kids

Стив узнал о существовании Эдди Мансона ещё до личного знакомства, причём не по своей воле. За последние три встречи с Дастином это имя прозвучало по меньшей мере раз двадцать — и каждый раз с одной и той же восхищённой интонацией, словно тот был настоящей рок-звездой со всевозможными талантами. — …и вот он сказал, что у меня билд вообще-то хороший, просто я неправильно раскидываю заклинания, — возбуждённо тараторил Дастин, болтая ногами, пока Стив расставлял диски с комедиями в алфавитном порядке. — Представляешь? Типа, я почти гений, просто мне не хватает практики. Это он сказал. Эдди. В ответ Стив лишь закатил глаза — чего, разумеется, Дастин даже не заметил, увлечённый одами новому крутому другу. Он искренне не понимал, что такого особенного Хендерсон нашёл в этом патлатом сатанисте, который, судя по внешнему виду, даже не знал о существовании расчёски. Но теперь единственное, что он слышал от Дастина, было: «А у Эдди вообще-то своя группа», «А Эдди сегодня проводит кампанию», «Эдди правда шарит в этом»… Конечно, Стив и сам понимал, что не может разделять все интересы младших, да и в последнее время слишком часто пропадал на работе в прокате. Но всё же новость о новом крутом и взрослом друге Дастина как-то неприятно ударила по самолюбию. Раньше-то он думал, что единственный в своём роде: король школы, капитан баскетбольной команды, дамский угодник. Но с каждым годом эти выдуманные регалии отклеивались от его имени одна за другой, а на замену Стиву приходили более популярные, более талантливые и более крутые ребята. Первое время он даже не знал, кем быть без всех этих ярлыков, а потом просто нашёл что-то более важное. Точнее, оно само нашло Стива, навесив ярлык няньки. А теперь и этот ярлык безжалостно хотел забрать и присвоить себе какой-то Эдди Мансон со своим невероятно крутым клубом. Стив поймал себя на том, что втыкает очередную коробку с кассетой на полку, прикладывая чуть больше силы, чем требовалось. Пластик глухо щёлкнул, и он на секунду замер, уставившись на яркую обложку комедии, которую не смотрел уже лет сто. Отлично. Ревнует. Сам бы посмеялся, если бы не было так неприятно. — Стив, а у тебя есть… ну, — Дастин запнулся, перестав болтать ногами и подозрительно притихнув. — Типа… журналы? Ну там, про музыкальные группы, к примеру. Стив медленно повернулся к нему, приподняв бровь. — У меня есть прокат видеокассет, если ты не заметил, — сухо ответил он. — А тебе зачем? Дастин замялся, наверняка заметив, что Стив не разделяет его восторга по поводу персоны Мансона. Он неопределённо покачал головой, но через секунду всё же сдался: — Ну, Эдди просто любит коллекционировать всякое: плакаты там, редкие дайсы, нашивки… Ну вот я и подумал — может, какой-нибудь музыкальный журнал станет для него хорошим подарком. Как думаешь? Закончив с кассетами, Стив развернулся лицом к Хендерсону, облокотившись спиной о стеллаж. Руки сами по себе скрестились на груди. — Мне-то откуда знать? — пожал плечами Харрингтон, отчего брови Дастина тут же сложились в грустный домик. Мальчишка разочарованно вздохнул — так, что злиться и раздражаться на него стало совсем невозможно. Стив цокнул, но выражение его лица заметно смягчилось. — А у него что, день рождения? Дастин вяло закивал головой. Ну конечно. Новый старший друг, новая кампания, в которую Стива никто не звал. И всё же — Дастин пришёл с этим к нему. Не к Майку, не к кому-то из своих, а именно к нему. — Ладно, — выдохнул Стив, сдаваясь раньше, чем успел придумать достойный повод отказать. — Посмотрим, что можно найти. Дастин радостно вскинул руки, едва не свалившись со стула. — Серьёзно?! — Серьёзно, — подтвердил Стив, заговорщицки улыбаясь. — Есть тут у нас кое-что покруче каких-то журналов. Лицо Дастина буквально засветилось от счастья; кудряшки смешно подпрыгнули, когда он торопливо сползал с высокого стула, чтобы накинуться на Стива с обнимашками. Он налетел на него всем телом, сцепляя руки в замок так, что Стив еле устоял на месте. Стеллаж за спиной с только что расставленными кассетами издал опасный скрип. — Ну всё, хватит, — он взъерошил волосы Хендерсона, заставляя того по-озорному рассмеяться и сдавить Стива ещё сильнее. — Задушишь ещё, и кто тогда будет тебе помогать? — Знаешь что, — Дастин отстранился, чтобы заглянуть в глаза Харрингтона. В уголках губ нарисовалась хитрая ухмылка. — Ты мой самый любимый взрослый друг. Стив моргнул. Фраза простая, но произнесённая с такой искренностью, что в груди что-то ёкает. И в тот же миг вся эта его ревность кажется такой глупой, смешной и мелкой. Потому что никакой Эдди Мансон — со всеми своими кубиками, гитарами и клубами — не забирал у него этого. — Ну ещё бы, — Стив закатил глаза, хотя улыбку сдержать тик и не удалось. — А ты мой любимый мелкий. Только другим этого не говори.