Там, где возвращается сердце

Продолжение истории «Там, где возвращается сердце» Примечание авторa: Молчание часто является знаком любви, но иногда оно становится самой большой трещиной в крепости. Ауда решает нести это бремя в одиночку, чтобы защитить Филеаса, но к чему это приведёт? Глава, в которой маски сорваны, а угроза становится реальностью и обретает имя. __________ На следующий день Ауда только вышла из дома, когда к ней подбежал оборванный мальчик. — Мадам, — он протянул ей сложенный листок бумаги, — мне велели передать это вам. Ауда была настолько ошеломлена, что не успела задать ни одного вопроса — ребёнок тут же скрылся из виду. Она развернула листок и прочитала: Жду вас сегодня днём. Приходите, пожалуйста. Лорд Гарретт Три часа дня, Частный клуб «Сент-Джеймс»   Краткая записка привела Ауду в полное замешательство. Кем этот лорд Гарретт себя возомнил? По какому праву он назначает ей свидание? Как далеко он намерен зайти? Ауда презрительно скомкала листок. Она не собиралась поддаваться на провокации и при следующей встрече твердо поставит его на место. Если же он продолжит преследование, ей придётся обратиться к Филеасу, хотя она горячо надеялась, что до этого не дойдёт. Ауда остановила проезжавшую мимо карету и направилась в Женскую ассоциацию. В тот день дамы обсуждали благотворительный бал, который планировали провести в следующем месяце. Ауда почти не участвовала в разговоре — что было необычно, так как она всегда выделялась в подобных дискуссиях. Её поведение удивило остальных, и они спросили, всё ли с ней в порядке. Натянуто улыбнувшись, Ауда ответила, что у неё немного болит голова. На обратном пути Милдред и Мадлен предложили прогуляться по Бонд-стрит, но Ауда отказалась. Они попрощались, и пока она оглядывалась в поисках свободного экипажа, кто-то снова тронул её за руку. Обернувшись, она увидела другого мальчика. Он вложил ей в ладонь записку и мгновенно исчез в толпе. Ауда вздрогнула. Пальцы её дрожали, когда она разворачивала листок. В нём было написано: С вашей стороны было бы неразумно отклонить моё приглашение. Жду вас завтра — в то же время, в том же месте. Советую вам прийти. Это в ваших интересах, как и в интересах вашего мужа. Холодный пот выступил на лбу Ауды. Записка выпала из её рук. Зачем лорд Гарретт впутывает в это Филеаса? И что он имел в виду под словами «в ваших интересах»? Теперь у неё не оставалось выбора — ей придётся пойти в условленное место, чтобы получить ответы. Весь вечер Ауда была напряжена: почти не обращала внимания на детей, отказалась от ужина и рано легла в постель. Чуть позже в спальню вошёл Фогг. — Дорогая? — Он наклонился к ней с явным беспокойством. — Что случилось? Ауда сумела ответить с притворным спокойствием: — Ничего. Я просто немного устала. Фогг уловил в её тоне нечто странное. С того момента, как Ауда вошла в дом, она показалась ему необычайно сдержанной. «Должно быть, в Женской ассоциации возникли какие-то трудности», — подумал он. Но если бы это было так, она непременно поделилась бы с ним. Возможно, она и вправду просто утомилась. — Ауда, дорогая, тебе что-нибудь нужно? — Нет, Филеас, спасибо. Фогг поправил одеяло у её плеч, задержал ладонь чуть дольше, чем было необходимо, и коснулся губами её волос. Затем он вышел из спальни, тихо прикрыв за собой дверь. Ауда тяжело вздохнула. Почему она не призналась Филеасу, что лорд Гарретт преследует её? Она не осмелилась — не хотела, чтобы муж из-за неё попал в беду. С лордом Гарреттом она справится сама. *** На следующее утро Ауда чувствовала себя ещё хуже, чем накануне, но старалась скрыть это, помогая Мэри накрывать на стол. Филеас ушёл в Королевское географическое общество рано, решив не будить её. Фил, Аида и Элиза плотно позавтракали, и лишь Уильям наотрез отказался от еды. — Уильям, дорогой, съешь свою кашу, — настаивала Ауда. — Я не хочу, — пробормотал мальчик. Ауда почувствовала укол раздражения. Ей показалось, что сын просто капризничает. Прежде