Твоя кровь — моя сила

Пасмурное вечернее небо наводит тоску. Ветер скрылся за горизонтом вместе с солнцем и ливнем. Машины разбрызгивают лужи в стороны, делая дорогу грязнее, сигналят друг другу, стараясь оказаться в доме как можно скорее. Четверо мотоциклистов подъезжают к заброшенному складу, расположенному за городом. Они оставляют железных коней вблизи здания и направляются ко входу. Каждый сдерживается, чтобы не сорваться с места и побежать в склад, где держат двоих их людей. — Все запомнили план? — Хонджун оборачивается на парней и смотрит на каждого. Их лица мрачные, челюсти сжаты, в глазах горит неугасаемое яростное пламя. — Сдерживаемся по максимуму, никого не убиваем, но не даём сделать из себя грушу для битья. Находим Юнхо и Сана, забираем их и сматываемся. — Мы поняли, хён, — низким тоном произносит Минги. — Открывай. Хонджун, ещё раз окинув всех взглядом, со всей силы толкает шаткую дверь ногой; та со скрипом поддаётся и бьётся о стену склада. Они заходят на чужую территорию. Здание пропитано холодом, запахом старья и пылью, освещено несколькими лампами, одна из которых мигает, раздражая глаза. Парни медленно идут, смотрят только вперёд и не оглядываются, чувствуя: в разных углах помещения затаились враги. — Добрый вечер, дорогие гости. По лестнице со второго этажа спускается незнакомец с четырьмя «обращёнными». На вид он спокоен, но парни ощущают от него ненормально агрессивную энергию, готовую вырваться наружу в любой момент. — Меня зовут Минчжун. Прошу прощения, что так поздно попросил вас приехать сюда, — он являет фальшивую улыбку на лице, останавливаясь в нескольких метрах от них. — Как добрались? Проблем на дороге не возникло? — Я тебе сейчас раскрошу башку, — цедит сквозь зубы Минги, прожигая незнакомца взглядом. — Где Юнхо и Сан? — Вам надо всё и сразу, да? — лицо Минчжуна меняется, становится равнодушным. — А я надеялся поговорить по душам, особенно с Хонджуном. Тот всматривается в Минчжуна и старается не выдать сильного удивления. Черты лица, манера общения и негативная аура вокруг Минчжуна очень напоминают Хонджуну одного вампира, про которого он не хочет не то что говорить — даже вспоминать. — Неужели ты родственник покойного Главы клана «Лумий»? — ему необходимо узнать правду. — Какой ты догадливый и внимательный, — хмыкает Минчжун. — Да, я его младший брат. Я жил… — Мне плевать, — перебивает его Хонджун, чувствуя давление со всех сторон. Их окружили четыре десятка вампиров, не предоставив доступа к выходу. — Мы заберём Юнхо с Саном и уйдём отсюда. Минчжуна одновременно бесит и восхищает его наглость и самоуверенность. В Хонджуне течёт невероятно сильная энергия, хочется испытать его на прочность и выносливость. — Вот как, — усмехается Минчжун. — Эй, ребят, вы ведь состояли в клане «Лумий», — он оборачивается к парням, стоящим позади него, как самая настоящая свита. — Вы присутствовали год назад во время того самого инцидента? — Да, мы были там, — подтверждает один из них и оскаливается в усмешке. — Нам даже довелось попробовать кровь парня, которого приказал похитить Глава. — Лично я никогда не пил такой сладкой крови, смешанной со страхом и обречённостью, — второй облизывается и смотрит с провокацией на «обращённых» из клана «Сэнгиус». Ёсан, Минги и Уён шипят, выставив выросшие клыки напоказ, их глаза окрашиваются алым цветом, зрачки сужаются до такой степени, будто они вот-вот исчезнут. Хонджун сжимает руки в кулаки и, запрокинув голову назад, резко выдыхает. — Парни, меняем план, — он неторопливо идёт в сторону Минчжуна и бросает на них из-за плеча взгляд, налитый кровью и ненавистью. — Можете не сдерживаться. — Так-то лучше, — Минчжун меняется в лице и становится чересчур довольным. — Этот мой, остальных можете убить, — говорит он своим вампирам и ступает навстречу Хонджуну. — Разберитесь с отморозками, которые стоят ближе к лестнице. Возможно, Юнхо и Сана держат на втором этаже, — произносит Ёсан, хрустя костяшками пальцев и переводя взгляд с Минги и Уёна на «обращённых», приближающихся к ним. — Этих шавок я беру на себя. Минги с Уёном кивают и идут к лестнице, зная: Ёсан сильный, а если его разозлить — порвёт в клочья всех, кто стоит в радиусе одного метра. Завязывается