После того как я передал записку Кайрену через Мираэль, пространство офиса вокруг меня превратилось в густой, вязкий кисель. Время тянулось мучительно медленно, каждая минута казалась часом. Я не предпринимал никаких активных действий, не пытался больше шпионить или проявлять инициативу — я просто сидел за своим рабочим столом, уткнувшись в бесконечные таблицы. Но моя кожа буквально зудела от напряжения. Я кожей чувствовал, как Грэг, сидящий всего в нескольких метрах, бросает на меня косые, подозрительные взгляды. В воздухе пахло грозой, и я понимал: развязка близка.
Вечер пятницы накрыл здание «Керн Групп» тяжелой синевой. Когда последние сотрудники покинули этаж, Кайрен велел мне остаться. Мы не поехали домой. Мы заперлись в его кабинете, превратив его в оперативный штаб. Ночь обещала быть долгой. Кайрен сидел за главным терминалом, его лицо было освещено лишь холодным голубоватым сиянием мониторов. Он методично отслеживал цифровые следы, пытаясь понять, через какой именно узел происходит финальная фаза утечки данных. Я был рядом. Я не лез в коды, понимая, что сейчас важнее просто его поддержка. Я приносил ему обжигающий кофе, накрывал его плечи пледом, когда кондиционер начинал работать слишком агрессивно, и просто молчал, давая ему чувствовать, что он не один в этой войне.
Кайрен принял решение: действовать нужно немедленно. Он не собирался ждать понедельника, давая предателям время на маневр. Прямо из кабинета он разослал уведомление о созыве экстренного, внеочередного Совета директоров на утро субботы. Это был дерзкий, рискованный ход — выдернуть акционеров из их постелей и загородных домов, но Кайрен знал: промедление смерти подобно. Нам нужно было раздавить эту гадину здесь и сейчас.
Около четырех часов утра, когда предрассветная тишина стала почти осязаемой, в коридоре раздался едва слышный шорох. Мы оба вздрогнули, когда на мониторе, транслирующем изображение из серверной, возникла тень.
Это был Грэг. Он вошел в святилище данных, уверенный в своей безнаказанности, и замер, когда свет внутри включился автоматически. Мы вошли в серверную через несколько секунд. Грэг не ожидал нас увидеть. Совсем не ожидал. Он замер с зажатой в руке флешкой, и по тому, как медленно и жалко поползла вниз его челюсть, стало ясно — он осознал, что в этот самый миг его карьере, репутации и свободе пришел окончательный конец. В комнате стояла гулкая тишина, нарушаемая лишь мерным, равнодушным гулом работающих серверов и нашим прерывистым дыханием.
— Грэг, — спокойно, пугающе ровно произнес Кайрен. Он не повышал голоса, но от этого тона в жилах застывала кровь. — Положи её на стол. Сейчас же. И отойди от терминала.
Грэг не стал кричать о справедливости или о своих связях с «Вега Групп». В его глазах не было гордости — только животный, липкий страх. Он судорожно сглотнул, его кадык дернулся, и он начал загнанно оглядываться по сторонам, лихорадочно ища глазами хоть какой-то выход. Когда он внезапно дернулся в сторону двери, пытаясь проскочить мимо нас, я, повинуясь какому-то внутреннему порыву, просто сделал резкий шаг наперерез.
Я не хватал его, не пытался применить силу — я просто стал живым щитом, преграждая единственный путь к бегству. Грэг, ослепленный паникой, со всей силы толкнул меня плечом, пытаясь вырваться любой ценой. Удар был болезненным и резким. Я потерял равновесие и со всего размаху приложился спиной о холодную металлическую стойку одного из серверов. В глазах на мгновение потемнело, острая боль прошила позвоночник, но я не отошел. Я продолжал стоять, перекрывая проход.
В ту же секунду Кайрен, до этого казавшийся воплощением спокойствия, буквально подлетел к нему. Его движение было таким быстрым, что я едва успел моргнуть. Он мертвой хваткой вцепился в плечо Грэга и с глухим стуком прижал его к стене. Никаких пафосных речей. Только тяжелое, яростное дыхание Кайрена и его тихий, вибрирующий от гнева голос, от которого, казалось, завибрировали сами стены:
— Только попробуй... еще хоть раз... его тронуть. Ты даже представить не можешь, что я с тобой сделаю.
В этот момент в коридоре послышались тяжелые, быстрые шаги службы безопасности. Грэг мгновенно обмяк в стальных руках Кайрена, вся его едкая спесь и офисная наглость испарились, оставив после себя только жалкую оболочку человека.
— Я... я могу всё объяснить, господин Керн, — пробормотал он, глядя в пол и не смея поднять глаз, когда на его запястьях с сухим, окончательным звуком защелкнулись холодные наручники. — Это была не моя идея... клянусь... меня заставили... мне угрожали...
Кайрен даже не удостоил его ответом или хотя бы взглядом. Для него Грэг перестал существовать в ту секунду, когда толкнул меня. Он смотрел только на меня, на то, как я, поморщившись, осторожно потирал ушибленное плечо. Когда Грэга наконец вывели под конвоем, Кайрен подошел ко мне вплотную. Его руки дрожали, когда он осторожно убрал мою ладонь, чтобы осмотреть место удара через ткань рубашки.
— Ты как? Сильно болит? — спросил он так тихо, что я скорее почувствовал его слова, чем услышал. — Зачем, Эл? Зачем ты полез под удар? Охрана бы его всё равно перехватила на выходе из блока, это не стоило твоего здоровья.
— Я не думал об охране, Кай, — честно признался я, глядя в его полные боли и нежности глаза. — Я просто видел, что он пытается забрать то, что принадлежит тебе. Твои труды, твою компанию. Я не мог позволить ему просто уйти.
Кайрен тяжело, сокрушенно вздохнул и на мгновение крепко прижал меня к себе, уткнувшись носом в мою макушку. Я чувствовал, как бешено колотится его сердце, постепенно замедляя свой бег.
— Идем отсюда, моя душа, — выдохнул он мне в волосы. — Нам нужно поспать хотя бы пару часов, если это вообще возможно. Завтра утром — субботний Совет директоров. И нам нужно выглядеть так, будто мы не просто выжили в этой ночной схватке, а уже окончательно победили. Вся «Керн Групп» завтра содрогнется.
Мы вышли из серверной, оставляя позади холодное железо и ночные кошмары. Впереди был решающий день, но сейчас, чувствуя его руку на своем плече, я знал: самое страшное уже позади. Мы были вместе, и наша связь сияла ярче любых офисных интриг.
***
Взгляд Кайрена
Кайрен подходил к подъезду своего дома, прижимая Элиона к своему боку, и чувствовал, как внутри него всё еще бушует первобытная ярость. Видеть, как Грэг толкает Эла, было физически больно. В тот момент Кайрен был готов на всё. Но теперь, глядя на бледное, измученное лицо своего соулмейта, он чувствовал лишь бесконечную благодарность.
«Он защищал меня», — эта мысль пульсировала в его сознании. — «Он, такой хрупкий и нежный, не побоялся встать на пути у предателя ради меня».
Кайрен знал, что завтрашнее заседание будет сложным. Ему придется предъявить доказательства, обвинить тех, кто стоял за Грэгом, и укрепить свою власть. Но теперь у него была цель куда важнее прибыли или акций. Он хотел создать мир, в котором Элиону больше никогда не придется подставлять плечо под удар.
«Спи, Эл», — думал он, укладывая его в кровать. — «Завтра мы закончим эту игру. А потом... потом я покажу тебе, что значит быть под защитой Кайрена Керна по-настоящему».