Тайны книги гор и морей

Старая дорога подошла к концу. Дальше начинались юго-западные рубежи, земли, уже не подвластные Цзиляню, — даже величие Императора Великой Ся здесь заметно меркло. Шестьсот лет назад первый правитель Великой Ся потряс своим могуществом всё Срединное Государство: он искоренял инакомыслящих и усмирял окраины. Тогда государству Цаньцун был дарован высокий титул, и его правитель, понимая, что не в силах тягаться за право быть властелином Поднебесной, покорно склонил голову, став одним из восьми великих князей-покровителей (фанбо). Но с тех пор как Тайкан утратил власть и в Поднебесной воцарилась смута, юго-западные земли вновь стали стремиться к обособленности. — Тайхоу, мы действительно идем дальше? — старейшина Цан был встревожен. В конце концов, это была крайняя точка на юго-западе, которой когда-либо достигал караван Таохань за многие поколения. О том, что лежало впереди, не знал даже старейшина, торговавший на дорогах шестьдесят лет. — Конечно! — Юшэнь Бупо взмахнул плетью и пришпорил коня. Караван двинулся следом за ветряным конем главы: Цзянли был в центре, Юйгун Жуин замыкал строй. Когда старейшина Цан увидел, что Жуин без колебаний пересек черту, которую караван никогда прежде не переступал, он понял: предсказать дальнейший путь он уже не в силах. Воины Таохань затянули в бескрайней глуши суровую песню, прославляющую вечных духов и демонов. Среди спутанных зарослей от этой песни пробудился свирепый зверь. Как знакома была ему эта мелодия! Он смутно помнил ту оперенную стрелу, что заставила его в ужасе спасаться бегством за тысячи ли. Хищник приглушил шаги и медленно вышел к опушке, наблюдая, как мимо него движется длинная вереница: там были ветряные кони, горные вепри, люди... но не было того божественного человеческого дыхания, которого он так боялся. Похоже, это были другие люди. У зверя заурчало в животе — он был голоден. — Ха-ха! — А-Сань в предвкушении скакал на серебророгом ветряном коне, отобранном у Фиолетового Паука. Он наслаждался скоростью, выполняя обязанности дозорного. Его нынешний собутыльник, Старый Хрыч, трясся следом на помеси осла, тщетно пытаясь не отстать. Внезапно старику приспичило, он погнал осла к кустам, и тут увидел пару глаз, светящихся яростью. Всё желание облегчиться мгновенно пропало от страха. — А-а-а! Спасите! Тигр! Нет, монстр! Нет, это... это... а-а-а! А-Сань подоспел на крик и сам вскрикнул от ужаса: — Суань-ни! (Мифический лев) Суань-ни не интересовал кусок старой плоти вроде Хрыча — в этой толпе было мясо посвежее. Зверь встряхнул роскошной гривой и вихрем понесся на рыцаря, преградившего ему путь. А-Сань в ужасе закричал и бросился за спасением к ближайшему к нему Цзянли: — Помогите! Суань-ни почуял тонкий аромат, и его аппетит разгорелся еще сильнее. Бросив А-Саня, он кинулся на юношу с нежной кожей. Но из рукава человека внезапно вырвалась гигантская лиана, усыпанная цветами и ядовитыми шипами, и молнией метнулась навстречу. — Что случилось? — спросил Юшэнь Бупо, подскакивая к месту схватки. — Пришел суань-ни, бьется с молодым господином Цзянли. — Суань-ни? Подумаешь. Бупо поскакал к середине колонны. Приблизившись, он замер в восхищении: великолепный зверь совершенно не боялся плети-лианы Цзянли. Его раз за разом отбрасывали, но он снова и снова отважно бросался в атаку. Этот суань-ни был еще молод, но уже проявлял бесконечную энергию, присущую королю зверей. Лолин, сидевшая за спиной Бупо, внезапно почувствовала в его сердце всплеск дикого восторга — так кричит ребенок, увидев любимую игрушку или питомца. Не успела она выглянуть, чтобы посмотреть, что же так его обрадовало, как седло перед ней опустело — Бупо уже спрыгнул на землю: — Сиди здесь и не двигайся, я его поймаю! В это время примчался Юйгун Жуин. Он