Тайны книги гор и морей

Грудь девушки напряглась, когда она поняла, что за ней подглядывают. Это была середина великой реки, где кольцо тростника образовало причудливое место для купания. Ночной ветер, подобный вуали, ласкал купающуюся девушку. Она тревожно дышала, обводя глазами окрестности в поисках того, кто за ней подглядывал… Заросли тростника были расставлены Цзянли; если бы кто-то спрятался внутри, он бы обязательно его обнаружил. Небо было безоблачным, даже Юйгун Жуин отозвал своего орла… Это должно было быть абсолютно безопасное место для купания, почему же она так беспокоилась? Может, она зря тревожится? Девушка взяла шелковый платок, подаренный Сан Гуюем; влажная ткань терлась о её шею, скользила по плечу, проходила над правой стороной груди, направляясь к животу, осторожно касаясь той поросли загадочной травы. Пришло, снова пришло. Она очень отчетливо чувствовала, что он смотрит на нее… Да! Это именно то ощущение: выпирающий кадык двигается вверх-вниз, крепкая грудь непрерывно вздымается, она даже почувствовала, как его рука невольно тянется к его паху… Пламя обжигало тело этого мужчины… Девушка знала, что он очень молод, но откуда она это знала? Вчера вечером, во время купания, девушка уже заметила эту странность, но несколько её всемогущих друзей долго искали и не нашли ничего подозрительного. Они спрашивали девушку, что именно она обнаружила, но как она могла вслух сказать об этом постыдном ощущении? Тогда даже она сама думала, что это лишь иллюзия. Кто бы мог подумать, что сегодня вечером всё повторится… Девушка подняла голову, её нежно-розовые соски как раз показались над поверхностью воды. Луна превратилась в зеркало, освещая её изящную шею над водой и пупок под водой… Там кто-то есть! Точно! Девушка хотела рассказать об этом чувстве Лолин, но от стыда так и не смогла произнести ни слова. Одна луна в небе, две луны на дне воды; в лунном свете отражается безупречное обнаженное тело девушки. Глядя сквозь это небесное «зеркало», девушка словно видела пару глаз, скрывающихся неизвестно где; сейчас они были налиты кровью. Она даже чувствовала, что и другая часть тела того юноши тоже наполняется кровью. Как же это стыдно! Девушка невольно прикрыла сокровенные места шелковым платком, плотно сжала и переплела ноги, левой рукой схватила правую так сильно, что на коже едва не остались следы. Она почувствовала, что юноша, прячущийся неизвестно где, начал тяжело и неконтролируемо дышать… Да! Прямо как звуки, доносящиеся из лесов на берегу: шум ветра, пение птиц, дыхание весны. Когда девушка почувствовала, что температура тела юноши становится всё выше, в её собственном сердце родилось всё более сильное желание. Она закрыла глаза, но отчетливее увидела горящий взгляд юноши. На левом берегу туманные горные вершины становились всё выше и больше, упираясь в луну и разрывая лунную вуаль. Луна превратилась в цветок и внезапно распустилась. Девушка тихо простонала, выдохнула и, обессиленная, погрузилась под воду. «Вчера…» Летящий орел, журчащая вода, цветы, крик. — А-а-а-а... ты... не подходи! — Кричи, кричи! Можешь кричать сколько угодно! Даже если сорвешь голос, никто к тебе не придет! ... Весна, третий месяц. Когда Юшэнь Бупо проснулся, то обнаружил, что Лолин исчезла. Расспросив А-Саня, он направился к плотам в голове торгового каравана. На крыше медной повозки Ую: Цзянли закрыл глаза, казалось, он спал; Сан Гуюй смотрел на белые облака, мечтая о том ветре; Ми Я держал бутылочку с приправой, которую ему подарил Цзянли; Юйгун Жуин остекленевшим взглядом смотрел на серебристую змею; Лолин сидела на самом краю, прислушиваясь к шуму воды — никто не