Тайны книги гор и морей

Цзянли сказал Юшэнь Бупо: — Я не пойду. Хотя он мог бы одним движением мизинца лишить жизни сотню демонов, после недавних потрясений он осознал, как сильно противится его природа всякому убийству. — Оставаться здесь и сторожить этот металлолом скучно, — возразил Юшэнь. — Так или иначе, я не хочу убивать людей. — Это разбойники. — Разбойники тоже люди. — А что ты будешь делать, когда разбойник придет убить тебя? — Разбойник не сможет меня убить. — А если он станет убивать кого-то на твоих глазах? Цзянли долго молчал, прежде чем ответить: — Я прогоню их. — Прогонишь, чтобы они пошли убивать в другое место? Цзянли снова погрузился в долгое молчание. Наконец он произнес: — Твое желание убить их основано на предпосылке, что они пойдут на убийство. Но это предположение, а не свершившийся факт. Этого еще не произошло и, возможно, не произойдет. — Но это очень вероятно произойдет. Цзянли опешил. Он чувствовал изъян в словах Юшэнь Бупо, но не знал, как возразить. Он внезапно понял, что многие истины, которым учил его наставник и которые он считал понятыми, на самом деле еще не осознаны им до конца. — Есть и другие способы остановить их, кроме смерти. — Например? — Мы можем наставить их на истинный путь... — У тебя есть на это время? — Мы можем ограничить их свободу... — У тебя есть на это силы? — Мы... — Твой тон всё больше напоминает мне моего учителя А-Хэна. Правило за правилом, одно сложнее другого. У меня нет на это терпения. Я не умею так, как он учил или как ты говоришь. Я знаю только простые методы. — Если ты хочешь быть лидером, терпение тебе необходимо. — Сейчас мне достаточно быть добрым к своим людям. Остальные — черт с ними! — А если бы ты был правителем целой империи? — Тогда я был бы добр к своим подданным. — А если бы ты был Владыкой всей Поднебесной? Юшэнь Бупо почесал затылок: — Слишком хлопотно! Слишком! — Если бы ты был Владыкой Поднебесной, то каждый человек в мире был бы твоим подданным, даже разбойник. Пойми, никто не рождается разбойником. Твой долг — направить их. Юшэнь Бупо холодно усмехнулся: — Есть способ куда проще: перебить всех паршивых овец разом. Небо станет шире, а мир — чище. — Если просто убивать, паршивых овец станет только больше. Юшэнь Бупо нахмурился, подумал и спросил: — Ты Владыка Поднебесной? — Нет. — А я? — Тоже нет. — Тогда какого черта нас это должно волновать! Цзянли вздохнул: — Но мы ведь люди. Губить живое — плохо, а убивать себе подобных — тем более. — Ты рассуждаешь как старик! — Снова нахмурился Юшэнь Бупо. — Старик? — Как мой дед. Он величайший человек в мире, но вечно во всём сомневается, словно идет по тонкому льду. — Я не знаю твоего деда, но, возможно, именно благодаря этой осторожности он и стал великим. Юшэнь Бупо презрительно фыркнул: — Ну уж нет! Человек должен жить весело! Делать то, что хочется. Иначе какой прок в великой силе? Ограничивать себя рамками — это всё равно что надеть на себя кандалы и стать собственным узником. Цзянли задумчиво посмотрел на него. Юшэнь Бупо встретил его взгляд и расхохотался: — Ладно, ладно, хватит разговоров. Не хочешь — не иди, я не заставляю. Это плевое дело, мы с братом Жуином и сами справимся. — Постарайся убивать как можно меньше, если сможешь. — Ты издеваешься? Нас мало, их много. Мне придется рубить направо и налево, чтобы в них не осталось и капли воли к сражению. Только если они разбегутся в ужасе, мы сможем избежать потерь с нашей стороны. Если бой затянется — худо будет всем. Я не хочу в первом же бою в роли вождя потерять половину братьев. Цзянли понимал правоту его слов и замолчал. Когда Юшэнь Бупо ушел во главе отряда, он внезапно подумал: «Пусть ты не пошел убивать сам, но ты позволил мне сделать это и поддержал меня из тыла. Велика ли разница между этим и личным участием в резне?» Цзянли, глядя вслед уходящему отряду, прошептал ту же самую мысль: — Пусть я не пошел убивать сам, но я позволил тебе сделать это и поддержал тебя. Велика ли разница... — Докладываю! Караван Таохань в ста ли отсюда, их скорость замедлилась. Всего двенадцать больших бронзовых колесниц, около пятидесяти всадников и больше сотни вьючных зверей. Телеги разномастные, на прежний Таохань не похожи. Везут с собой весь обоз и товары. Чун Хао громко расхохотался: — Таохань всегда славился строгим порядком, а теперь используют