Сотвори вино из моих слез

      — Ваше высочество?        Эта муха за стеклом, пытающая пробраться внутрь кажется такой воинственной. Она настырна и совсем не собирается сдаваться.        — Ваше высочество.       Ветер треплет ее маленькие крылышки, но она цепляется изо всех сил, не желая отпускать. Ползая по стеклу, она ищет способ пробраться внутрь. Окно заперто, и у нее совсем нет шансов, но ее борьба так завораживает, что…       — Ваше высочество, вы слушаете?       Закатив глаза, Джордж вздыхает и поворачивается с раздражением и досадой на лице.        — Да, Пьер, я слушаю, — отвечает он с наигранной вежливостью, и парень напротив кивает, прищурившись.       — Спасибо. Так вот, я говорил о…       Бла. Бла. Бла. Джордж не слушает.       Его жизнь вернулась на круги своя, и еще несколько месяцев назад он был бы счастлив этому. Но не теперь. Его тошнило от фальшивых вежливых улыбок, ему разонравилось слушать лесть, и он просто хотел проводить больше времени наедине с собой, но это стало невозможным.       Когда он вернулся, мать целовала его в обе щеки, но Джордж даже не был уверен, насколько искренним было ее счастье. Отец сказал, что гордится им, но Джорджу было уже все равно. Впервые за столько лет, их мнение перестало иметь вес. Ему было абсолютно без разницы, что думают его родители или его брат. Бенджи, кстати, тоже выдавил из себя улыбку и сухо пожал ему руку при встрече. Джордж даже не стал улыбаться в ответ.        Семейный ужин в честь возвращения был настоящей пыткой, потому что все, чего Джордж хотел — спрятаться в своих покоях с бутылкой вина и исцелять разбитое в дребезги сердце. Хотя это казалось ему невозможным. Говорят, что время лечит, но с каждым днем становилось только больнее.       Он скучал по нему. Скучал по его улыбке, по пшеничным волосам, по его теплой коже, по запаху, который стал любимым. Джордж просто хотел снова увидеть его, обнять и услышать, что все это неправда. Что они будут в порядке.       Но они не были.        Джорджу возвращают его старый телефон, так что он снова может звонить и писать, кому угодно, но принц оставляет старый телефон включенным ради одного единственного контакта. Он ждет, что Макс напишет ему всю неделю, но так и не получается сообщения. В конце концов, Джордж отключает мобильник и избавляется от него навсегда. Ему снова позволяют заходить в сеть. Конечно же, у него больше нет доступа к официальному аккаунту, а его фейковый профиль был удален, но Джорджу уже наплевать. Ему это больше неинтересно. Он больше не читает, что пишут люди в сети.        Очередной благотворительный вечер, который Джордж и его брат должны будут посетить, пройдет в Национальной галерее в субботу. Это абсолютно не то место, где принц хочет быть, но прошло уже две с половиной недели с тех пор, как он вернулся к своим обязанностям, и это первое торжество, где ему пора бы уже появиться.        — Выглядишь неплохо, — Ландо закидывает в рот орешки, развалившись на кровати Джорджа, пока тот с удрученным видом поправляет бабочку на шее.       — Если не считать трагедии, поселившейся на твоем лице, — ворчит Оскар, и Джордж закатывает глаза. Он хочет сказать Пиастри, что ему лучше бы отъебаться, но Ландо делает это первым.       — У него разбито сердце, прояви милосердие, — Ландо бросает в него орешек, и Оскар поворачивается с настолько оскорбленным видом, будто Ландо пошутил что-то про его мать.        — Я всегда милосерден, — Оскар отряхивает пиджак, будто на него осела тонна пыли за эти пару минут, что они здесь. — Но там будут люди, которым это знать вовсе не обязательно, если Джордж хочет избежать поганых заголовков.        Закрыв глаза, принц вздыхает, потому что Оскар прав. Ему хватило того дерьма в интернете, которое он увидел, о Кими и о том, что Джордж выбрал его по каким-то особым причинам. Его тошнило от того, что пресса пыталась выдумать абсолютно любой слух, лишь бы имя Джорджа не сходило с заголовков их «желтых» газет.        