Исток божественности

pov Алина

      Она вдыхает промозглую кислотную изнанку воздуха. Сумрак позднего утра и плотный туман делают улицы неузнаваемыми, прячут острые линии города в молочно-серой гуще. Прикрывая глаза, Алина ощущает естественное покачивание трамвая, металлический скрип его колёс на рельсах и звенящий гудок. Воспоминания утаивают, как в объятии летнего жаркого солнца девочку-сироту укачивает на виляющих путях, поднимающихся на холмистую часть города. Её лицо в день экскурсии бледно в отражении окна, пока глаза воспитанницы приюта плывут по небольшим островкам сочной зелёной травы, лежащей под тенью аккуратно составленных деревьев. Алина выдыхает шумно, вспоминая, сколь громко вредничают и смеются дети, когда учительница грозит им тем, что во время следующего выезда они поднимутся на утёс пешком.       Она моргает единожды, отодвигая кончиками пальцев шторку автомобильного окна. Колесо подскакивает на дороге, обрекая девушку удариться головой о крышу и безвольно фыркнуть. Кто-то придерживает её за руку, предлагая быть осторожнее и спрашивая, не нуждается ли она в помощи. В Праге уже много лет не ходят трамваи, а лёгкая нарастающая скорость автомобиля вынуждает Алину вцепиться в подлокотник. Военный транспорт в первые утренние часы начинает перевозить группы граждан в центры сбора в главной правительственной части города. Тем, кто не сумеет пройти инструктажи и продиктованную подготовку, разрешат вернуться домой. Но рюкзак на коленях Алины лёгок: с детских лет ей не удаётся накопить обилие вещей, для них не выделяют место. Она слышит предубеждения и рокочущий страх, попытки людей утверждать, что гибель неминуема за стенами уцелевших крупных поселений-ковчегов, не затронутых разрушительными катаклизмами. Они боятся того, во что превращается мир.       Но работу в государственных программах, нацеленных на сферы масштабного эвакуационного процесса, разведки, защиты от природных аномалий и борьбы с мародёрством оплачивают и поддерживают наиболее достойно, оценивая высокий риск и острую гражданскую потребность в успешных результатах миссий. Границы континентов приходится постоянно перерисовывать, приближение к ним называют наиболее опасным. Учёные достигают успеха в попытках предсказывать ухудшения обстановки вокруг временных портов и неустойчивых берегов. Шквальные ветра и валящие шторма не пугают вдохновлённое сердце девушки-картографа, когда она напоминает себе, что вне охраняемых городов есть опасность страшнее естественных бедствий. Усиление государственного и организационного контроля над уцелевшими островами человечества расщепляет общество. Когда колесо апокалипсиса начинает свой бег, люди заучивают причину, требующую представительство генералов и исполнительность военных отрядов для проведения миссий за пределами цивилизованных убежищ населения. Конец эпохи соблазняет человека свободой: преступность увеличивается, границы упраздняются. Группы мародёров появляются, когда первые волны паники изничтожают терпение граждан. Люди протестуют против власти, не доверяя попыткам правительств собственную защиту. В школах и университетах, в новостных сводках постоянно сообщают о новых разграбленных гуманитарных конвоях, убитых ради оружия и техники группах солдат и государственных служащих, попытках саботажа в небольших поселениях.       Плечи Алины дёргаются, когда она всматривается в водительское зеркало. Она почти не смотрит на своё отражение в последние недели. Рыхлый хвост русых волос выпадает из капюшона. Под упавшей на глаза тенью не видно залитых кровью белков глаз, в которых лопаются капилляры. Приятный блеск губ заставляет Алину улыбнуться. Она наносит на них старую, купленную на стипендию помаду. Женя учит её прихлопывать цвет и на щеках, но частая пунцовая краснота лица вынуждает девушку пренебречь советом. Алина прячет на дне рюкзака и украденную в туалетной комнате университета, оставленную кем-то тушь, терпя подозрения о том, что краска высыхает давно.       Девушка верит — она будет допущена к миссии, насколько бы ни были успешны результаты её ускоренной подготовки для службы за территорией города. В последние годы даже недостатки здоровья или серьёзные увечья не являются причиной для запрета на выезд с безопасных контролируемых территорий. Нужда в специалистах становится наиболее враждебна для тех, кто продолжает жить в спасительных уделах поселений. Алина допускает, она могла бы напасть на определённого для неё генерала или испортить провизию, и отряду безвольно пришлось бы её терпеть из-за того, насколько сложным и невыгодным процессом является изменение маршрутов миссий или их полное упразднение для возвращения в ближайший государственный центр и поиска нового картографа.       Нога Алины не перестаёт постукивать под дну автомобиля, наступая на чей-то мысок. Вскоре ей выдадут настоящую тёплую одежду, необходимое оборудование и набор личных вещей, которые придётся перевозить через континент. Но замечая то, как на возвышенности чёрные и тёмно-зелёные острые пики собора пронзают пелену тумана, Алина вспоминает о мечте маленькой девочки, запертой в доме для сирот до того, как человечество начинает умирать. Она надеется на то, что после выпуска из приюта у неё мог бы быть настоящий дом — своё жилище и пара новых купленных на личные деньги вещей, которые Алина выбрала бы сама. Но делающий это возможным мир исчезает прежде, чем девушка утрачивает детский тон рвений и попытки сберечь красочность небольшого личного удела. Ныне он являет себя серым.

