Snowflakes in our tea

***

      Спустя три недели…       Чонин сидел в своём кабинете и проверял тетради по математике. Машинально брал одну за другой, делал пометки зелёной ручкой, иногда поправлял очки на переносице. В классе тишина — только ветер приподнимает занавески. Уроки у детей уже закончились, поэтому оставалась рутинная работа: проверить последние даваемые ученикам тесты, выключить электронную доску, прибраться в кабинете, подготовить всё нужное для учителя, которого поставили на замену Чонину на ближайшие семь дней. Он брал долгожданные отпускные, причём, в прямом смысле долгожданные, ведь поездки в Австралию он с нетерпением желал последние несколько лет. После случайной встречи с Чаном на Новый год, жизнь как будто бы начала налаживаться, а туман в голове прояснился. По окончании непогоды Ян всё-таки доехал до Пусана, разминувшись с Крисом, так как тот возвратился в Сеул для решения очередных вопросов по бизнесу. Каникулы прошли замечательно — любимая мамина еда с морепродуктами, вечный шум и громкие разговоры от младших братьев. И Чонин был счастлив, почти что светился изнутри. Сердце переполнялось любовью к каждому мгновению, каждой маленькой вещи. А особенно полюбился редкий снегопад, ставший чистым холстом для начала чего-то нового и грандиозного. Чан писал ему часто, в первые дни разлуки даже слишком часто, но Ян не злился, а лишь улыбался, когда на экране высвечивалось очередное сообщение. Если раньше Чонин слал редкие фотографии в соцсети, то теперь его практически заставляли делать это каждый день. Особенно из общежития, особенно из школы, особенно во время завтрака, обеда и ужина. Казалось, что Крис отыгрывается за все годы разлуки и тихого наблюдения за Яном. Он уже успел предложить тому переехать к нему в квартиру в центре, но Чонин вежливо отказался — как бы сильно не хотелось, торопить события было совсем ни к чему. Ему хотелось, чтобы всё прошло естественно и спокойно, чтобы их частые переписки переросли в частые-частые встречи. А потом и в жизнь под одной крышей. Хотя, зная Чана и его уже который день продолжающееся ворчание насчёт общежития, переезд может случиться скорее, чем планирует Ян.  Сам Крис активничал в основном в ночное время, когда все задачи по работе были сделаны и телефон был поставлен на режим «Не беспокоить». Он часто звонил где-то в районе полночи и что-то мурчал, рассказывая о прошедшем дне вкратце. Чонин мало что запоминал, так как безбожно проваливался в сон от умиротворённого и сахарного тембра голоса. Лишь по сопениям у Чана получалось понять, что он теперь болтает сам с собой.  — Господин Ян? — в кабинет заглянула женщина-уборщица, которая сейчас мыла школьные коридоры, — Тут с вами молодой мужчина хочет поговорить, на первом этаже у входа. — Сейчас подойду… — Чонин кивнул, снова уткнувшись в тетради, но улыбку сдержать не смог. — Даже в такое время родители достают? — уборщица покачала головой с сочувствием. — Нет-нет, всё в порядке, не переживайте. Просто я хотел лично рассказать об успеваемости одного ученика его отцу, а он смог подъехать только в это время. — Вы золотой человек, господин Ян! — женщина с улыбкой охнула, не заметив лжи. — Не стоит, — скромно отмахнулся от похвалы Чонин. Вскоре он закрыл кабинет на ключ, взял свой рюкзак и спустился вниз. Рядом с железными дверьми на выход и правда стоял Крис. Опять в сером смокинге с галстуком, с симпатичной укладкой чёрных волос, в солнечных очках (будто бы на улице лето было, а не конец января). Он разговаривал с кем-то по телефону, облокотившись на железные перила, отделявшие пункт охраны от основного коридора первого этажа школы. Заметив Чонина, Чан заулыбался и тут же завершил звонок, потом кинув телефон в карман брюк.  — Господин Ян, — он подмигнул, а потом кивнул пару раз в сторону стойки с охранником, — Как ваша работа? Чонин, хитро прищурившись, поддержал игру.  — Отлично. Тетради проверены, кабинет закрыт, — он поднял маленький ключик на уровень глаз, показывая его Чану, — Вы за чем-то определённым пришли? — За вами, — тише проговорил Крис, а потом откашлялся, — Я подожду, пока вы оденетесь. — А вам, господин Бан, не холодно в одном пиджаке? — Чонин сложил руки на груди. — Я на машине, — он опустил солнечные очки вниз, закрыв Яну обзор на яркие светло-карие глаза, — Не задерживайтесь. С этими словами он вышел из школы, засунув руки в карманы. Чонин посмеялся тихонько и пошёл в учительскую комнату за своей курткой.  