На вечере жутко скучно. Все точно также, как и всегда. Ровно те же фальшивые улыбки, дорогие наряды, бриллиантовые украшения, разговоры «о важном», будто им всем не было наплевать. Лесть и комплименты, ложь о том, как все они рады снова видеть принца в своих кругах и как они восхищены его работой над проектом «Мост». Будто кто-то знал об этом хоть что-то кроме названия.       Но Джордж помнит о том, что он — хороший актер, поэтому он чудесно справляется со своей ролью вежливого принца, который счастлив вернуться в Лондон. Лавируя между гостями, он рассыпается в благодарностях, пожимает руки и проявляет столько заинтересованности в разговоре, сколько может. Его тошнит от них всех и от самого себя. С каких пор ему разонравилась эта жизнь?        Опрокидывая фужер за фужером, Джордж чувствует, будто галстук душит его. Сорочка от «Turnbull & Asser» кажется самой настоящей смирительной рубашкой, в которой Джордж просто не может пошевелиться. Он поправляет волосы, чувствуя, как становится жарко с каждой секундой. Остановившись возле столика, Джордж хватает с подноса официанта еще шампанское, но замирает. Наклонив голову, он прищуривается разглядывая спину человека в толпе. На нем классический темный костюм, у него светлые, уложенные набок волосы, и Джордж сглатывает.       — Джордж.       Лицо его брата появляется из ниоткуда, закрывая вид, и принц закатывает глаза. Он поднимает фужер, чтобы выпить шампанского, но чужая рука перехватывает его быстрее, не давая этого сделать и отнимая алкоголь. Принц раздраженно вздыхает, складывая руки на груди.       — Что с тобой не так? — Бенджамин тоже вздыхает, убирая фужер на стол. Он выглядит еще более раздраженным, чем сам Джордж.        — Тебе не все ли равно? — выплевывает принц и разворачивается, собираясь уйти, но Бенджамин хватает его за запястье.       — Знаешь, что я думаю, Джордж…       Но принц выдергивает руку так быстро, что Бенджи отшатывается назад.        — Нет. И мне наплевать, — он обрывает его на полуслове, не давая ему закончить. Джордж поправляет пиджак и говорит чуть тише, тыча пальцем в грудь брата. — И вот в чем загвоздка, Бенджи, мне насрать, что ты думаешь. Меня больше не волнует твое мнение или чье-либо еще. Всю свою жизнь тебя ставили мне в пример и учили быть похожим на тебя, и я старался. Пытался быть таким же как ты, но, знаешь, я вдруг осознал, что мне это вовсе не нужно, — разведя руками, Джордж делает шаг назад. — Я не хочу быть похожим на тебя. И мне больше не нужно угождать тебе, родителям и всему гребаному миру. Я буду собой, и если это кому-то не нравится, он может катиться к черту.        Бенджамин стоит там, кажется, потеряв дар речи. Схватив со стола фужер, Джордж салютует брату, выпивает все до дна и, с грохотом поставив его обратно, разворачивается и сливается с толпой.        Следующая неделя проходит на автопилоте. Ранний подъем, план на день от Пьера, совещания, посещение мероприятий, важные встречи. Джорджу кажется, что он просто существует. Он старается, правда старается вернуться к обычной жизни, но у него ни черта не получается. За очередным семейным ужином королева упоминает то, что в воскресенье они все посетят крестины двоюродной племянницы Джорджа. Принц чуть ли не давится едой, и все взоры за столом обращаются к нему. Вскинув взгляд, Джордж испуганно разглядывает семью.       — Я не пойду, — сухо говорит он, запивая соком вставшую комом в горле еду.       — Это не обсуждается, Джордж, — отсекает мать, и принц хочет возразить, но отец поднимает руку, давая понять, что это бессмысленно.        Это становится для него испытанием, потому что, стоя возле храма, Джордж не может заставить себя войти внутрь. Его тело пробивает мелкая дрожь, а воспоминания заполоняют голову. Он слышит смех Макса в своей голове, видит его улыбку под закрытыми веками. Его тошнит, сердце стучит так сильно, что кажется, будто в какой-то момент оно просто не выдержит.        — Джордж, — королева останавливается возле него, и принц поднимает остекленевший взгляд. Кажется, она замечает его состояние и ласково берет за руку. — Милый, что с тобой?        — Я не могу войти туда, — шепчет он, и королева оглядывается, понимая, что многие смотрят.       — Дорогой, фотографы здесь, — напоминает она, и Джордж пытается дышать глубже. Он не хочет, чтобы они публиковали фото его паникующего у церковных дверей, но ничего не может с собой сделать. — Это всего лишь служба, что с тобой?       Он сглатывает ком в горле и мотает головой. У него дрожит челюсть, поэтому Джордж стискивает зубы крепче. Кивнув матери, он вытягивает свою руку и, задержав дыхание, входит внутрь. Он стоит рядом с братом до окончания церемонии, но когда звучит церковный хор, Джордж понимает, что это уже слишком. Извинившись, он покидает храм через черный вход. Водитель забирает его через пару минут, и Джордж просит отвести его в Белгравию.        Принц прячется в своей квартире два дня, отлично понимая, что у него будут проблемы, когда ему все же придется вернуться в реальный мир. Он видит все эти фото в интернете и заголовки о том, что «у принца случилась паническая атака возле дверей храма». Кто-то в комментариях шутит о том, что в Джордже сидит дьявол, поэтому он так долго не мог войти внутрь храма, а кто-то говорит, что он, вероятно, вампир, и это даже забавляет. Ему лучше было бы быть вампиром, можно тогда он не чувствовал бы этой жуткой боли в сердце.        Ландо находит его прежде остальных, появляясь на пороге вечером среды. Он выглядит недовольным и отчитывает принца около пяти минут, прежде чем сжаливается и все же крепко обнимает, и Джордж ужасно благодарен ему. Виконт велит ему собираться и отвозит в один из тех закрытых ночных клубов, где они обычно напивались до потери сознания, и никто никогда так и не узнавал об этом.        Это именно то, что Джордж собирается сделать. Он собирается напиться так, чтобы забыть собственное гребаное имя, и ему наплевать, что кто-то подумает об этом.        В клубе громко. Так громко, что музыка проникает внутрь и разносится с кровью по венам. Джорджа это устраивает. Шум битов заглушает противные мысли, и он наконец-то может расслабиться. Кто-то наливает ему выпить, и он не особенно следит за тем, что в его бокале, главное, чтобы он всегда был полон. Джордж теряет Ландо через пару часов, но затем замечает его на руках какого-то парня, беспамятно выкрикивающего слова песни. Улыбаясь, Джордж слушает, как какая-то девушка в золотом платье что-то увлеченно рассказывает ему, но он не понимает ни слова. Парень рядом с ней спрашивает Джорджа не хочет ли он с ними потанцевать, но тот мотает головой. Приглядевшись, он узнает в парне сына премьер-министра и весело улыбается ему. Джордж точно не помнит, кажется, его зовут Дерек или, может, Дастин, он не уверен. Через сорок минут Джордж настолько пьян, что его язык путается, как и ноги. Он шагает вдоль стены, придерживаясь за нее одной рукой, и изо всех сил сжимает коктейль другой. Кто-то вырастает прямо перед ним, и Джордж замирает.        — Прошу прощения, — смеется пьяный парень, и Джордж видит черные брюки и черную рубашку, и у него морщинки возле глаз. Но его глаза серые, и сердце принца уменьшается до размеров песчинки. Лучше бы оно и вовсе исчезло.       — Ничего, — разочарованно отвечает, обходя его.        Принц мотает головой, потому что он, кажется, сошел с ума, но ему мерещится Макс, и Джордж так сильно хочет услышать его голос снова. Кто-то ловит его под руку, и принц раздраженно поворачивается, собираясь накричать на того, кто посмел тронуть его без разрешения. Но, поменявшись в лице, Джордж улыбается, потому что это всего лишь Оскар.        — Эй! — весело кричит принц. — Когда ты приехал?        — Где Ландо? — серьезно спрашивает лорд, и Джордж хмурится, потому что он понятия не имеет, куда пропал виконт.        — Он где-то…       Но взгляд Джорджа опускается вниз, и он замирает, разглядывая Оскара. Из него будто выбивают весь воздух, и становится нечем дышать. Джордж роняет коктейль из рук, чувствуя, как подшатываются колени.  — Какие твои любимые? — Бархатцы. — Вон те? Оранжевые? — Да. — Не люблю оранжевый. Он напоминает мне о жуткой рубашке, которую любит Оскар.       — Джордж?        Оттолкнув Оска, Джордж по памяти перебирает ногами, пробираясь через кучи тел вокруг. Ворвавшись в туалет, он склоняется над унитазом, и его выворачивает наизнанку. Его рвет снова и снова, и Джордж надеется, что блядское сердце выйдет вместе со всем, что он успел выпить. Стоя на коленях, он пытается сплюнуть слюну, повисшую на подбородке, но в глазах темно, и слезы текут по его щекам. Он так больше не может.        — Джордж? — чужая рука ложится на его плечо, и принц всхлипывает, когда кто-то поворачивает его к себе. — Ты как? — Оскар убирает прилипшие ко лбу принца волосы, и тот лихорадочно мотает головой.        — Я так не могу, — бормочет Джордж, и Оскар пытается вытереть его лицо, но Джордж мотает головой. — Не могу больше. Я хочу снова стать эгоистичным самовлюбленным ублюдком, который постит дерьмо в интернете и упивается лицемерием. Я не хочу быть тем, кем я стал, Оск, не хочу.        Ничего не ответив, парень вздыхает и обнимает Джорджа, не обращая внимания на беспорядок на его лице. Уткнувшись лбом в его плечо, принц снова всхлипывает, стискивая в руках эту проклятую оранжевую рубашку.        — Все в порядке, Джорджи, дыши, — Оскар гладит его по плечу, но принц только продолжает твердить о том, какой он глупый. — Ты вовсе не глупый, Джордж, не говори так, — лорд вздыхает, усаживаясь на полу удобнее, но не отпуская его.        — Я так скучаю по нему, — Джордж выпускает шумный вздох, зажмуривая глаза сильнее. Это приятно — наконец-то произнести это вслух. — И по его блядскому саду тоже. Почему он так сделал, Оск? Он уничтожил его, хотя так сильно любил. Он всегда был таким честным со мной, видел во мне настоящего меня. Он был так добр ко мне, и я этого не заслуживал, никогда, и я просто хотел, чтобы он был счастлив. А теперь я даже не знаю, где он. И я просто…       Его голос срывается, и Джордж замолкает, не в силах больше говорить. Оскар гладит его по спине, тихонько покачивая в своих руках, и принц сидит на полу, не желая ничего менять. Он там, где ему самое место — в грязном туалете клуба, где никому нет дела до его растерзанной души.        — Ты будешь в порядке, Джордж, — тихо говорит Оскар, и принц сжимает рубашку крепче. — Не сейчас и не через неделю, но однажды обязательно будешь.        — Я не хочу быть в порядке без него, — это все, что Джордж может прошептать в ответ. — Потому что я люблю его.

✞

      Проходит ровно месяц. Чертов месяц с того самого дня, как Джордж вернулся из Тайнпула абсолютно разбитым. Его сердце все такое же раскромсанное, но он чувствует себя немного лучше. После его трехдневного побега, родители сжаливаются над ним, так что у принца теперь чуть больше свободного времени и чуть меньше публичных выходов. Джордж старается исправно выполнять свою работу, выбрасывая все из головы днем, и страдая в одиночестве ночью. Кажется, даже Пьер замечает, что Джорджу паршиво, или, возможно, он просто не такой раздражающий, каким всегда ему казался. Принц не уверен. С того дня Джордж больше не читает о себе.        Он находит время, чтобы встретиться с Кими, и тот выглядит таким счастливым, когда бесцеремонно бросается к принцу, чтобы обнять его. Конечно, кто-то снимает их на видео, но Джорджу наплевать. Они вместе пьют чай, и Кими с увлечением рассказывает обо всем, что происходило с ним за этот месяц. Джорджа разрывает изнутри — так сильно он хочет спросить парнишку, не знает ли он, как поживает Макс, но сдерживается и не делает этого.        