Хочу верить

Ночью они поехали к озеру. Это была чисто исследовательская инициатива, не предусмотренная служебной инструкцией, а потому особенно ценная. Полуяров ворчал: по правилам экспедиции на воду выходить без согласования нельзя, но его успокоили тем, что они и не выходят, а всего лишь «подъезжают к берегу для визуальных наблюдений за атмосферой». Водитель отнесся к поездке с флегматичной грустью человека, которому не удается выспаться на работе. Анна в чем-то его понимала. Через час после заселения Малин притащил в ее номер копченого угря, уже разделанного и бережно завернутого в газету. – Зачем? – тоскливо спросила Анна, кутаясь в халат. – У меня в номере холодильник не работает. – бодро отмел ее возражения и ее саму Игорь и сунулся в комнату по хозяйски. – Будем хранить у тебя. Угорь одуряюще пах на всю комнату и выспаться с ним рядом Анна все равно не смогла бы, потому что он будил совершенно неженственное желание не просто аккуратно и незаметно съесть кусочек, а сожрать его целиком, причмокивая, облизывая жирные пальцы и заедая вволю свежим Бородинским. А она принципиально не ела после шести, следуя совету вычитанному в Комсомолке. И до шести не особо успела поесть. Поэтому она с радостью согласилась на экспериментальную поездку, предложенную напарником. Озеро перед ними лежало, как огромный чугунный лист, брошенный прямо в снег. Темная вода гладко и сыто лоснилась, а заиненный берег, в свете луны отливал синим. Небо вдали от города раздалось вширь, где-то там на окаемке сливаясь с темным массивом воды, и звезды, незаметные среди электрического света городских улиц, здесь мерцали ярче, свободнее. – Вот здесь, – сказал Синицын, который всё‑таки напросился с ними. – Именно отсюда большинство наблюдений. – Логично, – сказал Игорь. – Если бы я был инопланетным туристом, тоже выбрал бы удобную смотровую площадку. Анна хотела было объяснить ему разницу между правдолюбием и иронией, но не успела. Над дальним берегом вспыхнуло мутное, тягучее сияние. Неяркое, оно выливалось на темную гладь неба размывая его извечную темноту так неестественно и странно, что водитель затормозил опасливо, вместо того чтобы подъехать ближе. Сияние вытянулось в вертикальный столб, потом распухло, округляясь и в нем образовалась темная, будто вырезанная по трафарету дыра – не шар, не диск, а что‑то вроде высокой башни, с неровными, обглоданными краями. Башня висела над лесом на дальнем берегу, и от неё вниз тянулись тонкие лучи – аккуратные, как циркульные линии на ученическом чертеже. – Атмосферное явление, – машинально прошептала Анна, чувствуя, как у неё дрожит голос. – Редкое, но… В этот момент «УАЗик» закашлялся, фары мигнули и погасли. Стрелки приборов на панели дружно поползли влево. – Электрика, – сказал Игорь. – Типичный дефект отечественного автопрома.