Игра со смертью (Game of Death)

***

      Нед посмотрел на первый этаж замка Лианна. Он был построен из прочного камня, а дорога, ведущая к нему, была достаточно широкой, что бы две повозки ехали рядом, что означало, что его можно было хорошо защитить при любой осаде. Однако больше всего Неда поразил запах. Хотя это не был зловонный запах гниения, который они встречали в некоторых частях перешейка, когда путешествовали на юг, в воздухе были… тяжелые запахи. Нед не мог найти других слов, чтобы описать ощущение от вдыхания воздуха, который казался живым. Бенджен появился в проёме, где в будущем должны были быть установлены тяжёлые ворота.       — Нед! А это мой маленький Джон? — Бен поспешил к ним, его длинное лицо преобразилось широкой улыбкой, которую Нед редко видел в своей первой жизни.       — Отец! — крикнул Джон, а затем, не дожидаясь помощи, соскользнул с лошади. Он побежал к Бену, который обнял его и поднял в воздух.       — Дядя Бенджен! — воскликнула Санса, высунув голову из повозки. Кто-то, вероятно мейстер Лювин, помог ей выбраться, потому что она бежала к своему дяде, а один из стражников держал лошадь Робба, чтобы тот мог безопасно спешиться.       — Это воссоединение семьи Старков, — пошутил Бен, поднимая Сансу и обнимая Робба одной рукой, после того как поставил Джона на землю.       — Отец сказал, что мы можем остаться на месяц, — воскликнул Робб.       Нед вышел на дорогу вслед за своими детьми.       — Если твой дядя Бен найдет для нас время, — сказал он. — Он контролирует много дел как лорд замка Лианна. — Нед был рад увидеть массивный каменный корпус с узкими окнами и дымоходами, который уже достиг трех этажей. Это было начало солидного замка, видневшегося с Королевской дороги.       — Он не должен работать, если мы в гостях, — сказала Санса, руководствуясь детской логикой.       Бенджен рассмеялся.       — Даже если я хочу провести время с вами, я все равно должен работать, — ответил он, — однако, поскольку первый этаж уже готов, у вас есть место, где можно остаться на месяц. Я буду контролировать работы на верхних этажах. — Бенджен серьезно посмотрел на Неда. — Нам просто нужно убедиться, что эти этажи защищены от любопытных маленьких ножек.       — Действительно, — согласился Нед. Теперь, когда Джон вышел из тени, он был таким же непослушным, как Арья или Бран. Нед начал задаваться вопросом, не было ли в роду Старков крови одичалых или же они действительно были благословлены духом волка в смысле, выходящем за рамки метафоры.       — Заходите, — сказал Бенджен, указывая на незапертый вход. Нед подвел лошадь к тропе, а стражи и повозки следовали за ним.       — Я попросил своего кузнеца сделать для тебя больше гвоздей. Ты сказал, что твой кузнец не успевает за твоими плотниками.       — Да, поэтому у меня еще и нет ворот. — Бен погладил башню, стоящую с одной стороны входа. Вверху Нед мог видеть отверстия, через которые стражи могли выливать горячее масло на захватчиков, и еще несколько щелей для лучников. Замок Лианна не был большим, но он был построен для войны и обороны. Тараны не могли достать до боковых стен из-за болотистой местности, а если бы они попытались атаковать с фронта, то оказались бы в крайне невыгодном положении.       — Он такой большой, — сказал Джон с изумлением, стоя посреди двора и оглядываясь по сторонам. — Он больше, чем Винтерфелл!       — Это потому, что мы еще не построили конюшни и псарню, — рассказывал Бен. — Конюшни будут там, — он указал на одну сторону пустого двора, — а псарня будет там, — Бен указал на другую сторону. — Когда мы закончим, наш двор будет примерно такого же размера, как в Винтерфелле, но внутри у нас не будет столько комнат.       — И у вас нет наших горячих источников, — сказал Робб. Он был очень горд Винтерфеллом, как и положено.       — Нет, но замок Лианна будет иметь свои прелести и секреты, — раздался новый голос. Нед обернулся и увидел, как из главного здания выходит Хоуденд Рид. — Нед, рад тебя видеть. — Они сократили расстояние между собой и обнялись, как воины, хлопнув друг друга по рукам.       — Вы такой маленький, — воскликнула Санса. Нед был слишком потрясен, чтобы поправить дочь, прежде чем Хоуденд начал смеяться.       — Да, я маленький. Полагаю, я самый маленький мужчина, которого вы видели. — Рид был краногменом — человеком с болот, — но даже для этой маленькой расы он был низким. Он не доходил до груди Неда. — Санса кивнула. — Мужчины бывают разных форм и размеров, миледи, — сказал Хоуденд.       — Хоуденд здесь, чтобы помочь нам спланировать стеклянные сады, осадные башни и водоснабжение. Если армия попытается прорваться, мы должны быть готовы защитить замок и при этом иметь возможность отправлять патрули для сражения с врагом, если это понадобится, — объяснил Бен. Нед не удивился, что краногмены участвовали в планировании замка, поскольку он станет основной линией обороны болот, когда юг узнает, что их чудодейственное лекарство растет тут.       — Я уверен, что вы составляете мудрые планы, — сказал Нед.       — Мы должны завершить строительство оборонительных сооружений и второго этажа в течение двух лет, — сказал Хоуленд. Он бросил на старшего Старка многозначительный взгляд. Через два года они смогут перейти к следующему этапу своего плана. Нед не осмелился спросить мейстеров о порошке из мха, опасаясь, что они поймут, что его источником является Север. Но через два года Нед должен был быть готов построить поселение на западном побережье. Восстание Грейджоев еще не произошло, и Нед не знал, произойдет ли оно вообще. Время начинало меняться настолько, что он больше не был уверен, что понимает общую политическую ситуацию. Но война у их западного побережья могла стать серьезной угрозой для их планов. — Мы надеемся на рост торговли, — продолжил Рид.       — И мы будем готовы защищать эту торговлю, — добавил Бенджен. Он обнял Джона за плечи, и Джон прижался к отцу.       — Могу я жить здесь, теперь, когда первый этаж готов? — спросил Джон.       Бен присел рядом с ребенком.       — Сейчас здесь нет других детей, с которыми ты мог бы играть. Ты уверен, что хочешь оставить своих кузенов?       — Ты сейчас так много времени проводишь здесь. Я скучаю по тебе, — сказал Джон. Бен поднял Джона и обнял его. — Я тоже скучаю по тебе. Проведи еще год в Винтерфелле, и в конце года я посмотрю, сможем ли мы найти каких-нибудь слуг замка, которые захотят перевезти сюда свои семьи, даже если интерьер еще не закончен.       — Год? — спросил Джон, его большие глаза были полны надежды. Нед боялся, что их надежда воспитать его в семье Дастинов была разрушена. Бенджен был вынужден практически переехать в недостроенный замок из-за проклятых богами Фреев, которые прискакали, чтобы протестовать против размещения каждого камня и оспорить границу между самым северным поселением Речных земель и этим новым самым южным замком Севера. Но даже Фреи знали, что не стоит спорить со Старками, когда как Старки были друзьями короля. Неду не нравилось чувство, что он манипулирует другими, но он прилагал все усилия, чтобы оставаться в дружеских отношениях с королем Робертом, потому что ему нужна была поддержка друга в его планах.       — Через год мы оставим тебя здесь на более длительный срок, чтобы посмотреть, что тебе больше нравится: замок Лианна или Винтерфелл, и нет ничего постыдного в том, чтобы захотеть остаться в Винтерфелле. — Бенджен улыбнулся своему сыну с такой нежностью, что Нед не смог сдержать улыбку при виде этого.       — Мальчик должен быть со своим отцом, — прозвучал тихий голос. Нед был настолько потрясен, что не мог произнести ни слова, глядя чисто выбритого Эртура Дейна. Мужчина даже сбрил волосы, оставив только темные брови. В сочетании с длинным вертикальным шрамом, проходящим по всей длине щеки и доходящим до внешнего угла левого глаза, он был неузнаваем. — Кроме того, мальчик уже достаточно взрослый, чтобы начать полноценные тренировки. — Он изучал Джона с чем-то, что напоминало голод. Он не видел Джона шесть лет, с тех пор как увез его на север, чтобы поддерживать миф о том, что Джон — сын Бенджена.       Джори обиделся на слова Эртура.       — Я тренировал и Джона, и молодого лорда Робба. Оба они опережают своих сверстников.       Эртур Дейн не выглядел впечатленным.       — Нед, Джори, позвольте представить вам Дейна Ардена, — сказал Бенджен. Его лицо ничего не выдавало. Нед боялся, что этот план превратил его младшего брата в впечатляющего лжеца.       Эртур кивнул им.       — Приветствую.       — Арден — мой мастер по оружию. Он родом из Эссоса и является исключительным фехтовальщиком. Я планирую предложить северным домам возможность тренироваться с ним. Я подумал, что за определенную плату я мог бы пригласить отряд на несколько месяцев, чтобы они отточили свои навыки. Хотя наш город становится все более популярным и производит все больше урожая, он не богат золотом и не приносит хороших налоговых доходов.       — Мудрый план, — согласился Нед, застигнутый врасплох их решением изменить план.       Эртур Дейн пробыл у Дастинов шесть лет, и Уильям был очень доволен тем, насколько дисциплинированными стали его люди за это время. Однако нанимать Дейна для обучения любого дома Севера, желающего потратить деньги, было опасно. Некоторые из этих людей могли вспомнить о знаменитом Мече Зари, и его маскировка не помешала бы умному человеку сделать правильные выводы. Нед не сомневался, как отреагирует Роберт, если узнает, что Эртур Дейн или сын Рейегара выжили после восстания.       На этот раз Нед осудил Роберта за его безжалостное отношение к детям Элии Мартелл и их смерть, но это не сделало Роберта менее ненавистным ко всему, что, по его мнению, было связано с Таргариенами. Учитывая, что его собственная бабушка была одной из них, его ненависть казалась неестественной, но Нед перестал беспокоиться о том, как история, казалось, была обречена на повтор.       Хоуленд посмотрел на Неда странным взглядом, как будто слышал его мысли.       — Главный соляр будет на втором этаже, но Бенджен устроил женский соляр на первом. Может быть, мы можем пойти и обсудить торговлю и налоги, — предложил он.       — Да, стоит, — ответил Нед. Он пригласил Аллис Мормонт присмотреть за детьми и повернулся к ней. — Можешь ли ты разместить детей в комнатах, которые нам предложили?       — Конечно, милорд. — Она протянула руки к детям, но только Санса взяла ее за руку. Мальчики достигали того возраста, когда им нравилось притворяться взрослыми. Неду было больно видеть, как они мчатся к взрослой жизни, которая в его первой жизни принесла им только страдания.       После того как Нед посмотрел, как его люди спешились и занялись повозками, он последовал за Хоулендом, Бендженом и Эртуром Дейном по коридорам к центру главной башни, за тем, что должно было стать большим залом. На стенах среди камней были спрятаны небольшие узоры и фигурки. Нед увидел льваящера, вырезанного на одном камне, и мускусную черепаху на другом, но именно роза заставила его остановиться и проследить пальцами по вырезанным граням. Он надеялся, что Лианна одобрила бы эту новую жизнь, которую он дал Джону. Отогнав воспоминания о последних днях своей сестры, Нед вошел в солярий. В комнате не было окон, а дверь была неестественно тяжелой.       — Это то, что вы называете женской комнатой? — спросил Нед.       Бенджен фыркнул.       — Пока я лорд замка Лианна, здесь никогда не будет женщины. Мы с вами оба знаем, что любая женщина, на которой я женился бы, поставила бы своей первоочередной целью изгнать Джона, чтобы ее законные дети унаследовали титул.       — Это правда, — признал Нед. В своей первой жизни Нед с самого начала был очень тверд с Кэт, потому что она хотела сделать то же самое. Она даже нашла в Зимнем городке женщину, которая согласилась принять Джона, когда считала его бастардом Неда.       — Это скорее солярий для заговоров и измен, — сказал Эртур Дейн. Он сел в одно из кресел и откинулся назад, выглядя чрезвычайно уверенным.       — Восстания не будет, и если ты будешь тренировать людей Севера, кто-нибудь тебя узнает, — сказал Нед.       Эртур фыркнул и провел пальцем по своему изрезанному шрамами лицу.       — Я сам себе это сделал, потому что обнаружил, что когда у человека шрам на лице, люди больше ни на что не обращают внимания. Кроме того, любой, кто мог видеть меня в Королевской Гавани, видел меня в доспехах Королевской гвардии. Одетый как северянин, я неотличим от остальных. — Он улыбнулся своей собственной шутке. Эртур мог изменить многие черты своего лица, но он не мог изменить теплый оттенок кожи, который выдавал его как выходца из Дорна или, как он теперь утверждал, из Эссоса.       — Нам нужно подготовить Север, — сказал Хоуленд. — Мы позволим лучшему мечнику в королевстве обучить как можно больше наших людей.       — Я буду учить их стратегиям ближнего боя, а не турнирным изыскам, которые так любят изучать южные рыцари.       — Это опасно, — сказал Нед.       — Так же, как и бездействие, — ответил Бенджен. Он устроился за тяжелым столом и жестом пригласил Неда сесть на один из других стульев. С раздраженным вздохом Нед так и сделал. Очевидно, остальные сговорились против него, чтобы добиться своего, и Нед знал, когда он проиграл битву.       — Твои видения или пророчества Рейегара дают нам какое-то представление о том, сколько времени у нас есть? — спросил Эртур.       Нед знал, что ведет себя грубо, но не хотел отвечать на вопросы дорнийца.       — Ты знаешь больше меня о пророчествах Рейегара о Обещанном Принце.       — Ты забрал большую часть его библиотеки. Я полагал, что ты читал эти фолианты с тех пор, как мы покинули Дорн, — сухо сказал Эртур.       Нед был лордом и пользовался большим уважением. У него не было столько денег, чтобы помогать своим вассалам так же, как в прошлой жизни, но Нед путешествовал по Северу и разговаривал с каждым лордом. Он разрешал споры и правил так справедливо, как мог, но Эртур Дейн умел заставить его чувствовать себя зеленым мальчишкой, только что вышедшим на тренировочную площадку.       — Большинство книг — не более чем сказки, и ни в одной из них не указаны временные рамки. Несколько раз в них упоминается красная звезда. Красная звезда висела над Королевской Гаванью, когда родился сын Рейегара, но с тех пор, как мы привезли Джона на Север, появились еще две красные звезды. Я не нахожу в пророчестве ничего, что давало бы нам временные рамки.       — А как же твои сны? — спросил Рид.       Нед нахмурился. Это был более сложный вопрос.       — На мои сны нельзя полагаться. Мне приснилось, что первым ребенком Роберта был мальчик с светлыми волосами и зелеными глазами, а его характер заставлял меня думать, что король Эйрис вернулся из могилы, чтобы зачать этого мальчика. В юности он был таким же жестоким и неразумным, как Эйрис после Сумеречного Дола. И все же я слышал, что первым ребенком Роберта была темноволосая девочка, прекрасная принцесса, о которой все мужчины говорят с восхищением.       — Это правда, — согласился Эртур, — но я слышал, что его второй ребенок — блондин с зелеными глазами, который выглядит точно как его мать, — продолжил рыцарь, заставив Неда задуматься, есть ли у него еще друзья в Красном замке.       — Его зовут Джоффри? — спросил Нед. Если да, то он был готов затаить обиду, хотя и воздержался бы от действий, пока не убедился, что мальчик такой же испорченный, как первый Джоффри. Если да, то Нед воспользуется своим влиянием на Роберта, чтобы убрать мальчика от его проклятой матери и отдать его на воспитание более подходящему опекуну. Нед знал, что садистский мальчик-король, убивший его, был продуктом воспитания Серсеи и Роберта, но он не позволит этому монстру снова поразить королевство.       — Да, — ответил Дейн, приковывая Неда своим острым взглядом, но Нед не выдал никаких эмоций.       — Возможно, твои видения верны, но не в форме, которая поддается простому толкованию, — предположил Хоуленд. — Мой сын тоже видит зеленые сны, и часто бывает так, что он видит моменты вне контекста.       Нед покачал головой.       — Нет, в моих видениях блондин определенно старший, и ни у одного из детей Роберта не было темных волос.       — Учитывая цвет волос Баратеонов, это неожиданно, — сказал Бенджен. Нед уставился на брата, его лицо было бесстрастным. Бенджен посмотрел на него в ответ, затем сглотнул и его глаза расширились. — Дети были не от Роберта?       Это был путь, по которому Нед шел в прошлый раз, путь, который привел к его смерти и почти уничтожил его семью и их дом. Они не могли дергать за хвост льва Ланнистеров, даже если Серсея изменяет королю с кем-то из своих родственников.       Нед не верил, что на этот раз это был ее брат-близнец, поскольку Джейме исчез много лет назад, и если бы он посетил Красный замок, это стало бы предметом сплетен, которые невозможно было бы сдержать. Но как бы Нед ни не любил играть в «Игру престолов» и замышлять заговоры в тени, он должен был это делать ради своей семьи.       — Я не вижу сердца или умы людей в своих видениях, — сказал Нед. — Я могу только сказать, что ни у одного из его детей не было темных волос, поэтому темноволосая принцесса означает, что мои видения неточны.       — Или что видения изменятся, когда изменится судьба, — сказал Хоуленд. — То же самое происходит с моим сыном. Боги не посылают нам видения, если нет возможности изменить то, что в них происходит. Видение — это предупреждение, желание богов позволить нам на мгновение посмотреть их глазами, чтобы они могли показать нам путь. Возможно, твое осуждение бездушия Роберта по отношению к детям Таргариенов привело к тому, что он принял другие решения в отношении своих собственных детей. Возможно, все дело в том, что Серсея зачала в другой день. Но если у тебя есть что-то, что может дать нам указание на время, мы будем лучше подготовлены к тому, что нас ждет.       Нед потеребил место между бровями.       — Я видел Джона, — медленно сказал он. — Он был к северу от Стены и пытался пропустить одичалых, когда на них напали Иные. Он выглядел уставшим от сражений, но я не мог сказать, было ему двадцать пять или сорок. Я знаю только, что он потерял округлость лица и редкость бороды, которые есть у большинства мужчин, пока они не оставят детство далеко позади. И я увидел в нем жесткость, которая заставила меня пожалеть, что я не подготовил его лучше. — Воспоминания об ужасах, которые пережили его дети в первый раз, все еще причиняли Неду боль, и хотя Джон был его племянником, а не сыном, Нед все равно считал его своим ребенком, как и большинство северных лордов. О, они верили, что Бенджен переспал с дочерью странствующего барда и зачал бастарда, но он был так молод, что никто не удивился, когда Нед поступал как отец, а не как дядя. Даже Кэт видела его преданность Джону как признак доброй натуры Неда… по крайней мере, до тех пор, пока она не решила обвинить мальчика в дикости Арьи.       — Именно поэтому мы сейчас готовим его и Север как можем, — сказал Эртур. Нед повернулся к мужчине.       — А раскрыв себя как мечника, ты можешь подвергнуть всех нас опасности со стороны Роберта. Его ненависть к Таргариенам по-прежнему сильна, — сказал Нед. — Я слышал, что он назначил награду за головы Визериса, Дейенерис и королевской гвардии, которая бежала вместе с ними.       — Да, но у них достаточно охраны, чтобы ни один убийца не смог пробраться к ним, — уверенно ответил рыцарь.       — У них больше охраны, чем я видел в своих видениях, но они все равно в опасности.       — Дарри сообщает, что они в порядке, и Мартеллы незаметно поддерживают детей. У них есть три королевских гвардейца и дюжина хороших людей, которые защищают их, а слуги их матери воспитывают их так, как хотела бы Рейлла, — сказал Эртур, — а также доступ к золоту, которое я им послал. Уэнт знает, что если они не справятся с их защитой, они должны привести детей ко мне. — Это не утешало Неда. Если Роберт услышит о Таргариенах на Севере, он пошлет всех способных к военной службе к перешейку и подожжет Север. А если Дейенерис будет в Вестеросе, а не в Эссосе, как бы она получила драконьи яйца? Эти драконы были страшным оружием против мертвых, но Нед и Эртур так и не обнаружили местонахождение оживших яиц. — Сейчас не дети предмет нашего обсуждения. А что, если есть способ обучить Север и, возможно, даже людей из Речных земель, не раскрывая своих навыков? — спросил Эртур.       — Чтобы обучить людей, ты должен раскрыть свои навыки, — ответил Нед. Люди не доверяли мастеру оружия, который не сражался с ними, но в тот момент, когда Эртур поднял меч или научил их формациям и стратегиям, опасность его разоблачения возросла в геометрической прогрессии.              — А что, если бы был другой, которого мы могли бы представить как мастера оружия, а я бы играл роль помощника, выполняющего указания мастера?       — Этот мастер оружия все равно должен будет доказать свою храбрость. Попытка заставить его принять твои стратегии и режим тренировок не сработает, если он не сможет выйти на тренировочную площадку и победить в поединке с новобранцами.       — О, он победит, и никто не удивится, что он может победить любого северянина в поединке и большинство из них в группах по два-три человека.       — И кто же будет этим чудо-фехтовальщиком? — спросил Нед. У него было неприятное ощущение, что он знает его, но он не мог представить, как Эртур мог с ним связаться.       — Кто-то, кто приехал на Север, чтобы встретиться с тобой, но когда я услышал, что он переправился через Шею и путешествует на север, я поехал на юг, чтобы встретиться с ним. Он уже три года со мной, и я доверяю ему свою жизнь. Более того, я доверяю ему жизнь Джона.       Нед с трудом сдерживал ярость.       — У этого человека есть имя, которое я мог бы узнать?       — Джейме Ланнистер, — ответил Эртур. Нед не мог произнести ни слова. Ланнистер исчез после отставки из Королевской гвардии. Ходят слухи, что его отец пытался устроить ему засаду с помощью наемников и вернуть его под охраной в Утес, но Джейме убил всех. После этого ходили нелепые слухи о том, что Джейме напал на людей своего отца на дороге и отправился вглубь западных земель в поисках мести за детей, которых он поклялся защищать. Тайвин Ланнистер, похоже, воспринял угрозу всерьез, потому что уединился в Утесе Кастерли и больше не выезжал оттуда, но последние такие слухи был несколько лет назад.       — Ты же не серьезно, — сказал Нед. — Зачем ему ехать на Север?       — Чтобы найти убежище у единственного лорда, который пытался поступить правильно по отношению к принцессе Элии и ее детям, единственного лорда, который, по его мнению, мог защитить мальчика тринадцати именин, которого другие люди могли бы назвать монстром из-за его уродств, — ответил Дейн. — Он мог бы отправиться в Дорн, но там до сих пор нет единого мнения по поводу Ланнистеров, учитывая, что Тайвин приказал убить их родственников. Если бы Джейме смог убить своего отца, они бы его приняли, но мальчик не смог стать убийцей родственника, поэтому он взял своего младшего брата и бежал на север. Карлик обладает умом мейстера и речью пирата, несмотря на то что ему всего шестнадцать.       — Ты мне никогда не говорил, — сказал Нед обвиняющим тоном. Джейме Ланнистер и Карлик из Утеса Кастерли жили на Севере три года, и Нед об этом не знал. Он гордился тем, что общался со всеми своими лордами, но Уильям Дастин никогда не говорил ему, что у него дома находятся пропавшие Ланнистеры.       — Я не хотел, чтобы старый лев заинтересовался Севером, поэтому я их спрятал. Но теперь мы сильнее, а Тириону уже шестнадцать, он может сам принимать решения. К тому же твой друг-король защитит твое право нанять учителя для твоих вассалов. — Тон, с которым Эртур произнес «друг-король», заставил эти слова прозвучать как самая страшная ругань.       Нед видел столько видений о Джейме — как хороших, так и плохих. Он знал, что этот человек сражался против Робба, а теперь, возможно, будет его тренировать. Однако он также видел уставшего от жизни и однорукого Джейме, сражающегося с мертвецами на стороне Джона, никогда не отступающего перед лицом подавляющего превосходства противника. В одной жизни он трахал свою сестру, но в этой он публично осудил своего отца и, по-видимому, похитил своего уродливого младшего брата, чтобы уберечь его от ядовитых заговоров Тайвина Ланнистера.       — Ты хочешь, чтобы мы публично признали, что наследники Ланнистеров находятся здесь? Даже если Тайвин не сможет вывести армию к нашим границам из-за боязни разгневать Роберта, он все равно предпримет действия. Это опасно, — предупредил Нед.       — Так же как и промедление и бездействие, — сказал Эртур. — Через год, когда Джон переедет сюда, я тоже перееду. Так же как Джейме и Тирион Ланнистер. Ты подготовь Север в финансовом и материальном плане. Найди людей, которые построят и заселят поселение на западном побережье, и будь готов к строительству, как только доходы от лекарства поступят в нашу казну. Мы позаботимся о том, чтобы наши люди были готовы к бою, и не допустим, чтобы южане продвинулись вверх по перешейку. В конце концов, разве это не было нашим планом с самого начала?       Нед почувствовал себя некомфортно от того, что люди, которым он доверял, строили свои планы без его участия, но он должен был признать, что они были правы. Джону было семь лет. Это означало, что у них было двадцать лет на подготовку, но это означало также, что у них было всего двадцать лет, чтобы обучить десятки тысяч, а может, и сотни тысяч людей, построить поселения на западном побережье и начать охоту на китов, чтобы обеспечить армию продовольствием, построить флот, который мог бы быстро и эффективно перемещать людей по обоим побережьям. Двадцати лет было недостаточно. Возможно, они были правы. Возможно, самая большая опасность заключалась в бездействии.       — Хорошо, — ответил Нед. По-видимому, Ланнистер присоединился к его плану спасти мир, не возлагая всю тяжесть этой ответственности на плечи своих детей. Боги им в помощь, Джейме Ланнистер был на их стороне.       Улыбка Эртура была очень самодовольной.