она никогда не повышала голос на детей, но сейчас, изведённая тревогой перед встречей с лордом Гарреттом, она была на пределе, и упрямство Уильяма стало последней каплей. — Уильям, веди себя прилично! — резко прикрикнула она. Ребёнок вздрогнул, и его тёмные глаза наполнились слезами. Фил, Аида и Элиза с испугом воззрились на мать. Ауда тут же раскаялась в своей вспышке. — О, мой мальчик, прости меня, милый… — Она прижала Уильяма к себе, ласково поглаживая его чёрные волосы, а затем с нежностью посмотрела на остальных. — Простите меня, мои дорогие. Обнимая Уильяма, она вдруг почувствовала, что он подозрительно горячий. — Мэри, — с тревогой позвала Ауда, — потрогай лоб Уильяма. Тебе не кажется, что у него жар? Мэри коснулась его щёк. — Да нет, не думаю. Он просто много бегал этим утром, вот и раскраснелся. Не волнуйся, Ауда, проголодается — поест. В течение дня Ауда не сводила с Уильяма глаз. Он играл, и это немного успокаивало её. Мэри сообщила, что Филеас вернётся поздно вечером, а значит, к тому времени Ауда уже должна была встретиться с лордом Гарреттом. — Мне пора, Мэри, — сказала Ауда, вернувшись с прогулки с детьми. — У меня важная встреча. Мэри посмотрела на неё с явным подозрением, но промолчала. — Хорошо. Я присмотрю за малышами. — Спасибо. Я ненадолго. Ауда покраснела, сгорая от стыда из-за того, что скрывает правду. Она всем сердцем надеялась, что ей удастся убедить лорда Гарретта оставить её в покое. *** Место встречи оказалось тихим частным клубом, погружённым в полумрак. Ауда на мгновение замешкалась на пороге, уже сожалея о своём приходе, но отступать было поздно — ей нужно было довести начатое до конца. Молодой человек в ливрее провёл её по тускло освещённому коридору, устланному мягким ковром. Ауда подавила нарастающую дрожь. Ей хотелось как можно скорее закончить этот разговор, уйти отсюда и найти убежище в безопасности своего дома — в надёжных объятиях Филеаса. Угроза, которую она ощущала, становилась всё более осязаемой. Она отчаянно надеялась, что всё закончится здесь и сейчас. Ауду провели в небольшую гостиную, обставленную тяжёлой мебелью с красной обивкой. Лорд Гарретт стоял под светом настенного бра.   — Миссис Фогг, — произнёс он, — я ждал вас. Желаете что-нибудь выпить? — Давайте оставим любезности, — Ауда удивилась собственному самообладанию. — Зачем вы меня сюда позвали, милорд? — Сначала присядьте, миссис Фогг. Ауда неохотно опустилась в одно из бархатных кресел. Лорд Гарретт устроился напротив. Тот же лакей, что привёл Ауду, бесшумно появился вновь и налил ему красного вина в хрустальный бокал. Лорд Гарретт осушил его, жестом велел лакею удалиться и сказал: — Не беспокойтесь, миссис Фогг, это человек доверенный и умеет хранить тайны. Ауда содрогнулась. Вся эта таинственность пугала её всё больше. — Объясните мне, милорд, чего вы хотите? — её страх начал сменяться гневом. — Какое право вы имеете преследовать меня своими записками, сэр? И почему вы утверждаете, что наша встреча — в интересах моего мужа? — Послушайте меня, Ауда, — с предельной серьёзностью произнёс лорд Гарретт. Ауда невольно ахнула, ошеломлённая его дерзостью. — Сэр… как вы смеете называть меня по имени?! — Я просил вас выслушать меня, — холодно повторил он. В этот миг лорд Гарретт выглядел как человек, который слишком долго чего-то ждал, и теперь, когда желаемое было так близко, ему в этом отказывали. — Не сердитесь… — прошептал он, внезапно смягчив тон. — Я больше не могу молчать. Я люблю вас, Ауда! Люблю больше всего на свете! На мгновение Ауде показалось, что она ослышалась — что это какая-то дурная шутка. Но выражение его лица не оставляло сомнений. Она была потрясена. Ей хотелось бежать, но она не могла пошевелиться. Его слова обрушились на неё, словно кошмар: — Я знаю, моё признание неожиданно… но я должен открыть вам всё. Я влюбился в вас с первого взгляда! Клянусь, Ауда, я пытался забыть вас, неделями тщетно пытался вычеркнуть вас из памяти. Но иногда чувства