В четверг Джордж проводит весь день в Кенсингтонском дворце, разгребая скопившиеся бумаги. Сидя над одной из них, он вертит в руке карандаш, тот самый, что всегда теперь хранится на его столе и напоминает о месте, что изменило его жизнь.        — Ваше высочество, — Пьер стучит в двери его кабинета за полчаса до обеденного перерыва, и Джордж устало вздыхает.        — Да?       Он уже не может дождаться завтрашнего дня, потому что с утра будет всего одна встреча, а затем он уедет из Лондона на все выходные. Они с друзьями собираются провести уик-энд в поместье Ландо, и Джордж думает, что это поможет ему отдохнуть.       — Ваше высочество, у вас просят аудиенции, говорят, это срочно, — оповещает Пьер, встав в дверях, но Джордж равнодушно перелистывает файл в папке.        — Занеси в расписание.       — Это срочно.       — Ты что не слушаешь меня? — повторяет Джордж более, и Пьер вздыхает.        — Что мне сказать мисс Сен-Мле?        — Что? — Джордж мгновенно вскидывает взгляд, не веря своим ушам.       Пьер самодовольно хмыкает, будто точно знал, что это привлечет внимание принца.        — Этот посетитель от нее. Она лично просила принять его. Сказала, что это важно.        — Почему ты с этого не начал? — отбросив папку, Джордж встает с места и поправляет пиджак.        Они шагают по коридору, и Джордж проверяет телефон, не понимая, почему Алекс просто не позвонила ему. Они не общались с тех пор, как попрощались в Лондоне три недели назад, но он был бы рад услышать ее. Шагая в переговорную, Джордж нервно теребит рукава пиджака, уже предвкушая увидеть Шарля. Он помнит, что обещал сводить этого парня в бар, и это было бы самым отличным завершением этого скучного дня.       — Прошу, сэр, — Пьер открывает дверь, и Джордж входит внутрь с улыбкой до ушей.        Замерев в дверях, он задерживает дыхание и не шевелится. Человек, разглядывающий картину, поворачивается, и это вовсе не Шарль. Но Джордж уже и так это понял.       — Ваше высочество, — чужой голос пробирается под кожу, но Джордж не может пошевелиться.       — Оставь нас, — бросает он Пьеру, не отводя глаз, и тот медлит, но кивает и поспешно выходит.       Когда дверь закрывается за его спиной, Джордж впервые делает вдох. Никто не произносит ни слова, и принц просто стоит там, разглядывая человека перед собой: белая футболка, синие джинсы, уложенные набок пшеничные волосы, щетина на лице.        Человек делает шаг к нему, но Джордж будто прирос к полу. Он не может пошевелиться, не может поверить, что это не одна из его пьяных галлюцинаций.        — Что ты тут делаешь? — Джордж спрашивает так тихо, что вообще не уверен, услышал ли Макс его.        Тот останавливается и, подняв руку, заправляет за ухо невидимую прядь. Сердце Джорджа сжимается в груди.        — Я не знал, как найти тебя, так что попросил Шарля, и он попросил Алекс помочь мне, так что я…       — Что ты делаешь здесь, Макс? — повторяет Джордж, мотая головой, и парень медлит.        Он останавливается напротив, довольно далеко, но достаточно близко, чтобы Джордж мог уловить запах его парфюма. Желудок нервно скручивается, и Джордж сцепляет вспотевшие пальцы в замок перед собой.        — Я хотел увидеть тебя, — говорит Макс чуть тверже, и Джордж впивается ногтями в собственную кожу, качая головой.       — Зачем? — он хмурится.        Все, чего он на самом деле хочет — броситься на Макса и обнимать его, пока в комнате не кончится воздух. Он хочет прикоснуться к нему и больше никогда не выпускать из рук. Но воспоминания о том, что Макс сотворил с садом плотно держатся в голове Джорджа, и он не перестает напоминать себе, что Макс сделал это из-за него.       