произносил ни слова, каждый думал о чем-то своем. — Что вы здесь делаете? — никто не ответил Юшэню, даже Лолин, казалось, была настолько погружена в свои мысли, что не слышала его голоса. — Зачем вы все здесь собрались? — Ветерок ловим, — неожиданно отозвался Цзянли. Он полулежал в плетеном кресле, увитом пятицветными цветами и травами, выглядя таким свежим, словно только что сорванный плод или молодая почка, готовая вот-вот раскрыться. Весеннее воодушевление, подобно весенним водам, наполняло всё вокруг. Сидя на Ую и глядя, как навстречу бежит великая река, а горы и леса по обоим берегам словно оживают на картине, нельзя было не признать: это действительно было отличное время и место, чтобы просто ловить ветер. Когда Юшэнь Бупо был с Лолин, больше всего он наслаждался близостью тел; но беседы с Цзянли дарили иное, совершенно особое спокойствие. Он присел рядом с Цзянли и начал без умолку болтать всякую чепуху; Цзянли, полуприкрыв глаза, слушал его вполуха. — Там впереди кто-то есть, — внезапно произнес Юйгун Жуин. Юшэнь Бупо фыркнул: — Пф! Да мало ли кто там может быть, что тут такого удивительного! — Он возразил Юйгун Жуину без какой-либо особой причины, просто потому, что хотел поспорить. Жизнь, где день за днем не происходит ничего нового, была донельзя скучной. — Конечно, это удивительно, что там кто-то есть! — возразил Сан Гуюй, столь же необоснованно, как и Юшэнь Бупо. — Это женщина, — продолжал Юйгун Жуин. — О? — одновременно отозвались двое мужчин: один по фамилии Юшэнь, другой по фамилии Сан. — Это девушка, сотни цветов лотоса несут её по течению реки, — добавил Юйгун Жуин. — Красивая? — спросил Юшэнь Бупо. Сан Гуюй одарил его сердитым взглядом. Он всегда считал, что то, что такая безупречная девушка, как Лолин, связалась с таким распутником, — просто несправедливость небес! И хотя он презирал Юшэнь Бупо за этот бесстыдный вопрос, он все же навострил уши, ожидая ответа. — Выглядит очень хрупкой, она так подходит тем сотням цветков лотоса, пропитанных речной водой, — Юйгун Жуин не ответил прямо, но его слова вызвали у трех юношей калейдоскоп фантазий — даже еще не повзрослевший Ми Я заинтересовался происходящим: — Где она? Почему ты ее видишь, а я нет? — У этого парня не только зоркий орлиный глаз, — Юшэнь Бупо указал на Юйгун Жуина, — он еще и с помощью «техники сенсорной связи» может видеть всё, что попадает в поле зрения его пернатого зверя, орла по имени Коготь Дракона. — Именно так он, когда заблудился в Великой Пустоши, был найден отцом Юйгун Жуина, Юйгун Чжисы. — Где она? — Сан Гуюй тоже потерял терпение. Юйгун Жуин посмотрел вверх по течению реки и вздохнул: — В таком месте... как же это одиноко... Хрупкая красавица, сидящая на сотнях лотосов, одиноко плывущая по течению... Четверо юношей вместе устремили взгляды вверх по реке, даже Цзянли невольно погрузился в задумчивость. — Если бы в этот момент она столкнулась с опасностью, то это свидание было бы просто идеальным, — бессердечно заметил Юшэнь Бупо. Сан Гуюй сердито посмотрел на него, но тут услышал, как Юйгун Жуин бесстрастно произнес: — На нее напала странная рыба. — Его голос оставался таким же спокойным, словно он рассказывал обычную историю о том, как большая рыба ест маленькую. — Что?! — оба мужчины вскочили одновременно. В сердце Сан Гуюя на девять десятых была тревога и лишь на одну — скрытое возбуждение, а у Юшэнь Бупо это возбуждение было написано прямо на лице. — Спасать! Быстрее, спасать! — Ми Я испытывал чистую тревогу, всё-таки он был добрым малым. — Далеко ещё, — сказал Юйгун Жуин. Сан Гуюй взмахнул рукой, и небесный шелкопряд в мгновение ока превратился в