драка между вампирами. Пока Ёсан отвлекает на себя около двух десятков вампиров — кого-то прикладывает головой о пол, кого-то откидывает к стене, а Хонджун сталкивается в драке с Минчжуном, Минги и Уён пробивают себе путь к лестнице. Они не жалеют сил, выбивают всю дурь и жизненные силы из «обращённых», посмевших перейти дорогу клану «Сэнгиус» и похитить дорогих им людей. Гнев и жажда расправы заполняют их. Каждая клеточка тела вспыхивает пламенем злости. И в то же время в душе теплится надежда, что Юнхо и Сан в порядке. Стоит Минги и Уёну лишь на мгновение подумать о том, что их людям причинили боль, как из груди вырывается рык, на руках выступают вены, пальцы сжимаются в кулаки и наносят бесчисленное количество ударов по противникам. — Уён, ты заметил? — Минги прислоняется к спине Уёна своей, переводя дыхание. — Что некоторые из них из клана «Нэкта»? — тот не сводит глаз с вампиров, медленно окружающих их в кольцо. — Эти мерзавцы всегда пытаются набить нам лица, но выходит у них это редко. — Да, только сейчас они какие-то странные, — Минги отстраняется от Уёна. — Присмотрись к ним. Уён не понимает, о чём говорит Минги, но прислушивается. Он ударяет напавшего «обращённого» в солнечное сплетение, заставив его скорчиться, и ударяет его локтем по затылку, отправляя в бессознательное состояние. «Слабые сошки», — думает про себя Уён, облизывая клыки. Следующий его противник оказывается из клана «Нэкта», и он решает воспользоваться советом Минги. Выливая весь гнев с помощью кулаков и ударов ног на вампире, Уён хватает его за воротник футболки и встряхивает. — Вы чёртовы ублюдки! — его яростный крик слышен на весь склад. — Говорите, где Сан! Противник лишь повисает в его руках безвольной куклой и смотрит пустыми глазами, застланными поволокой, на него. Уён на секунду озадачивается. «Обращённые» из клана «Нэкта» проворные и наглые, они буквально живут драками и всегда во время них бросают колкие фразы и насмехаются над кланом «Сэнгиус». Но сейчас они молчаливые и безэмоциональные, словно марионетки, которых заставили драться по чьему-либо приказу. Уён фыркает и, отбросив ослабевшего вампира в сторону, бежит к лестнице. Ему некогда думать о клане «Нэкта», ему нужно найти Сана и Юнхо. Возле лестницы никого не оказывается. Уён преодолевает две ступеньки, как кто-то хватает его за футболку и отбрасывает назад. — Блять, — выругивается Уён, оказавшись на полу. — Ты думал, я кого-то пропущу на второй этаж? — хмыкает «обращённый», стоявший некоторое время назад за Минчжуном. — Наивный мальчик. — Урод, — Уён встаёт на ноги и шикает, накрывая правое плечо ладонью. Резкая вспышка боли пронзает руку, не давая сконцентрировать силу в ней. — Уйди с дороги. — Я смотрю, ты всё такой же вспыльчивый, как и год назад, — усмехается вампир. — Судя по тому, как ты рвёшься на второй этаж, один из тех парней — твой человек. Не боишься увидеть его таким, каким ты видел своего хёна? Наверняка кто-то из наших ребят уже искусал его до полусмерти. Что ты сможешь сдел… Не успевает «обращённый» договорить, как Уён в одно мгновение оказывается перед ним и ударяет его со всей силы в живот. — Я сказал: «Уйди с дороги», выродок, — шипит Уён и, яростно посмотрев в распахнутые глаза вампира, бьёт его в лицо. Уён, охваченный неконтролируемыми эмоциями, избивает парня до неузнаваемого состояния. Перед его алыми глазами всё плывёт, руки и ноги инстинктивно наносят удары по противнику, который расплачивается за неудавшуюся провокацию. Боль в руке словно исчезла и перешла в сердце; оно бьётся так громко и быстро, будто готовится выпрыгнуть из груди, оставив Уёна с чувством опустошения и непринятия. Уён не слышит ни звуков ударов, которые безостановочно наносит по уже бессознательному «обращённому», сидя на нём, ни шума драки, раздающегося в стенах склада звонким эхом, ни голоса, зовущего его. Он, ощутив позади себя чьё-то присутствие, перестаёт бить и встаёт с вампира, разворачиваясь и готовясь избить очередного противника, портящего жизнь его клану. Но вместо возможных слов, пропитанных издёвкой и ядом, которые могли осесть на душе тяжёлым грузом, он чувствует родные объятия и слышит мягкий шёпот. — Уён-а. Уён, уткнувшись лицом в крепкую грудь, расширяет