Never Been Bitten | Некусаный

───── ✙ ─────

В тот вечер была очередь Хейдена выносить мусор, но, конечно же, тот внезапно исчез, стоило только последним посетителям выйти за дверь. Илья видел, как несколько часов назад тот выпросил у какой-то девчонки номерок, так что, скорее всего, он уже был с ней. Говнюк Хейден. Мало того, что свалил, и теперь Илья был вынужден выносить этот чёртов мусор в мороз и гололёд, так ещё и трижды спрашивал, как приготовить «Мартини лемон дроп» и до кучи разбил полную бутылку ликёра «Калуа». Этот запах будет преследовать Илью ещё несколько недель. Вдобавок Шейн так и не появился. Ну то есть появился, но это обернулось сплошным обломом. Он подошёл к бару около часа ночи, когда посетителей было ещё много и Илья был слишком занят, чтобы поболтать с ним. Постоял немного в конце барной стойки, невозмутимо наблюдая за работой Ильи, сказал что-то Хейдену, а когда Илья в следующий раз оглянулся, Шейна и след простыл. И тот уже больше не возвращался. Они не разговаривали уже две ночи подряд. Илья не придавал этому значения. Наверное, Шейну надоело, что к нему подкатывает сотрудник, вот и всё. Илья был не настолько глуп, чтобы всерьёз думать, что Шейн когда-нибудь скажет «да», но ему нравилось, как иногда взгляд Шейна скользил по его телу. Нравилась прохлада его кожи, когда Илья прикасался к нему. Не было ничего плохого в том, чтобы фантазировать об этом, верно? Он бросил мешки с мусором в контейнер и захлопнул крышку. Дыхание вырывалось облачками пара — ёбаный мороз. С другой стороны, он никогда не жил в тёплом климате, поэтому вместо того, чтобы сразу вернуться в клуб, Илья прикурил и глубоко затянулся. Он бросил курить на Новый год, несколько недель назад, так что это была его первая сигарета за долгое время. Она не так сильно помогла успокоиться, как он рассчитывал. — Ты же в курсе, как это вредно для тебя, да? Илья чуть не подпрыгнул от неожиданности, будучи уверенным, что рядом никого нет. Но там, в тени между двумя фонарями, прислонившись к стене, стоял Шейн. Какого чёрта он там притаился? — Думал, невидимость — это миф, — взял себя в руки Илья через мгновение. — Конечно, миф, — согласился Шейн. Судя по голосу, он смеялся. — Так ты просто стоишь и ждёшь, когда я выброшу мусор? — уточнил Илья, подходя ближе. Ему всё ещё было холодно, но теперь это казалось не столь важным. — И как, увлекательное зрелище? — Ну, платить за такое я бы не стал. — Скажи, сколько ты готов заплатить, и я подумаю, чем тебя удивить. — Илья затянулся, выпуская дым в сторону Шейна. Он не был грубым. — Знаешь, я очень сговорчивый, — добавил он, просто чтобы посмотреть на реакцию. Шейн ответил не сразу. Он прислонился к стене, скрытый тенью, и Илья чувствовал его взгляд. Он вздрогнул. От холода, конечно. — Неужели? — наконец произнёс Шейн, и Илья пожал плечами. — Достаточно гибкий. Шейн молчал. — Но думай быстрее, а то мой босс разозлится, — добавил Илья, и Шейн рассмеялся. — Это ты меня нашёл, а не наоборот, — заметил он. — Ты прав. И вот, мы стоим тут. Одни. Ты всё ещё можешь стать первым. Предложение в силе. — Да, но ты куришь. Илья ухмыльнулся, сделал глубокую затяжку, запрокинул голову и выпустил дым в ночное небо. В Нью-Йорке он не мог видеть звёзды, но знал, что они там — наверху. Он понимал, что с его стороны глупо, безнадёжно и безрассудно вот так приставать к Шейну. Но ему было плевать. — Я могу бросить, если это поможет. — Слишком поздно, — сказал Шейн, протянул руку и взял сигарету. Что бы Илья ни собирался сказать, слова