Глава 27
1 апреля 2026 г., 10:50
Рождество проходит в уютной семейной атмосфере у мамы. Мы даже ни разу не поссорились с братом — удивительное чудо. Племянники, восторженные и шумные, играют с новыми игрушками, а я по очереди обнимаю их и целую в тёплые макушки. Я возвращаюсь домой в хорошем настроении. Пара дней отдыха — и снова понесется университетская круговерть: экзамены, занятия, а там и тренировки в зале возобновятся. Буду ходить не два раза в неделю, а три, а может, и четыре.
«Всё потихоньку вернется в привычное русло», — убеждаю себя.
Сижу за компьютером: рядом кружка кофе, на голове наушники, шлифую очередную главу своего бл-романа. И вдруг звонит Аля. Мы же недавно говорили… Не похоже на неё. В голове сразу вспыхивает тревожная мысль: «Не случилось ли чего?»
— Мам, а Лера уже выздоровела? — спрашивает она неожиданно весело.
— Да… а что? — интересуюсь, потягивая кофе.
— В общем… я вам троим подарок выиграла, — торжественно объявляет она. Лицо у неё сияет, будто начищенный медяк.
— В смысле? — не понимаю я.
— Ты же говорила, что хотела с подруженциями выбраться в клуб. Я поискала и нашла отличное предложение. На сайте был розыгрыш, и я выиграла бронь со скидкой в пятьдесят процентов. Столик на троих, почти у сцены. Закуски и выпивка входят в стоимость, можно и дозаказать, — тараторит она. — Всё оплачено. Это мой подарок вам от меня.
— Стопэ, — останавливаю я ее, округляя глаза. — На когда и главное — где?
— Завтра. В соседнем городе, всего-то сто километров. Клуб «Сохо». Начало в одиннадцать вечера, программа — до утра. Мам, тебя там никто не узнает. Клуб шикарный, один из лучших. Ивент строго двадцать пять плюс.
Охренеть. Дочь, ты чего?..
— Аля, а добираться-то как? И вообще, сколько все стоит? — возмущаюсь я.
— Утром маршрутки уже ходят. А вечером — такси, разделите по-честному, — резонно поясняет она.
— Да мне надеть нечего, — бурчу я.
— Мама, у тебя целый день впереди. Пиши Лере и Оксане. Я вам устраиваю «дождь из красивых мужиков», — радостно звенит она.
Я давлюсь кофе и начинаю кашлять.
— А? Каких ещё мужиков? — хриплю я.
Она присылает текст из мессенджера: «Приглашаем на премиальное эротическое шоу-спектакль с танцами, вокалом, музыкой и акробатическими номерами. В шоу Fallen Angels участвуют лучшие профессиональные стриптизёры мира, модели, акробаты, певцы и танцоры, а также специально приглашенная группа из ближнего зарубежья. Массовые номера, дуэты, соло, интерактив».
— Аля… ну ты даёшь, — только и выдыхаю я.
С другой стороны… почему бы мне не пойти и просто не попялиться на красивых мужиков.
Которые, блин, торгуют телом. Как Кирилл в недавнем времени.
Аля, я понимаю, ты хотела угодить, но что мне теперь с этим делать?
Ладно. Буду сидеть тихо в уголочке, делать вид, что ничего не вижу. Может немного потанцую. Не огорчать же Алю — деньги уплачены, она ещё и фото потребует. И город другой, никто меня там не знает.
— Спасибо, доча, — говорю я, наконец сдаваясь.
— Мама, тебе понравится. Я уверена! — довольно заявляет она.
До самой ночи мы с Оксаной и Лерой обсуждаем предстоящий вояж. После первого шока Лера строчит: «Ура, мужики!», а Оксана паникует: «Меня супруг не пустит». Но он, оказалось, собирается с друзьями на зимнюю рыбалку и великодушно благословляет Оксану на разврат, бросив через плечо: «Только деньги им в трусы не суй». Лера тут же вспоминает, что нужно запастись купюрами, чтобы как раз было чем засовывать, — и я улыбаюсь, хотя внутри у меня вовсе не весело.
У меня отчетливое ощущение, словно я делаю что-то неправильное, будто жена, собирающаяся изменить мужу. Хотя какой, к чёрту, муж?
Да и в конце концов — я ведь даже не знаю, где Кирилл и с кем он сейчас. Так с чего мне совестью мучиться?
И на следующее утро мы мчимся по доступным по ценам бутикам. Подружки выбирают платья: Лера — облегающее, зеленое, с люрексом и глубоким декольте, подчеркивающим её немаленькую грудь; Оксана — синее, до колена, правда с разрезом по самое «хочу, но не могу — замужем».
