накрывали с головой, а он барахтался в попытках выбраться. Но как бы он не отрицал, с каждый днём Драко все больше нервничал от очень скорого и неизбежного разговора с Поттером. Тот выглядел значительно лучше, а магическое ядро, благодаря усилиям самого Малфоя, было заполнено на половину. Гарри точно должен со дня на день проснуться! И Драко был рад, но и боялся не меньше. Раньше его это не беспокоило, но сейчас в душе копошилось раздражающее чувство тревоги и паники, которое он не мог сравнить ни с чем. Малфой не мог понять откуда это все только берется, но и отделаться никак не мог. Мерлин, когда он успел стать настолько эмоциональным и чувствительным? Теперь боится даже чужой реакции, какой позор. Ко всему остальному, он думал о Поттере настолько часто, что голова болела. Все ещё погруженный в собственные размышления, Драко припарковал мотоцикл. Он молча снял шлем и аккуратно положил на полку, где было ещё нескольких похожих. Малфой вышел из гаража, заходя в дом через главную дверь и открывая ту ключом. Рюкзак, в котором была еда из ресторана на сегодняшний вечер, был поставлен у стены. Драко медленно разбувался, лениво снимая обувь, с силой наступая носком на пятку то одной ногой, то другой. Кожаная куртка была повешана на вешалку. Как только Малфой хотел пройти дальше, то почувствовал крепкую хватку у себя на плече и палочку у горла, которая с силой врезалась в него. Глаза распахнулись в удивлении, пока зрачки опасно сузились. Вот же идиот, так погрузился в свои мысли, что не заметил, как к нему подкрались за спиной! Но никто же не может сюда зайти, барьер все ещё действует. Так откуда... Стоп. Поттер, твою мать! Драко только сейчас почувствовал лёгкую рябь в районе запястий, где были часы, которые он и связал сигнальными чарами с теми, что были в комнате Гарри. Тот очнулся, конечно же, не поняв, где находится, и мог подумать, что его тут насильно тут удерживают или что-то вроде того. Малфой бы и сам подумал бы также, очнувшись неизвестно где после нападения. Он разумно не двигался, пока мысли хаотично носились в голове. Немножко не так он представлял первую встречу. — Поттер, знаешь, не очень теплый прием для человека, в доме которого ты живёшь за спасибо и который спас твою жизнь, — только и смог выдавить Драко, хмыкнув. — Где я нахожусь и кто ты такой? — прошипел Гарри, опасно надавив палочкой на горло ещё сильнее. Малфой прекрасно знал об ограниченности Поттера в использовании магии, тот наверняка и сам это чувствовал, поэтому знал, что тот не использует заклинания. — В Италии, дорогой, — протянул Малфой, умудряющийся язвить даже в таком положении, как сейчас. — А использовать магию не советую, боюсь, что даже после лёгкого взмаха палочки снова будешь спать как убитый в попытках восстановиться. Не хотелось бы снова наблюдать твое нудное лицо, Поттер. А спасать тебя ещё раз тем более не хотелось бы. — Этот голос... — пробормотал Гарри, его рука заметно дрогнула, как и голос. — Быть не может, Малфой? Поттер отнял палочку от горла, отходя в сторону, посмотрев наконец в лицо человеку, которому только что угрожал. — Он самый, — пожал плечами Драко, чувствуя как у него самого замерло дыхание. Яркие изумрудные глаза смотрели в упор на него с нескрываемым удивлением и шоком. Не успел Малфой сказать и слова, как кулак Поттера внезапно впечатался со всей силой и скоростью в скулу. Драко почти завалился набок, успевая лишь схватиться за крепкую напольную вешалку для одежды. Место удара сначала будто вспыхнуло огнем, прежде чем Малфой почувствовал острую боль. — Ты охренел?! Что ты творишь? — завопил Драко, восстанавливая равновесие и прижимая ладонь к лицу. — Серьезно?! Почти пять лет прошло. Мне кажется, что это я должен задавать вопросы! Ты исчез, не оставив ни следа, Малфой, ни одной жалкой записки. А сейчас ты просто хочешь вести себя как ни в чем не бывало? — с каждым словом Гарри подходил все ближе, со всей яростью и почти ненавистью проговаривая эти слова, держась из последний сил, чтобы не наброситься снова. — Какой же ты кретин, слов нет. — Остынь, только твоего всплеска магии мне не хватало, — скривился Малфой то ли от боли