застряли у него в горле, когда тот затянулся, а затем запрокинул голову, чтобы выпустить дым. Кадык на его шее дёрнулся вверх и опустился обратно, и Илье показалось, что его мозг зациклился на этом моменте. — Гадость, — наконец заключил Шейн и вернул сигарету. Их руки соприкоснулись, и Илья провёл большим пальцем по его костяшкам. За последние несколько недель, в течение которых Шейн приходил, чтобы пофлиртовать с ним, и отвергал ухаживания Ильи, он понял, что у Шейна мозолистые руки, широкие мускулистые плечи и накачанные бёдра. Эффектная задница. Илья гадал, кем тот был при жизни, — явно не бухгалтером, работа уж точно не была сидячей. Даже если сейчас Шейн носил дорогие костюмы, к концу вечера всегда оставался в рубашке с закатанными рукавами, как будто костюм представителя высшего класса его раздражал. Иногда, когда он терял бдительность, в его произношении можно было уловить растянутые гласные — отголоски чего-то иностранного и далёкого. — Никто не держит тебя силой, — заметил Илья. — Тебе даже не обязательно стоять рядом со мной, весь переулок в твоём распоряжении. Шейн проигнорировал это замечание, как игнорировал каждый намёк Ильи на то, что Шейну это нравится. — Курильщики ужасны на вкус. — Он всё ещё стоял, прислонившись к стене, уперевшись в неё одной ногой и засунув руки в карманы. — И какие части у них невкусные? — Все, — сказал Шейн, пристально глядя на Илью холодными тёмными глазами, в которых всегда читалось веселье, когда Илья начинал вести себя неподобающе. — Никотин попадает в кровь. На вкус, как пепел. — И это плохо? — Ты бы хотел выпить пепла? — Так я и кровь пить не хочу, — парировал Илья и ухмыльнулся. — Хотя я бы рассмотрел другие телесные жидкости. Он сделал ещё одну затяжку и попытался разглядеть, покраснел ли Шейн, но было слишком темно. Он был поражён, узнав, что вампиры могут краснеть. — То есть, всего одну конкретную жидкость, — уточнил он, не сводя глаз с Шейна. — Но, может, и не стоит, если теперь она будет горчить. — О… так вот где ты проводишь черту? — медленно произнёс Шейн низким голосом.  Илья ухмыльнулся. Шейн никогда раньше не признавал его до смешного очевидных подкатов. Он докурил сигарету, затушил её о грязный снег и бросил поверх кучи мусорных пакетов. — У меня есть стандарты, — сказал он. — Думал, ты готов попробовать что-то новое. — Холландер! Ты что, пристаёшь к сотруднику? — Нет, конечно, — сказал Шейн, а на его лице всё ещё играла тень улыбки. — Потому что если да, то это работает. — Сколько ещё раз мне нужно повторить, что я не трахаюсь с людьми? — спросил Шейн. — Видимо, столько, сколько понадобится, чтобы я услышал, — ответил Илья. — И это будет… сколько раз? Шейн замолчал, а Илья ответил не сразу. Он просто медленно окинул его взглядом, наслаждаясь зрелищем. Когда он закончил, Шейн наблюдал за ним, прищурив глаза, которые в темноте казались чёрными. — Наверное, много-много раз, — наконец сказал Илья. — Хочешь начать прямо сейчас или придёшь пофлиртовать со мной завтра? — Ты точно... — начал Шейн, но замолчал, услышав крик по ту сторону двери. Он оттолкнулся от стены, но не успел дойти до двери, как она распахнулась и на пороге появился Хейден. — Илья! Блядь. Дерьмо. Ты не видел… О, вы оба здесь? При виде Шейна на лице Хейдена отразилось замешательство, и он замолчал. — Что случилось? — поторопил его Шейн через мгновение. — В гардеробе тело, однозначно труп, и я не знаю, что... Шейн выругался и протолкнулся мимо него. — Звони 911, идиот, — прорычал Илья и последовал за Шейном.

