Аркадия

— …так что здесь раньше были крепостные рвы, — голос Марьяны вернул еe в солнечный день. Рука всe так же плотно обнимала еe за талию. Марьяна смотрела на неe, и в еe карих глазах плавала та самая понимающая улыбка, которая появилась на утро после той ночи. Тогда, наутро, Марьяна потрепала еe по щеке, а затем, небрежно, будто проверяя спелость фрукта, провела ладонью по еe животу и груди под одеялом. Аркадия не дернулась. Не закричала. Она лишь сжалась внутри, чувствуя, как стыд прожигает еe насквозь. Она покорно позволила трогать себя, потому что в голове звенело лишь одно: у неe есть видео. У неe мой телефон. У неe всe. И Марьяна улыбнулась. Именно так — широко, спокойно, как человек, нашедший ответ на давний вопрос. Она поняла, что выиграла. — А теперь пойдeм завтракать, — сказала она тогда, вставая с кровати. Марьяна потянулась и поцеловала еe теперь уже в губы, на людях, затяжным, демонстративным поцелуем. Аркадия ответила, приоткрыв губы, как того требовала роль. Вкус был всe тот же — кофе, сладость и подлинная, неоспоримая власть.