Тайны книги гор и морей

— Юшэнь Гу объявился, — лицо Сан Цзи оставалось спокойным, но он не мог не дрогнуть, произнося это имя. — О, — Сан Аован внешне был безучастен, но между его бровей промелькнула мимолетная тень волнения. — Лэй Сюй из Секты Крови погиб от рук Юшэнь Гу. Ученики Повелителя Облаков и Повелителя Востока потерпели поражение от рук Юйгун Жуина и Цзянли. Цзинсинь и еще один последователь Секты Крови, Сюэ Чэнь, бежали, их местонахождение неизвестно. — А Сяо-Юй? Есть новости о нем? — Похоже, он встретился с Юшэнь Бупо, исход боя неизвестен. Брат, не беспокойся, во всем Большом Юго-Западе сил Сяо-Юя более чем достаточно для самозащиты. — Эх, я прожил шестьдесят лет, а под конец жизни больше всего беспокоюсь об этой паре детей. Пойдем навестим А-Сю, сегодня утром у неё снова был приступ боли в сердце. Сан Гусю, прижимая к себе серебряную лисицу, с трудом поднялась и хотела было позвать служанку, чтобы та помогла ей добраться до отца и попросить о помощи. Но вдруг она подумала: «С братом Жому и Цзянли наверняка что-то случилось, иначе эта никогда не просыпающаяся лисица не повела бы себя так странно. Но поверит ли отец? Одной лишь этой бессловесной лисице и куску тутовой коры?» Она оперлась на деревце малого фусана, колеблясь в нерешительности: «Брат Жому — человек гордый, но раз он прислал лисицу с вестью, значит, впереди смертельная опасность. Если отец не поможет всеми силами, а пришлет лишь нескольких подчиненных, это не поможет. Но как заставить отца поверить мне? Как заставить его приложить все силы для спасения брата Жому?» Она тяжело дышала, сердце снова кольнуло: «Почему я такая слабая! Такая бесполезная! И это при том, что я наследница крови рода Цаньцун! Если бы у меня была великая сила, разве я не могла бы сама помочь брату Жому?.. Ах, сама... точно! Отец не обязательно бросит всё ради спасения Жому, но он точно сделает это ради меня! Если он решит, что я в беде, он приложит все усилия, чтобы найти меня. Если я первой найду брата Жому и разделю с ним опасность, отец придет на помощь со всей своей мощью! И пусть потом отец и дядя будут винить меня — ради брата Жому это не имеет значения!» При мысли о том, что она разделит невзгоды с любимым, сердце Сан Гусю наполнилось горечью и сладостью одновременно. Поглаживая серебристую лису, она почувствовала, как на ладони осталось несколько шерстинок. Прижав их кусочком сухой коры фусана под деревом Малого Фусана, она обняла лису и шаг за шагом стала выходить из сада. Внезапно в её голове раздался голос: — С такой скоростью ты когда дойдешь? — Кто! Кто здесь говорит? — Я, у тебя на руках. Сан Гусю опустила голову и посмотрела на лисицу. Та не открывала рта, но её глаза смотрели прямо на девушку, а в сознании Сю снова прозвучал голос: — Да, это я. Твоим шагом ты доберешься до Пруда Ядовитого Огненного Феникса, когда уже будет поздно. Сан Гусю была принцессой целого государства с тысячелетней родословной Цаньцун, поэтому общение с духами животных не показалось ей слишком странным. Её мысли были о Жому: — Пруд Ядовитого Огненного Феникса? Зачем он туда отправился? И что... что с ними случилось? Какая опасность им грозит? — Я и сама не знаю точно, там была полная неразбериха. В суматохе я лишь получила от хозяина сигнал «о помощи». Не спрашивай больше, идем скорее. — Хорошо. Но я... — Слейся со мной. Используй Небесный шелк, чтобы впитать мою духовную силу — это поможет тебе ненадолго окрепнуть. Сан Гусю немного поколебалась и наконец кивнула. Лисица моргнула, в них трудно было скрыть промелькнувшую радость. «Почему она так рада? — подумала Сангу Сю. — Наверное, потому