A guest in the heart

Прошло две недели. Харпер пыталась жить дальше: сменила работу, переехала в другой мотель на противоположном конце города, даже заблокировала тот неизвестный номер. Но всё было напрасным. Она знала, что он найдёт её, если захочет. И он захотел. В тот вечер шёл дождь — холодный, злой, декабрьский. Она сидела в новом баре, который был поменьше и потише прежнего, чистила стаканы и слушала, как по крыше барабанит вода. Посетителей почти не было. Только одинокий дальнобойщик в углу да старый джукбокс, хрипящий какую-то старую балладу. Дверь открылась, впуская порыв ветра и капли дождя. Харпер даже не подняла голову — почувствовала его по запаху: мокрый асфальт, бензин, сигареты. Сэм подошёл к стойке, стряхнул воду с волос. На нём была та же куртка, что и всегда. Лицо мокрое, глаза — всё те же, пустые. — Закрывайся, — сказал он. Не вопрос. Приказ. Харпер посмотрела на часы — ещё час до конца смены. Хозяин бара давно уехал домой, доверив ей ключи. — Подожди снаружи, — ответила она тихо. Он не стал спорить. Просто вышел и встал под козырьком, закурив. Она закрыла бар за пятнадцать минут. Выключила свет, заперла дверь. Дождь хлестал по лицу. Сэм взял её за руку — крепко, до боли — и повёл к своему Impala, припаркованному в тени. Открыл заднюю дверь. — Здесь? — спросила она, хотя знала ответ. — Здесь. Он толкнул её внутрь, на заднее сиденье. Дверь захлопнулась. Дождь стучал по крыше, заглушая всё остальное. Харпер не успела даже куртку снять — он уже был сверху, прижимая её всем весом к кожаному сиденью. Рот его нашёл её губы, но это не был поцелуй. Это был захват — зубы, язык, вкус крови, когда он прикусил её нижнюю губу слишком сильно. Она задохнулась, вцепившись в его мокрую футболку. Он рвал на ней одежду — буквально: пуговицы блузки полетели в разные стороны, джинсы стянул грубо, до красных полос на бёдрах. — Сэм... — прошептала она, но он заткнул ей рот ладонью. — Не говори. Его пальцы скользнули между её ног — без ласки, без подготовки. Просто проверка: готова ли. Она была — всегда была, когда дело касалось его. Даже сейчас, когда ненавидела себя за это. Он вошёл в неё одним резким движением, до конца. Харпер выгнулась, ударившись головой о дверь. Больно. Очень больно. Машина качнулась. Сэм двигался жёстко, быстро, без пауз. Каждое движение — как удар. Его рука на её горле — не душит, но держит крепко, напоминает, кто здесь главный. Другая рука впивается в бедро, раздвигая шире. Дождь лупил по стёклам, запотевшим от их дыхания. В салоне пахло мокрой одеждой, сексом, её страхом и его равнодушием. Харпер закрыла глаза. Пыталась не думать. Пыталась просто чувствовать — хоть что-то. Но чувствовала только боль и пустоту. Он ускорился, дыхание стало тяжелее. Кончил с тихим рыком, уткнувшись лицом в её шею — не нежно, просто спрятал лицо. На миг она подумала, что почувствовала, как он дрожит. Но нет. Это была иллюзия. Сэм отстранился почти сразу. Застегнулся, вышел из машины под дождь, чтобы закурить. Харпер осталась лежать на сиденье. Блузка разорвана, трусики где-то на полу, между ног — жжение и влажность. Она смотрела в потолок Impala и думала о том, как раньше он целовал её здесь же — медленно, осторожно, шепча её имя, будто боялся спугнуть. Сейчас он даже имени не произнёс. Дверь открылась снова. Он бросил ей свою куртку — мокрую, но тёплую. — Одевайся. Подвезу. Она села, завернулась в куртку. Он сел за руль, завёл мотор. Дождь всё лил. По дороге он не сказал ни слова. Только на повороте к её мотелю бросил: — Завтра в семь вечера. Номер 8. Тот же мотель, что в прошлый раз. — Зачем? — вырвалось у неё. Он посмотрел на неё в зеркало заднего вида. Впервые за вечер — прямо в глаза. — Потому что могу. Impala остановилась у её двери. Она вышла, не обернувшись. В номере Харпер разделась, встала под душ — самый горячий, какой только выдерживала кожа. Смывала его запах, его следы, его сперму. Смотрела, как вода уносит всё вниз, в слив. На бедре — свежие синяки в форме его пальцев. На губе — рассечена. На шее — следы зубов. Она выключила воду, завернулась в полотенце и села на кровать. Телефон лежал на тумбочке. Новое сообщение. От Дина. "Ты видела Сэма? Он опять пропал на ночь. Если он у тебя — скажи ему, чтобы вернулся. Каст ищет способ вернуть душу. Это не он, Харпер. Помни это." Она не ответила. Просто легла, свернувшись калачиком, и заплакала — тихо, чтобы никто не услышал. Завтра в семь. Номер 8. Она пойдёт. Потому что любит не его. А того, кем он был до того, как стал этим.