Снаружи лежало немного снега там и здесь — следы новогодней метели до сих пор не растаяли, хотя обещали небольшое повышение температуры. Чонин медленно вдохнул морозный воздух, чувствуя, как кожу его лица кусает холод. Он зарылся носом в большой белый шарф и пошёл к выходу с территории начальной школы. За забором уже виднелся кроссовер BMW, рядом с которым стоял Чан. Он открыл парню дверцу, подождал, пока тот заберётся в салон машины, а потом обогнул её и уселся сам на соседнее сидение.  — Так, мы сейчас едем к твоему общежитию. Вещи собрал? — Чан наклонился над Яном, хватая ремень безопасности и пристёгивая того. — Да, босс, — Чонин закатил глаза, — Выключай уже командира… И мне тут всего лишь пять-десять минут идти, в машине не было необходимости. Ты мог бы просто подождать меня в аэро-… — Тшш, — Крис приставил к его губам указательный палец, — На улице холодно, это во-первых. Во-вторых, машина всё равно нам понадобится, потому что мы едем в аэропорт, в Инчхон. В третьих, это твоя первая поездка заграницу, и я хочу, чтобы она прошла без проблем. Чонин ухмыльнулся и игриво укусил его палец. Чан тут же одёрнул ладонь с моментным возмущением, но потом покачал головой и посмеялся. — А с виду кажется, что ты повзрослел, — он махнул рукой водителю, и тот вырулил на дорогу. — Ничего не могу поделать. Ты появляешься рядом, и мою серьёзность как рукой снимает, — Ян пожал плечами. — Да-да, хорошо. Или это из-за того, что мы не виделись три недели? — Чан вздёрнул бровь. — Всё вместе, — Чонин откинулся на спинку мягкого кожаного сидения и тяжело вздохнул. — Устал? — Чан с беспокойством посмотрел на него. — Немного. Сегодня у детей было семь уроков, и ещё многие остались на дополнительные занятия по корейскому языку. Потом пришлось поделать работу в счёт дней моего грядущего отсутствия…  — Хочешь уволиться? — Что?.. — Чонин часто заморгал, в шоке посмотрев на мужчину. — Ну, хочешь бросить работу? Я могу нас двоих обеспечивать, — Бан пожал плечами, — Заодно и переедешь ко мне. — Нет… — Ян насупился, — Я имею в виду, насчёт работы. Мне нравится это место, плюс я здесь практику закрываю. Платят… нормально, мне хватает на жизнь. Я привязался к детям, к классу своему. Вообще, я раньше думал, что такая работа не для меня. После возни с двумя младшими братьями особенно, я как сейчас помню, что при раздумьях о профессии, сразу отметал в сторону идею с учителем. Но судьба сложилась иначе. Мне кажется, мне нравится то, что я делаю. Просто… Раньше это всё казалось неправильным. Но после нашей встречи, после того, как я стал делиться с тобой происходящим… Я как будто со стороны увидел себя. И мне понравилось. В этом есть некая приятная атмосфера: учиться в университете, а некоторые дни отрабатывать в школе. Ходить в продуктовый по выходным, ездить в Пусан на долгие выходные и на каникулы. Рутина, но она хорошая, не утомляющая. — И при этом ты сейчас валишься с ног от усталости, — Чан покачал головой, продолжая неотрывно смотреть на него. — Я же объяснил, это из-за моей работы за будущие дни отпуска, — Чонин тяжело вздохнул, посмотрев на того с ровным лицом и с осуждающим взглядом. Крис рассмеялся. — Извините, учитель Ян. Повторение — мать учения, — он достал телефон, начавший разрываться от сообщений по работе. Машина остановилась, и Бан, не отрываясь от экрана, отстегнул свой ремень безопасности и Чонина, — Выходи, приехали. — Стой! Я один быстренько сбегаю, у меня там сосед по комнате… — Ян покраснел. — … И? Ты меня стесняешься? — Чан даже взгляд на него поднял. — Нет, просто… Они же могли тебя видеть где-то, а тут я, и картина будет странная… — попытался оправдаться Чонин. — Видеть где? Меня ещё нет в списках Forbes, к сожалению, — Чан закатил глаза, — Ладно, иди один. Проверь всё по списку: загранпаспорт, другие личные документы, чемодан, небольшая сумка в самолёт, салфетки, ручка или карандаш. Воду и еду не бери, в аэропорту перекусим. — Хорошо… — Чонин смущённо улыбнулся, снова затягивая шарф на шее, — Ты… за всё платить будешь, всё-таки? Я могу и сам поездку покрыть, хотя бы свой билет и прочие расходы… — Даже слушать не хочу. Это моё обещание тебе, разве нет? Свозить в Австралию, точка. Я исполняю своё обещание. Хочешь мне помешать? — Нет-нет-нет! Ладно… Сейчас вернусь, скоро буду, — Чонин замахал руками, нервно рассмеявшись. Он начал дёргать за дверную ручку, — Выпустишь?.. Чан ухмыльнулся, смотря на его порозовевшие щёки. Потом он снова наклонился над ним, сняв дверцу с замка, который блокировал случайное открытие.  — Иди, — он глянул на часы на запястье, — У тебя пятнадцать минут максимум. Ян закивал и вылетел из машины, в край разнервничавшись от смущения и толики стыда.