А я беру кожаные угольные брюки и замшевые ботинки на небольшой платформе. Дабы танцевать, а не думать, порвались колготки или нет. Дома меня ждет белый джемпер с вырезом-лодочкой, игриво оголяющий одно плечо.
Мы заходим в магазин аксессуаров: покупаю крупные серьги-монисты и немного новой косметики. Ну Аля, задачку ты мне, конечно, задала.
Я отсыпаюсь перед поездкой — всю ночь ведь придётся глазеть на «мужицкий дождь». Принимаю душ, собираюсь, крашусь: смоки-айс, блеск на губах, тональный. Н-да… видно, что уже не восемнадцать и даже не тридцать.
Лера и Оксана заезжают за мной на такси. Опять я на переднем сидении, только тогда рядом был Кирилл, а сейчас — молодой парень с мягким голосом. Он поглядывает то на меня, то на Леру, которая совершенно не стесняется каждые полминуты поправлять грудь в декольте и бросать ему заигрывающие реплики.
«Ребёнок, за дорогой следи, — думаю я. — А то мы поедем не в клуб, а в травмпункт. В лучшем случае».
— Этот так и не появился? — неожиданно спрашивает Лера.
— Появлялся и снова пропал, — вздыхаю я. — Подарил «сраный букет» из тридцати пяти белых роз и испарился.
— Ну и черт с ним, — отмахивается Лера. — Сегодня насмотримся и нащупаемся на год вперёд. Ты главное не тушуйся. Мальчики, когда танцуют, могут на сцену позвать. И вполне демонстративно позволить себя потрогать. Увидишь черную подвязку на ноге — суй деньги прямо туда.
— Зачем они занимаются подобным? — вдруг задаю вопрос задумчиво.
— Им нравится демонстрировать свое хорошее тело, да и заработок нормальный, плюс женщины всегда… ну, сама понимаешь. Напрягаться не надо, ухаживать тоже, — поясняет Лера.
— Ага, это тебе не на заводе смену херачить, как моему, — бурчит Оксана.
— Неправда, — возражает Лера. — Это тоже пахота. Попробуй постоянно горбатиться в качалке, потом отплясать перед подвыпившими бабами, а после — если надо — идти в ночь с клиенткой.
— Можно тему сменить? А то я сейчас в поле выйду, — не выдерживаю я.
Подруги замолкают, и я прошу водителя сделать музыку погромче.
Через полчаса мы подъезжаем к большому современному зданию. На входе — строгие секьюрити; мы предъявляем распечатанные приглашения, и нас пропускают внутрь. Уже в холле встречают симпатичные парни в облегающих белых рубашках, каждому движению которых будто вторит приглушенный свет. Они дарят нам небольшие брелоки — символ наступившего года.
Я задерживаюсь перед высокой ёлкой, украшенной однотонными матовыми шарами, и гирляндами, стекающими с потолка тонкими светящимися струями.
К нам подходит один из хостес и провожает в основной зал. И в ту секунду я словно шагаю в ночную сказку.
Помещение уходит вверх тремя этажами, каждый оформлен в своём стиле. С потолка свисают люстры из синих огней — будто медузы, застывшие в мягком мерцании. Танцпол прорезают неоновые лучи, рассекая темноту и создавая ощущение, что пространство движется. За танцевальной зоной возвышается широкая сцена, в конце изгибается полукруг огромных дисплеев.
Наш столик расположен на первом ярусе, окруженный мягкими кожаными креслами. И правда — место идеальное: сбоку, в стороне от всеобщего внимания, но с отличным обзором на сцену и танцпол.
Шоу ещё не началось, музыка гремит ровно настолько, чтобы можно было разговаривать. В зоне танцев уже двигаются симпатичные парни в форменных костюмах — «пиджеи», создающие нужное настроение и заранее разогревающие толпу.
— Посмотри, некоторые мужиков своих притаранили, — наклоняется ко мне Лера. — Кто ж в Тулу со своим самоваром.
И правда. У пары столиков заметны хмурые ревнивые спутники — те, что вроде бы «разрешили» своим дамам прийти, но предпочли лично держать поводок. Возможно, чтобы потом иметь моральное право заявить: «Я тебе позволил слетать в гнездо распутства, теперь моя очередь — я с пацанами в стрип-бар».
Женщины вокруг — совершенно разные. Одни яркие, эффектные, будто сошедшие с обложки журнала. Другие — скромные, в очках, больше напоминающие стеснительных ботанш. Но всех объединяет одно: желание посмотреть на красивых мужчин, хотя бы прикоснуться, испытать вспышку адреналина, а потом пересматривать фрагменты в памяти одинокими вечерами. И сейчас я понимаю их как никто другой.