бабочку. Он совершенно не обратил внимания на крики Юшэнь Бупо: «Возьми меня с собой!», полетел на бабочке и вскоре скрылся из виду. — Скорее! — Юшэнь Бупо дернул Юйгун Жуина за рукав: — Позови свою большую птицу! Отправь меня туда! — К чему спешить? — сказал Юйгун Жуин. — Пока Коготь Дракона прилетит обратно, Сан Гуюй уже сто раз её спасёт. Юшэнь Бупо придвинулся к Цзянли, почти вплотную, нос к носу, и сказал: — Колесницу семи ароматов! Колесницу семи ароматов! Одолжи мне её. Дыхание Юшэнь Бупо обдавало лицо Цзянли, но тот, похоже, не возражал: — Сегодня утром я отправил её впитывать эссенцию солнца, она ещё не вернулась. Даже если бы и вернулась, сейчас уже не успеть за этим господином Саном. Увидев, что лицо Юшэнь Бупо выражает разочарование и досаду, Цзянли добавил: — Впрочем, у меня есть одна идея, возможно, она позволит тебе добраться быстрее, чем Сан Гуюй... — Что?! Говори скорее! Времени нет! — Сначала возьми немного приправы из рук Ми Я, а затем встань вот там, да, именно там, где свернулась Иньхуань, чуть вперед, чуть левее... — пока Цзянли говорил, Юшэнь Бупо выполнял инструкции. — О, точно, позиция идеальная, а теперь посыпь приправой нос Иньхуань... Кстати, есть ли у змей нос? Пока Цзянли размышлял над этим серьезным научным вопросом, Юшэнь Бупо уже сделал всё как было сказано: спящая гигантская змея Иньхуань поперхнулась приправой, высыпанной ей прямо на голову. Не успела она открыть глаза, как из них потекли слезы. Глядя на заслезившиеся глаза змеи, Юшэнь Бупо почувствовал неладное, и тут Цзянли произнес: — Бупо, берегись того, что сзади. Юшэнь Бупо успел только обернуться, как хвост разгневанной змеи, внезапно раздувшийся до толщины обхвата, хлестнул его с необычайной силой. — Цзянли — ты меня подставил! — в затихающем крике Юшэнь Бупо превратился в милый метеор. — Что это за приправа? — нахмурившись, спросил Юйгун Жуин у Ми Я. — Её подарил мне братец Цзянли, он сказал, что такое есть только на континенте за Восточным океаном. Вкус острый и странный, не знаю, как она называется. Кстати, братец Цзянли, почему братец Юшэнь так нервничал, если братец Сан уже отправился спасать девушку? Неужели та странная рыба настолько сильна, что он боялся, будто братец Сан не справится? Юйгун Жуин не ответил, вместо него это сделал Цзянли: — Существует легенда о встрече, называемой «герой спасает красавицу», — неспешно промолвил Цзянли. — Такие мужчины, как Юшэнь Бупо, мечтают о ней во снах… ______________ — Отлично, успел! Девушка уворачивалась от атак странной рыбы. Её изящные черты лица в сочетании с перепуганным и беспомощным выражением могли заставить сотни тысяч нормальных мужчин ринуться ей на помощь. — Не бойся, я иду на помощь! — громко крикнул Сан Гуюй, устремляясь вперед. Девушка, услышав крик, в суматохе боя подняла голову и увидела, как нечто летит вниз и с размаху врезается в голову рыбы. Чудовище было оглушено, но эта крошечная лодка из цветков лотоса рассыпалась под ударом! Юшэнь Бупо вынырнул из воды, держа в одной руке оглушенную им рыбу, и уже хотел было разразиться бранью в адрес Цзянли, но тут увидел, что перед ним, удивленно глядя на него, находится прелестная девушка. Он тут же осознал, что это та самая девушка, о которой говорил Юйгун Жуин, и поспешно проглотил все ругательства: — Хе-хе, не бойся, не бойся! Пока я здесь, никто не сможет причинить тебе вреда! Сегодня вечером сварим из этой рыбы суп. Разлетевшиеся лотосы снова собрались под ногами девушки, образовав круглый цветочный плот около трех метров в диаметре. Юшэнь Бупо, таща рыбу, забрался на плот и расплылся в лучезарной улыбке: — Сестрица, как тебя зовут? И как ты оказалась