***

 В аэропорту было шумно. Колёсики чемоданов громко ездили по гладкому полу, периодически на больших табло выскакивали новые и новые авиарейсы, по просторным холлам с эхо раздавались объявления о приземлениях и посадках самолётов. Чонин всей кожей ощущал на себе взгляды других людей, которые сначала, естественно, замечали Криса в его безупречном костюме, а потом с недоумением смотрели на него.  В мыслях слово «содержанец» звенело чуть ли не каждые пять секунд.  Чан вдруг посмеялся, посмотрев на Яна. — Всё тот же сине-зелёный свитер. Я ценю твою заботу о памяти наших дней в лицее, но разве я не говорил тебе о прогнозе погоды для Австралии?  Они шли к стойке регистрации. Водитель Чана шёл за ними, везя два чемодана в обеих руках. Чонин опустил голову вниз, смутившись сначала, но потом насупился. — Говорил. Не может же там быть настолько тепло? — Милый, это другой континент. Сейчас там буквально лето. И я буду все семь дней ходить повсюду в одних шортах. И без них в отеле, — Бан ухмыльнулся, особенно когда заметил румянец на щеках парня. — Отлично. Буду прятать голову в свитер, чтобы этого не видеть, — буркнул он, на что Крис лишь пуще рассмеялся. Наконец, регистрация была пройдена, багаж отправлен в самолёт, а они направлялись к ресторанам и кафе, располагавшимся на этаже выше. И естественно Чан просто не мог не зайти в Duty Free, затащив туда и Чонина. Хотя тот сопротивлялся. — Дорого, — шепнул он на ухо Крису, но тот его лишь ущипнул за бок. — Выбери себе что-нибудь. Можем найти тебе подходящий аромат, м? И у меня он будет ассоциироваться только с тобой, — Чан, чтобы показать силу своих намерений, после того, как проговорил это Яну на ухо, уткнулся носом в его волосы над ухом и глубоко вдохнул. Чонин чуть дара речи не лишился прямо на месте — спасибо хоть, что стояли они в секторе самого дорогого парфюма, где не было других покупателей! Парень залился краской, губы поджал и отшагнул от Чана, принявшись с усердием и напыщенным вниманием рассматривать красивые колбочки. При этом стараясь избегать ценники.  Повыбирав пять минут, которые казались вечностью, Ян остановился на небольшом флаконе с туалетной водой от Yves Saint Laurent. Крис пытался настоять на покупке больше несчастных пятидесяти миллилитров, но Чонин обхитрил его, сказав, мол, что поездок у них в будущем много будет, ещё успеют накупить. Бан просиял весь, явно запоминая эти слова, чтобы в этом самом будущем с упрёком припомнить парню.  Тема духов была закрыта практически полностью после того, как Чонин признался в желании поесть. Чан уже спустя долю секунды повёл его в какой-то итальянский ресторан, где было не так много людей, как на фуд-корте. Он попросил столик у окна, из которого виднелись многочисленные взлётные полосы и самолёты разных компаний. Ян уселся и с улыбкой стал смотреть на то, как огромные махины то приземляются, то взмывают в небо. Ему показалось это очень красивым, наверное, оттого, что он никогда не путешествовал на самолёте.  — Мне нужно будет держать тебя за руку при взлёте? — Чан улыбнулся, протягивая ему меню. — Можешь просто так взять. Для этого не нужна причина, — Чонин улыбнулся в ответ, пытаясь укрыть пока что тот факт, что он, скорее всего, будет бояться. — Такой ты софист, господин Ян, — промурлыкал Крис, так и впиваясь в него жадным взглядом, будто не мог насмотреться.  Чонин и не знал, что делать со способностью Бана видеть его насквозь. Он лишь махнул рукой на эти слова, быстренько выбрав пасту и большой стакан капучино. Чан ограничился салатом и американо.  — Чонин-а… — Крис с волнением вдруг посмотрел на того, — Тебе же… всё нравится? Скажи мне, если я перегибаю палку. Мне хочется лучшего для тебя, но и смущать постоянно этим, наверное, не очень правильно с моей стороны. Сердце Яна ухнуло куда-то вниз. Он широко раскрыл глаза сначала, но потом попытался «выровнять лицо». Эти щенячьи глаза напротив — ну разве скажешь, что их обладатель владелец крупной компании и бизнесмен, который ресторан, в котором они мирно ужинают, купить может? — Прости… — Чонин потянулся к ладони Чана, нащупав её своими длинными пальцами, — Я не хотел обидеть тебя своей реакцией. Мне просто… Нужно привыкнуть. Я такого в жизни не испытывал, чтобы всё делали за меня, для меня. Да, поневоле становится неловко, но только из-за того, что я жил совсем другой жизнью до нашей встречи в Новый год. И это ни в коем случае не значит, что я не ценю тебя и всё, что ты делаешь! Наоборот… Мне кажется, я такого и не заслуживаю. Чан на последних словах парня посмотрел на него так, будто сейчас отвесит смачную оплеуху. — Заслуживаешь, — он всё же ограничился коротким возражением без драматичных сцен, — Я, если честно, виню себя сильно до сих пор. Поэтому мне и хочется обложить тебя всеми удобствами мира, чтобы как-то сгладить это чувство. Чонин усмехнулся мягко. — Мне главное, чтобы вместе со всеми этими удобствами мира в комплекте шёл ты. Не вини себя, ладно? Мы тут вдвоём жертвы обстоятельств, и хороших, и плохих. Надо сосредоточиться на настоящем. Сейчас же всё отлично, да? Крис кивнул с довольной улыбкой, расплываясь в умиротворении.  — Конечно, — он посмотрел в окно на самолёты и ночное небо, — Ты только… говори мне сбавить темп, когда нужно.  — А ты подгоняй меня, — Чонин хихикнул, — Я тебя ещё буду водить на обычные студенческие прогулки по паркам и барам. Без всякой роскоши. — Ты ходишь в бары? — Чан скептически вздёрнул бровью, — То же мне, пример детишкам. — …Раз в месяц! — насупился Ян, — Это я так, приукрасил.  — Понятно, делаешь из себя крутого парня, — Бан откинулся на спинку стула, улыбка не сходила с его лица, — Не стоит. Ты мне нравишься именно такой, какой ты есть. И, к твоему сведению, я уже вдоволь насытился обычными студенческими прогулками в своё время. — Так говоришь, будто сейчас в прах рассыпешься, ископаемое, — фыркнул Чонин, — Ничего, молодость вспомнишь. Чан расхохотался в голос. — Не знаю, задушить тебя, или поцеловать. — Можно это всё одновременно, — Ян невинно захлопал глазками.

