tnds?ut

На следующий день Эл снова навестил Лайта, как и обещал. Лайт лежал с закрытыми глазами. Эл сел на табурет, поджал ноги к себе и снова устремил взгляд на лицо шатена. Пять лет - достаточный срок, чтобы детали начали стираться. Видеть его вживую оказалось совсем не то, что наблюдать по записям с камер. Медные волосы, длинные ресницы, прямой нос. Все было почти таким же, как в их первую встречу, но из-за обстоятельств исключением стал вид парня - бессильный и уязвимый. — Лайт. Веки дрогнули, но Лайт не открыл глаза. Так даже лучше. Будет легче формулировать мысли и рассказать о том, что произошло. — я видел твое признание. На записи с камеры в маске Ниа. Все это время я работал с ним. Эл на несколько секунд замолчал, но потом продолжил. — знаю о твоем плане моего убийства. — ловко переводит тему детектив. Его не особо волновало то, что Лайт только вчера пришел в себя — Бог смерти должна была дописать мое имя. Детектив привычно прикусил большой палец. Сначала нужно прощупать почву. — поначалу я думал, что умру. Будь это так, в свои последние мгновенья жизни видеть, как человек, которого ты считал другом, реагирует подобным образом, было бы.. Неприятно. Веки Лайта медленно поднялись. Взгляд - тяжелый и скептичный - уперся в Эл. — ..ты прав, — произносит детектив, словно прочитав мысли юноши. — вероятно, я тоже не считал тебя другом. Больше нет смысла играть. Он выдержал паузу. — дело не в том, что у нас была "дуэль". У меня просто нет друзей - и я не знаю, как это должно выглядеть. Ты был подозреваемым. Но не врагом. Лайт закатил глаза, отвернулся и снова закрыл их. — Бог смерти не успела дописать, — продолжил Эл. — осталась одна буква. Никто из вас не знал моего настоящего имени - никто не догадался, что оно не закончено. Он помолчал, вглядываясь в лицо Лайта. Тот не выдавал эмоций - только едва заметное напряжение в скулах. — ты снова учишься контролировать эмоции. Детектив переводит взгляд на окно. — тогда, падая, я не притворялся. Я действительно чуть не умер - но не от остановки сердца. Вегетативный криз. Тяжелая паническая атака. А потом произошла вегетативная буря: скачок давления, затем резкий спад, вазовагальный обморок. Пульс упал до сорока. Он снова посмотрел на Лайта. Тот слушает с отсутствующим видом, но детектив не обращает на это внимания. — в тот раз мне "повезло": все решили, что это сердечный приступ. Дальше - реабилитация. Если не считать, что меня едва не похоронили. Впрочем, мне и так нужно было инсценировать смерть. Детектив замолчал на несколько секунд, задумавшись, а потом продолжил. — и ещё: у меня появились пробелы в памяти. Некоторые вещи я забыл. Он говорил спокойно, почти отстраненно. — разумеется, я не мог вернуться к расследованию. Ты должен был считать меня мертвым. Если бы я появился раньше, ты бы догадался, что Бог смерти не дописала имя, и попытался бы угадать последнюю букву. Вариантов немного, риск был слишком велик. Поэтому я оставался под прикрытием. Эл замолчал. Его взгляд расфокусировался - он ушел в себя, проговаривая вслух то, что давно сложилось в голове. — спустя два года, я вернулся туда, где вырос. В приют. Там же находились Ниа, Мелло и другие. Их я могу, вероятно, назвать семьей. С их помощью мы спланировали операцию. Ты же, убежденный в моей смерти, даже не допускал мысли о том, что я жив. Эл снова замолчал, обдумывая произошедшее за последнее время. Он не боялся рассказывать эту информацию, ведь Лайт, несмотря на свой гениальный склад ума, не сможет с ней ничего сделать. Детектив был уверен в этом на 88,7 процентов. — за эти годы ты изменился. Полагаю, Кира - пленник собственной иллюзии. Но иллюзия не отменяет опасности. Ты хладнокровно убиваешь людей - и это делает тебя еще большей угрозой. Тебя необходимо было остановить, пока это не обернулось трагедией для всего человечества. Он моргнул, возвращаясь в реальность, и встретился взглядом с Лайтом. Тот смотрел прямо на него - не мигая, не отводя глаз, не разрывая зрительный контакт. В этом взгляде нельзя было ничего прочитать. Только пустота. Но Эл понял: его слушают. — ты всегда был парадоксом, Ягами Лайт. Как говорят о детях: невинные, но жестокие. В начале твои цели, вероятно, не были из злых побуждений. Но метод, который ты выбрал - убийства и в огромных масштабах - изменил тебя. Ты перестал видеть границу между справедливостью и собственной волей. Эл помолчал. — твоя идея очистить мир через смерть требовала все новых жертв. В конце концов, ты перестал замечать, что сам стал тем, против чего боролся. Он встал, кладя руки в карманы, но продолжил держать зрительный контакт. — я не верю в "зло" как в природу человека. Но твои действия несут зло - независимо от того, осознаешь ты это или нет. Эл дошел до двери, остановился и обернулся. — подумай над этим. У тебя будет время. Лайт закатил глаза и закрыл их. Возможно, даже будь у него возможность что-то ответить - он бы этого не сделал. За дверью Эл замер и медленно выдохнул. Он не планировал говорить так много. Слова сами сложились в голове за эти дни - и вышли наружу. Обратно их не загнать. Он знал, что этот разговор будет трудным. Что смотреть на Лайта спустя пять лет - странно. Что находиться рядом с ним дольше десяти минут - тяжело. Пока детектив двигался по коридору, его мысли прервались звонком на телефон и он, в своей манере, взял трубку, приставив к уху. Он знает, кто звонит. — слушаю. — Эл. — голос Ниа ровный, но Рьюзаки улавливает в нем непривычную паузу. — Ягами Лайт сбежал. Я не сообщил тебе сразу. Считал, что с такими ранениями он не уйдет далеко, и мы найдем его в течение суток. Я ошибся. — как это произошло? — спокойно спрашивает Эл, даже не обернувшись на палату. Только пальцы сильнее сжали корпус телефона. — у него было несколько минут, пока мы осматривали склад. Господин Аидзава сказал, что такой человек способен на все, и отправился за ним с двумя сотрудниками. Я решил, что это избыточно. Ранения несовместимы с активным передвижением. Пауза. Эл был уверен, что Нейт сейчас смотрит перед собой и вращает в пальцах прядь пепельных волос. — мы не нашли его. Ни в тот день, ни позже. Я полагал, что веду поиски эффективнее, чем если бы привлек тебя. Очевидно, это было ошибкой. Риски ты знаешь. Ему известны имена всех, кто участвовал в захвате. Если у него остались листы тетради, он сможет их использовать, как только восстановится хотя бы частично. — еле уловимый, но протяжный вздох — поэтому я сообщаю тебе об этом сейчас. Эл молчал несколько секунд. "Если у него и были листы - сейчас он не сможет их использовать. Не в таком состоянии." — малоприятный вариант, — наконец, произнес детектив — но не самый вероятный. С пятью пулевыми ранениями, без медицинской помощи, без союзников, шанс выжить почти нулевой. Даже для него. Скорее всего, как ты и сказал раньше, Кира "забился в какой-то угол и умер". Молчание. Долгое, вязкое. — Эл. Мы уже потеряли Ватари, Мэтта и Мелло. Я не хочу добавлять в этот список новые имена. — продолжай поиски. Расширь радиус - полагаю, он не мог уйти далеко, но мог спрятаться в непосредственной близости. Проверьте заброшенные здания, подвалы, технические помещения. — мы уже проверили все в радиусе полукилометра. Кроме крови на лестнице - ничего. Эл прикусил палец, слегка наклонив голову в сторону и смотря перед собой. — Такада мертва. Амане - тоже. Остается семья. И старые связи. — я рассматривал этот вариант. Кира не вернулся бы к семье. Слишком рискованно. Других "старых связей", которым он мог бы доверять, у него нет. Я лично изучал этот вопрос. Зацепок больше не осталось и я пришел в тупик. — что нужно делать, когда приходишь в тупик, Ниа? На том конце что-то со стуком упало на пол. Эл представил рассыпавшиеся детали конструктора. — начать сначала, — глухо отозвался мальчишка. — верно. Тяжелые гудки. Эл опустил руку с телефоном. Врать Ниа было.. непривычно. Тот заслуживал правды. Однако сейчас не подходящее время для нее. Эл перевел взгляд на дверь палаты. Человеческий страх и паника создают хаос, а он здесь совсем не к месту.