•

⸺ Он хороший генерал, Алина, ⸺ любезно рассказывает Женя во время вечерних должностных совещаний.       Топча выцветшую красную дорожку ковра, недавно они приходят в коридор разведывательного центра, где вскоре должно закончиться совещание. Поправляя узкие рукава новой куртки, Алина смотрит в окно, не веря, что день сегодня наступает. Когда она прибывает в крепость, солнце только начинает подниматься, обрамляя золотом лучей часы и величественные орнаменты собора, скрывающегося впереди. Мрак ночи делает его готическую красоту неузнаваемой, превращая ту в молчаливый провожающий призрак истории. Алина надеется рассмотреть кресты и тонкие углы его очертаний, искусный рисунок стен. Она гадает, не переставая смотреть на небо и предполагая встречу с приставленными к их отряду небесными существами. Их не представят, но девушка перекатывает под кончиками пальцев искры предвкушения. Она привыкает к обыкновенным бесцветным вещам из-за чего со временем она перестаёт верить в то, что говорят о красоте ангелов и демонов. Человеку не удаётся сделать их фотографии, словно их происхождение указывает немо — людям никогда не предназначается созданий запечатлеть. ⸺ Я, конечно, не работала с другим, ⸺ усмехается Женя, вскоре приближаясь к Алине и складывая руки на груди.       Им выдают одинаковую одежду: чёрную военную форму с карманами на бёдрах и боках, брошенные через грудь личные сумки. Только белая повязка на плече выделяет Женю в ряду ожидающих. Сморённые долгой службой дня люди почти не разговаривают в коридоре. Некоторые смыкают веки, кто-то притворно разглядывает картины в тяжёлых деревянных рамах, другие предпочитают изучать узкое строение сходящейся над ними крыши. На светлом цвете краски проступают пятна недавно выведенной плесени. ⸺ Но я думаю, мне чрезвычайно повезло, ⸺ объясняет Сафина, присаживаясь на подоконник в ожидании, когда откроют двери зала. Алина одёргивает себя, старается не коситься в сторону сопровождающей её девушки-медика. Повторяющиеся бедствия изводят в людях приветливость, отчего недоверие норовит сковать тело. Женя скучающе сдувает прядку волос с лица. ⸺ Я чувствую себя в безопасности рядом с ним, а в нашем мире это уже чрезвычайно дорого. Он начинал нелегко, ⸺ тише произносит Женя, поворачиваясь к Алине и вскоре замолкая, когда группа мужчин минует их. Чемоданы для документов выглядят изношенными в их руках. Старкова приподнимает брови изумлённо. Провожающая её девушка не утаивает секрет чужой жизни, но тон смежает, говоря уважительно. ⸺ Его брат и родители погибли в первых катаклизмах. Он был один, ⸺ Сафина пожимает плечами, ⸺ не зачислился в государственную программу, был мародёром несколько лет, пока не вернулся в один из городов. Суд простил его за помощь в устранении нескольких преступных групп и большой стратегический вклад.       Алина выпрямляется строго, открывая и закрывая рот в неуклюжей попытке спросить о мародёрском прошлом назначенного ей генерала. Женя увлечённо берёт её за руку, отводя от дверей, чтобы выходящие смогли разойтись в разные стороны коридора. Алина задерживает дыхание, избегая запаха прелой сырой напитанной потом одежды. Ей не сообщают, что обсуждается на собрании, и Сафина не объясняет, почему они не дожидаются официального времени знакомства. Лица быстро сменяются перед ними: за мужчинами и женщинами тянется тяжёлый нагретый воздух, испарина оседает на их коже, делает волосы взмокшими. Гомон голосов взрастает быстро. Алина вздрагивает, слыша высокий вздох. Откидывая полу тёплого плаща, мужчина разбивает золотистые волосы ладонью, чтобы после взглянуть на наручные часы. ⸺ Женя, ты всегда рядом, чтобы скрасить моё впечатление от всех этих уставших безрадостных лиц, ⸺ скучающее настроение не сходит с лица незнакомца, словно ему недавно приходится зевнуть.       