уже тянулся за луком, как услышал крик Бупо: — Не вздумай ранить его! Какой красавец! Я сделаю его своим скакуном! Глядя на оскаленную пасть и когти зверя, А-Сань никак не мог связать его с понятием «красавец». Юшэнь Бупо бросился в драку, а Цзянли убрал лиану и молча наблюдал, как глава каравана вступает в рукопашную схватку с суань-ни. «Как неблагородно! — подумал А-Сань. — Драться со зверем как дикарь». Не то что Цзянли — тот одним движением руки заставил хищника метаться в ловушке. Бупо уперся головой в шею зверя, развел его передние лапы в стороны и катался с ним по земле. Это выглядело так, будто дерутся два суань-ни! Внезапно Бупо перевернулся, оседлал зверя, обхватил его шею руками и закричал: — Не бузи! Не бузи! Хороший! Я дам тебе поесть! Зверь был молод, но обладал колоссальной силой. Он был принцем пустошей, гордостью лесов! Он не желал склоняться перед человеком. Мощным рывком он сбросил Бупо с себя. Понимая, что с этой толпой людей ему не сладить, суань-ни припустил к кустам. Бупо видел, что не догонит его, но не хотел, чтобы Жуин пускал стрелу. — Какая жалость, какая жалость! — вскричал он. Внезапно из зарослей вылетел огненный шар и сбил зверя с ног. Потрясенный суань-ни кинулся влево, но наткнулся на дюжину огненных воронов, возникших из ниоткуда. Эти птицы вспыхивали при контакте и умирали, превращаясь в пепел. Стоило зверю замереть — и они замирали, но при каждой попытке прорваться они бросались на него, не жалея жизни. Шкура суань-ни не уступала шкуре Паосяо, но его магическая сила была куда слабее, чем у того монстра из Великих Пустошей. Страдая от ожогов, он развернулся, но тут с неба спикировала птица феникс. Сложив крылья, птица обдала его жаром так, что из глаз зверя повалил дым. Пытаясь спастись, он бросился в сторону каравана, но путь ему преградил огненный дракон, который свернулся кольцом и сковал его движения. Огненный дракон жег мягким огнем, феникс — яростным огнем. Эти два пламени зажали хищника в тиски, так что суань-ни совсем обмяк, мышцы его ослабли, а кости заныли. Из кустов вышел мальчик лет пятнадцати, ростом меньше шести футов, с самодовольной ухмылкой на лице. Это был молодой господин города Цзилянь — Ми Я. Взмахом руки он отозвал дракона и птицу, оставив лишь воронов кружить в воздухе. Но суань-ни уже и не думал бежать: он покорно подошел к Ми Я и ласково лизнул его руку. Юшэнь Бупо с глубоким сожалением произнес: — Малец, а ты-то как здесь оказался? Ми Я погладил зверя по гриве и, хитро улыбаясь, ответил: — Я иду к Озеру Ядовитого Огненного Феникса. Какое совпадение, что мы встретились здесь! Юйгун Жуин хмыкнул: — Какое «удачное» совпадение. Ми Я высунул ему язык: — Братец Жуин, я тебя не обижал, за что ты так со мной? — Не дождавшись ответа, он повернулся к главе каравана: — Братец Юшэнь, ты всё еще хочешь этого суань-ни в качестве скакуна? Глядя на то, как зверь ластится к мальчику, Бупо покачал головой: — Он теперь до конца жизни будет за тобой ходить. Оставь его себе. Ми Я радостно вскрикнул, запрыгнул на спину зверя и обнял его за шею: — Здорово, что он тебе не нужен! Я в него влюбился с первого взгляда, даже не смел использовать полную мощь Огня Чжужуна, боялся подпалить беднягу. — Ты вот так и ушел? А твоя кухня где? — спросил Бупо. — Конечно со мной! — Ми Я указал назад. — Там, за кустами. — Перетаскивай её сюда, пойдем вместе. Ми Я кувыркнулся на спине зверя от радости: — Ты правда разрешаешь мне пойти с вами?! — Он с опаской глянул на Жуина. Тот лишь хмыкнул и промолчал. Бупо подбодрил его: — Видишь? Он только с виду холодный, а на деле добрый. Раз молчит — значит, не против. — Я-то не против, — отозвался Юйгун Жуин, — только вот не против ли эти «малыши»? Он указал пальцем в небо на северо-восток. Там в воздухе парили призрачные