что нашла помощь». Она сосредоточилась, закрыла духовный взор и выпустила нити шелка. Это был необычный шелк: алый как огонь, оранжевый как плод, желтый как хризантема, зеленый как вода, изумрудный как горы, синий как водоросли, фиолетовый как гриб линчжи — семь цветов сплелись в одну бесцветную нить Небесного шелка. Тысячи нитей окутали свернувшуюся лисицу. Сан Гусю выдохнула глоток духовной энергии, шелковый кокон начал вращаться, становясь всё меньше и меньше. Когда он стал размером с кулак, девушка прижала его к груди, и кокон беспрепятственно слился с её телом. В мгновение ока Гусю почувствовала необычайную легкость и силу. Демоническая энергия лисицы, пройдя сквозь барьер Небесного шелка, стала почти неощутимой. Такое слияние с демоном и заимствование его сил было вредно для здоровья, но ради Жому Сан Гусю была готова на всё. — А-Сю, А-Сю... — Сан Аован обыскал весь Сад Малого Фусана. Чем дольше он искал, тем больше росла его тревога. — Брат, смотри! — Сан Цзи держал в руках кусок коры и несколько шерстинок. — Что это? — Нашел под деревцем малого фусана. Это шерсть той серебряной лисицы Цзянли. Я изначально подозревал этого зверя, поэтому запомнил его ауру. — Цзянли? Тот малец из Секты Тайи из каравана Таохань? Но на этой коре осталась аура Жому. Зачем этим соученикам забирать А-Сю?! — Боюсь, у них дурные намерения! Иначе зачем Жому, с которым мы дружим десятилетиями, тайно уводить её, не сказав ни слова! Братья переглянулись, и обоим в голову пришла одна и та же ужасная мысль: «Небесный шелк защищает тело, Огненный Феникс изгоняет зло» — это был единственный способ одновременно спасти плоть и душу жены Юшэнь Гу. Но чтобы получить чистейший Небесный шелк, нужно было буквально «размотать по ниточке» представителя прямой королевской крови Цаньцун! — Брат, нельзя медлить! — вскричал Сан Цзи. — Даже если мы не знаем наверняка, собираются ли они сотворить этот ужас с А-Сю, нужно спешить! Её тело не вынесет таких потрясений! Сан Аован смотрел на юг пустым взглядом. — Брат! Сан Аован с силой сжал кулаки, суставы хрустнули, и он с болью в голосе произнес: — Люди из внешних земель... Юшэнь Гу, нас связывают десятилетия дружбы... С тех пор как они прогнали ту группу из столицы Ся, караван Таохань больше не встречал препятствий со стороны людей. После той схватки все воссоединились. Когда Юшэнь Бупо узнал, что таинственный человек у Ведьминого Пика был знаменитым Цзидань Ломином, он запрыгал от восторга. Юйгун Жуин, услышав, что Цзидань Ломин, вероятно, был в засаде прямо на южной дороге, сокрушался, что упустил возможность встретиться. Больше всех был недоволен Ми Я: видя, что каждый из троих встретил сильного врага или мастера, он, назначенный «сидеть в центре и нести великую ответственность», провел время в полном штиле! Он вопил, что его обманули, извергал пламя и заставлял «лжеца» Юшэнь Бупо бегать от него по всей округе. Путь проходил весело, в шутливых потасовках, но чем дальше на юг, тем безлюднее становилось вокруг и тем труднее становилась дорога. Достигнув горы Сюньу на южной границе царства Юйфу, они обнаружили, что исчезли даже горные тропы. Юшэнь Бупо созвал четверых старейшин и шестерых посланников в «Предел Иллюзорного Звукоизоляционного Дерева», созданный Цзянли в центре лагеря, чтобы обсудить дальнейшие действия. Пятнадцать человек сели в круг: слева от Юшэнь Бупо был Цзянли, справа — Юйгун Жуин, рядом с Цзянли — Лолин, рядом с Юйгун Жуином — Ми Я... Эти люди была высшим руководством каравана Таохань. Ми Я, видя такую серьезную обстановку, понял, что это официальный совет и его участие означает признание его взрослым. Он подавил восторг и принял важный, зрелый вид. Старейшина Цан открыл собрание, кратко изложив суть: — ...