Он ухмыляется подобно лисице, хитрый изгиб бровей захватывает чувственный интерес. Его щёки являют старые солнечные ожоги, бледные морщины проявляются на лбу. Мужчина выглядит молодо — Алина жалеет, что не уточняет его возраст. Она встаёт стройно, удивляясь дружественному тону. Разведывательные группы не являются частью армии, не требуя строгой приветственной этики. Алина почти роняет голову, не зная, какое приветствие следует произнести. Сильный акцент в чешском языке генерала заставляет её изумиться. Чрезвычайное положение нуждается в быстрой коммуникации, постоянное передвижение за пределами страны делает изучение языка глубоко трудным, но мужчина бегло подбирает слова, его произношение неблагозвучно. ⸺ Картограф, ⸺ внимание генерала благоволит. Убирая руки за спину, Алина чувствует, что краснеет. Любопытство является себя искренним. Щелчок усмешки не обижает. ⸺ Маленький картограф. Скоро на службу будут отправлять детей, если найдут способ учить их быстрее. Жалобная перспектива, ⸺ замечает мужчина прежде, чем смятение ударяет Алину. В начале лета ей исполняется двадцать. Она предполагает, что неопытность изменит срочность её зачисления на службу, но не ожидает жалости к юному возрасту. ⸺ Я премного наслышан. Мы проведём отличное время вместе. ⸺ Наслышаны? ⸺ уточняет Алина. ⸺ Когда мы направлялись в Прагу, ⸺ ладони Жени хлопают беззвучно. Она кивает благодарно за позволение говорить. Девушка не поворачивается к своему командующему. ⸺ Я увидела твоё имя в списке кандидатов. Сделала рекомендацию. Ты была исключительна на курсе! Я надеюсь, ты всё ещё рисуешь.       Сафина протягивает руку, чтобы невесомо сжать предплечье Алины. Сомнение бороздит её голос. Она помнит рассказы о сохранённых девочкой-сиротой красках, подаренных ей в приюте. Она бережёт их так долго, не успевая заметить, как материал становится непригоден. Алина выкидывает их перед отбытием в казармы. Она касается горячей щеки тыльной стороной ладони, хлюпко сглатывая предположение, что в рюкзаке для них было место. ⸺ Судьба, не иначе, ⸺ мужчина соглашается уважительно. Он выглядит проницательным, перенимает настроение разговора. Ему почти удаётся обречь Алину рассмеяться, когда генерал охватывает взором помещение, указывая на выдуманную спешку. Ладонь похлопывает по спине одобрительно, предлагая девушке-картографу пройти вперёд. ⸺ Подозреваю, меня не могли не представить, ⸺ утверждает Ланцов, подмигивая нескромно. Наигранный вздох Жени отскакивает в эхе стен. — Уверен, тебе понравится с нами. ⸺ Были те, кому не нравилось? ⸺ внемлет Алина с прытким увлечением. Шаги Сафины равняются с ней. Её удовольствие нескромно. ⸺ Немногие. Таких выживает мало, они имеют склонность не слушать приказы. ⸺ Вы говорите по-чешски. ⸺ Разумеется! ⸺ шаг подпрыгивает неожиданно. Алина удивляется воодушевлённости звонкого голоса. Она морщится едва, замечая, как Женя прыскает в ладонь. Звуки складываются неладно. Уверенность забавит. ⸺ Обожаю, когда кто-то замечает. И предпочитаю знать, о чём говорят люди вокруг меня. Правда, люди здесь не перестают просить меня перестать пытаться, ⸺ мужчина признаёт честно, ожидая, что откровению определят высокую цену. ⸺ Английским я всё же владею лучше. ⸺ Что случилось с предыдущим картографом? ⸺ спрашивает Алина. Замена специалиста действующего отряда является требовательной процедурой. Её исполняют только в случае особо важной нужды, наиболее частой из которых является смерть предшественника. ⸺ Алина, профессиональная вежливость! ⸺ просит Сафина. Её тон не ругает. Она обращается дружественно подобно девушке, желающей спасти свою подругу от нежелательного разговора. ⸺ Всё в порядке, Женя, ⸺ голова Ланцова приподнимается. Он смотрит на своего врача. Скорбь или тревога воспоминаний не отравляют задор его лица. ⸺ Любопытство — не порок. Несчастный случай. Правда, трагедия. Обвал на дороге, не успели схватить. Глупо, ⸺ говорит генерал. ⸺ И сложно представить, что так на самом деле бывает. Надеюсь, вы окажитесь удачливее. ⸺ Не повезло, ⸺ хмыкает Алина более свободно. ⸺ Я неуклюжа. ⸺ Что ж, тогда очень скоро нам придётся искать нового картографа, ⸺ обескураживая спутницу, мужчина пожимает плечами. Женя шепчет сумбурно, касаясь бока девушки. Она утверждает твёрдо, генерал шутит. ⸺ Возможно, мне следует вернуться и уже сделать запрос. Пропустим официальную часть? ⸺ предлагает Ланцов, останавливаясь и протягивая руку. Подошвы их ботинок стучат о потрескавшиеся каменные плиты полов. Впереди них двери на улицу держат открытыми, привязывая кольца ручек к ближайшим батареям. ⸺ Николай. Думаю, ты уже принесла клятву об исполнении предписанного кодекса и особенно внимательно прочитала раздел, где оглашаются твои собственные права. ⸺ Алина, ⸺ представляется девушка, пожимая ладонь. Мозолистая кожа царапает. Свет уличных фонарей искрит в мягком цвете глаз, Алина принимает подозрение. Генерал угадывает верно, она не вчитывается в предоставленные документы. ⸺ Мы станем отличными союзниками. ⸺ Ты всем так говоришь, ⸺ цыкает Женя. ⸺ Не всем я говорю искренне, ⸺ мужчина отвечает скоро. ⸺ Тебе и твоему мужу не о чем переживать, ⸺ Алина приоткрывает рот, не спрашивает, немо поворачивая голову к подруге. Они не видят друг друга несколько лет. Девушка не предполагает щедро, что время перемещения сквозь континент удаётся уделить влюблённым жестам и семье. ⸺ Я замужем за нашим инженером и техническим специалистом, ⸺ рассказывает Женя. Её губы обводят безмолвное обещание поведать больше, когда их отпустят в казармы. ⸺ Мы перенесём присягу на утро, ⸺ рука Николая качается в воздухе, отделяя решение. Он смотрит перед собой, когда они выходят на улицу, спускаясь по ступеням на аккуратный камень брусчатки. ⸺ Пока моим обязательством является рассказать о численности отряда и познакомить с теми, кто вместе с нами отбудет на следующую миссию, ⸺ внимание Алины дёргается, вторя изрекаемому плану. Она отступает на шаг, замечая обескураженно, что Ланцов ждёт этой реакции, разводя рукой демонстративно. Женя почти ойкает заговорщически, выбегая за фигуру спутницы, когда генерал взмахивает рукой, надеясь любезно подвести её ближе. Он шепчет наигранно взволнованно. ⸺ Ты рассказала ей? Ты испортила такой сюрприз Женя! ⸺ Весь отряд не мог спать, когда мы пересеклись с ними впервые. Кто назовёт это сюрпризом!       Они проходят горящие окна здания, по крутой улице спускаются к высыхающему фонтану. Земля пуста вокруг него, девушка помнит её засаженной цветами. Ангелы и демоны не приносят умиротворение. Живое сгорает под их ногами. От встречи с ними молят отвести. Алина хмурит брови, рассуждая об уродливости непризнания. Сколько пользы должны подарить их существа прежде, чем человек перестанет их бояться? Когда-то девушка мечтает их увидеть. Сейчас она останавливает себя, не смея взглянуть на беззвёздное небо. ⸺ Одно замечание, ⸺ пальцы щёлкают выше лопатки. Алина расправляет плечи и слушает сосредоточенно. ⸺ Не столь давно, как ты уже знаешь, мы приняли в отряд некоторое… Назовём это сотрудничеством, которое я предпочту не терять. Прошу, не обсуждай его здесь, ⸺ мужчина изрекает простое требование, смиряя и обращаясь к Жене. Он настаивает кратко. ⸺ Так ты убавишь мне число неловких неприятных диалогов, которые я чрезвычайно не хочу вести. Пышную встречу не обещаю, но посмотреть свожу, подходит? ⸺ не дожидаясь ответа, генерал предлагает уступку риторически. ⸺ У вас будет больше времени вместе, пока они будут сопровождать нас в дороге. Идите и получите пайки, отправимся после ужина. «Благодарю, генерал», ⸺ Алина изрекается вежливо, повторяя за Сафиной слова.

