Чёрная Роза и Призрак Алика

Вечер опустился на дворец мягко, как бархатная штора, окрашивая небо в глубокий индиго и рассеивая лёгкий туман по садам. В покоях Розалинды воздух был насыщен ароматом лаванды от свежих саше и лёгким дымком от свечей. Она стояла у высокого зеркала, размышляя о предстоящем бале: Шуманиксы любили великолепие и изящество, здесь каждое движение было намёком, каждый жест считывался как знак. Но сегодня всё изменится, присутствие отца неизбежно притянет внимание двора. Значит, ей предстоит оставаться в стороне, не фигурой на сцене а точкой опоры, через которую смещается равновесие. Мысли прервал тихий стук. Мари вошла с запечатанным письмом на серебряном подносе. — От леди Леодры Шреман, ваше высочество, — произнесла служанка, подавая конверт. Запах воска от печати был свежим, с лёгкой нотой розового масла, типичным для кузины. Розалинда сломала печать без энтузиазма. Письмо было кратким: приглашение на чаепитие в её особняке через неделю, с намёками на «обсуждение семейных связей» и комплиментами её «непоколебимой грации». Опять пытается добиться расположения — отметила она, сворачивая пергамент. Слишком прямолинейно. Она передала письмо Мари лёгким движением без слов, но с ясным указанием, ответить корректно без обещаний и без поводов. Повернувшись к гардеробу, она выбрала платье из тёмно-синего шёлка с серебряной вышивкой по подолу, элегантное но без лишней яркости, подчёркивающее статус, не затмевая отца. Мари помогла надеть его, затягивая корсет с привычной ловкостью. Ткань шелестела тихо, как шёпот в коридоре. Чёрные волосы спадали мягкими волнами, свободными почти небрежными, но часть прядей была аккуратно собрана у затылка, ровно настолько, чтобы сохранить форму и не выдать слабости. Причёска казалась простой, но в ней не было случайности. Янтарные глаза в зеркале выглядели спокойными, как озеро в безветрие, маска отточенная годами. До переодевания она прошла по коридорам к конюшням, где слуги готовили карету. Воздух здесь был густым от запаха сена и кожи упряжи, цокот копыт эхом отдавался от стен, а фонари бросали золотистые блики на полированное дерево экипажа. Она проверила всё, подушки для отца, удвоенную охрану, его присутствие на балу было редкостью, и даже фонари, чтобы путь был освещён ярко. — Никаких ошибок — подумала она, проводя пальцем по золочённому гербу. У входа в аудиенц-зал она встретила отца. Император Ритрих был одет в тёмный камзол глубокого винного оттенка, расшитый золотым орнаментом вдоль швов и застёжек. Меховой воротник светлого оттенка подчёркивал его высокий статус и скрывал худобу плеч. На груди массивная брошь с фиолетовым камнем, знак власти и памяти о прежней силе. Одеяние выглядело торжественным, но в нём чувствовалась усталость, как и в самом императоре. — Ваше величество… — Линда — ответил он, предлагая руку. В жесте сквозила теплота, редкая но искренняя, их отношения всегда балансировали на грани долга и привязанности. Они сели в карету. Дверца закрылась с мягким щелчком, и экипаж тронулся, колёса зашуршали по гравию. Внутри пахло кожей и лёгким ароматом его одеколона, древесным, с ноткой мускуса. Путь прошёл в молчании, прерываемом лишь стуком копыт и далёким гулом города. Особняк Шуманиксов сиял огнями: хрустальные люстры бросали радужные блики через окна, воздух был наполнен ароматом свежих цветов и духов гостей. Когда карета остановилась и они вышли, по толпе пробежал шёпот, удивлённый почти благоговейный. Император? С принцессой? Ритрих редко покидал дворец, а его появление с дочерью, прозванной Чёрной Розой, говорило о большем, чем светский визит. Розалинда шла рядом, чувствуя взгляды, как лёгкие уколы. Приём прошёл гладко: приветствия, улыбки, танцы под музыку струнного оркестра, чьи мелодии плыли в воздухе, смешиваясь с тихим звоном бокалов. Сначала подошли хозяева — граф и графиня Шуманикс. Граф Шуманикс — высокий мужчина с коричнево-рыжими волосами, тщательно уложенными, — поклонился глубоко и сдержанно. Его зелёный наряд был строг, без показной роскоши. Рядом стояла графиня в тёмно-коричневом платье, подчёркивающем её статус; тёмно-коричневые волосы были собраны в аккуратный пучок. Она улыбнулась вежливо и тепло. — Ваше величество, ваше высочество, — произнёс граф, голос ровный, как отточенный клинок. — Ваш визит озаряет наш дом. — Граф, графиня, ваш приём безупречен, как всегда — ответила Розалинда, склонив голову. Они обменялись нейтральными фразами о погоде и грядущих сезонах. Розалинда заметила, как графиня избегает взгляда на отца, зная о его нелюбви к её матери. Затем подошла семья Айджар. Герцог держался сдержанно, без излишней приветливости. Его супруга, в тёмно-изумрудном платье, окинула Розалинду внимательным взглядом. — Вы сегодня выглядите безупречно, ваше высочество — произнесла она учтиво. — Благодарю, герцогиня — ответила Розалинда с лёгкой улыбкой. — Ваш дом всегда умел держаться на плаву в сложные времена. Их сын, Ритаус, в бело-чёрном камзоле, задержал взгляд чуть дольше, чем позволял этикет, изучающе с холодным интересом. Затем подошли Эмма Крейг, София Лорен и Виолетта Эрвин с семьями. Эмма, в сопровождении родителей маркизов, поклонилась грациозно её отец обменялся рукопожатием с императором. София тихо хихикнула, но быстро взяла себя в руки. Виолетта, чья семья контролировала торговые пути, добавила сдержанный комплимент отцу. — Ваше высочество — начала Эмма — бал словно обретает смысл с вашим появлением. — Леди — ответила Розалинда, окидывая их спокойным взглядом — именно такие дома держат империю в равновесии. Как обстоят дела в ваших землях? Разговор коснулся урожая, слухов и осторожных намёков на альянсы. Смех Софии немного разрядил атмосферу, но напряжение не исчезло. Розалинда заметила, как отец отошёл с графом Шуманикс, вероятно на террасу, для приватного разговора. Жара зала, густой аромат парфюмов и постоянные шепотки утомили её. Немного воздуха — подумала она, выходя в сад с другой стороны, где полумрак скрывал дорожки, освещённые лишь редкими фонарями. Только на миг. Ночной воздух был свежим, с ноткой влаги от тумана. Листья шелестели под лёгким ветром, где-то вдали ухала сова. Она шла по тропинке, наслаждаясь одиночеством, когда из тени вырвалась фигура, быстрая как вспышка. Они столкнулись. Розалинда инстинктивно схватила незнакомку за руки, удерживая равновесие для обеих. Девушка с платиновыми волосами, уложенными с безупречной тщательностью, в серебристо-белом платье, переливавшемся в лунном свете, едва не упала. Её глаза были полны паники. — Осторож… — начала Розалинда строго, с раздражением, но слова замерли. Платиновые волосы. Бледное лицо. Точь-в-точь как в кошмарах, что приходили через видения Кайруса. Это она…? — пронеслось в мыслях с холодным ознобом. Призрак из Алика. Она отпустила руки, но взгляд остался прикованным смесь удивления и ледяной настороженности.