───── ✙ ─────

— Хорошо, я бы хотел ещё раз пройтись по хронологии событий, если вы не против, — сказал полицейский.  Они затащили несколько стульев в подсобное помещение и использовали несколько ящиков с текилой в качестве стола. — Да, конечно, — согласился Илья, прежде чем адвокатша, сидевшая рядом с ним, успела открыть рот. — Согласно вашим показаниям, вы пришли на смену вечером, примерно без пятнадцати восемь, — продолжил полицейский. Илья кивнул. Другой полицейский закатил глаза. — Ещё раз, господин Розанов, нам нужно устное… — Да, я пришёл на работу в то же время, что и всегда, — проговорил он.  Адвокатша бросила на него взгляд, который Илья проигнорировал, потому что они уже как минимум дважды проходили через это, и он понятия не имел, с чего они так к нему привязались. — И где вы были с одиннадцати вечера до часу ночи? — За барной стойкой. Работал. — А с часу до половины второго? — Всё ещё работал в баре. — Когда вы говорите о работе в баре, не могли бы вы поподробнее рассказать, в чём заключаются ваши обязанности и чем вы занимаетесь? — Я — бармен, — очень медленно произнёс он. — Это когда ты стоишь за баром и обслуживаешь его, разливая скучные напитки… — Мистер Розанов, — перебила адвокатша. — …для людей, которые платят тебе деньги в обмен на эти товары и услуги… — Илья, — снова перебила она, потирая переносицу. Илья замолчал. — Я прошу прощения, — обратилась она к полицейским. — Мне нужно поговорить с моим клиентом. Она встала и отошла в самый дальний угол склада. Чувствуя себя немного виноватым, Илья последовал за ней. Она просто сверкнула глазами. Несмотря на то, что она была на добрые тридцать сантиметров ниже него, это сработало. — Извините, — покаялся он спустя несколько секунд. — Мистер Холландер платит мне большие деньги за то, чтобы сегодня утром никто не сказал ничего глупого, — начала она. — Я бы не советовала вам тратить их впустую. Первым, что сказал Шейн после: «Хейден, ты что, ещё не вызвал полицию, твою мать?», было: «Никто не должен разговаривать с ними без присутствия адвоката», и, конечно же, вскоре после этого появилась группа усталых мужчин и женщин в костюмах. Оно и к лучшему, потому что в противном случае Илья, наверное, уже дважды с сарказмом признался бы в убийстве, вот настолько он был обескуражен. — Просто отвечайте на вопросы, только если я не скажу, что этого делать не стоит. — Она кивнула в сторону импровизированного стола. — Давайте вернёмся.