•

      Кончики пальцев припадают к стеклу переговорной комнаты. Её используют вместо склада, пока генерал Ланцов проводит небольшое собрание в главном зале здания, расположенного на дороге к одному из пропускных пунктов. Солдаты устанавливают их под смотровыми башнями, служащими для опознавания перемещения ангелов вблизи города. Они прибывают сюда под разрешением командующего после объявления комендантского часа. Время начинает клониться к полуночи, когда к сбору передвигаются солдаты, водители, специалисты связи и биологи. Женя представляет Алине Давида. Мужчина роняет на стол стопку чертежей, стараясь поправить растрепавшиеся волосы, когда девушки подходят, чтобы его поприветствовать. Конвой отряда занимает семь военных машин, приспособленных для затруднённого движения. Алина выполняет первое поручение: пересматривает подготовленное для неё оборудование, когда Женя предлагает ей подглядеть, подзывая к окну.       Николай вывешивает несколько карт на доске, ударяя ребром ладони по металлическим кнопкам, пока служащие рассаживаются перед ним, разбивая ряды стульев, подоспевая к своим друзьям. Они подталкивают скрипящие ножки вперёд, спешат сесть. Многие надевают очки, чьи чёрные стёкла отражают пурпурный отблеск. Кто-то озирается опасливо. Смотря сквозь внутреннее окно, Алина ведёт пальцами по слабому сиянию. Грязная мутная плёнка отнимает его полную красоту.       Оттенки цветов лучатся на стекле подобно радуге: лиловые, голубые, розовые, прозрачно-алые. Девушке не знакомо острое щиплющее глаза чувство, требующее моргнуть. Алина осознаёт нерадиво — предостерегающие сводки не точно описывают величину. Она задерживает дыхание, ведя движение того, как угол крыла метёт по полу прежде, чем вздымается в естественном мановении плеч, очаровывая плавностью движения. Воздух отделяет точные дуги и рисунок перьев, заставляя его качнуться. Одна из простейших человеческих задумок мала для рождённых небом существ. Алина опускает голову вскоре, затаивает вдох. Боль не мучит её глаза, но они устают, когда она пытается обвести линию крыла, нарисовать его перед собой и увидеть полностью. Существует ли настолько чистый белый цвет? Он не выглядит рукотворным, впитывая в себя рубиново-чёрную краску всё сильнее, пока ряды перьев спускаются к земле. Они выглядят густо испачканными в крови. Холмы сложенных крыльев возносятся высоко за спиной мужчине-подобного создания. Алина способна узнать в нём человека: угрюмого и недовольного. Он смотрит на стены пренебрежительно. Девушка догадывается — их теснота гнетёт. Учёные считают крылья ангелов и демонов бесплотными — тщательно воссозданными образами сформированной энергии, но всматриваясь и различая великолепно оформленную игру идеально составленных перьев, Алина не понимает утверждённую и известную человеку концепцию иного естества. К бестелесному люди не способны прикоснуться, но на запылённом полу остаётся след. Исходящее от небесных тварей свечение наиболее ужасающе вредит человеку, ранит, уничтожает живое. Изучить его происхождение не удаётся давно. Оно усиливается вокруг крыльев, насмехаясь над человеком и защищая существ от его близости. Сияние мирно лежит вокруг, но природа запечатлевает то, как трава гибнет под ним, а его вспышка сжигает на человеке кожу, окутывая мукой медленной смерти. Алина моргает безудержно, замечая, что демоны приспосабливаются: носят одежду. Плащ и рубашку разрезают на спине мужчины, пояс удерживает половины одежды вместе.       Женщина выходит из-за демонской стати, обнимая себя одним крылом. Её голова наклоняется из-за его ребра. Ипостаси крылатых сущностей предстают отличными подобно людским, являя непредсказуемость степени того, насколько один не схож другого. Тёмный бронзовый оттенок кожи здорово мерцает, но лицо первого стоящего демона остаётся глубоко светлым и бледным. Виток его волос не колеблется, огибает лоб, пока пряди женщины пружинят упруго, осыпаются за спиной, теряясь в ярком лежащем у шеи сиянии. Их иссиня-чёрный цвет повторяет тёмные слёзы перьев, ветвящихся над полом.       