в скуле, то ли от слов самого Поттера, обходя его и направляясь на кухню, прихватив рюкзак. — Мне все равно, что ты там себе думал, и абсолютно плевать на твое мнение о моем поступке и мне самом. На самом деле Драко было не все равно, но эти слова были нужными, даже необходимыми. Нельзя было давать ни малейшего намека на какие-либо даже дружеские чувства, чтобы Поттер, видя к себе максимально холодное отношение, даже не приблизился, а потом просто ушел раз и навсегда. Он лишь молча открыл морозильную камеру, доставая формочки со льдом, сразу после этого поставив их на стол. Драко быстро нашел мешочек для льда, который сразу заполнил и обернул первой попавшейся чистой тканью, прикладывая к скуле, пока не появился синяк или отек. Малфой спиной чувствовал чужой взгляд и неловкость, что растекалась по всей комнате. Драко выдохнул и, расслабляя напряжённые плечи, повернулся лицом к своему гостю. Он все также молча склонил голову, указывая на стол по центру, и сел на стул, очевидно ожидая, когда Гарри сделает тоже самое. Поттер, уже полностью успокоенный, некоторое время колебался, но все же подошёл к столу, садясь прямо напротив Малфоя. — Что ты хочешь услышать? — спокойно завел беседу Драко, будто не в его лицо недавно с силой впечатался кулак. Гарри выглядел растерянно и немного потрясённо, без зазрения совести осматривая Малфоя, который довольно сильно изменился с их последней встречи. — Почему ты так внезапно исчез? Я думал, что мы были напарниками и хорошими приятелями, но внезапно ты уволился и исчез, — с какой-то едва заметной тоской в голосе сказал Поттер, смотря в упор на Драко со смешанными эмоциями и обретая уверенность, пытаясь словить чужой взгляд и посмотреть в серые глаза, которые постоянно бегали из стороны в сторону. — Все просто, Поттер, я устал. Меня достали маги вокруг меня, которые отчаянно пытались донести начальству за каждую мелкую оплошность с моей стороны, а семейное поместье раздражало одним своим видом. Вот и захотелось сменить обстановку, оставить все позади, — Малфой намеренно говорил легко и непринужденно, не показывая, что скрывалось под напускным спокойствием. — А по поводу нашей с тобой совместной работы... Это было интересно, познавательно, но ничего более. Не уведомил, потому что не посчитал нужным. Не знаю, что ещё ты ожидал услышать от меня. Драко пожал плечами, все ещё прикладывая к скуле холодный компресс. — Я не слепой, Драко, я все ещё в состоянии распознать твою ложь. Ты не тот человек, который так легко сдастся и доставит радость всем этим уродам, исчезнув в один момент. Гордость не позволит. Было и что-то другое, я прав? Так что произошло? — Поттер прожигал своим взглядом, даже не подбирая слова, говорил прямо то, что думает и бил прямо в яблочко, что у Малфоя складывалось ощущение, что его видят насквозь. Он напрягся, чувствуя, как онемели конечности, а во рту пересохло. Перечисленные им причины переезда несомненно играли свою роль, но самая главная исчезновения была другая, конечно другая! Поттер не должен был догадаться, просто не мог, правда? Драко надеялся, что Гарри не поймет, а тот поцелуй или давно забыл, или списал на алкоголь, да на что угодно! Малфой боялся, что все слишком очевидно, он не хотел выглядеть влюбленным идиотом, который сбежал только потому, что ему не ответили взаимностью. Такого позора, и наверняка жалости, он не вынесет. — Возможно и было, но тебя это не касается. А может быть и такое, что ты, Поттер, просто напросто ищешь скрытые смыслы там, где их нет, — усмехнулся Малфоя в своей привычной манере. — Я удовлетворил твое любопытство? — Малфой, я ведь все равно докопаюсь до правды, — глаза Гарри опасно сверкнули. — Знаешь, даже лестно, что сам национальный герой хочет узнать мои секреты. Ладно, делай, что хочешь, меня это не особо волнует. Но и разговарить об этом я не намерен, закрыли тему, — сказал Малфой, убирая наконец с лица пузырь со льдом, все ещё чувствуя покалывающую боль. — Сейчас меня беспокоит то, что ты чуть не умер на пороге моего магазина, а ещё состояние твоего магического ядра. — И почему же тебя это так беспокоит? — вскинул бровь Поттер, скрестив руки