абы каких зверей. Не думал, что после смерти Юйгун Чжисы они так низко падут. Вэй Хао тоже холодно усмехнулся: — У мальчишки Юшэнь Бупо только дури в руках много, Чжисы на пороге смерти явно помутился рассудком, раз доверился ему. — Затем он добавил: — Море Таохань у нас, но оно лишилось магической силы и превратилось в обычную миску. Глава, я слышал, Чжисы однажды обмолвился о сокровище Жемчужина Девяти Небес, которое способно вернуть артефакту силу. Чжа Ло кивнул. Чун Хао воскликнул: — Раз Чжисы мертв, жемчужина наверняка при них! Я возьму людей, разнесу этот караван и заберу её. Чжа Ло ответил: — Спокойнее, мастер Чун. Чжисы мертв, но Цзянли и Юшэнь Бупо — крепкие орешки. Вэй Хао, мечтая вернуть силу Морю Таохань, предложил: — Сила Таохань была в строе колесниц. Сейчас строй невозможен. Возьмем сотню элитных всадников на зверях, ударим с фланга. Не ввязываться в затяжной бой, а жалить молниеносно. За пару заходов караван дрогнет. Тогда соберем силы, добьем верхушку, и жемчужина наша. — Разумно, — согласился Чжала. — Вы двое охраняйте крепость, а я выступлю сам. У Чун Хао борода встала дыбом от ярости: — Охранять! Опять охранять! В прошлый раз в город Ую вошли вы, а я тут тух со скуки! Теперь идем грабить разоренный караван, и снова мне сидеть в четырех стенах?! Неужели я, старый Чун, гожусь только на то, чтобы стены подпирать! Главари бросились его успокаивать, но Чун Хао было не унять: — Если в этот раз не возьму этих щенков живьем и не добуду жемчужину, клянусь — ноги моей больше не будет за воротами крепости! Чжа Ло не смог переспорить его. Подумав, что Юшэнь Бупо — вождь неопытный, а в караване наверняка разброд, он уступил: — Я лишь забочусь о вашем покое, мастер Чун. Такое мелкое дельце для вас — раз плюнуть. Но уже вечереет, выступим завтра утром, когда соберем войска. Мастер Чун усмехнулся: — Солдаты боятся ночных маршрутов, а воры боятся рассвета. Чем темнее, тем лучше. До цели сто ли — к закату будем там, самое время для сечи. Пока они спорили, вернулся разведчик: — Караван Таохань развернулся! Они идут не к нам, а на запад. Уже прошли ущелье «Линия неба». — На запад? С чего бы это? — удивился Вэй Хао. — Месть была лишь ширмой! — расхохотался Чун Хао. — Они хотят втихую проскользнуть через горы Трех Сокровищ к городу Цзилянь! Если мы их упустим, нам больше нечего делать в этом деле! Вэй Хао кивнул: — Верно. Будь они полны решимости мстить, пошли бы налегке, а не тащили за собой весь обоз. — Глава! — торопил Чун Хао. — Давай приказ! А то «жирная овечка» сбежит! — Раз так, мастер Чун, будьте осторожны. — Это наши земли, я тут каждую травинку знаю! Эти овцы не знают дорог, и никакие хитрости не скроют их от моих глаз! — Чун Хао выхватил Меч Короля Призраков, вышел за ворота и крикнул: — Мальчишки! Идем за добычей! Гриф с когтями дракона парил в небе, взирая на горные хребты. К сумеркам от Чун Хао не было ни вестей, ни одного вернувшегося разведчика. Чжа Ло помрачнел: — Мастер Вэй, с Чуном могло что-то случиться. Я иду на подмогу. Ты за старшего. — Я тоже беспокоюсь, — ответил Вэй Хао. — Раз идем, то всеми силами. Лев атакует кролика в полную мощь. С подавляющей силой никакие уловки не страшны. Чжа Ло собрал людей. В логове было около двухсот всадников на серебророгих конях и шестьсот на меднорогих. В прошлых битвах они понесли потери. Чун Хао увел лучших. Чжа Ло забрал всех оставшихся — около пятисот всадников, оставив в крепости лишь горстку людей. Солнце село, взошла луна. Миновав Лес Диких Кошек и долину Цзыу, они достигли входа в ущелье Линия неба. Чжа Ло натянул поводья своего зверя. Один из подручных спросил: — Глава боится засады? Только Чжа Ло кивнул, как из глубины ущелья, в нескольких ли от них, донесся оглушительный боевой клич. — Похоже, глава Чун уже бьется там! Я разведаю! — воскликнул подручный. Ущелье было темным, шириной в три всадника. Вскоре разведчик вернулся: — Таохань стоят лагерем сразу за выходом. Видна пыль и суматоха, идет бой! Засад на пути нет. Чжа Ло посмотрел на отвесные скалы — они были голыми, спрятаться наверху негде. Он приказал двигаться вперед. Когда голова колонны достигла середины пути, над скалами вдруг поднялся сизый дым. Чжа Ло почуял неладное, и тут же сверху обрушился град камней, огненных шаров и стрел. В узком пространстве началась давка. Разбойники топтали друг