в этом месте, где... где даже птицы не садятся? В это время Сан Гуюй мягко опустился рядом. Хотя он был крайне разочарован и раздосадован тем, что Юшэнь Бупо его опередил, при виде девушки он все же сохранил выражение нежности на лице. Девушка, столкнувшись с двумя незнакомцами, буквально свалившимися с неба, робко произнесла: — Ты... не называй меня сестрицей, ты, кажется, старше меня. Я... меня зовут Цайцай, я... Вдруг она увидела, как призрачная бабочка, постепенно превратившись в небесного шелкопряда, упала прямо перед ней. Она вскрикнула: — Ой, гу... гусеница! — и бросилась в объятия к Юшэнь Бупо! Девушка Цайцай, укрывшись в объятиях ошеломленного и обрадованного Юшэнь Бупо, лишилась чувств. Последнее, что она успела прошептать перед обмороком, было: «Я теряю сознание...» Торговый караван Таоханя, девятнадцатая медная повозка «Байлу» (Белая роса). Лолин смотрела на девушку, которую привел Юшэнь Бупо, и попыталась прочесть её мысли. Но то, что она прочла, было... ею самой! «Учитель! Учитель!» — безмолвно звала Лолин, но у пруда Феникса не было и следа наставника. Однако Лолин знала, что он здесь был. Пруд, только что став источать спокойствие, взволновался от какого-то иного, едва уловимого прикосновения. Но оно не задерживалось, затихая в тот самый миг, когда Лолин пыталась до него дотянуться. «Почему? Почему ты не хочешь показаться?» — с тревогой на душе Лолин опустилась на колени. Учитель для неё был совсем не тем, кем считают наставников обычные люди: учитель был отцом и матерью, родным человеком, а школа — домом. Учитель и школа составляли весь мир Лолин! С самого детства Лолин не знала, что на свете бывают отцы, матери, братья, сестры, друзья... Она полагала, что у каждого человека есть только наставник и группа преданных ему слуг. Как-то вечером, прислуживая наставнику во время умывания, она увидела лицо под вуалью — холодное, как ночь, и легкое, как ветер. Тогда она почувствовала легкую грусть, глядя на это лицо, но не знала, почему. Она знала только язык души и чувств, и в тех чертах видела лишь печаль, не умея оценить их трагическую красоту. В ту пору она еще не знала, что такое красота. Слово «красота» ей открыл Юшэнь Бупо. Этот здоровый, полный жизни парень сказал ей, что она — красивая девушка. С того вечера они часто и с удовольствием наслаждались близостью тел. После этого... Стоп! Лолин глубоко вздохнула и с ужасом прекратила попытки проникнуть в сознание Цайцай! Эти воспоминания... она увидела их в мыслях самой Цайцай! Как такое возможно? Что здесь происходит?! Она не осмеливалась просто так лезть в головы Юшэнь Бупо или Цзянли, потому что не была уверена в успехе. Она пыталась прочесть Цзидань Ломина, но наткнулась, словно на безупречную стену — это было нормально; наставник говорил, что тот, кто обладает достаточно сильным духом, может преградить путь любому чужому ментальному вторжению. Но Цайцай, находясь в обмороке, сумела отразить её ментальный удар! С таким она не только не сталкивалась, но даже не слышала о подобном! — М-м... — тихо простонала девушка и медленно открыла глаза. Медная повозка Ую, крыша. — С девушкой всё в порядке? — спросил Юшэнь Бупо после того, как Лолин помогла Цайцай устроиться в Байлу. — Ничего страшного, — ответил Цзянли. — Переутомление и небольшой испуг. Выспится — и пройдет. — Он повернулся к Юйгун Жуину: — Происхождение этой девушки крайне странное. Мы уже на самом Дальнем Западе! Вокруг глушь, а она одета в первоклассный шелк. Хотя фасон необычный, очевидно, что она из просвещенного народа, а не из диких племен. Не успел Юйгун Жуин ответить, как вмешался Сан Гуюй: — У неё и акцент странный. Не