Мой личный, глуповатый головорез

После ясности с «графиком отношений» наступила полная неясность с тем, что делать прямо сейчас. Они вернулись в квартиру Ризли и сидели на диване, в метре друг от друга, как два монумента неловкости. Воздух был густым, как кисель, и звенел от невысказанного. Невилетт чувствовал, как каждое движение даётся с трудом. Он смотрел на Ризли, пытаясь прочесть в его лице хоть какую-то подсказку. Ризли смотрел на него в ответ, и уголок его рта дёргался в попытке сдержать улыбку или смех. Тишина тянулась. Невилетт, от напряжения, наконец, моргнул. Медленно, осознанно. — Ага! — вдруг рявкнул Ризли, тыча в него пальцем. — Моргнул! Ты проиграл! Невилетт замер, ошарашенный. (Проиграл? Во что? Мы что, во что-то играли? В «кто дольше не моргнёт»? Я даже не знал, что мы играем… Ну ладно. Главное, что он не молчит.) — Что я проиграл? — осторожно спросил он. Ризли сделал вид, что задумался, почесывая подбородок. В его глазах играли озорные огоньки. — Хмм… По условиям игры… проигравший должен… предложить заняться сексом. Он сказал это так же легко, как предложил бы выпить чаю. Невилетт отреагировал мгновенно и неловко: его тело дёрнулось назад, он потерял равновесие и с глухим стуком съехал с дивана на пол, зацепившись ногами за журнальный столик. (ЕБАТЬСЯ?! СЕЙЧАС?! ТУТ?! ОН ПРЕДЛОЖИЛ?!) Он лежал на полу, уставившись в потолок, пытаясь перезагрузить мозг. Потом медленно поднялся, отряхнулся и сел обратно на край дивана. — Согласен, — хрипло выдавил он, не в силах выдумать ничего умнее. Ризли рассмеялся, довольный эффектом. — Расслабься, здоровяк. Я шучу. Ну, почти. — Он наклонился ближе, понизив голос. — Но если серьёзно… у тебя есть та самая… вибрирующая штука? Пригодится. Невилетт почувствовал, как уши (и не только уши) заливаются краской. (Блять, он слышал. Тот чёртов вибратор. Конечно слышал, у нас стены из бумаги. Ну ладно… стыд — не смертельный грех.) Он молча кивнул, поднялся и, слегка пошатываясь, пошёл в свою квартиру, чтобы принести пресловутую "штуку". Возвращаясь, он чувствовал себя идиотом с трофеем, но решимость не исчезала. Вернувшись, он протянул Ризли аккуратно упакованный девайс. Тот взял его, оценивающе взвесил на руке, а потом посмотрел на Невилетта с внезапной, хитрой серьёзностью. — Ладно. Правила простые. Встаёшь на колени. И делаешь мне минет. Без зубов, а то ухо тебе откушу. Голос был твёрдым, почти приказным. Невилетт, всё ещё плывущий по волнам шока и желания, воспринял это буквально. Сердце ёкнуло от странной смеси унижения и острого, жгучего возбуждения. Он уже начал опускаться на колени, в голове проносились обрывки мыслей о том, как это будет, как он…. — ОЙ, БЛЯДЬ! — внезапно закричал Ризли, отскакивая к стене и закатываясь смехом. — Да я ж шучу, дурак! Святые угодники, Неви, ты что, реально? Я вижу, ты готов был! Ты совсем ку-ку? Невилетт застыл на полпути к полу. Волна сокрушительного, леденящего стыда накрыла его с головой. Он медленно поднялся, не в силах встретиться с Ризли взглядом. Он чувствовал себя униженным, обманутым, последним идиотом. Он даже шмыгнул носом (Он шутил. Опять. Я, как всегда, всё понял буквально. Я готов был… на всё. А он… смеётся.) Но смех Ризли быстро стих. Он подошёл, осторожно взял Невилетта за подбородок и заставил поднять голову. В его глазах не было насмешки, только лёгкое сожаление и та самая, уже знакомая, твёрдая нежность. — Эй, эй. Не надо вот так. Я дурак, я перегнул. Прости. Я просто… нервничаю тоже. И дурачусь от нервов. Но я не над тобой смеюсь. Никогда. Понял? Невилетт кивнул, с трудом сглатывая ком в горле. — Понял. — Так. Давай по-честному, — Ризли вздохнул, отпуская его. — Секс — да. Хочу. Но… — он ткнул пальцем в грудь Невилетта. — Пассивным будешь ты. Невилетт аж подпрыгнул. — Я? Почему? — Потому что у этого заднеприводного огузка, — Ризли показал большим пальцем на Невилетта, — кроме секс-игрушек, опыта-то и нету. Верно? А у меня… ну, был опыт. Только с женщиной.. Так что я буду вести. Понятно? Без обид. Это было настолько разумно, практично и заботливо, что весь стыд у Невилетта испарился, сменившись новой волной обожания. (Он думает обо мне. О моём комфорте. Он хочет меня.. но хочет сделать это правильно.) — Понятно, — тихо согласился он. — И ещё, — Ризли покосился на тонкую стену. — Здесь… как-то так себе. Соседи всё слышат. Давай лучше… лав-отель какой-нибудь. Нормальный. С толстыми стенами. И джакузи, если повезёт. Невилетт нахмурился. Мысль о том, что нельзя будет слегка пошуметь и тем самым отомстить тем самым соседям сверху за все их ночные концерты, вызвала лёгкую, детскую грусть. (Эх, месть сорвалась…)— Но идея с отелем, с приватностью, где он сможет наконец расслабить иллюзию и не бояться, что хвост пробьёт стену… это перевешивало. — Согласен, — сказал он уже твёрже. — Я найду. Лучший. Они снова замолчали, но теперь тишина была другой. Напряжённой, но сладкой, наполненной предвкушением. И между ними висело самое главное, что не было озвучено, но оба понимали без слов: Это будут два взрослых человека (ну, один из них— дракон), которые решили быть вместе, и сейчас хотят быть ближе. Со всеми шутками, неловкостями, заботой и огромным, тихим, ещё неоформленным чувством, которое уже не вмещалось в груди. — Ладно, — хлопнул себя по коленям Ризли, нарушая молчание. — Днём послезавтра у меня выходной. Ищешь отель, шлёшь мне адрес. А сейчас… может, всё-таки чаю? А то мы тут уже мысленно всё друг с другом сделали, аж потные оба. Невилетт кивнул, и впервые за вечер по-настоящему расслабленно улыбнулся. — Чай. Да.