Любопытство темную кошку сгубило

Волдеморт иногда говорит... странно. Гарри впервые замечает это, слушая, как уставший отец тихо ворчит на Тома, проглатывая несколько звуков - но тогда он решает, что просто плохо расслышал. Это предположение не работает во второй раз - когда Волдеморт в ужасном настроении возвращается с затянувшейся встречи с Пожирателями и бросает раздраженное "Don’ bother me until tomorra." прежде чем скрыться в своей спальне. А в третий раз он слышит эту неразборчивую речь уже от Тома - после того, как Слагхорн приглашает Гарри на встречу клуба. "Of course, this bloody collector isn’t going to give up his old habits. It’ll be orf’l, trust me." "Эм... Прости, это будет как?" К сожалению, Гарри не может увидеть Тома, говорящего только в его голове - зато прекрасно чувствует волну смущения. "Awful. It’ll be awful." В четвертый... Ох, ладно, это происходит еще много раз - в основном, судя по всему, когда Тома нагоняют детские воспоминания. "’S it in the Malfoy blood to be ’aughty idiots?" "Maybe Dumbledore jus’ chuck out all the Slytherins, and that’s it?" "Dun’ know this pastry shop was still open. You outta get us some truffles." Последней каплей становится злое и абсолютно невнятное: "Yer outta go n’ hex ’at f’in’ Romilda." "Повтори." Они сидят в кровати, за шторами, поэтому на этот раз Гарри прекрасно видит промелькнувший стыд на лице Тома - до того, как тот его давит. "Не важно." Неа, он определенно не собирается так просто отпускать эту тему. Хотя бы потому, что довольно забавно заставлять Тома чувствовать себя некомфортно. "О, да ладно. Может, мне нравится, когда ты перестаешь говорить как выдрессированный аристократ. Так что это было?" "Акцент из детства." В алых глазах, где раньше был стыд, теперь пляшет пакостное возбуждение. "Значит, нравится?" "Ммм..." Гарри жаль, что Том слишком быстро пришел в себя, но он все равно хочет его подразнить - даже если придется найти другой способ. Хм, может, пофлиртовать в шутку... Эта идея звучит неплохо - и он, прикусив губу, изображает томный (как он сам надеется) взгляд. "Да, очень. Порадуешь меня, братик?" В реакции Тома на это обращение есть что-то нездоровое - например то, как он пристально смотрит на Гарри и с готовностью подыгрывает, понижая голос на несколько октав. "If yer ask so nicely… Wot should I tell you?" Из-за акцента его слова звучат не так завораживающе, как могли бы, но все еще довольно плавно. "Ох, ну..." Мечтательно вздохнув, Гарри пытается скопировать влюбленные интонации Лаванды. "Я готов слушать все что угодно, пока ты говоришь так." Боги, нет, это слишком нелепо. Судя по едва слышному смешку, не один он так считает. "’Mm, I reckon Ginny’s with ’at bloke just ter grab yer attention." Значит, сплетни с романтическим подтекстом? Предсказуемо. "Ей придется разочароваться, потому что..." Гарри смущенно отводит взгляд. "мое сердце совсем не для нее." "Oh, dear." Том нежно гладит его по щеке, призывая вновь посмотреть на себя, и едва ли не мурчит - конечно, только пока ему не приходится вновь открыть рот. "’Course, but ain’t you wanna kiss ’er in front o’ Romilda, jus’ ter get yer own back?" Гарри требуется мгновение, чтобы осознать сказанное, но в целом это все еще понятно. "Ни за что. И..." На его губах расползается вызывающая улыбка. "Я уверен, что ты можешь лучше." "’Bout better at snoggin’ or at chattyin’, love?" Love? Это ласковое прозвище звучит неправильно - настолько неправильно, что Гарри хмурится и отстраняется, резко выходя из роли. "Второе." "Then, lemme tell yer - I’m also a better snogger than ’er." Раздраженные, излишне настойчивые нотки, прорезавшиеся в до этого еще спокойном голосе, вызывают у подростка только беззаботную улыбку. "Поверю на слово. И старайся сильнее." Ответ следует не сразу - потому что, судя по напряженному лицу Тома, ему приходится насильно переформулировать свои мысли. Но результат, от которого чистокровные упали бы в обморок, того стоит. "’Ere, why’s yer jus’ take my word? C’mon, ’ave a propa crack atit - like, say, on ’at sofa in th’ middl’ o’ th’ front room, eh?" Гарри поджимает губы, прокручивая сказанное в голове. Так, окей, первая часть понятна. Про диван в гостиной тоже понятно. А в середине... Предложение проверить? Возмущенный взгляд, который он бросает на Тома, вызывает у того только хихиканье - значит да, это было проклятое предложение проверить. Не то, чтобы Гарри собирался отступать из-за такой мелочи. "Еще." Том молчит почти минуту, видимо вновь пытаясь составить что-нибудь максимально непонятное, и наконец, набрав воздуха в легкие (которых у него нет), дикой скороговоркой выдает: "’Pose Ginn’d lap’inn’up, wachm’ ride’yer." Хм... Там было 'Ginny' и 'ride', наверное? Так, ладно, неважно, это все равно был уже не акцент, а просто целенаправленное насилие над английским. "Честно говоря, я почти ни слова не разобрал." "Это к лучшему." Том криво улыбается, прежде чем вернуться к своему обычному Риддловскому образу. "И даже не проси повторять - у меня от этих фонетических и лингвистических извращений язык болит." Тц. Королева драмы. "Ты его даже не используешь для речи." "Это фантомная боль." "Угум."