Алина вкушает олицетворение того, что называют венцом человеческой красоты. Внешность демонов не носит ни один изъян жизни, а совершенство их черт учит неестественной нерукотворности. Движения завораживают, отличая творений от самого человека. Следуя за ними, Алина утверждает, говоря сквозь наваждение, ⸺ они не испытывают боли и холода, не терпят и усталость, превозмогая любой недостаток. Девушка вздрагивает зябко. Платье цвета зрелых сиреневых соцветий волочится у ног женщины. Нелепость его вида пускает рябь по тому, что Алина видит пред собой. Люди не способны пережить настигающий их холод в подобной одежде, но существо перед ними не является человеком вовсе.       Что заставляет их слушать? Что вынуждает беречь окружающее? Вдыхая глубоко, Алина испивает величину их явления. Мужчины и женщины пред ними ничтожны и слабы, хрупки подобно тряпичным куклам. Человека невозможно заставить верить в равносильность этого сотрудничества. Отряд выезжает за город ради их сопровождения, потому что демонов и ангелов не пропускают в поселения. Но Алина зрит иллюзию защиты. Что могло бы сдержать, если бы они решили зайти? Оружие человека бесполезно, как невозможны и ловушки. Не существует преград, которые не мог бы преодолеть тот, кто наделён способностью летать. Но не Алине дано право об этом спорить, опасения осмеивают. ⸺ Береги зрение, ⸺ просит Женя. Алина клацает зубами, поворачивается нервно. Плен сковывает её, отнимает волю отступить, сберечь способность видеть. Девушка отвергает это влияние, пугается, обтирая слезящиеся глаза рукавом и спеша взглянуть на них в зеркале, убедиться в том, что они не были повреждены. Женя успокаивает её, протягивая очки. ⸺ И не забывай надевать их! Изобретение Давида. Они защищают не полностью, но помогают уменьшить вред.       Алина моргает часто. Слёзы прыгают с её ресниц, высыхая мгновенно. Человеку не дано рассматривать небесных творений излишне долго. Любовь к их красоте и божественной сути выжигает людям глаза. Но девушка прежде смотрит любопытно, изучая совершенный рисунок алых и сапфировых перьев, спускающихся по крутым дугам крыльев. Женя бросает сумку в её руки, вынуждая торопиться. Все механические приборы и средства для чертежей требуется собрать прежде, чем они смогут присоединиться к остальному собранию. ⸺ Я лишь картограф, ⸺ рассказывает Алина. Сафина пред тем спрашивает её о Боге и об окончании мира. Она остаётся в стороне, присаживается на несколько грузовых ящиков, следя за тем, как девушка справляется с предоставленным набором. Ладонь дёргает очередной ящик. ⸺ Я не ходила на службы. Вера не распространена в этой стране. Я пришла в церковь рядом со зданием университета раз, когда эти существа только начали спускаться на землю. Но после всех рассказов… Я думаю, что в них нет ничего божественного, ⸺ уголки губ вздымаются мирно. Алина чувствует, что улыбается, касаясь набора карандашей, предназначенных для её работы. ⸺ И если святое способно на подобные деяния, я не хочу в него верить. Они сотворены из плоти и крови, ты сама об этом сказала. Даже их ангелы не являются добродетелями — они жестоки. Откуда бы они ни пришли, они никогда не помогали нам безвозмездно. Кажется, в книжках верующих их описывают иначе. ⸺ Не все рассуждают так, ⸺ объясняет Женя. ⸺ Но я понимаю фанатиков. Если бы я верила, я бы хотела, чтобы мой бог спас меня. И я бы искала его в ком угодно, насколько бы ужасны ни были эти существа, ⸺ признаёт она. ⸺ Нам придётся работать вместе. Генерал Ланцов так решил. Они сопроводят нас на запад континента. ⸺ Кто он? ⸺ спрашивает Алина, ударяя костяшками пальцев по окну.       