Принц испуганно наблюдает за тем, как Макс делает очень глубокий вдох и, шагнув вперед, встает прямо напротив Джорджа. Его руки все еще спрятаны сзади, а глаза бегают по лицу принца. Он медлит, но все же говорит:       — Когда ты спросил меня, принял ли я решение, я солгал, — он говорит очень тихо, но Джордж вскидывает взгляд, будто в небе прогрохотал гром. Он хмурится, ничего не понимая, и Макс снова тяжело вздыхает. — Я не знал, что мне делать. Впервые в жизни я был так сильно потерян, и это разрушало меня. Потому что я знал, что должен поступить правильно, и это значило — отпустить тебя. Но я этого не хотел, и это заставляло меня чувствовать себя эгоистом. Я не мог поехать с тобой, потому что это вызывало бы массу проблем. Но я не собирался оставаться в церкви.        Джордж удивленно разглядывает его, пытаясь сложить пазл в голове. Эта боль, которую он так усиленно прятал вглубь себя, снова начала лезть наружу.        — Я отправил официальное прошение епископу еще в то утро, как ты отвез меня в Лондон, — вдруг говорит Макс, и Джордж забывает, как дышать. — Так что, — он прочищает горло, и Джордж просто стоит там, не зная, что сказать. — С прошлой недели я больше не священнослужитель. И я больше, — он сглатывает ком в горле, вновь шумно вздыхая. — Я больше не живу в Тайнпуле.       Джордж чувствует, как челюсть начинает дрожать, и все его тело холодеет. Ему кажется, что он вот-вот упадет в обморок. Макс, которому, кажется, также тяжело дышать, как и самому Джорджу, трет лицо, и принц замечает, как дрожат его пальцы.       — Я так много думал об этом, и правда в том, что я так и не решил, чем хочу заниматься, но один мудрый принц сказал мне, что я должен жить собственной мечтой, но моя мечта — это ты Джордж, и я не хочу жить без тебя.       Он грустно вздыхает, и Джордж просто стоит там, боясь пошевелиться. Глядя в глаза Макса, он будто до сих пор не верит, что тот говорит это серьезно. Даже когда Макс все же пересекает оставшееся расстояние и ласково кладет ладонь на его щеку, Джордж не дышит.       — Ваше Королевское Высочество принц Джордж Уильям Луи Артур Чарльз Уэльский, герцог Кембриджский, граф Норфолк, наследник британского престола, — шепчет Макс, глядя ему прямо в глаза. — Вы согласны пройти через Ад, который вас ждет, если вы выберете меня?        Джордж медлит, глядя в лицо напротив, и в глазах жжет, а дышать почти невозможно.       — Я бы отказался от Рая ради тебя, — выдыхает он и, вцепившись в плечи Макса, целует его, выпуская наружу все чувства, копившиеся в его сердце.        Он отстраняется лишь когда в легких заканчивается воздух и, уткнувшись носом в шею Макса, обнимает его так крепко, насколько хватает сил.        — Как долго ты учил мое имя? — игнорируя слезы, скапливающиеся в глазах, Джордж выпускает тихий смешок и слышит улыбку в голосе Макса, когда тот отвечает.       — Повторял каждый день по несколько раз, — он смеется, и Джордж целует каждый миллиметр его лица, больше никогда не желая выпускать его из своих рук. 

✞

      — Шевелись! Я не собираюсь ждать вечно! — кричит Ландо из коридора, и Джордж закатывает глаза.        Он накидывает пиджак и выбегает из комнаты. Его руки немного трясутся от волнения, но это приятное волнение.        — Ты знаешь, что мы опаздываем? — ворчит Оскар, когда Джордж спускается вниз. Ландо рядом с ним поправляет свои волосы.       — Это мой самолет, — напоминает Джордж, и эти двое одновременно закатывают глаза. Он их немного ненавидит.       — Боюсь, всем наплевать, чей самолет, если мы опоздаем на свадьбу, ваша светлость, — с сарказмом отвечает Ландо, и Джордж хочет послать его нахер, но чужая рука ложится на его плечо, и волна облегчения проходит по всему его тело.        — Расслабься, — Макс целует его в шею, и Джордж расплывается в счастливой улыбке. — Они просто завидуют.       Джордж видит, как Ландо показывает им средний палец и выходит на улицу. Журналисты выкрикивают их имена со всех сторон, и Джордж прячется от вспышек за стеклами солнечных очков. Два телохранителя идут по обе стороны, стараясь закрыть их от камер, и Джордж крепко сжимает руку Макса, игнорируя их, пока они наконец не залезают в машину.       