на груди. — Мне показалось из нашего разговора ранее, что тебе плевать и ты бы не видел меня и дальше. Написал бы письмо в аврорат и меня бы забрали в ближайшее время. — Во-первых, дорогой, когда кого-то убивают в месте, где ты живёшь, то самую малость настораживаешься и беспокоишься, что станешь следующим, — язвительно заявил Драко, старательно скрывая то, что он действительно волнуется за Поттера. — Во-вторых мы с тобой находимся в обычном городке Италии без намека на магию. В-третьих у меня нет ни совы, ни камина, ни желания связываться с авроратом. Поэтому чем быстрее разберемся со всем этим самостоятельно, тем быстрее ты отправишься к себе домой, зная, что никто не прихлопнет тебя в любом переулке или ты сам не умрёшь от неизвестных мне заклинаний. Я же продолжу спокойную жизнь, где никто не будет капать мне на мозги. Если, конечно, хочешь побыстрее избавиться от моего присутствия, в чем я точно тебя понимаю, то милости просим: дверь слева. Но когда на тебя вновь нацелятся, а ты не сможешь выполнить даже самого простого заклинания, то спасать тебя я больше не буду. К тому же ты сам прекрасно понимаешь, что если появится хоть одна весть о живом тебе, то наш опасный преступник исчезнет, сверкая пятками. И не видать тебе справедливости. Малфой даже забыл, что может быть настоящей язвой и острым на язык. Он все ещё разбирался в себе и отношении ко всему этому, а Поттер со своими вопросами, которые бьют прямо в лоб, только раздражал, вызывая соответствующую реакцию. — Я впечатлен, Малфой. Не думал, что ты поселишься в таком отдаленном от магического общества месте и действительно оборвешь все связи, учитывая твои прошлые взгляды, — сказал Гарри, наконец поймав чужой взгляд, всматриваясь в серые глаза, будто пытаясь залезть в душу. — Ну и какие идеи, напарник? Тебе есть, что сказать? Или теперь ты можешь только красиво говорить? Этими словами Поттер выбил весь воздух из лёгких Драко, заставляя раскрыть глаза в большом удивлении. Почему-то то, как произнес это слово Гарри, звучало слишком..интимно. — Кхм, да, есть кое-что, — промямлил Малфой отводя взгляд, чувствуя, как совсем немного краснеют уши. Да что это с ним, в конце концов?! Куда делась его хвалебная холодность и невозмутимость? — Но для начала скажи, что помнишь. Любая мелочь важна, сам знаешь. Гарри откинулся на спинку стула и положил палочку на стол, задумавшись. В течение пяти минут он молча сидел, время от времени хмурился и стучал пальцами по поверхности стола. — Я плохо помню произошедшее тогда, но было то, что врезалось мне в память. Я только успел заметить, что это был мужчина со странным, очень выделяющимся амулетом на шее, прежде чем каким-то образом оказался здесь. Кстати сих пор удивлен, что не превратился в кашу от преодолевается такого огромного расстояния. Этот амулет был каким-то очень необычным, ощущение, что тот пропитан, не знаю... — Смертью? Темной магией? — добавил Драко, а в голове всплыл странный мутный образ во сне с жуткой ухмылкой. — Да, очень похоже на то, — задумчиво протянул Поттер, взъерошив и так торчащие из стороны в сторону волосы. — Понятно, — пробормотал Малфой, решив пока не говорить о видении, которое все ещё стояло перед глазами. Нужно было получше разобраться с этим, прежде чем предполагать что-либо. Говорить о ритуале с рунами на крови он не собирался, а сваливать на внезапно появившийся дар прорицания было бы очень странно. На уроках Трелони Драко больше всех кричал о бреде этой дисциплины, почти всегда засыпая возле шара для гадания на столе. — Чем больше подробностей, тем больше вопросов без ответов. Как ты себя сейчас чувствуешь? А то не хотелось бы, знаешь ли, в очередной раз следить за бессознательным тобой. — Я? Нормально, я бы даже сказал хорошо, если не брать в счёт странное течение магии и общую слабость во всем теле, — пожал плечами Гарри, с интересом осматривая окружающие его вещи на кухне. — И давно ты живёшь без магии? — Все эти пять лет, хотя до сих пор привыкаю к некоторым вещам, — ответил Малфой, доставая телефон из кармана и всматриваясь в камеру, чтобы понять, насколько все плохо с лицом. На удивление выглядело не