Фигуры облачённых человеческой кожей демонов слушают заявленный план генерала о перемещении на север. Тень рисует себя между ними, обводя силуэт молодого мужчины, внемлющего со скукой. Он смотрит на окружающее надменно. Алина не замечает его фигуру в начале собрания, обнаруживая, что он приходит последним, свободно делая шаг между непоколебимыми силуэтами чуждых созданий. Фарфоровое мерцание прекрасно на его коже. ⸺ Кость в горле нашего генерала, ⸺ Женя вздыхает певуче. Она оттягивает удушливый воротник куртки. ⸺ Он не представлялся. Едва ли этих существ можно заставить слушать человеческие приказы. Они высокомерны. Он с ними, ⸺ рисуя в воздухе круг, указывает Сафина, ⸺ с нашими небесными друзьями. Николай пытался найти о нём информацию. Безрезультатно. ⸺ Но он не носит крылья. Я могла бы решить, что он человек. ⸺ Может быть, ⸺ неуверенность путает. ⸺ Кажется, он важен для демонят. Они не рассказывают многого о себе. Говорят друг с другом на языке, которого мы не понимаем. Смотрят на нас свысока. Если их друг является человеком, то люди давно прозвали бы его предателем своего вида. ⸺ Крылья их женщины красивы, ⸺ отступая замечает Алина. Она поднимает голову, ища Женю, пытаясь разгадать, видят ли они небесных творений одинаково. Представительница врачебного корпуса запрокидывает голову пред ней, рассуждает. ⸺ Красивы, ⸺ Сафина допускает согласие, поддерживает. Она жалуется дружелюбно. ⸺ Ей не занимать самолюбия. Она знает, насколько прекрасна. Проведи с ней несколько дней, и тебе не захочется, чтобы они говорили с нами.       Алина встряхивает головой, когда они возвращаются в главный зал. Женя берёт её под руку, едва девушка вновь пытается приподнять очки. Их мрачная плёнка отвращает, вынуждая ругать неспособность видеть. Она не говорит Жене, что не чувствует то, как лучи разбегающегося по полу света обжигают её. Она не ощущает режущую муку агонии в обоих глазах, не замечает их красноту в своём отражении. Ничего не происходит, когда Алина смотрит поверх очков. Они с Женей проходят рядом со стеной к паре оставленных стульев, возвращаясь к продолжающемуся докладу Николая. Алина вертит головой, изучает сидящих людей прежде, чем смотрит на представленные карты.       Качающееся мановение ноги привлекает взор, заставляет взглянуть за фигуру Сафины. Скучание, тоска — истинно человеческая черта, Алина изучает её скупо. Она возводит пальцы к вискам, массирует, успокаивая в движениях чувство того, как пульсирует кровь. Воздух проскальзывает по губам, девушка замирает с вознесённой головой, когда сопровождающий демонов мужчина приседает на стол, свешивая ноги. Она вбирает воздух гулко, не противясь тому, что собственное движение обретает грубость, становится несвязным. Алина толкается на стуле неуклюже, заставляя себя сесть ровно. Объятый мраком неба силуэт, сидящий на краю крыши, облачает себя в юношескую красоту. Но глаза её чужды человеку. Их кварцевый цвет является в мерцании звёзд на небе или перенесённом на воду отражении луны, скользит в холодных искрах. Ладони Алины холоднеют, она прячет их под курткой. «Это был ты», ⸺ губы обрамляют слова. Она мечтает ошибиться. Изнеможение играет с ней, обманывает воображение, переплетаясь с ужасом, ползущим по взмокшему загривку. Незнакомый юноша не заговаривает с ней. Алина не решает обернуться.

•

⸺ Он докучает? ⸺ разминая онемевшие пальцы, девушка не встаёт, когда генерал Ланцов отпускает солдат. Он наблюдает за демонами часто, провожая с ними молодого мужчину. ⸺ Вы глаз с него не сводите, генерал. ⸺ Я не люблю бесполезных людей. И пока он кажется моим подчинённым бесполезным, ⸺ честно признаёт Николай, присаживаясь на подлокотник стоящего стула. ⸺ Но непредсказуемость интригует. С удовольствием бы оставил их друга в городе. Но демонята передвигаются вместе с ним. Мне не нравится, что он занимает место. Кому-то придётся тесниться на заднем ряду автомобиля. Расскажешь мне что-то о нём, если познакомитесь, ⸺ Ланцов улыбается хитро, жестом показывая Алине на то, что у выхода из здания уже готовят машины.