Первые два месяца были действительно настоящим Адом. Как бы пиар-команда дворца не готовила мир к тому, чтобы представить принца и его бойфренда, люди в интернете все равно вылили на них столько дерьма, сколько Джордж не получал за всю свою жизнь. Но в конце концов, ему не пришлось справляться с этим в одиночку, так что он пережил это куда лучше, чем могло бы быть. Так или иначе, любой скандал рано или поздно утихает, даже если это новые официальные отношения наследного принца. Конечно же, люди откопали информацию и о том, кем был Макс, когда они познакомились, и Джордж ненавидел всех этих людей, которые желали Максу мучительной смерти и адских мук, но у него не было выбора, кроме как ждать, пока это все кончится.        И вот четыре месяца спустя, когда пожар начал утихать, он снова может показаться на людях вместе с Максом. В любом случае, у них был повод, ужасно важный повод. Торжественное мероприятие, на которое они были приглашены вдвоем, и просто не могли не посетить его.       — Видел хештеги? — Ландо фыркает, листая новостную ленту в своем телефоне, когда они сидят в самолете, и Джордж улыбается, пожимая плечами.        — Какие хештеги? — Макс удивленно моргает, словно потерянный котенок, потому что Джордж все это время просто умолял его не заходить в интернет.       Повернув телефон, Ландо отдает его Максу, и тот водит пальцем по экрану. Заглянув в него, Джордж закусывает губу, потому что, конечно же, у него была эта маленькая армия. Потому что подростки и молодые люди любили его. #ОтдайтеКоронуПринцуДжорджу и #ПринцЛюбви не покидали тренды уже так долго, что Джордж начинает немного гордиться собой.       — Ты мог бы основать собственную страну или типа того, — шутит Оскар, и Джордж самодовольно фыркает.       Монако с высоты птичьего полета выглядит как настоящая сказка, и Джордж мечтательно вздыхает.        — Ты же сказал им, что мы опоздаем? — уточняет Оскар, и принц виновато кусает щеку, на что Оск закатывает глаза. — Джордж!        — Уже ничего не поделать! — защищается он, и Ландо хихикает.       — Она тебя убьет.       — Не убьет.       Макс закатывает глаза, и Джордж замечает фотографию на экране телефона, на которой он и Макс сидят в ресторане, и Джордж нежно целует руку Макса, сжатую в его ладонях. Кто-то подписал ее десятком смайликов сердечек и слез и подписал: «он ТАК влюблен!». Это заставляет сердце принца забиться чаще, потому что это правда.        — Джордж? — Макс тихонько зовет его, вернув телефон Ландо. — Все хорошо?       Вероятно, он заметил, как принц задумался, поэтому Джордж моргает и тепло улыбается, наклоняясь и чмокая Макса в нос.        — Лучше, чем когда-либо, — говорит он, и это самая большая правда в его жизни. — Потому что я так люблю тебя.        Волнение рассеивается, и на губах Макса расцветает счастливая улыбка.       — И я люблю тебя, Джордж.       — Все, меня сейчас стошнит, — хнычет Ландо, и Джордж закатывает глаза, не обращая на него внимания.        Откинувшись в кресле, он ждет, пока самолет зайдет на посадку. Сжимая руку Макса, он думает, что самое ужасное уже позади. Джорджу удалось снять с себя часть обязательств, и вместо этого у него появилось время для преподавания. Теперь он читает лекции в Оксфорде два раза в месяц, и два дня в неделю помогает Максу с благотворительной организацией принца Джорджа Уэльского, которой теперь управляет Ферстаппен. Большую часть времени они проводят в Кенгсинстонском дворце, но на выходных, когда им хочется спрятаться ото всего мира, они перебираются в квартиру в Белгравии. Туда, где на подоконнике цветут оранжевые бархатцы. Джорджу нравится оранжевый.       — О, нет, — выпаливает Ландо, вжавшись в кресло. — Она звонит! Джордж, вот же дерьмо, что мне сказать? Почему она звонит мне?!        Норрис почти пищит от испуга, и принц виновато улыбается. Осталось пережить последнюю вещь — сообщить Александре Леклер, что они опаздывают на ее свадьбу…