юго-западный, ближе к официальному языку Янчэна, но есть отличия. Звучит немного архаично. Ми Я, впрочем, догадки о происхождении девушки совсем не интересовали. Он смотрел на странную рыбу, которую приволок Юшэнь Бупо: — Что с этой рыбой делать? Может, сварим сегодня суп? — Нет! Не надо! Ми Я с удивлением огляделся: «Кто сказал "не надо"?» Никто не кивнул. Ми Я опустил голову: «Никто не возражает, значит...» — Я возражаю! — рыба с белым брюхом резко перевернулась и злобно уставилась на Ми Я. — О, так ты еще не сдохла, — заметил Ми Я. — Возражение отклонено. Рыба взбесилась: «Да вы издеваетесь! Я посланник самого Хэ-бо! Вы смеете меня есть? Это я вас съем!» Она поняла, что эта компания опасна, но, решив, что Ми Я — самый младший, разинула пасть, ставшую размером с кровавую бездну, намереваясь его проглотить. Пш-ш! — половина языка рыбы обуглилась. Она жалобно пустила слезу, не веря, что этот юнец оказался настолько опасным. — Надо же, рыбы тоже умеют плакать, — удивился Ми Я и повернулся к Юшэнь Бупо: — Так что, на ужин суп или шашлык? — Шашлык, — ответил Юшэнь Бупо. — Я не смогу её есть, — покачал головой Цзянли. — Но шкура неплохая, как раз на подметки для обуви сгодится. — Не забудьте плавники, я же говорил, — напомнил Сан Гуюй. — Они такие странные, как иголки, из них выйдет отличная заколка, очень необычная. Ми Я спросил Юйгун Жуина: — Братец Жуин, тебе что-нибудь нужно? Юйгун Жуин нахмурился, подумал и сказал: —Нет. Ну, разве что, Коготь Дракона любит сырую рыбу, ты ведь умеешь готовить? Бедная рыба, обливаясь горючими слезами, лежала на полу и что-то бессвязно бормотала. — Что она там говорит? — спросил Юшэнь Бупо. Шлеп-шлеп... — Наверное, по-рыбьи, — ответил Ми Я. Шлеп-шлеп… — Да плевать, — махнул рукой Ми Я. — Шкуру, плавники и сашими — записал. Мы с братом Юшэнь будем жарить шашлык, не знаю, что будут есть сестра Лолин и сестра Цайцай... Шлеп-шлеп... — рыба в ужасе забилась головой о пол повозки. Хоть слов было не разобрать, все поняли, что она молит о пощаде. Вдруг она что-то вспомнила, макнула плавник в собственные слезы и нацарапала на полу: «Умоляю, не убивайте! Я расскажу, кто эта девушка». — Ха-ха, правда? — усмехнулся Юшэнь Бупо. — Если информация ценная, можно и подумать о сохранении твоей жалкой жизни. Рыба только собралась ликовать, как услышала, что Юшэнь Бупо говорит Ми Я: —Впрочем, рыба, умеющая писать, наверное, вкуснее говорящей рыбы? Никому не хотелось смотреть, как рыба медленно выводит буквы, поэтому Цзянли приложил к её ранам воду из Чицзэ. Хотя жжение не прошло мгновенно, рыба, наконец, смогла заговорить членораздельно. — Я... я просто рыба, — поспешно сказала она, увидев, что Юшэнь Бупо снова думает о шашлыке. — Потом господин принял меня к себе и дал имя — А-Дай (Дурачок). — Наш господин — прославленный Хэ-бо (Владыка Реки) Дунго Фэнъи, один из Четырех Столпов Столицы. Десять с лишним лет назад он приказал нам идти на Запад, искать племя «Улу» (Безземельных). Несколько лет назад мы нашли следы, схватили пару человек, но само их логово так и не нашли. А пару дней назад господин непонятно как схватил принцессу Водного племени — ту самую девчонку, которую вы спасли. Юшэнь Бупо обрадовался: —Значит, Цайцай — принцесса! А потом она сбежала, верно? — Ага, откуда знаешь? — спросил А-Дай. — К Водному племени явился кто-то очень сильный, господин в спешке помчался разбираться, а девчонка воспользовалась моментом, создала плот из лотосов и сбежала. Я погнался за ней и наткнулся на вас. — Хоть ты и А-Дай, а говоришь складно, — похвалил Юшэнь Бупо. — Ми Я, отмени шашлык. — Рыба обрадовалась, но тут Юшэнь Бупо добавил: — Сделаем