сильнее разума, сильнее нас самих. Простите меня, я больше не в силах бороться — — Достаточно! — яростно выкрикнула она, приходя в себя и резко вскакивая с кресла. — Как вы смеете??? Лорд Гарретт оставался неподвижен; лишь выражение его лица выдавало притворную боль. — Вы судите меня за то, в чём я не виноват, — сказал он. — Любовь не выбирают — — Нет, сэр, не смейте произносить слово «любовь»! — дрожащим голосом сказала она. Ей казалось, что сами слова этого человека осквернили её чувства к Филеасу, её брак и её детей. — Всё это отвратительно и нелепо. Мне больше нечего добавить. Никогда, слышите, никогда больше не приближайтесь ко мне! Ауда направилась к двери, но слова лорда Гарретта пригвоздили её к месту: — Советую вам не уходить так поспешно, миссис Фогг… — его голос был более чем резким, — иначе с вашим мужем может случиться нечто весьма неприятное. Казалось, Ауда перестала дышать. Спустя мгновение, как он и предсказал, она повернулась и снова встала перед ним. — Я знаю, что поступаю низко, Ауда… — тихо произнёс он. — Но любовь оправдывает средства. Ауда вдруг рассмеялась, почувствовав презрение, которое неожиданно затмило всё остальное. Её взгляд пронзил его холодной ненавистью, как и слова: — Мне жаль вас, лорд Гарретт, — вы не способны на любовь. Использовать такие средства… Чего вы хотите? Провести со мной ночь? — выдохнула она с отвращением и яростью. — Вы ошибаетесь, милорд! Лорд Гарретт слушал её с показным спокойствием. Он втайне восхищался её преданностью и благородной отвагой. Гнев делал её в его глазах ещё более желанной. Чёрт возьми, он добьётся её — чего бы это ни стоило. — Вы не так меня поняли, — ответил он, с трудом сохраняя самообладание. — У меня нет подобных намерений. Я лишь прошу позволить мне доказать искренность моих чувств. — Никогда! Вы безумны, лорд Гарретт! — Возможно. Я безумно влюблён в вас, — парировал он. Ауда вздрогнула — волна ужаса вновь окатила её, но она усилием воли сохранила спокойствие. — Никогда больше не ищите встречи со мной, милорд. Иначе я всё расскажу мужу — — И что же именно вы ему скажете? — в его голосе прозвучало насмешливое сочувствие. Ауда заколебалась. Она до последнего не хотела впутывать Филеаса, но если придётся… — Мой муж найдёт способ защитить меня. Если понадобится, мы обратимся в Скотланд-Ярд. У нас есть друг — детектив Фикс, который — Лорд Гарретт расхохотался. — О, я знаю, о ком вы. Об этом нелепом старике-отставнике, который лишь воображает себя сыщиком? Какая вы наивная, миссис Фогг! Я — пэр Англии, джентльмен с титулом. Как вы думаете, кому поверят: вам или мне? К тому же я не сделал вам ничего дурного. Вы сами добровольно пришли на встречу со мной. Ярость захлестнула Ауду. Неужели этот человек действительно осмелился угрожать её репутации? Ей хотелось ударить его, но гордость не позволила ей опуститься до этого. Вместо этого она гордо вскинула голову и холодно заявила: — Нет, лорд Гарретт, вы меня не запугаете. Ваш титул и происхождение не делают вас ни благородным человеком, ни джентльменом. Мой муж, возможно, и не имеет титула, но он в тысячу раз превосходит вас во всём. Мой вам совет, милорд: держитесь подальше от меня и моей семьи. Иначе вы горько об этом пожалеете. Ауда не помнила, как оказалась на улице. Только там она смогла вздохнуть полной грудью, освободившись от гнетущего присутствия лорда Гарретта. Тревога не давала ей покоя: был ли это лишь настойчивый, пугающий флирт — или же он действительно представлял смертельную опасность? Ауда отчаянно надеялась на первое. __________ Спасибо, что прочитали эту главу! Комментарии и мнения всегда приветствуются! 1. Как вы думаете, есть ли у Ауды шанс справиться с лордом Гарреттом в одиночку, или она слишком наивна и самоуверенна? 2. Как вы считаете, если бы не их столкновение с Джесси Джеймсом в Сан-Франциско во время кругосветного путешествия, рассказала бы Ауда Филеасу о происходящем? 3. По вашему мнению, какие планы у лорда Гарретта на Ауду?