***

Кабинка туалета в аэропорту не была самым шумо-изоляционным местом, но, по крайней мере, испытание на прочность прошла.  — Тихо! — шикнул Чонин, когда Крис с силой прижал его к одной из стенок, закрыв дверцу кабинки на щеколду. — Мгм… — мужчина прильнул губами к шее, к той самой родинке над воротом свитера, оставил влажный поцелуй, потом ещё, и ещё один. Яну пришлось прислонить затылок к стене и сжать массивные предплечья Чана руками. Бан периодически отрывался от волн чувственных поцелуев и рассматривал лицо парня — тогда тот по привычке уводил взгляд в сторону в смущении. Чонин старался держаться и не таять от каждого соприкосновения, но катастрофически проваливался в этом. В итоге он уткнулся лбом в плечо Чана, вдыхая его аромат: чёрная вишня, бергамот, фиалки, цитрус. Ни одна нота не скрылась от внимания, все они наполняли приятной сладостью лёгкие Яна. В следующий раз при походе в Duty Free нужно будет спросить, что это за духи.  Крис закусил нежную кожу под ухом Чонина, а потом, наконец, прильнул к губам, горячо и жадно сминая их. Большие ладони опустились на бёдра Яна, держа их в одном положении, не допуская лишних движений. Воздуха уже не оставалось — Чонин вздохнул мягко и шумно, прислонив свой лоб ко лбу Чана. Жаркое дыхание ощущалось на лице, опаляло пухлые после поцелуя губы. Руки Бана обвились вокруг Яна и притянули его тело ближе, как можно ближе, прижимая его к мускулистой груди.  — Я не хочу больше тебя терять, — шепнул Чан, встретившись с тёмными лисьими глазами напротив. Чонин молча смотрел на Криса минуту, а потом потёрся своим носом о его нос. — Я тоже, — прошептал он в ответ, немного сипло, так чувственно… Так чувственно, что кожа Чана покрылась мурашками.

***

Школьные годы… — Устал? — Чан присел за парту рядом с Чонином: тот после уроков пришёл в пустой класс готовиться к грядущему тесту. — Немного, — признался Ян, улыбнувшись и прикрыв рот рукой. Он всё по-прежнему стеснялся своих брекетов. Чан взглянул на его записи в тетради, а потом заметил ещё три полностью исписанных листка рядом. — Ты себя не жалеешь, — он потрепал парня по макушке чёрных волос, — Не проголодался? Спать не хочешь? — Да ты сам-то! Сейчас мне наговоришь всего этого, а потом побежишь на тренировку, — Чонин пихнул его кулаком в бок. Чан рассмеялся, а потом крепко обхватил его руками, тряхнув его разок-другой. Ян пискнул на это, моментально размякнув. Потом Крис «конфисковал» его листки и ручку, положив их на соседнюю деревянную парту.  — Давай, пять минут. Глазки закрой, подыши спокойно. Я слежу, — он сам положил голову Чонина себе на плечо и убрал руку только тогда, когда перестал чувствовать сопротивление. Весеннее солнце пробивалось через цветные занавески, раскрашивало пустой кабинет. Было тепло, хотя на улице всё ещё сновала прохлада. Чан задумался о своём, мечтательно уставившись в окно. Даже не заметил, как Чонин… провалился в сон. Понял он это только по сопению младшего.  Пришлось остаться в том же положении дольше, чем на пять минут. Впрочем, Чан не жаловался.

***

Самолёт уже давно был в небе, а Ян всё продолжал крепко сжимать руку Криса в своей, даже во сне. Он отключился почти сразу после взлёта, особенно когда стюардессы выключили свет. Сидения бизнес-класса позволяли практически лечь, как на кровати, но Чонин выбрал свернуться калачиком, приткнувшись к Бану, будто маленький лисёнок к маме лисе. Мысль эта заставила Чана рассмеяться внутренне. Он нежно поглаживал парня по голове, заводил пальцы в волосы, зачёсывал их за ухо и уводил к затылку, двигаясь ногтями вниз к шее и затем обратно вверх. Ян мило сопел, точно так же, как и раньше. Воспоминания нахлынули Криса — оказавшись в тишине, обездвиженным, он находил одно лишь развлечение: мысли о лицее и мысли о том, как они прилетят в Австралию. Чонин уже в аэропорту отправится в уборную, чтобы достать из чемодана первую попавшуюся футболку и убрать свитер. И Крис накормит его в каком-нибудь Sydney Madang, чтобы тот сильно не скучал по привычной корейской кухне. И определённо надо будет сходить в бассейн с хорошей сауной!  Чонин что-то пробормотал во сне и вдруг приподнялся, сонно посмотрев вокруг, а потом на Чана. Тот не удержался и поцеловал его в лоб и в переносицу. — Ложись. Мы всё ещё летим. Всё хорошо, — он притянул парня к себе поближе, положив его голову себе на грудь. Ян промурлыкал что-то невнятное. — Что-что? — Крис усмехнулся тихонько, погладив его мягкую щеку подушечкой большого пальца. — Люблю тебя… — проговорил чётче Чонин, укутываясь теплом своего хёна. — И я, — Чан глубоко вздохнул, наклонившись поближе к нему и устраиваясь в своём сидении поудобнее, тоже готовясь погружаться в сон.

***