Под Нефритовой шелковицей

Шёл уже шестой месяц беременности. Живот уже заметно округлился, приходилось одевать более свободные платья, а в холодном ноябре для Сун Люсинь это означало опасность замёрзнуть. Так что основную часть времени девушка сидела дома и вышивала, в основном защитные символы на одеяльцах для малыша. Ши Цзэмэн активно с этим помогала. Хотя она вообще со всем помогала. — Цзэмэн-цзэ, будешь нянькой для малыша, когда он родится? — спросила её однажды Сун Люсинь. Ши Цзэмэн впала в ступор. — С чего такое предложение? — Ты для меня очень близкая подруга, — объяснила Сун Люсинь. — Почему бы и нет? — Если так просишь, — слегка улыбнулась Ши Цзэмэн.

***

Месячный юбилей Цзинь Лина, сына Цзян Яньли и Цзинь Цзысюаня, праздновался с небывалым размахом. Сотни людей, вечный шум голосов — всё заставляло болеть голову, и не только у неё: Сун Юйлун стоял рядом и массировал виски. Так что, воспользовавшись своим положением, Сун Люсинь быстренько преподнесла подарок для малыша, и они с братом ушли из зала. — Я уже устал, — пожаловался Сун Юйлун, оперевшись спиной на стену. — Соглашусь, — выдохнула Сун Люсинь и положила руку на живот. — Ему тоже не нравится. — Как же время летит, — вздохнул Сун Юйлун. Сун Люсинь только улыбнулась. Два месяца и она сможет подержать своего малыша на руках. Так волнительно. Воцарилось спокойствие, им не нужно много говорить, чтобы понять друг друга. Сун Люсинь уже заметила, что брат явно стал ещё ближе к семье Цзян, а Сун Юйлун без труда замечал волнение сестры насчёт предстоящих родов, по прогнозам врачей они будут где-то в конце января или начале февраля. Послышался топот. Кто-то очень быстро бежал по коридору по направлению к ним. Сун Юйлун отпрянул от стены, перегораживая путь. — С чего такая паника? — спросил он. Юноша, что бежал, выглядел очень взволнованным и даже испуганным. Что такое случилось? — Г.. Господин Цзинь Цзысюнь велел... велел бежать и передать весть! — запинаясь, протараторил юноша. Сун Юйлун напрягся, Сун Люсинь подошла ближе. Что могло случиться такого, чтобы это было так важно? — Что за весть? — спросил Сун Юйлун ровным голосом, хотя внутренне бился в панике. — Цз... Цзинь Цзысюань!.. Он... Он... — запинался юноша. — Он что? — не выдержав, прикрикнула Сун Люсинь. — Он мёртв! — выпалил юноша. — Вэй Усянь убил его! Сун Люсинь почувствовала как земля уходит из-под ног. Как? Как это возможно? Вэй Усянь... Вэй Ин.. Он не мог!

***

Темнота перед глазами рассеялась. Сун Люсинь лежала в кровати, рядом копошилась Ши Цзэмэн. Кажется, что внезапным обмороком Сун Люсинь здорово её напугала. — Цзэмэн, — протянула Сун Люсинь, — что произошло? Ши Цзэмэн дёрнулась и обернулась. Как Сун Люсинь и думала, в её глазах читался испуг. — Ты ведь слышала, — вздохнула Ши. — Сейчас вместо праздника идёт разбирательство, что вообще делать с Вэй Усянем. Сун Люсинь кивнула и села. Положив руку на живот, она почувствовала шевеление и выдохнула. — Всё обошлось... — прошептала она. — И очень хорошо, — Ши Цзэмэн поставила перед ней поднос, на котором стояла писала с рисом с овощами и мясом. — Поешь, ты три часа пролежала без сознания. — Три часа? — удивилась Сун Люсинь, беря в руки палочки. — Даже не помню, когда падала так надолго. В последний раз прошло не более часа... Сун Люсинь поняла, что взболтнула лишнего. Никто не знал, и не должен был знать, что она успела побывать на Луаньцзан, а тем более об обмороке. Ши Цзэмэн уставилась на неё с широко раскрытыми глазами. — Ну-ка повтори. — Я ничего не говорила! — Когда ты успела упасть в обморок? Где? — Цзэмэн, это уже не важно, — отнекивалась Сун Люсинь, набивая рот едой. Ши Цзэмэн вздохнула, хотя явно не была довольна таким ответом. — Ладно, надо будет — расскажешь.

***

Сун Люсинь два дня думала о том, как она могла бы помочь Вэй Усяню. В том, что Вэй Усянь не хотел смерти Цзинь Цзысюаня, она была уверенна бльше, чем в чём бы то ни был. Нужно лишь доказать... — Вэнь Цин поймали — в покои вошла Ши Цзэмэн. Видимо, она решила, что лучше уж Сун Люсинь услышать это от неё, чем снова где-то подслушает. Сун Люсинь замерла с гребнем в руках, её глаза широко раскрылись. — Как? — только смогла выдавить она. — Они с Призрачным генералом сами явились в Ланьлин, — объяснила Ши Цзэмэн, закрывая дверь. — Но.. зачем? — Как я слышала, по словам Ланьлин Цзинь, если Вэй Усянь отдаст их, то инцидент с Цзинь Цзысюанем будет считаться временно исчерпанным. — Временно... — тихо повторила Сун Люсинь и усмехнулась. — Ну конечно. Всё, что нужно ордену Цзинь — Тигриная печать. Уверенна, требования продолжатся. Ши Цзэмэн лишь выдохнула. Она не глупа, сама всё это понимает. Орден Ланьлин Цзинь не оставит в покое ни Вэй Усяня, ни оставшихся в живых Вэней. Рано или поздно всех их будет ждать один печальный финал — смерть. Сун Люсинь встала с места и накинула на плечи халат. — Куда их увели? — спросила она, перевязывая волосы. — Ты знаешь? Ши Цзэмэн молчала. Немного подождав, Сун Люсинь пошла к выходу, но та перегородила путь. — Отойди, — потребовала Сун. — Ты всё равно не сможешь что-либо сделать, — отражала Ши Цзэмэн. — Вэнь Цин и Вэнь Нин — предводители остатков клана Вэнь, их судьбу не изменить, как бы ты ни хотела. Плечи Сун Люсинь дрогнули. Да, она понимала, что ничего уже не сможет изменить. Но разве лучше стоять в стороне? А может и да? Сун Люсинь опустила взгляд. Если сейчас она промолчит, если не будет отсвечивать и все решат, что она смирилась и перестала что-либо делать для спасения этих людей? Может тогда появится хоть какой-то шанс? Сун Люсинь отступила на шаг. Подумала ещё и сделала второй. На третий раз она развернулась, снимая халат по пути. Да, это пока что лучшее, что она может сделать.