совсем плохо, были чуть-чуть запекшаяся кровь и едва заметный отек. — А касательно твоего магического ядра... Оно ведёт себя очень странно, похоже, что на него что-то серьезно повлияло, из-за чего твоя магия не может восполняться самостоятельно. Что конкретно так повлияло — будем выяснять позже, когда появятся нужные мне вещи. — Даже телефон есть, я искренне поражен, Малфой, — театрально раскрыл глаза Поттер, показывая удивление, приложив руку к груди. — И как это не восполняется? Я отчётливо чувствую, что магия есть и ее даже больше половины. — Поттер, все просто, эта магия моя, — закатил глаза Драко, откладывая телефон с алюминиевым корпусом в сторону. — Я изначально думал, что мне показалось, но заметил, что даже по прошествии приличного времени, магия и не подумала восстанавливаться. Я и решил немного поделиться ею, чтобы ты не валялся дальше. Именно поэтому, Поттер, крайне не советую использовать магию, пока не поймём, как решить эту проблему. — Твоя? То есть ты хочешь сказать, что рисковал собой, передавая мне магию, — с прищуром проговорил Гарри, наклоняясь ближе к столу и Малфою. — Вынужденная мира, иначе бы ты умер у меня на пороге, — вздернул бровь Драко, прикусив язык. — А предвидя твоя следующий вопрос, то нет, мне не все равно на твою смерть и я не мог оставить тебя вот так. За эту жизнь я и так слишком много задолжал тебе, так хотя бы что-то верну. — Долг? Тогда понятно, — губы Поттера сжались в тонкую нитку, а настроение заметно ухудшилось. — Да, точно, — тихо сказал Малфой, вставая из-за стола и доставая наконец довольно помятую, но все ещё съедобную еду из рюкзака. — Будешь? Драко поставил на стол два контейнера с едой итальянской кухни из ресторана. На самом деле Малфой покупал это себе на ужин и завтрак, но не будет же он жадничать и как последний идиот держаться за еду так, будто самый бедный и голодающий. — Буду, спасибо, — сказал Гарри наблюдая за напряжённым Драко, который уже накладывал еду в тарелки и ставил в микроволновку. — Пожалуйста, — саркастически хмыкнул Малфой, опираясь поясницей на стол позади и смотря на Поттера. Неловкая тишина в кухне разбавлялась лёгким жужжанием работающей микроволновки. Ни Драко, ни Гарри попросту не знали, что ещё сказать. За эти годы столько воды утекло, они оба изменились и стали друг другу абсолютно посторонними и чужими людьми, хотя они и раньше не были-то сильно близки. Поттер понимал, что теперь ничего не знает о жизни Малфоя, его увлечениях и даже понятия не имеет о том, что происходило в его жизни. Драко, в свою очередь, понимал тоже самое. Дождавшись, когда еда в обеих тарелках разогреется, он молча разложил ложки и поставил блюда на стол: одно напротив Гарри, второе напротив себя. Это было ризотто с кусочками говядины, которое Малфой часто покупал, каждый раз находясь в восторге. Драко и Поттер принялись ужинать, стараясь не обращать внимания друг на друга. Малфой успел заметить, как Гарри скептически рассматривает еду на тарелке, будто размышляя, действительно ли он хочет съесть это. Однако, попробовав, Поттер все съел ещё быстрее, чем Драко, на что сам Малфой лишь хмыкнул. После приема пищи Драко забрал пустые тарелки и положил в раковину, собираясь мыть их. — Может мне как-то помочь? — неловко спросил Гарри, потирая затылок и вызывая у Малфоя смешок. — Поттер, в моем доме я бы тебе не доверил даже пыль протереть, не то что посуду помыть. Твое умение влипать в неприятности и рушить все на своем пути удивляло ещё в детстве. А я не хочу потом жить в руинах, поэтому будь добр, не мешай. Если нечем заняться, иди книги почитай, тебе не помешает. Небось мозгов не прибавилось за мое отсутствие. Книжный стеллаж в гостиной, выбирай, что хочешь. Только я тебя прошу, аккуратно, — сказал Драко, даже не обернувшись, намыливая посуду средством и смывая теплой водой. — Ладно-ладно, ничего не трогаю, — пробурчал Поттер игнорируя сказанное Малфоем про него, шагая в сторону гостиной, чем невольно вызвал улыбку у Малфоя, которую он сам даже не заметил. Драко быстро вымыл всю посуду, положив ее в шкаф наверху и вытерев руки. Он двинулся в сторону гостиной, где уже горел свет и слышался