Быть

- Бля, пацаны, я задержусь тут, короче. Мне с матешей разобраться надо. Вару стоял у входа в раздевалку, пиная носком ботинка металлическую решётку. Его взгляд скользил по спинам одноклассников, торопливо натягивающих куртки, спеша на долгожданную свободу. - Валеев, ебаный рот, ты че раньше не сказал? Мы сколько этот турнир по мортухе планировали? - один из парней едва не перепутал ботинки, возмущённый новостью. - Рил, нельзя в следующий раз? Собирался тебя на Саб-Зиро сегодня разъебать, а ты так подводишь... - поддержал его другой, застёгивая молнию. - Да не, я уже месяц Блоху динамлю. Ещё день и она меня сожрёт... - Ну и пошёл нахуй тогда, пидорас, - буркнул третий и тут же добавил, смягчившись. - Давай, удачи тебе. - С Блохой только удача и поможет. Всё, погнал я. Вару махнул рукой и, оттолкнувшись от косяка, рванул вверх по лестнице. Шаги гулко разносились по опустевшей школе. Он вбежал на третий этаж, прошёл мимо места обитания математички-"Блохи" и свернул в противоположный конец коридора, где, усевшись на подоконник, выжидающе уставился на дверь кабинета №27. За ней сейчас мучился Зонтик, в очередной попытке закрыть скопившиеся долги по химии. Спустя долгие двадцать минут она, наконец, отворилась, являя миру довольное лицо, сияющее непривычно широкой улыбкой. Вару вынул наушники. - Ну че, как успехи? - поинтересовался он, уже догадываясь сам. - Троечка в кармане! - прозвучало так радостно, как обычно радуются не тройкам, а минимум - золотой медали. - Осталось ещё подойти на следующей неделе самостоятельную досдать - и всё! - Вот и отлично! - бодрый голос эхом отразился от стен, руки обхватили за талию и, приподняв, закружили в воздухе. Зонтик, не успев опомниться, взвизгнул от неожиданности, а потом весело рассмеялся, цепляясь за плечи. - Значит, сейчас праздновать пойдём, - заявил Вару, наконец опуская его на пол. - У меня батёк недавно коньяк распечатал, так что будем угощаться. - Праздновать? Тоже мне событие - тройку получил, - Зонтик смущённо заправил выбившуюся прядь за ухо, но в глазах его танцевали искорки. - Если я скажу, что просто хочу нажраться и начать к тебе приставать, станет легче? - голос стал ниже, и зазвучал почти у самого уха. - Ну блин, - щёки вспыхнули румянцем, а кулак легонько ткнул собеседника в плечо. - Хорошо, праздновать так праздновать. - Другое дело! Вару взял его за руку и Зонтик крепко сжал её в ответ, сплетая пальцы. - Не зря мне Куромаку вчера весь вечер тему объяснял, - не переставая улыбаться говорил он, пока они шли к выходу. - Так неловко перед ним: старается, время своё тратит... А я, хоть убей, ничего не понимаю. - Раз забрал себе все мозги, пусть отрабатывает теперь. Лёгкий смешок гулко разнёсся по пустому коридору. - Надо, наверное, позвонить, обрадовать, что не зря мучился. Однако, стоило потянулся за телефоном, как Вару проворно выхватил его из кармана, и, хищно ухмыльнувшись, юркнул в приоткрытую дверь ближайшего туалета. - А меня обрадовать не хочешь? - Эй, отдай! Зонтик, смеясь, рванулся за ним. Но едва он переступил порог, как его ловко прижали к холодной кафельной стене и вовлекли в поцелуй. Горячо, стремительно, без предупреждения. - Ты чего делаешь?! - вырвалось у него, когда губы разомкнулись. - А что? Восьмой урок кончился, в школе никого нет. Боишься? Вару отстранился, его тёмные в тусклом свете глаза сверкали озорством. Он собрал синие волосы в хвост и прикоснулся губами к шее, чувствуя, как бешено стучит под кожей пульс. В этот момент послышался оглушительный в своей обыденности звук смыва, шаги и короткий скрип. Мысль пронзила голову Зонтика холодной иглой: "Блять." В следующую же секунду в проёме предстало удивлённое лицо Ромчика - девятиклассника из их параллели. Вару стоял отвернувшись, но Зонтик, выглядывая из-за его плеча, смотрел прямо в глаза неожиданному свидетелю. Их взгляды сцепились намертво, спаянные в немой, ужасающей констатации факта. - Ээ... Вы чё... - прозвучало глухо, с оттенком брезгливого изумления. Вот так всегда. Не длится хорошее в его жизни дольше пяти минут. Он почувствовал, как спина срастается с плиткой. В пахнущем хлоркой воздухе повисла тяжёлая вязкая тишина. - Так вы всё это время на самом деле... - Ромчик не стал договаривать вопрос, словно боясь произнести свою догадку вслух. Медленно, очень медленно Вару выпрямился и развернулся. Его губы всё ещё были растянуты в улыбке. Приветливой, даже милой. Необычайно, пугающе добродушной. Он шагнул вперёд, заставляя оппонента отступить. - А ты что тут делаешь? - звучало так, будто он невероятно рад этой встрече. - Я... Да вот контрошу пересдавал, - растерянно продолжая пятиться, выдавил из себя тот. - И что, пересдал? - Ага... - Ну молодец. И вдруг - резкий удар в солнечное сплетение. Быстрый, умелый. Ромчик согнулся пополам с сиплым выдохом, больше похожим на стон. Он