───── ✙ ───── 

Илью выпустили из подсобки-допросной только после семи утра. Адвокатша кивнула ему и протянула визитку, и хоть раз Илья решил проявить осторожность и положил её в бумажник, где она точно не должна была потеряться. Хейден ушёл. Как и остальные сотрудники. Клуб освещали слишком яркие флуоресцентные лампы, из-за которых он казался маленьким, уродливым и обветшалым. Несмотря на название, «Аврора» была создана, чтобы блистать в темноте. Илья схватил пальто, шапку и шарф, собираясь вернуться в свою крошечную квартирку, но что-то заставило его подняться по лестнице на второй этаж, где находился кабинет Шейна. Просто чтобы проверить. — Нет, — послышался голос Шейна, когда Илья подошёл к открытой двери, — ты нужен мне здесь. Они огородили двери полицейской лентой, всё помещение — место преступления, кто-то должен с ними разобраться, а я не могу. — Ну ты точно не сможешь, если поджаришься, как яйцо на сковородке, — произнёс второй, гораздо более взволнованный голос. — Тогда хватит упрямиться, и я смогу уйти. — Я не позволю тебе... Второй голос оборвался, когда Илья появился в дверях. Две головы повернулись к нему. — Привет, — сказал Илья. — Ты всё ещё здесь? — вздохнул Шейн. Он облокотился на стол, сжимая его до побелевших костяшек. Его голос звучал хрипло, а странная интонация в произношении гласных стала ещё заметнее. — Копы буквально только что меня отпустили. — Илья пожал плечами. Шейн почти никак не отреагировал: лишь слегка нахмурился, а тени под его глазами стали ещё темнее. Другой мужчина — ниже Шейна, с бородой и в свитере — отреагировал куда более эмоционально. — Только что?! Как долго ты там пробыл? — требовательно спросил он, переводя взгляд с Шейна на Илью. Шейн вообще никак не отреагировал, просто… уставился в стену. — Видимо, несколько часов. Точно не знаю. Казалось, это длилось целую вечность, — снова пожал плечами Илья. — Почему они так долго тебя допрашивали? Ты же всего лишь бармен? — Ну спасибо, — сухо произнёс Илья. Мужчина покраснел. — Прости. Я просто имел в виду, что ты явно не имеешь к этому никакого отношения, ты же ни за что не отвеча… Илья приподнял бровь. — Точно. Да. Прости, — устало сказал мужчина, потирая глаза руками. Шейн по-прежнему не шевелился. Беспокойство и тревога нарастали в груди Ильи, прежде чем он понял... — Когда восход? — взволнованно спросил он. — Был минут десять назад! — воскликнул мистер Свитер. — Шесть, — поправил Шейн, ни один мускул в его теле не дрогнул, кроме разве что губ. — У меня есть время, и мне нужно сделать eed… Он замолчал на полуслове, закрыл глаза и разразился потоком, должно быть, нецензурной брани. — Что, чёрт возьми, происходит? — спросил Илья у мистера Свитера. Он не паниковал, он просто... он не паниковал. — Уже рассвело, и он думает, что может сам дойти до дома, — чего он точно не может — и не позволяет мне отвезти его, потому что говорит, что я должен быть здесь, чтобы убедиться, что у полицейских есть ордер и что они никого не задержат без соблюдения процессуальных норм... — Я отвезу его, — выпалил Илья, не успев обдумать свои слова. Наконец Шейн пошевелился. Ровно настолько, чтобы бросить на Илью не поддающийся расшифровке взгляд. — Я в состоянии сам добраться до дома, — сказал он медленно и осторожно, словно ему приходилось выдавливать из себя каждое слово. Он оттолкнулся от стола и повернулся к двери, где всё ещё стоял Илья. Выглядел он неважно. Круги под глазами проступили ещё более отчётливо с тех пор, как Илья пришёл. Светло-золотистая кожа стала пепельно-серой, а взгляд — стеклянным и отсутствующим. — Дай мне его адрес, — потребовал Илья у мистера Свитера, не сводя глаз с Шейна. Он не паниковал, но чувствовал, как внутри нарастает ощущение опасности, как всё внезапно становится предельно ясным, когда всё может пойти совсем не по плану. — Харрис, — начал Шейн. — Eekeb... Мне. Не нужно. Проклятое сопровождение. Его веки задрожали, словно он вот-вот мог заснуть стоя. Телефон Ильи завибрировал входящим сообщением. — Код от сигнализации: один-девять-один-девять, — сказал Харрис, подходя к вешалке и снимая что-то с неё. — Ты. Руки вверх. Шейн снова выругался на непонятном языке, выхватил из рук Харриса одежду и натянул её на себя: это было что-то вроде синего плаща с глубоким капюшоном, полностью скрывающим лицо. В кои-то веки он выглядел как настоящий вампир. — Вот. — Харрис бросил Илье связку ключей. — Удачи. Если понадобится, неси его на себе, чёрт возьми. — Нет, — успел прорычать Шейн, после чего вышел из кабинета и свернул за угол. — Держи его подальше от солнца! — крикнул Харрис. Очевидно, блядь. Илья схватил Шейна за руку, прежде чем тот упал бы с лестницы. — Я в порядке, — проговорил он, пошатываясь. — Конечно. Илья потащил их вниз по лестнице к двери, ведущей в переулок. Опять. Шейн то ли спотыкался о него, то ли отталкивал, как будто сам был не в состоянии идти. Илья подумал, что тот похож на пьяного в стельку. — Хорошо, что ты живёшь недалеко, — сказал Илья скорее самому себе и проверил адрес в сообщении. — Ладно. Мы посадим тебя в такси, будем держаться в тени и всё будет в полном... — Нет, — отрезал Шейн. — Не... — и тут он выпалил что-то отрывистое и явно не на английском. Он выругался. Снова заговорил, на этот раз медленнее — низким гортанным голосом. Снова ругательства. Илья начал понимать, что всегда может определить, когда человек ругается. — Харрис сказал, что я могу нести тебя, если понадобится, — напомнил он Шейну, стоя прямо у дверей и всё ещё не паникуя. Ноль. Паники. Шейн глубоко вздохнул и заговорил снова, но уже не по-английски, а на каком-то другом языке — тихо и отрывисто. На том же языке, на котором он говорил в ту первую ночь, касаясь кончиками пальцев избитого лица Ильи. — …найти меня дома, — внезапно сказал он, и на его лице отразилось облегчение, хотя он и покачнулся, опустив веки. — Нет. Не домой. — Тогда… Шейн выхватил телефон из рук Ильи и тут же врезался в него. И не подумав отодвинуться, Шейн просто прислонился к нему, что-то набрал в телефоне и вернул его Илье. Посмотрел на него, натянул капюшон на лицо и толкнул дверь, ведущую в переулок, всё ещё скрытый тенью между зданиями. Илья сощурился от рассветных лучей.