Вкратце: во-первых, повозкам дальше не пройти; там могут быть сокровища, но нет торговых путей. Во-вторых, несколько вождей намерены отправиться к Пруду Ядовитого Огненного Феникса. Нам нужно обсудить, как совместить эти цели или какой путь выбрать. С тех пор как Юшэнь Бупо возглавил караван, он уничтожил Пурпурных пауков, прошел земли Шифан, бросил вызов Цзиляню и открыл пути на юго-запад. Слава Таохань гремела сильнее прежнего, а доходы торговцев превзошли все ожидания. Все — от мала до велика — были преданы вождям и готовы делить с ними и радость, и беду. Поэтому, хотя не все понимали, зачем вождям понадобилось к Пруду Феникса, возражений не было. Началось обсуждение плана. Спустя долгое время было решено разделиться: вожди отправятся к Пруду, а основная часть каравана вернется вглубь земель Юйфу и будет ждать там. — К Пруду Ядовитого Огненного Феникса лучше идти малым числом, — сказал Цзянли. — Но каравану всё равно нужен предводитель. Один из нас пятерых должен остаться. На этом официальном совете Ми Я до последнего не смел вставить слова, боясь опозориться. Но, услышав слова Цзянли, он подпрыгнул на месте: — Кто угодно! Только не я! В этот раз я ни за что не соглашусь на эту глупость — "сидеть в центре"! — Не волнуйся, — улыбнулся Цзянли, — это будешь не ты. Ми Я выдохнул с облегчением. Цзянли посмотрел на Юйгун Жуина, и тот ответил встречным взглядом. Они обменялись немым пониманием. — Я останусь, — сказал Юйгун Жуин. Юшэнь Бупо понимал, что путь к Пруду полон опасностей и ему очень нужен такой соратник, как Юйгун Жуин. Но по способностям, авторитету, опыту и умению вести за собой Юйгун Жуин был лучшим кандидатом на роль временного главы каравана. Он кивнул. Старейшина Цан подал знак, все выпрямились, слушая официальный указ Юшэнь Бупо: — Исполняющий обязанности главы каравана Таохань Юшэнь Бупо вместе с вождями Цзянли, Лолин и Ми Я отправляются к Пруду Ядовитого Огненного Феникса. Временное руководство караваном поручается вождю Юйгун Жуину. Каравану немедленно вернуться в земли Юйфу, действовать по обстоятельствам. — Собрание окончено! — громогласно объявил старейшина Цан. Листья и ветви иллюзорного барьера исчезли, и «Предел Звукоизоляционного Дерева» растаял. После того как караван Таохань повернул назад, Цзин Синь приказал Мати бросить повозки, волов и всё добро в глухом месте. Мати и его брат Мавэй взвалили на плечи по корзине с провизией и пошли пешком на юг через горы. Тут-то и начались настоящие мучения. Мало того что дорога была тяжелой, так еще и приходилось прислуживать Цзинсиню, чья спесь не знала границ! Мати начал сомневаться, не слишком ли поспешно он признал этого человека учителем. Став учеником Цзинсиня, он снова превратился в слугу. Раньше он прислуживал нанимателю ради денег, теперь — учителю ради знаний. Мавэй покорно сносил всё, но Мати, который так и не узнал ничего нового, а лишь терпел издевательства, начал раскаиваться. — Ой! Что это там? Огромная птица? — воскликнул Мавэй. Мати проследил за жестом брата и увидел в вышине странную птицу, на которой, казалось, сидел человек. — Должно быть, кто-то проявляет свои божественные силы, — проворчал Мати. После встречи с караваном Таохань он уже ничему не удивлялся. — Когда-нибудь и я научусь такому: летать в небеса и спускаться под землю! Пока Мати предавался мечтам, сзади раздался холодный голос: — Тебе этой силы вовек не видать. Мати даже не нужно было оборачиваться — это был его учитель, который ничему его не учил, но