обхватил живот руками, медленно оседая на кафельный пол, не в силах выпрямиться. Зонтика самого чуть не скрючило от увиденного. Он слишком хорошо помнил, каково это - когда воздух вышибает из лёгких, когда от боли сводит мозг, когда не можешь пошевелиться. Когда перед тобой, сжимая кулаки, стоит Вару. - Ты же понимаешь, что об этом не должен узнать никто, да? - улыбка испарилась, голос звучал твёрдо и строго. - О чём? О том, что ты пидор? Или о том, что ты ебёшь этого фрика? А может, он тебя? - сквозь боль шипел Ромчик, не желая сдаваться. - Зря ты так. Может ведь стать намно-о-го больнее, чем сейчас, - Вару присел на корточки. - Ты скорее всего кое-что обо мне слышал, да? - И что ты мне сделаешь? Давай, скажи ещё, что убьёшь! - Сделаю так, что сам захочешь сдохнуть, - сказал Вару таким тоном, что Зонтик, без того не сомневавшийся в том, что он на такое способен, убедился в этом окончательно. - А на случай, если вдруг почувствуешь себя слишком смелым: у тебя же сестрёнка есть, в восьмом "Б"? Светленькая такая, с косичками. Хреново будет, если с ней что-то случится, да? Ромчик замер и поднял взгляд. Теперь в глазах промелькнул настоящий страх. - Давай так, - костяшки предупредительно хрустнули. - Ты сегодня пересдал контрольную. Молодец. А потом сразу пошёл домой, потому что у тебя болел живот. И никого. Здесь. Не видел. Договорились? Удивительно было наблюдать эту сцену со стороны. Обычно Зонтик принимал в ней непосредственное участие. Он смотрел на кудрявый затылок, на напряжённую шею, вздувшиеся вены на руках. В памяти всплыл день, когда валет пик перевёлся в их школу. День, разделивший его жизнь на "до" и "после". Он, дурак, даже обрадовался знакомому лицу, первый подошёл после урока, чтобы поздороваться. И услышал в ответ: "О, да это ж Зонтик, нытик и уебан. А вы не знали?". Одной фразой легко и непринуждённо удалось настроить против него весь класс, затем школу, а потом... Он оглядывал распластавшееся на грязном кафеле тело и видел себя. Беззащитного. Униженного. Раздавленного. - Договорились... - Вот и славно, - Вару встал, потянулся и резким движением пнул ногой в бок. Бедняга, начавший было приходить в себя, снова захрипел и свернулся калачиком. "Разве он заслужил? - металась в голове лихорадочная мысль. - Просто не повезло. Просто оказался не в то время не в том месте. А я? Я заслужил?" - Это для профилактики, - оглянувшись на бледный, вжавшийся в стену силуэт, бросил Вару, будто читая мысли. И добавил громче, снова обращаясь к Ромчику. - Ни слова. Понял? Сгорбленная фигура утвердительно шмыгнула носом. - Вот и всё. Пойдём отсюда. Вару сплюнул в раковину и в два широких шага исчез за дверью. Зонтик, решив, что тоже не горит желанием здесь оставаться, вылетел вслед за ним. Как в тумане, они молча, не глядя друг на друга, спустились на первый этаж, переоделись и вышли на улицу. Щёки обдал крепкий февральский морозец, возвращая в реальность. - Зачем ты так? - спросил Зонтик, стоило тяжёлой входной двери захлопнуться за ними. - А что мне оставалось? - Вару пожал плечами, делая несколько хрустящих шагов вперёд. - Не знаю... Но не бить же сразу! - За тебя вступились, принцесса. По логике, должно быть приятно. - На моих глазах только что избили человека! Что тут приятного?! - Че ты разнылся, я не пойму? Ромчика жалко? Не надо, он тот ещё уёбок. Боишься, что кто-то узнает? С этим я разобрался. Что ещё? Даже придумать не выходит, какие претензии могут возникнуть! - воскликнул он и, пнув сугроб, добавил сквозь зубы: - У тебя вообще проблем не прибавилось. И так все пидором считают. - Интересно, почему? - горько усмехнулся Зонтик, давя подошвой слипшиеся снежинки. - У того, кто карту твою рисовал, спроси, - съязвил тот. - Нет, я серьёзно, тебя эта ситуация вообще ебать не должна. По моей репутации она бьёт гораздо сильнее. - Спасибо, утешил... - Констатирую факты, - развёл руками Вару. - Всё бы на меня полетело, а мне эти разборки нахуй не всрались. - Только о себе и думаешь. - Я пиковый, Зонтик. Ты это прекрасно понимаешь. Оба замолчали, застыв друг против друга, не смея двинуться с места. На душе стало совсем гадко. Пошёл мелкий колючий снег. Зонтик потупился, по привычке пытаясь разобрать на оттенки белое полотно под ногами. Спустя пару долгих минут, когда стало холодать, Вару, наконец, прервал затишье: - Ладно, давай забудем, окей? - он вытащил из кармана руку и протянул в примирительном жесте. - Теперь ко мне? Зонтик посмотрел на раскрытую ладонь. Ту самую ладонь, которая только что была сжата в кулак. Ту самую ладонь, которая за минуту до этого нежно касалась его щеки. - Нет. Я... я домой лучше. Голова болит. Он не стал ждать ответа, не стал даже поднимать взгляд, боясь вида зелёных глаз. Просто развернулся и пошёл прочь, оставляя за спиной одинокие следы и гулкую пустую тишину. Никто его не окликнул.