───── ✙ ─────

Поездка на такси была короткой и почти всё время проходила в тени. Когда они приехали по нужному адресу, Илье пришлось перепроверить всё трижды. Видавшее виды кирпичное здание, мешки с мусором на тротуаре перед домом, голые деревья вдоль дорожки, — всё это совсем не походило на логово вампира. Вообще ни на что не походило. — Вниз, — с трудом выдавил Шейн, когда они выбрались наружу, и потянул Илью к бетонным ступеням. Илья почти нёс его на себе, под ногами хрустел лежалый грязный снег — здесь, перед дверью в подвал, никто его не расчищал. Он прислонил Шейна к кирпичной стене, всё ещё находившейся в тени, и вставил ключ, который дал ему Харрис, в замок. Ключ не подходил. — Шейн. Ключи, — рявкнул Илья. Шейн пошатнулся, моргнул, протянул руку и коснулся его лица, проведя большим пальцем по скуле, и снова сказал что-то на непонятном языке. Небо становилось всё светлее. — Чёрт, — выдохнул Илья. Он всё ещё не паниковал, обшаривая карманы Шейна, пока не нащупал связку ключей. Тот продолжал говорить, бормотать, переходя с одного языка на другой, не отрывая руки от лица Ильи. Подошёл только третий по счёту ключ. Дверь заскрипела на петлях, пахнуло плесенью и ветхостью, а Шейн всё стоял, прислонившись к стене. Капюшон сполз, голова запрокинута, губы шевелились, а взгляд устремлён куда-то вдаль — к оранжевому отблеску солнца в окнах далёкого небоскрёба. — Шейн, — позвал Илья. Чёрт, можно ли вампирам смотреть на отражение солнечного света? Неужели через тридцать секунд тот вспыхнет, и в этом будет вина Ильи, который действовал недостаточно быстро? Он схватил Шейна за руку, но тот не сдвинулся с места, словно прирос к земле. Он всё говорил и говорил. Может, бредил — Илья не мог сказать наверняка. Затем Шейн повернулся и посмотрел на Илью. Моргнул, словно был под кайфом, и его зрачки сузились до размеров булавочной головки в тёмно-карих глазах, глубоких, как провалы к центру Земли. — Люди до сих пор иногда так делают? — спросил он, словно в полусне. — Да, — ответил Илья, и тогда Шейн наконец позволил ему провести себя через дверь.

───── ✙ ─────