глаза и делает глубокий, отрезвляющий вдох, ощущая в носу запах того, о котором он думал не только весь вечер, но и последние несколько недель. Его сознание нормализуется, в глазах сверкает блеск от слёз, скапливающихся в уголках, руки сами по себе обнимают человека перед ним. — Ты так и не научился отвечать на звонки, — выдыхает Уён, потираясь кончиком носа о грудь Сана. — В этот раз не ты ждал меня, а я — тебя, — Сан издаёт тихий смешок и оставляет поцелуй на взмокшем из-за пота виске Уёна. — Не хочу прерывать вас, но нам надо как можно быстрее уходить отсюда, — встревает Юнхо, выискивая глазами Минги. Уён, опомнившись, отстраняется от Сана, беглым взглядом осматривает его и Юнхо и, не увидев на них того, чего так боялся, расслабляет плечи. Он хочет спросить у парней, как они себя чувствуют, но в их сторону бегут трое «обращённых» из клана «Нэкта». — Твою мать! Как вы уже достали! — недовольным тоном произносит Уён и встаёт в боевую стойку. Он уже хочет напасть на вампиров, но ему преграждает путь незнакомец. — Эй! Ты кто… — Уён-а, — Сан берёт его руку в свою и чуть сжимает. — Всё в порядке. Уён хлопает глазами и кивает. Сан доверяет этому парню, значит, он тоже должен довериться. — «Отмена!» — громко говорит Хисын, его голос отзывается в каждом уголке склада. Около десятка «обращённых» из клана «Нэкта», находящихся в разных частях здания, замирают на месте, а после делают вдох так, словно они только что вынырнули из воды. Кто-то оглядывается в непонимании, кто-то встаёт с пола и стонет, ощущая в нескольких местах тела боль от ударов. — Что происходит? — Какого чёрта мы тут делаем?! — Это устроил Минчжун! — кричит один из тех, кто был под гипнозом, и указывает на Минчжуна. — Хисын! — тот, отойдя от Хонджуна на приличное расстояние, смотрит со злостью на названного. — Ты что творишь? Почему ты снял с них «силу»?! Хисын молчит и делает пару шагов назад, чувствуя внутреннюю дрожь. Он не знает, что его ждёт в будущем, но больше не намерен следовать чьей-либо указке. Он не такой, как Минчжун, ему не нравится приносить боль и мучения другим. — Не бойся, Хисын, — Юнхо хлопает его по плечу. — Мы не дадим тебя в обиду. Правда, Уён? Уён убирает удивление с лица и, встав перед Хисыном, разминает стёртые в кровь костяшки пальцев. — Я без понятия, что сейчас произошло, — он закрывает его спиной и видит бегущего в их сторону Минги. — Но раз парни доверяют тебе, я тоже доверюсь. Стой позади с Саном и Юнхо, мы с Минги защитим вас. Хисын в силах лишь кивнуть, но в его груди появляется маленький сгусток тепла. — Чёрт! — кричит Минчжун, видя, как вампиры из клана «Нэкта» начинают драться с его «обращёнными». Он возвращает внимание на Хонджуна. — Разберусь с тобой, а затем возьмусь за Хисына. — Что-то у тебя плохо получается разобраться со мной, — шипит тот, вытирая с губы кровь. Он не успел увернуться от пары кулаков Минчжуна, но смог нанести тому несколько уверенных ударов по рёбрам. — У тебя ничего не выйдет. — Твоя самоуверенность выводит меня из себя! — Минчжун целится в лицо Хонджуна, но тот мгновенно уклоняется и бьёт его ногой по колену. Минчжун падает на пол, ощущая резкую боль в суставе, и смотрит снизу вверх на тяжело дышащего противника. Хонджун садится на него и начинает бить его лицо, выплёскивая всю ярость. — Ты мало того, что похитил двух членов моей «семьи», — очередной удар разбивает нос Минчжуна, — так ещё и под действием «силы» заставил вампиров из другого клана драться на твоей стороне, — рука Хонджуна окрашивается чужой кровью. — Ты отвратителен и жалок, как и твой старший брат, но он хотя бы был сильным, в отличие от тебя! Почувствовав, что вампир под ним слабо дышит и не шевелится, Хонджун шипит и накрывает его шею руками, не в силах устоять перед гневом и болью, которую доставил клан «Лумий» его клану. Ещё немного, и сознание Хонджуна затуманится ненавистью, а руки заберут жизнь родственника того, кто перед смертью оставил отвратительный отпечаток на его душе. — «Замрите», — слышится на всё здание женский голос. Все вампиры не по своей воле застывают на месте, не в силах пошевелить даже пальцем. Они могут только моргать и смотреть, как двое мужчин и трое женщин медленным темпом проходят в центр