друга, гибли под камнями и задыхались в огне. — Не поворачивать! Вперед! Прорвемся! — яростно кричал Чжа Ло. Вдруг сверху посыпались не камни, а человеческие головы. — Это А-Лю! О боги, А-Лю! — Голова Бо На! Чжа Ло был в смятении, пока кто-то не закричал: — А-а! Это голова главаря Чуна! Спереди донеслось: «Огонь! Выход завален пламенем!», а сзади: «Беда! Крепость горит!» Чжа Ло оглянулся: далеко позади в небо взмывали столбы дыма. «Неужели нас выманили?» — ужаснулся он. Чун Хао мертв, впереди неизвестность, но если падет крепость — потеряно всё. Он приказал возвращаться. Атаки со скал были редкими, но из-за тесноты отряд понес огромные потери. К моменту выхода из ущелья почти каждый был ранен, а сотня людей погибла. В лагере Таохань остались только Цзянли, старик Бессмертный и несколько раненых. Все остальные - чернорабочие, которых Юшэнь Бупо лично отбирал в городе Ую, включая двух шпионов разбойников, исчезли. Шпионы выполнили свою роль — донесли врагу именно то, что хотел Юшэнь Бупо. Чжа Ло летел к крепости, но чем ближе он был, тем больше сомневался. Огонь горел не в самой крепости. В долине Цзыу они увидели лишь кучи догорающего мусора. — Глава! Нас надули! Чжа Ло в ярости ударил болтливого подручного плетью. Толпа разбойников затрепетала от страха. Добравшись до Леса Диких Кошек, они угодили в настоящую ловушку. Гром копыт и ливень стрел обрушились на них. Чжа Ло хотел слиться со своим зверем Фиолетовым пауком, но стрела — «Гвоздь, запирающий кости» — пробила его плечо. Он упал, вторая стрела пригвоздила его ногу к земле. «Неужели Чжисы жив?» — мелькнуло в голове от мощи выстрелов. Юшэнь Бупо с Мечом Короля Призраков ворвался в гущу врагов. Одним ударом он снес голову зверю Чжа Ло. Голова покатилась по земле, но из раны не пошла кровь — у монстра выросла новая, тигриная голова! Юшэнь Бупо взревел и снова ударил. Выросла свиная голова. Юшэнь крушил их одну за другой: — Хорошо! Посмотрим, что быстрее: мой меч или твои головы! После шестого удара зверь начал чахнуть. Чжала вздохнул: — Не мучайся, уходи. Седьмая голова, слоноподобная, так и не выросла. Монстр рухнул, извергнув зловонную кровь. Юшэнь Бупо подошел к Чжа Ло и двумя ударами отсек ему ноги по колени и руку. Он подхватил копье, насадил на него обрубок тела Чжа Ло, как знамя, и на вражеском скакуне ворвался в ряды разбойников. — Призрак! Кровавый призрак Таохань! — кричали в ужасе бандиты. Вид истерзанного вожака лишил их последней воли. Разбойники бросились врассыпную. Вэй Хао в крепости сходил с ума от тревоги. Первая группа разведчиков доложила, что в долине просто жгли костры, вторая — не вернулась. Вдруг крик: — Вернулись! Глава вернулся! Вэй Хао увидел всадника на звере, похожем на Фиолетового паука, и открыл ворота. Когда до всадника осталось десять шагов, он увидел, что это «зверь» из палок и шкур, а на нем сидит Юшэнь Бупо в доспехах Чжа Ло с мечом Чуна. — Юшэнь Бупо! Стрела пробила бедро Вэй Хао, и Юшэнь ворвался в крепость. Старый Хрыч и остальные увидели сигнал — дым над крепостью врага. — Господин! Юшэнь Тайхоу победил! — Юшэнь Тайхоу? — удивился Цзянли. — Конечно! Наш новый Тайхоу! Юшэнь Бупо стоял в главном зале заставы Фиолетового Паука. Разбойники бежали. Жуин охранял ворота, старейшины собирали трофеи. — Господин! Мы нашли сокровищницу! Еды хватит на сотни людей! — Господин! Тут секретная комната, дверь не поддается! Юшэнь Бупо подошел к двери с тяжелым замком. Он выхватил Меч Короля Призраков — замок и кусок камня отлетели, а на мече не осталось и зазубрины. — Отличный меч! — восхитился Юшэнь. — Это сокровище номер один! Старейшина Хао пояснил: — Эти горы называют Горами Трех Сокровищ. Меч Короля Призраков — первое. Второе — «Колесница Семи Ароматов». — Эта груда гнилого дерева? — Юшэнь указал на странную повозку во второй комнате. — Возможно, в ней есть секрет. «Море Таохань» тоже выглядело как миска. — Забираем. Цзянли разберется. В третьей комнате сияла «Жемчужина-матка с девятью сыновьями» — огромная жемчужина, вокруг которой вращались девять маленьких. — Выглядит дорого, берем. У четвертой двери старейшина замер: «Что же здесь?». Юшэнь Бупо вышиб дверь. Внутри не было ловушек. Только кровать, столик, свеча и нежный аромат. В тусклом свете Юшэнь Бупо зажмурился от внезапного блеска. «Черт возьми! Откуда на свете такая красивая женщина!»