на пару. — Ну как вы можете! — зарыдал А-Дай. — Я, конечно, глуповат, но я же говорящая рыба! Нельзя же всё время думать только о еде! — Ладно, тогда слушай, — сказал Юшэнь Бупо. — Отвечай честно, может, и не съем. А-Дай кивнул. Не успел Юшэнь Бупо открыть рот, как Ми Я спросил: —Что такое Четыре Столпа Столицы? Эй, А-Дай, чего рот так разинул? — Н-ничего! — испугался А-Дай. — Просто не ожидал, что вы не слышали о Четырех Столпах. Ми Я спросил Юшэнь Бупо: —Брат Юшэнь, Четыре Столпа Столицы — это что-то известное? — Слышал, — пожал плечами Юшэнь Бупо, — но не очень ясно. — Четыре Столпа Столицы — это четыре главных ордена столицы Ся, — ответил Сан Гуцзюнь. — Хэ-бо, Шаньгуй (Горный призрак), Сихэ и Юньчжун-цзюнь (Владыка облаков). Те, кого вы встретили на севере Юйфу, кажется, были из них. — А ты осведомлен, — заметил Юшэнь Бупо. Сан Гуюй усмехнулся: — Я собирался навестить вана Ся Люй Гуя, вот и наведывался об его приспешниках. Услышав, что эти люди осмеливаются бросать вызов самому правителю Ся, А-Дай проникся еще большим ужасом. Сан Гуюй продолжил: —Хэ-бо пришел на Запад явно не с добром. Спрашиваю: его прислал ван Ся? А-Дай закивал: —Говорят, что так. — «Говорят» — это не ответ! Да или нет? А-Дай с плаксивым видом пробормотал: —Господин, не то чтобы я не хотел сказать точно, просто мой ранг слишком низок, чтобы знать такие секреты. Юйгун Жуин спросил: —А зачем вы охотились за Водным племенем? А-Дай страдальчески ответил: —Я... честно говоря... я просто мелкая сошка, правда, ничего не знаю. — Они ищут «Зеркало Вод», — раздался девичий голос. Юшэнь Бупо и Сан Гуюй обернулись: Цайцай, в сопровождении Лолин, уверенно подошла к ним. Проснувшись, она первым делом встретила Лолин. Она задала ей пару вопросов, и хотя молчаливая Лолин лишь улыбнулась, от неё исходило такое спокойствие, что Цайцай сразу почувствовала к ней доверие. Когда они подошли к Ую, они как раз застали допрос рыбы А-Дая. — На самом деле, мы — просто вымирающее племя. Какая там принцесса, смешно, — Цайцай посмотрела на Запад. — Где-то там, в верховьях реки, мой дом. Но мама говорила, что это не наша родина. Наша родина — на Востоке, очень далеко. Мама говорила, что давным-давно мы были вынуждены бежать в эти холодные края. Десять с лишним лет назад, когда я была еще маленькой, случилось страшное, и нам пришлось уйти еще дальше, в еще более скрытое и безлюдное место. Там я и выросла. Мы жили там десяток лет. Никто не уходил, кроме тех, кто искал еду. Я думала, что это место — весь мир. Хотя тетушки говорили, что мир огромен, я верила, что он лишь немногим больше нашей пещеры... Смешно, правда? Только выйдя наружу, я узнала, какое здесь бескрайнее небо, какая земля, горы и реки! Ло Лин опустила голову: детство этой девушки так похоже на её собственное. — Сейчас трудно представить, как я могла жить там столько лет. Если бы мне пришлось вернуться туда навсегда, я бы сошла с ума. А мама? Тетушки? Как они выжили? Не понимаю. Но почему мы бежали на Запад? Что случилось десять лет назад? Мама никогда не говорила, всегда отвечая: «Цайцай, вот вырастешь...» Юшэнь и Цзянли одновременно вздохнули. «Вот вырастешь...» Как же знакома эта фраза. Когда Юшэнь Бупо спрашивал деда о Цзы Мошоу из секты Кровавого Меча, когда Цзянли спрашивал наставника о старшем брате Жому — им всегда говорили то же самое. — Мы жили, прячась от всех, даже от самих себя. У нашего племени есть дар управлять водой, но почему я оказалась бессильна против этой рыбы? Потому что мама запрещала использовать Силу Воды! Особенно Великое Водное Заклятие! Мама говорила, что если я его применю, нас найдет тот страшный враг, из-за