шорох страниц. Малфой тихо зашел в комнату и, на его со собственное удивление, замечая Поттера с толстой книгой в руках в одном из кресел. — Вау, Поттер, действительно книгу читаешь, удивительно, — не удержался от комментария Драко, проходя рядом и направляясь к стеллажу, выбирая книгу на вечер. Предыдущую он все же дочитал. — Очень остроумно, Малфой, как всегда, — закатил глаза Гарри, не отрываясь от книги. — Знаешь, сейчас у меня стойкое ощущение, что я вернулся в школьные годы, когда ты не мог упустить ни одного шанса высказать свое очень важное мнение. — Увы, никак не могу удержаться, — довольно хмыкнул Малфой, доставая с полки книгу в твердом переплете, остановившись на мистике и ужасах. — В моей голове стойко закрепилась твоя несовместимость с книгами ещё со времён Хогвартса. Заметить тебя с книгой, чтобы это не было связанно с твоими геройствами, было нереально. — А что, ты так часто меня видел, чтобы делать выводы? — скептически улыбнулся Поттер, все же отрываясь от книги и смотря на Драко, который удобно устроился на диване, вытянув длинные ноги. — Достаточно, чтобы увидеть очевидное, — закатил глаза Драко, убирая мешающие волосы за ухо. — Ну-ну, ты же лучше меня знаешь, — цокнул языком Гарри, украдкой наблюдая за действиями Малфоя. — А давно ты так? — Что давно я так? Выражайся яснее, твои мысли я читать не собираюсь, — скривил губы Драко, устремив острый взор на Поттера, который выглядел довольно забавно в своей яркой бордовой пижаме на общем фоне, учитывая, что все вокруг было в светлых и пастельных цветах. — Волосы покрасил в смысле, — Гарри провел ладонью в воздухе вверх вниз, указывая на Малфоя, после чего опустил руку на подлокотник, начиная стучать по нему пальцами. — Ещё и отрастил. — Давно, какие-то претензии? — вскинул бровь Малфой и недовольно посмотрел в чужие глаза. — Скажешь хоть одно лишнее слово касательно моих волос, и я запущу в тебя эту книгу. — Никогда не думал, что скажу что-то подобное, но тебе идёт, — сказал Поттер, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом Драко. — Я знаю, — удовлетворенно ответил Малфой и принялся читать книгу, замолкая. Гарри точно также погрузился в чтение, не произнося больше ни слова. Тишина гостиной прерывалась шелестом страниц. На удивление их обоих, она не давила и была довольно приятной, особенно если сравнивать с напряжением, царившем на кухне не так давно. Драко и Гарри на фоне друг друга выглядели забавно, будто это Малфой находился в гостях у Поттера. Пока Драко так и не переоделся, находясь в брюках и рубашке, то Гарри наоборот был в пижаме, свободно развалившись в кресле так, словно каждый день здесь находится. Когда время перевалило за полночь, Малфой захлопнул книгу, отложив ее на столик, и, растирая уставшие глаза, поднялся с дивана. Он хотел было уйти, но вспомнил одну вещь, которую так и не сказал Поттеру. — Кхм, если вдруг что-то случится, я буду в комнате соседней с твоей, — неуверенно произнес Драко, скрестив руки на груди. — Пока ты здесь, то можешь пользоваться всем чем нужно, в пределах адекватного, конечно. И не дай Мерлин я узнаю, что ты что-то сломал, будешь покупать мне абсолютно все по-новому и платить сверху за моральный ущерб. И предупреждаю первый и последний раз: без меня не заходи в дальнюю комнату по коридору на втором этаже, и в мой кабинет, он тоже на втором этаже недалеко от твоей комнаты. Даже Зная твои тягу к приключениям и любопытство, переваливающее через край, я, конечно, закрыл эти комнаты. Но предупредить лишним не будет. И настоятельно не рекомендую выходить за пределы этого дома без меня, никто не может гарантировать, что тебя не прибьют при первой же возможности. Все понял? — Конечно, понял, о мой спаситель и благодетель, слушаюсь и повинуюсь, — сказал Гаррия еле сдерживая смех, сложив ладони вместе и прикрыв глаза. — Фу, какая мерзость и похабщина, — скривился Малфой так, будто увидел самую отвратительную вещь в его жизни. — Сделай одолжение, больше ничего не говори. Я спать не смогу. Поттер же, уже не сдерживаясь, бурно рассмеялся от такой реакции, глупо хлопая рукой по подлокотнику кресла. Смеялся он так сильно, что