Охота началась
5 января 2026 г., 01:05
Вечер в Большом зале 1943 года казался Джинни ожившим кошмаром из учебника истории, который внезапно обрел плоть и холодную грацию. Золотые кубки мерцали в свете парящих свечей, но здесь, за столом Слизерина, свет казался более острым, почти хирургическим. То, что она изначально почувствовала себя как дома, сменилось лёгкой тревогой.
Джинни, чьи огненно-рыжие волосы выглядели вызывающим кровавым пятном на фоне монохромного серебра и зелени, сидела неестественно прямо. Распределяющая Шляпа только что совершила ошибку — или самую жестокую шутку в истории Хогвартса, отправив Уизли на факультет змей.
— Уизли? — голос был похож на хруст тонкого льда.
Напротив Джинни сидела девушка с безупречной осанкой. Ее темные волосы были уложены в тугие, идеальные волны, а в серых глазах застыло выражение, которое Джинни видела только на портретах самых высокомерных предков. Это была Вальбурга Блэк.
— Предатели крови среди нас… — Вальбурга не кричала, она произносила это как неоспоримый медицинский факт. — Шляпа, должно быть, окончательно прохудилась, если считает, что нищета и отсутствие принципов теперь сочетаются с амбициями Салазара.
Рядом с ней сидела другая девушка, чуть моложе, но с тем же характерным «блэковским» разрезом глаз. Лукреция Блэк прищурилась, рассматривая Джинни, словно диковинное насекомое, попавшее в бокал с вином.
— Погоди, Вальбурга, — мягко протянула Лукреция, приподнимая бровь. — Посмотри на ее взгляд. В нем нет смирения хаффлпаффца. Она выглядит так, будто готова проклясть нас обоих прямо за ужином.
Джинни вскинула бровь. Было неприятно, или скорее, непривычно, видеть свою элегантную бабку такой молодой.
Но в этот момент к ним наклонился высокий юноша с идеальным пробором. Его присутствие заставило всех за столом невольно выпрямиться. Джинни почувствовала странный холод в затылке — она знала это лицо по дневнику, который когда-то едва не погубил её. Том Реддл. Вокруг него сидели те, кого шепотом называли «Вальпургиевыми рыцарями» — Лестрейндж, Мальсибер, Эйвери, Нотт, Розье, братья Блэк, Абраксас Малфой и Антонин Долохов. Их взгляды были тяжелыми, как свинец.
"Вот чьи взгляды я чувствовала, когда этот идеальный идиот привёл меня сюда"
— Оставьте её, — негромко произнес Том. Его голос обволакивал. — Родословная — это фундамент, но Слизерин ценит и потенциал. Если Шляпа увидела в этой девочке что-то, чего не видим мы… нам будет крайне интересно понаблюдать за её... выживанием. Тем более она моя родственница.
Джинни почувствовала, как под столом её рука сжалась в кулак, ногти впились в ладонь. Она посмотрела прямо в глаза Вальбурге Блэк.
— Я здесь не для того, чтобы вам нравиться, — четко произнесла Джинни, и в её голосе прорезалась сталь, которой не ожидал никто. — И если вы думаете, что фамилия Уизли делает меня слабой, попробуйте задеть меня в коридоре. Посмотрим, чья кровь в итоге окажется на камнях.
"Чëртов кретин, я думала ты мне поможешь, но ничего, ты у меня увидишь ад, твои идеально оглашенные брюки не спасут тебя от позора, как только я спущу их с тебя"
Вальбурга на мгновение лишилась дара речи, её ноздри гневно раздулись от слов Джинни. Лукреция же, к удивлению окружающих, коротко и сухо рассмеялась.
— Дерзость. Какая безвкусная, гриффиндорская дерзость, — Лукреция подвинула к Джинни серебряное блюдо с озерной форелью. — Ешь, Уизли. Тебе понадобятся силы. В этом подземелье ядовиты не только змеи, но и сам воздух. Добро пожаловать в семью, которую ты ненавидишь. Но должна признать, будет приятно познакомиться в более тихой обстановке, и подальше от мальчиков. – теперь молодая бабка Джинни ей подмигнула.
Джинни приняла тарелку, не отводя взгляда. За столом воцарилась напряженная тишина. «Вальпургиевы рыцари» обменялись короткими кивками — охота началась, но добыча оказалась с зубами.
"Я устрою вам персональный ад, а-ля, греческие боги"