которого мы прячемся. — Мы поможем! — Юшэнь Бупо вскочил. — Мы поможем вам справиться с врагом! Может, мы в чем-то и не сильны, но драться умеем! — Спасибо, но... мама не согласится. — Почему? — спросил Сан Гуюй. — Мама говорила, что самое страшное — это столкновение нашего племени с тем врагом. Мы не знаем почему, но мама права. — Вы что, собираетесь всю жизнь прятаться во тьме?! — воскликнул Юшэнь Бупо. — Даже если враг страшен, нельзя сдаваться без боя! — Может, ты и прав. В детстве я тоже так думала. Но потом это желание угасло. Лишь в последние годы на нас начали нападать эти рыбы. Услышав это, рыба А-Дай задрожала от страха, боясь, что Юшэнь Бупо снова вспомнит про шашлык. — Однажды сестер похитили, и мама взяла меня с собой, чтобы их спасти. Это был мой первый выход. Было страшно, но я узнала, как огромен мир. Мама наказывала не использовать магию, иначе нас вычислят. Но в пещере врага, когда я пыталась спасти сестер, я нарушила запрет и применила Великое Водное Заклятие, чтобы задержать того старика. Меня схватили. Старик угрожал маме, но она, взглянув на меня, просто ушла. Мама ушла, старик принес меня в свою пещеру. А вскоре снаружи прогремел взрыв! — Цайцай замерла. — Твоя мама вернулась за тобой? — спросил Юшэнь Бупо. — Нет, — покачала головой Цайцай. — Это была сила нашего племени, но такая мощная, такая яростная! — Может, мамин друг? — предположил Ми Я. — Может быть. Старик убежал, пещера начала рушиться, хлынула огромная волна. Я воспользовалась хаосом и сбежала на плоту из лотосов. — Почему ты не пошла домой? — Мама сказала, если применишь магию, путь домой закрыт. Юйгун Жуин задумчиво произнес: — Твой враг знает ваши способности. Как только ты применила магию, они засекли твою Ци. Думаю, мать боится, что ты их выдашь. И тот старик, скорее всего, — Хэ-бо Дунго Фэнъи. А тот, кто устроил в пещере погром, — настоящий враг вашего племени. Цайцай опустила голову. — А дальше? — Ми Я жаждал продолжения. — А потом меня выследила эта рыба. Я выбилась из сил. Остальное вы знаете. История закончилась. Все снова уставились на А-Дая. — Кажется, от этой рыбы больше никакого толку, — пробормотал Юшэнь Бупо, и А-Дай понял, что час пробил. — Так жарить или парить? — спросил Ми Я. — Не пугайте её, брат Бупо, — вступилась Цайцай. — Она глупая, пусть живет. От слов «Брат Бупо» Юшэнь растаял. А-Дай забился в поклонах: —Принцесса, я буду твоим скакуном! Юшэнь Бупо пнул его: —Принцесса найдет скакуна покрасивее! Цайцай рассмеялась: —Брат Бупо, а ты не хочешь стать моим скакуном? Сан Гуцзюнь проворчал: —Вот же прилипчивая, как и Юшэнь. Эй, Лолин, ты не против? О, а где Ло Лин? — Ушла, — ответил Ми Я. ... Ночью, когда луна отражалась в реке, как в зеркале, Цайцай пошла купаться в тростниковую загородь, устроенную Цзянли. Юшэнь Бупо и Сан Гуюй дежурили, чтобы никто не подглядывал. — Не бойтесь, — сказал Цзянли. — Если кто полезет, я узнаю. Разве что... — Разве что он прилетит с неба! — в унисон сказали парни и вздохнули. А-а! — раздался визг. Цайцай прилетела на колеснице: — Кто-то подглядывал! Но ни зрение Жуина, ни слух Лолин, ни чутье Сан Гуюя не обнаружили никого. ... На следующий день нашли «подглядывающего». Это оказался израненный мужчина, который запутался в тростнике. Но Цайцай сказала: —Это не он. Мужчина был в возрасте, за тридцать, с тонкими чертами лица и благородной внешностью, совсем не похожий на вуайериста. К полудню следующего дня мужчина очнулся. — Где я? — с трудом проговорил он, глотая рисовый отвар. Юшэнь Бупо сказал: —Почему бы тебе не открыть глаза и не посмотреть? Мужчина горько усмехнулся и приоткрыл веки. — А! Ты! Ты... — Я слепой.