голубые огни. А-Сань вскрикнул: — Блуждающие огни! Откуда они средь бела дня?! Когда они подплыли ближе, стало видно, что эти огни имеют форму младенцев. Лицо Ми Я изменилось, а «младенцы» вскрикнули и мгновенно превратились в струйки дыма, уходящие в небо. — Плохо дело, — прошептал Ми Я. — Отец скоро будет здесь. И действительно, вскоре на северо-востоке небо окрасилось алым, будто вся земля была объята пламенем. Юшэнь Бупо спросил Жуина: — Они были так близко, почему ты не заметил их раньше? Почему не убрал этих соглядатаев? — А какой смысл? — ответил Жуин. — Ну убрал бы я их, и что? Раз этот мальчишка увязался за тобой, неужели его отец не понимает: достаточно следовать за тобой, и он найдет сына? Ми Я надул губы: — Братец Юшэнь, братец Цзянли, братец Жуин, сестрица Лолин... я не хочу возвращаться! Помогите мне что-нибудь придумать! — Посмотрите только! — воскликнул Юшэнь Бупо. — Как жалко ребенка. Подумайте сами: в таком прекрасном возрасте сидеть взаперти дома и никуда не выходить! Как в тюрьме! Нет ничего печальнее на свете! Жуин холодно усмехнулся: — Не вижу в этом ничего печального. — Тебе легко говорить! — возмутился Бупо. — Ты с детства по всему свету мотаешься, не то что мы — сидим как канарейки в золотых клетках. Цзянли, до этого хранивший молчание, не выдержал и рассмеялся: — Неудачное сравнение. Канарейки такими не бывают. Вы двое — один горилла, другой обезьяна. Близкие родственники, братья навек. — Он назвал меня братом, значит, мы братья, — заявил Бупо. — Малыш, не волнуйся, я слов на ветер не бросаю. Когда придет правитель Ми, я его остановлю. — Посмотрим, как ты его остановишь, — саркастично заметил Жуин. — Встать в боевой порядок! — скомандовал Юшэнь Бупо. — Места слишком мало, — ответил старейшина Цан, — повозки не развернуть. — Тогда ведите караван вперед, а мы вчетвером прикроем тыл. Обоз двинулся дальше. Лидеры каравана пропустили мимо себя последнюю повозку Взор Орла и выстроились в ряд посреди дороги. Хотя Бупо был главой, он всегда спал в гостевой повозке Объятия Сосны, поэтому главная повозка Юйгун Жуина оставалась центром управления. Старейшины за это уважали Бупо еще больше. Видя, что алое зарево приближается, Бупо сказал Ми Я: — Забирай своего питомца и прячься во Взоре Орла. Не высовывайся. Радостный Ми Я верхом на суань-ни скрылся внутри повозки. Едва он спрятался, как в небе появился огромный огненный ком. Он летел в десяти чжанов над землей, но жар был таким, что трава и деревья в радиусе двадцати чжанов мгновенно высохли. Это была огромная одноногая птица, похожая на журавля, с красными узорами на синем теле и белым клювом. Вид её был свиреп. — Бифан... Это же Бифан, — прошептал Цзянли. На спине птицы величественно восседал человек. Чем сильнее пылал огонь, тем бодрее он выглядел. Это был правитель города Цзилянь — Ми Фан. За ним следовали десятки огненных птиц поменьше, на каждой сидел всадник. Вдали поднимались тучи пыли — там спешила наземная армия, но летучий отряд прибыл первым. Вожакам было нипочем, а вот их ветряные кони не выдержали жара — они сбросили седоков и в ужасе убежали. Юшэнь Бупо сложил руки в приветствии: — Правитель Ми, надеюсь, вы в добром здравии! Пришли проводить нас? Ха-ха, какая честь для нас. Ми Фан холодно ответил сверху: — Тайхоу Юшэнь! Когда Таохань был в моем городе, я принял вас достойно. С чего бы это ваш караван перед уходом решил похитить моего неразумного сына?! Он не назвал его «племянником» или «другом», а официально — «Тайхоу Юшэнь», что не предвещало ничего хорошего. — Послушайте, правитель, — сказал Бупо. — Ми Я — редкий талант, он уже вырос, и ему пора увидеть мир. Он так искусно управляет огнем — разве я смог бы увести его силой? Ми Фан усмехнулся: — Раз у тебя нет талантов, ты тем более не достоин быть рядом