Мой личный, глуповатый головорез

После чая с Ризли, который прошёл под знаком лёгкого, чуть смущённого флирта и делового обсуждения деталей («Отель с завтраком? Без? Ладно, сам разберёсь»), Невилетт вернулся в свою квартиру. И началась метель. Не метель снега. Метель мыслей. Его мозг, обычно холодный и расчётливый, носился по кругу, как белка в колесе, сбивая все мысли в один хаотичный, тревожный ком. (Как сказать? Как, блять, сказать? «Ризли, кстати, я не совсем человек. У меня хвост. Драконий. И антенны торчат. И я из воды. О, и мне пять тысяч лет». Он сбежит. Он вызовет санитаров. Или охотников на драконов. Или просто засмеёт.) Он ходил из угла в угол, его настоящий хвост нервно подрагивал, сметая пыль с плинтусов. (Может, не говорить? В отеле выключить свет? Но он же на ощупь почувствует! Чешуя, хвост, эти чёртовы антенны… они на ощупь как? Как влажный бархат? Как горячий шёлк? Блять, даже не знаю! Я же сам себя не щупал в таком контексте (хотя, кто знает, может все же щупал, но забыл)!) Он остановился перед зеркалом в спальне, отключил иллюзию. Трёхметровый гидро-дракон уставился на своё отражение. Хвост: мощный, чешуйчатый, с плавником на конце. «Антенны»: чувствительные, подвижные отростки на голове. И весь он… нечеловеческий. Сильный, внушительный, но совершенно, абсолютно не похожий на Артура. (Он полюбил Артура. Соседа-качка. А не… этого... Монстра.) И тут, словно подлив масла в огонь, его мозг, спасаясь от темы внешности, рванул в другую сторону – ниже пояса. (15 сантиметров… Это… много? Мало? Для дракона? Звучит не внушительно. «У меня член 15 сантиметров» – да он же расхохочется! Хотя… я же пассив. Мне, по идее, и не нужно впечатлять размерами… Но вдруг ему будет мало? Вдруг он разочаруется? Хотя я… я могу его довести другими способами. Руками. Ртом. Хвостом, чёрт возьми! БЛЯДЬ, О ЧЁМ Я СЕЙЧАС ДУМАЮ?!) Он схватился за голову, чувствуя, как "антенны" путаются между пальцами. Его мысли скакали с темы на тему и перетему, как пьяные кузнечики: отель -> внешность -> член -> техника секса -> страх разоблачения -> желание -> снова страх. (Нужно успокоиться. Дышать. Включить иллюзию. Стать Артуром. Артур не паникует. Артур… какой Артур? Артур – это я, только врущий!) И тогда, словно по злому умыслу судьбы, сверху донеслось знакомое. Скрип кровати. Приглушённые, но отчётливые стоны. Активный, ритмичный стук. Соседи. Опять. И, кажется, сегодня с особым, демонстративным рвением. (СУКИ! ЕБАНЫЕ СУКИ! СЕЙЧАС, КОГДА У МЕНЯ В ГОЛОВЕ ЦИРК И АПОКАЛИПСИС ОДНОВРЕМЕННО, ВЫ РЕШИЛИ УСТРОИТЬ МАРАФОН! Я ВАС…) Ярость, чистая, простая, почти животная, на миг затопила все комплексы и страхи. Он подошёл к стене, набрал воздуха в грудь, готовый выдать такой рёв, чтобы у них посыпалась штукатурка и навсегда пропало желание… И остановился. (Нет. Нельзя. Ризли услышит. Ризли за стеной. Он подумает, что я псих. Опять.) Бессильная злоба застряла комом в горле. Он беззвучно оскалился в сторону потолка, сжал кулаки так, что кости затрещали. Но не издал ни звука. Вместо этого он повалился на диван, который снова жалобно скрипнул, и уставился в потолок, слушая, как над ним кого-то энергично и, судя по звукам, весьма успешно трахают. Это был самый сюрреалистичный и невыносимый саундтрек к его внутренней панике. (Что делать? Что делать-то? Сказать. Не сказать. Солгать ещё больше. Сбежать. Остаться. 15 сантиметров… блять, опять!) Он закрыл глаза, пытаясь представить не своё чудовищное отражение, а лицо Ризли. Его улыбку. Его смех, когда он «проиграл» в моргалки. Его серьёзный взгляд, когда он говорил о безопасности. Его тёплые губы в том коротком, ошарашивающем поцелуе. И странным образом это помогло. Немного. Паника отступила, сменившись глухой, но твёрдой решимостью. (Ладно. Хрен с ним. Скажу. Всё скажу. Перед отелем. Или в отеле. Если он сбежит… я… переживу. Наверное. А если не сбежит…) Мысль была слишком смелой, чтобы её додумать. Но она была. И она грела сильнее любого стыда или страха. А сверху тем временем наступила кульминация с душераздирающим воплем, а потом – довольное, усталое затишье. Невилетт лежал, прислушиваясь к этой тишине, и впервые за вечер его губы дрогнули в подобии улыбки. (Отмечайте, суки. Наслаждайтесь. Потому что скоро… скоро и у нас будет своя музыка. И стены будут толстые. И, возможно, даже джакузи.) Он вздохнул, сел, и снова включил иллюзию. Артур, бледный и немного помятый, сидел на диване. Но внутри него кипела уже не паника, а что-то вроде отчаянной храбрости. Он достал телефон. Начал искать отели. Не просто хорошие. Лучшие. С самыми толстыми в мире стенами. И чтобы джакузи точно было. Потому что если уж на то пошло, то надо делать это с размахом. Даже если потом придётся объяснять про хвост, антенны и драконий член скромных, по его мнению, размеров.