даже слезы выступили в уголках глаз. — Смешно, обхохочешься, — закатил глаза Драко, опираясь спиной на арочный проем. Малфой в очередной раз вспомнил, почему этот очкастый идиот его раздражал, но вместе с тем и привлекал. Одна из многочисленных причин это абсолютно точное отсутствие чувства юмора и умение смеяться даже с упавшего листочка. То, что он сам стоит с лёгкой улыбкой на губах, сам Драко не заметил. — Твое выражение лица, я не могу, — с остаточным смехом проговорил Гарри, улыбаясь. — Если тебя так рассмешило мое выражение лица, боюсь представить, что будет, когда ты услышишь анекдот хотя бы чуть более оригинальный чем каламбур про скелет, — хмыкнул Малфой, скрестив руки на груди. — Смешной каламбур вообще-то, — как будто обиженно сказал Поттер, закрывая книгу и откладывая ее в сторону. — О боги, дайте мне сил, — Драко прикрыл глаза, протирая их. — Все хватит с меня твоего общества, я спать. — Прости за сегодняшний удар, — внезапно сказал Гарри, стыдливо отводя взгляд куда-то в сторону, заставляя Малфоя, который уже двигался в сторону лестницы, застыть на месте. — Я просто был на эмоциях, очень разозлился из-за всего этого, не сдержался. Хоть не сильно впечатал? Визуально вроде не видно, но все же. — Я не злюсь, но это не значит, что ты полностью прощен, — сказал Драко, даже не оборачиваясь. — В общем, я пошел... Спокойной ночи. — И тебе, — с довольной улыбкой ответил Поттер, видимо собиравшийся ещё какое-то время провести в гостиной. Малфой, стараясь не бежать, поднялся по лестнице и спокойно дошел до комнаты, уже с хлопком закрывая ее. Он сполз у стены вниз, утыкаясь лицом в колени и нервно запуская руки в волосы. Драко уже не мог перестать думать о Поттере и его заражающем смехе и яркой улыбке, пробивающий до глубины души голос Гарри даже спустя столько лет вызывал бурные эмоции. Поттер за последние дни отслеживания его состояния будто поселился в его голове! Малфой просто не знал куда себя деть от того, что происходит внутри него. Он уже проигрывал своему плану всячески подавлять свои чувства, игнорировать Поттера, лишний раз не разговаривать и холодно относиться. Это самая настоящая катастрофа!! Какой Драко идиот, раз поверил в себя, что сможет раз и навсегда закопать это проклятое чувство на букву л. Проклятье, почему он не уехал ещё дальше, куда-нибудь на край света? Жил бы где-нибудь в Антарктике в обнимку с пингвинами. Да лучше там в холоде, чем здесь с Поттером. Малфой глубоко дышал, справляясь с накатывающей истерикой. Так, нужно собраться с мыслями, а то в последнее время он стал через чур эмоциональным. В голове быстро проносились мысли, Драко цеплялся за каждую из них, думая, что же делать. Но ничего лучше простого уменьшения контакта с Поттером не было. Но и это было мало вероятным. В конце концов он почти прямо обещал помочь разобраться со всем этим! А делать это без прямого контакта с потерпевшим невозможно! Вот кто его за язык тянул? Малфой уже в который раз за последние дни жалел, что вообще влез во все это. Драко взлохматил волосы, раздражённо выдохнув. Ладно, сам все это начал с расследованием, лечением и защитой, он и закончит. А по окончанию просто испепелит все чувства к Гарри Джеймсу Поттеру из своего сердца каким-нибудь заклинанием. И как он раньше не додумался? Малфой просто не намерен сносить в одиночестве всю бурю на душе и сердце после окончания всего этого. На том Драко и решил, сейчас пусть всё идёт своим чередом. Малфой не будет заострять внимания на своих чувства, просто не показывая их, а потом он своими руками прерубит на корню абсолютно все. Наверное. Почему бы не сделать это сейчас и не страдать дальше? Драко не мог ответить на вопрос, появившийся слишком внезапно. От чего-то даже мысль о совершении этого действия вот прямо сейчас заставляло вздрогнуть и покрыться мурашками от неизвестного страха. Но Малфой в очередной раз просто не заострял внимание на появившиеся чувстве и закрепил в голове, что воспользуется нужным заклинанием в самом конце, когда все будет закончено. Именно так. С такими мыслями он наконец поднялся пола и, быстро переодеваясь в пижаму, лег в постель, укрываясь одеялом.