помещения, разглядывая каждого. — Чёрт, опять эта сила, — шепчет Хонджун. Он пришёл в себя, стоило телу перестать двигаться по чужому приказу. — Как же бесит. — Хонджун, я всё слышу. Перед ним появляется молодая женщина. Она садится на корточки и улыбается, но Хонджун отчётливо видит на её лице издёвку. — Снова хочешь кому-то шею свернуть? — Что Вы, Верховная Дженни, конечно нет, — Хонджун являет такую же улыбку. — Допустим, я поверила. Тебе удобно сидеть на нём? — она кивает на бессознательного Минчжуна. — Если честно, не очень. Буду признателен, если Вы снимите свою силу с меня. — А мне кажется, тебе пока лучше побыть в таком положении. Если бы Хонджуну сейчас было подвластно собственное тело, он бы точно нервно дёрнул плечами. — Дженни, не издевайся над ним, — говорит другая, более старшего возраста женщина. — Сними свою силу с «обращённых» и людей из клана «Сэнгиус». Дженни, вздохнув, выпрямляется и что-то шепчет себе под нос. Хонджун ощущает, что к нему вернулся контроль тела, и встаёт с вампира. — Спасибо, Верховная Хеджин, — произносит он и кланяется. — В следующий раз будь более доброжелателен к Дженни, — она чуть улыбается и оглядывается на небольшую компанию у лестницы. — Твои ребята порядком натерпелись, пусть едут домой. Мы разберёмся с остальными. Хонджун кивает и, крикнув парням, чтобы они уходили, идёт к одному из Верховных и Минджи. Ему предстоит всё рассказать и услышать вердикт о том, что будет с Минчжуном и его вампирами. Юнхо, Ёсан и Минги, поприветствовав Верховных и Главу, спешат, насколько позволяют силы, к выходу. Сан с Уёном задерживаются у лестницы, заметив, что Хисын не может сдвинуться с места из-за силы Дженни. — Всё в порядке, идите, — Хисын слабо улыбается. — Вас ждут дома. Сан смотрит грустным взглядом и, поблагодарив его за помощь, идёт с Уёном к выходу. — Хисын не такой, как Минчжун и вампиры из клана «Лумий», — шепчет Сан, сжимая руки в кулаки. Уён соглашается с ним. Он не знает всех подробностей, но тот факт, что Хисын не навредил Сану и Юнхо, привёл их на первый этаж и пошёл против воли Минчжуна, доказывает: Хисын не заслуживает приговора со стороны Верховных, по крайней мере не такого жёсткого, которое получат Минчжун и его «обращённые». — С кем из них можно поговорить по поводу Хисына? — Сан оглядывает четырёх Верховных. — Можно с Сынчолем, он рассудительный, всегда предлагает лучшее решение для выхода из любой ситуации, — задумывается Уён. — Хотя нет, лучше с Намджуном, — он кивает на высокого мужчину. — Он самый понимающий из Верховных и, думаю, единственный, кто прислушается к твоим словам. Сан кивает. Он один подходит к вампиру, и тот переводит взгляд на него. — Верховный Намджун, — Сан кланяется ему, проявляя уважение. — Простите за мою дерзость, но я хочу поговорить об одном «обращённом». — Тебя зовут Сан, верно? — уточняет Намджун и слышит негромкое «да» в ответ. — О каком «обращённом» идёт речь? — Его зовут Хисын, он стоит возле лестницы, — Сан старается держать уверенный вид и говорить спокойно. Верховный внушает доверие, несмотря на его мощную, неукротимую энергию, которой хочется подчиниться. — Хисын не вредил мне и Юнхо, помог нам и снял гипноз с вампиров из клана «Нэкта», ослушавшись Минчжуна. По его словам, он никогда не вредил людям и использовал «силу» на «обращённых» под давлением Минчжуна. Намджун прищуривает глаза, смотрит то на Сана, то на Хисына. — Хисын — вампир, но он также обычный юноша, у которого не было выбора из-за страха перед Минчжуном, — Сан вновь кланяется и, сделав вдох, произносит на одном выдохе: — Прошу, не выносите Хисыну жестокого приговора, как остальным «обращённым». Сан выпрямляется, но глаз не поднимает. Он волнуется, что повёл себя нагло и что Намджун поймёт его неправильно, но он не мог хотя бы не попробовать. Хисын не заслуживает тяжёлой судьбы. — Я услышал тебя. Сан неуверенно глядит на Намджуна и расслабляет плечи, увидев на его лице понимание. — Не переживай, мы со всем разберёмся. — Спасибо, — облегчённо выдыхает Сан. Намджун мимолётно улыбается и направляется к Сынчолю, явно намереваясь рассказать о том, что услышал. Сан чувствует, как чужие холодные пальцы переплетаются с его. — Пойдём, — Уён кивает на выход из склада. — Ага.