с моим сыном! Как я могу позволить ему якшаться с бездарями? Хватит пустых слов. Выдавай его или готовься к бою! — Я обещал Ми Я, что покажу ему чудеса Поднебесной. Когда один мужчина дает слово другому, он должен его держать. Ми Я, подслушивая в повозке, возгордился: «Слышал, суань-ни? Братец Юшэнь сказал: мужчина мужчине слово держит! Один из них он, а другой — я!». Не успел он договорить, как волна невыносимого жара ударила в повозку. Суань-ни в ужасе выпрыгнул наружу, вынося на себе Ми Я. Оглянувшись, мальчик увидел, что главная повозка каравана, закаленная в сотнях испытаний, за мгновение превратилась в груду расплавленной меди! — Выдаешь сына или будем драться? — ледяным тоном повторил Ми Фан. Прежде чем Бупо успел ответить, вперед вышел разгневанный Юйгун Жуин: — Дядя Ми! Вы считаетесь опорой Юга! Вы были лучшим другом моего отца, как же вы могли уничтожить его наследие?! Это верх неучтения! Вы не ведете себя как благородный старейшина! — Мальчишка, что ты знаешь о приличиях?! — отрезал Ми Фан. — Эту повозку я сделал своими руками. Теперь я её сжег и отправил старому другу на небеса. Это и есть истинная дружба! — Отец, не мучай их, я сам решил уйти! — крикнул Ми Я. — Молчи! — оборвал его отец. — Это всё Юшэнь Бупо со своими речами о «высшем вкусе» затуманил тебе разум и заставил сбежать из дома! — Нет! Я давно об этом мечтал. Отец, они хорошие люди, отпусти меня с ними! — Да какой прок от того, что они «хорошие»! — рявкнул Ми Фан. В разговор вмешался Цзянли: — И что же должно произойти, чтобы вы согласились отпустить сына? Ми Фан рассмеялся: — Только если вы сможете меня одолеть. Иначе... — Иначе что? — С вами будет то же, что с этой повозкой! Цзянли и Юйгун Жуин посмотрели на лужу расплавленного металла, переглянулись и покачали головами. Ми Я выбежал вперед, заслоняя друзей: — Я вернусь с тобой! Только не трогай их! Внезапно Юшэнь Бупо протянул левую руку, схватил мальчишку за шиворот и поднял в воздух. — Ты что творишь?! — крикнул Ми Фан, изменившись в лице. — Малец, я дал тебе слово и не нарушу его, — сказал Бупо. — А ну брысь назад и не мешайся под ногами! Правой рукой он нажал на точки, так что тело Ми Я обмякло. Бупо аккуратно забросил его на спину суань-ни и скомандовал зверю: — Неси хозяина в караван! Мифический зверь всё понял и унес обездвиженного Ми Я к повозкам. Юшэнь Бупо вразвалочку вышел вперед — вид у него был весьма внушительный. Лолин втайне тревожилась, Жуин горько усмехался, а Цзянли тихо вздохнул. В это время подоспела наземная армия Цзиляня — более тысячи человек, что лишь добавило мощи правителю Ми. — Ты знаешь моего сына всего ничего, — сказал Ми Фан. — Неужели он стоит того, чтобы ты отдал за него жизнь? Или ты думаешь, что я не убью тебя? — Ни то, ни другое, — ответил Бупо. — Просто я знаю, что меня не так-то просто убить. — Неужели ты надеешься победить меня? Бупо покачал головой: — Нет. Но попробовать стоит. Когда мы столкнулись с Паосяо, у нас тоже не было шансов, но в итоге мы его завалили. Ми Фан повернулся к Жуину: — А ты? Тот лишь молча сделал шаг вперед, встав по левую руку от Бупо. Затем правитель обратился к Цзянли: — Неужели и такой мудрый юноша, как господин Цзянли, готов на эту безумную смерть? Цзянли вздохнул: — С тех пор как этот парень выкопал меня из сугроба в Великих Пустошах, со мной не случалось ничего хорошего. Он тоже сделал шаг вперед, встав справа от Юшэнь Бупо. Ми Фан бросил взгляд на Лолин, которая тенью стояла за спиной Бупо, но она даже не посмотрела на него. Эта девушка всегда молчала и держала голову опущенной. — Что ж, решимости вам не занимать. Я исполню ваше желание. Птица Бифан пронзительно закричала и выдохнула сгусток желтого пламени, который в воздухе разделился на тридцать три огненных дракона и устремился вниз.