*

Прошла неделя после звонка Ниа. Все это время Эл раскрывал мелкие дела, однако последнее совсем не поддавалось. В перерывах детектив стал ходить к Лайту - и это было странно даже для него самого. Отвращение, гнев и некая тревожность отступали и, почему-то, когда он находился рядом со спящим Лайтом, мысли распутывались. Клубок, который был в голове - преобразовывался в линии, что приводили к ответу. Однако если Лайт не спал - становилось только хуже и Рьюзаки путался сильнее: то ли от его взгляда, то ли от хмурости. Но была еще одна причина, по которой детектив продолжал приходить сюда: каждый раз, когда он выходил, черты лица Ягами, почему-то, начинали стираться из памяти - хотя за последние годы после реабилитации Рьюзаки не забывал ничего. А забывать их не хотелось - и это тоже было довольно странным феноменом. В очередной раз войдя в палату, детектив заметил, что Лайт не спит, поэтому лишь тяжело вздохнул, опустившись рядом на стул. Сегодня, видимо, его мыслям суждено путаться. — я принес книгу, — Эл открыл ее, но взгляд устремил на Лайта. Тот смотрел в ответ. — и еще кое-что. — вытаскивая лист и ручку. — Лайт, если хочешь мне что-то сказать - можешь написать. Детектив долго принимал это решение. Когда Лайт молчит - он кажется безопаснее, тем, что Эл знает, как свои пять пальцев. Однако когда тот начнет излагать свои мысли - он точно покажется чужим. Но больше оттягивать не было смысла. Да и был ли Лайт вообще за все время их знакомства безопасен? Невинен? Нет. Эл передал Лайту лист с небольшой подставкой и ручку. На секунду их мизинцы соприкоснулись и детектива невольно прошибли мурашки, но он лишь едва заметно поежился и отстранился. Лайт устремил на него любопытный взгляд, моргнул пару раз, после чего перевел глаза на лист, сжав ручку в пальцах сильнее. Несколько секунд он что-то выводил на бумажке, после чего повернул подставку к детективу. "мне жаль." Рьюзаки перевел вопросительный взгляд на Лайта, слегка наклонив голову. Тот отвернулся, снова что-то начав писать своим, пусть немного корявым, но каллиграфическим почерком. "жаль, что ты жив." Эл моргнул и перевел невозмутимый взгляд на нахмуренное лицо Ягами. — забавно, Лайт.