использовал как раба. Эти слова убили в нем весь энтузиазм, но вскоре он снова собрался с духом и заискивающе спросил: — Учитель, что это за птица такая огромная? — Птица? — Цзинсинь усмехнулся. — Это бабочка! — Бабочка?! — поразился Мати. — Бывают ли бабочки, способные летать так высоко? — Что ты смыслишь? В мире полно вещей, о которых ты и не слыхивал! — Ваш ученик невежествен, прошу наставлений, — поспешно добавил Мати. — Хм, — Цзинсинь задумался. — Я догадываюсь, чьих это рук дело, но это дело нешуточное. Тебе сейчас знать это ни к чему, как-нибудь потом расскажу. Ой! Цзин Синь удивленно воскликнул, и Мати тоже увидел, что «бабочка» плавно опускается прямо к ним. На сердце у него стало неспокойно: «Что это за чудовище сидит на бабочке? Лишь бы не за неприятностями пришло». Сан Гусю никогда не выходила из дома и не знала дорог. Она гнала иллюзорную бабочку на юг и даже не заметила, как разминулась с возвращающимся караваном Таохань. Теряясь среди гор, она увидела внизу троих людей, пробирающихся сквозь чащу. Она подумала, что те, кто смог зайти в такую глушь, наверняка люди необычные, и решила спуститься и спросить дорогу. Во главе троих стоял заклинатель с аккуратной черной бородой и благородной осанкой. Сан Гусю он сразу внушил доверие, и она вежливо поприветствовала его с высоты бабочки. Они представились друг другу. Гусю мало знала о внешних делах; хотя Цзинсинь и бывал у них в гостях, её отец, Сан Аован, никогда не упоминал об этом. Цзинсинь же, увидев огромную, в три чжана, бабочку, сразу догадался о связи девушки с семьей Сан, а услышав её фамилию, окончательно убедился в своей правоте. «Говорят, у Сан Аована есть вторая дочь, красавица, но очень болезненная. Судя по всему, это она. Похоже, она не знает, что я был гостем в их доме». Он не стал выдавать себя, но, услышав вопрос о дороге к Пруду Ядовитого Огненного Феникса, внутренне вздрогнул. — К Пруду Феникса? — Вы знаете туда дорогу, сударь? Цзинсинь кивнул. Сан гусю обрадовалась и стала расспрашивать о пути. — В двух словах не объяснишь, — сказал Цзинсинь. — Я знаю дорогу и мог бы проводить вас, барышня, но, увы, я не обладаю силой полета. Сан Гусю кротко улыбнулась: — Если вы согласитесь стать моим проводником, это будет лучшим подарком. Примите мою благодарность. А летать — это несложно. Она с детства была слаба здоровьем и не выносила ветра и долгих переходов. Лишь слившись с лисицей и заимствуя её силы, она смогла проделать такой путь. Иначе, хоть она и могла призвать бабочку, она бы не выдержала встречного ветра на высоте. Мати и Мавэй под тяжелым взглядом учителя не смели слова вставить. Мавэй думал только о еде, а Мати, хоть и засматривался на женщин, предпочитал девок побойчее. Сан Гусю была изящна, но в его глазах она была лишь бледной немощной барышней. «Чего в ней особенного? И почему учитель с ней так церемонится? Подумаешь, бабочку вырастила!» Пока он ворчал про себя, Сан Гусю протянула руку. На ладони у неё лежали два тутовых листа, на которых копошились три маленьких червячка. Мати знал, что это шелкопряды, но Цзин Синь видел — это уникальные Небесные шелкопряды рода Сан! Они пожирали листья с невероятной скоростью и вскоре не оставили и следа. Сан Гусю подбросила их в воздух, и крошечные существа на лету начали выпускать мириады шелковых нитей. Не успели они коснуться земли, как нити застелили пространство в три-четыре чжана. Шелк окутал червей, превратив их в огромные коконы, и прежде чем Мати и Мавэй успели моргнуть, из коконов вырвались три огромные бабочки. Мавэй застыл с открытым ртом, забыв про лепешку; Мати же сгорал от зависти: «Почему у всех этих людей такие чудесные способности! Эх, будь у меня знатное происхождение, я бы точно был круче всех!» — Прошу вас, господа, — пригласила Сан Гусю. Цзинсинь с улыбкой легко взошел на бабочку, бросив взгляд на парней. Он привык к комфорту и не любил лишений, поэтому и взял в услужение смышленого Мати. Изначально он планировал избавиться от них обоих, как только они войдут в глухие горы, но Мати так умело льстил и ухаживал за ним, что Цзинсинь решил оставить их в живых, пока они не станут обузой. Кто же знал, что они встретят Сан Гусю. «Хе-хе, ну и везунчики же вы двое!» В пути Гусю спрашивала: «Не видели ли вы в последнее время каких-то странных знамений или великих битв?» Цзинсинь, ловя каждое изменение в её лице, сочинял на ходу: — Как же, видел. Несколько дней назад как раз в стороне Пруда Феникса небо разверзлось, а солнце померкло. Я как раз и направлялся туда, чтобы разведать, что к чему. Сан Гусю еще больше помрачнела. Цзинсинь же хитростью выведал у неё почти всё, что её беспокоило. «Тот Жому — старший ученик наставника Тайи, его сила едва ли уступает учителю. И если даже он и Юшэнь Гу в беде, то я и подавно не полезу в это пекло. Лучше всего, если они там все поубивают друг друга, а я останусь в тени и получу свою выгоду». Они летели долго, пока Цзинсинь не увидел вдалеке на юге алое зарево. Он понял, что до Пруда осталось не более трехсот ли, и уже хотел придумать предлог, чтобы расстаться с девушкой. Вдруг она вскрикнула: «Брат Жому!» — и резко развернула бабочку на юго-восток, прибавляя скорость. Видя, как Сан Гусю улетает, Мати спросил: — Учитель, что с этой женщиной? — Хе! Кто её знает, с ума сошла, наверное! — И что нам делать? — Продолжаем путь на юг. Спустимся пониже к верхушкам деревьев и пойдем не спеша. Хе! А эти бабочки недурны, поудобнее лошадей будут! Сан Гусю тоже догадалась по зареву, что Пруд где-то рядом. Она хотела спросить Цзинсиня, но внезапно с юго-востока до нее донесся знакомый запах, который она не чувствовала много лет — запах Жому! Мысль о нем, о ком они с сестрой мечтали столько дней и ночей, привела её в исступленный восторг. Потеряв голову от радости, она вскрикнула и устремилась на юго-восток, напрочь забыв о Цзинсине и его спутниках. Стоя на иллюзорных бабочках, Сан Аован и Сан Цзи издалека наблюдали за караваном Таохань, выстроившимся в круг. — Ауры А-Сю здесь нет, — сказал Сан Ован. — Похоже, Юшэнь Гу и Жому тоже не здесь. Сан Цзи ответил: — Если у Юшэнь Гу нет дурных намерений, то А-Сю ничего не грозит. Но если он всё же решился на это злодейство, он должен быть у Пруда Ядовитого Огненного Феникса. Раз А-Сю нет здесь, нам нужно спешить к Пруду! — Хорошо! Если они посмеют... если хоть один волосок упадет с головы А-Сю, ни один человек из внешних земель не уйдет из юго-западных краев живым! Юйгун Жуин стоял, задумчиво глядя на кружащего в небе орла. Старейшина Цан подошел к нему и спросил: — Молодой господин, что случилось? — Это Сан Аован и Сан Цзи, — прошептал Юйгун Жуин. — Они ушли на юг. Судя по их виду, случилось что-то серьезное! — Неужели это связано с господином Юшэнем? — Старейшина Цан по-прежнему не называл его главой каравана при Юйгун Жуине. — Мне нужно нанести визит Бо Цзяюю. — Правителю Юйфу? Но мы уже заезжали в Цзяньшань, представились и поднесли дары. В голове старейшины Цана что-то щелкнуло, и он внезапно понял: — Молодой господин! Вы тоже хотите отправиться к Пруду Ядовитого Огненного Феникса? Юйгун Жуин кивнул: — Именно так. Если Бо Цзяюй согласится присмотреть за нашим караваном. Ветер свистел — не был ли это предвестник надвигающейся бури?