​✧ Нить судьбы: Элион. Книга 1 ✧❄️💼☀️🌶️

Элион

      Я готов был вцепиться ему прямо в глотку и высосать весь этот приторный, издевательский сок до последней капли! Кайрен Керн — официальный спонсор моих самых откровенных кошмаров и, без сомнения, самый изощренный садист во всей известной вселенной. Он всерьез думал, что полностью контролирует ситуацию? Он полагал, что раз я временно превратился в «тряпочку», то можно вот так беспардонно, с видом знатока, облизывать пальцы у меня перед носом?       Наивный, самоуверенный дракон. Кровь в моих жилах уже не просто текла — она закипала, превращаясь в концентрированный адреналин. Ноги покалывало так неистово, словно по нервным окончаниям пустили ток высокого напряжения. Я запомнил каждую чертову каплю этого нектара, замершую на его кадыке. Каждую. И когда я до него доберусь — а это случится в ближайшие секунды — я не просто слижу этот сок. Я заставлю его забыть собственное имя, забыть, как дышать, как отдавать приказы и как вообще быть Директором крупнейшей корпорации планеты.       Наслаждайся своей властью последние мгновения, Кай. Твой «алтарь» оживает, и поверь мне на слово: жертвой на нем сегодня будешь именно ты. Ночь на Керносе окончательно вступила в свои права, превращая реальность в нечто запредельное. Голубое свечение песка под нами усилилось, пульсируя в такт глубокому, басовитому биению планетарного ядра. Океан ритмично вздыхал, отражая в своих темных водах мириады чужих, колючих звезд. Воздух стал настолько густым и влажным, что казался осязаемым бархатом, насквозь пропитанным ароматом ночных цветов и тяжелой солью.       Но для меня мир сузился до точки. Не существовало ничего, кроме этого невыносимого мужчины. Кайрен отбросил пустую корзину в сторону, и глухой звук удара дерева о песок прозвучал для меня как гонг, возвещающий о начале смертельного боя. Его глаза горели темным, почти черным огнем; он видел, как я дрожу, как побелели мои костяшки, сжимающие ткань шезлонга. Он понимал, что еще одна, самая крошечная провокация — и плотина рухнет. И он, в своем великолепном высокомерии, не стал медлить.       Он медленно, дразняще склонился над стонущим от нетерпения мной. Его взгляд, тяжелый и влажный, скользнул по моим губам, всё еще перепачканным соком. Его рука, обжигающе горячая, как расплавленный металл, едва ощутимо коснулась внутренней стороны моего бедра. Медленно, с невыносимой, томительной неспешностью она поползла вверх, к самому средоточию моего жара.       Это было финальное испытание. И оно сломало все мои барьеры.       В этот миг я ощутил, как по венам разливается первобытная, животная сила. Энергия, которую я жадно тянул из Кая через нашу ментальную пуповину, и мощь самого Керноса, пропитавшая воздух, достигли критического пика. Усталость испарилась, словно её и не было. Мышцы мгновенно налились стальной мощью. Покорность слетела с меня, как ненужная шелуха. Я больше не был жертвой. Я был хищником, вышедшим на охоту.       «ХВАТИТ!» — этот единственный ментальный крик буквально разорвал тишину между нами. Это был не голос, это был яростный рык, заставивший самого Кайрена вздрогнуть.       Я резко, мощным рывком выбросил свое тело вперед. В одно мгновение мои пальцы перехватили запястье Кая, сминая его кожу, а вторая рука намертво вцепилась в его плечо. Мой взгляд горел такой жаждой обладания, что Кайрен на секунду оцепенел, увидев в моих зрачках отражение собственного безумия.       Я дернул его на себя с силой, которой сам от себя не ожидал, опрокидывая этого гиганта на спину прямо на искрящийся неоном песок. Голубая пыль взметнулась вокруг нас ослепительным сияющим нимбом. Кай издал удивленный, низкий, гортанный стон, но я не дал ему и шанса прийти в себя. Я намертво прижал его лопатки к земле, оседлав его бедра и нависая сверху всей своей массой. — Ты... — мой голос был хриплым, сорванным, неузнаваемым. — Ты действительно думал, что можешь так со мной играть, Директор? Думал, я буду просто лежать и течь от прикосновений твоих пальцев?       Я не ждал ответа. Вцепившись пальцами в его густые, темные волосы, я заставил его запрокинуть голову, открывая беззащитную шею, и буквально впился в его рот. Это был не поцелуй — это было клеймение. Мой язык властно ворвался внутрь, исследуя каждый миллиметр его неба, сталкиваясь с его языком в яростной, беспощадной борьбе за доминирование. Я кусал его губы до крови, смешивая вкус соленых капель океана со вкусом его возбуждения.       Мои руки неистово срывали с него эти чертовы плавки, которые сейчас казались мне величайшей преградой во вселенной. Кайрен, оправившись от первого шока, судорожно потянулся к столику, где стоял флакон с густой, маслянистой смазкой. Он успел лишь щелкнуть крышкой, как я выхватил его, выливая щедрую порцию прозрачного геля прямо себе на ладонь и на его уже до предела напряженный, пульсирующий член. — Теперь моя очередь, — прорычал я ему прямо в губы.       Я приподнялся, коленями раздвигая его мощные, тренированные бедра. Мои пальцы, скользкие от лубриканта и сока «солнечных капель», без всякого предупреждения вошли в него. Кайрен выгнулся дугой, его грудь ходила ходуном, а из горла вырвался хриплый, протяжный звук, полный боли и наслаждения. Я не давал ему передышки, растягивая его узкое, горячее кольцо, заставляя его тело принимать меня. Один палец, второй... я физически ощущал, как он пульсирует внутри, как он жаждет этого вторжения.       Когда я понял, что он готов, я направил свой собственный, до боли твердый член к его входу. Медленно, смакуя каждый миллиметр сопротивления его мышц, я начал входить в него. Кайрен зажмурился, его пальцы глубоко зарылись в светящийся песок, вырывая его целыми горстями. Я входил в него глубоко, до самого основания, чувствуя, как моя головка с силой упирается в его простату. — Боже... Кай... — выдохнул я, когда мы наконец полностью слились.       Я начал двигаться. Сначала размеренно, вытягивая из него каждый хриплый стон, а затем всё быстрее и яростнее. Песок под нами пульсировал ярко-синим, отражая бешеный ритм наших тел. Я видел, как его член, покрытый смазкой, блестит в холодном свете звезд, как он бьется о его собственный живот при каждом моем сокрушительном толчке. Я наклонился ниже, прижимаясь к его потной груди, слизывая остатки сладкого нектара с его кожи, пока мои бедра вколачивали меня в него с первобытной силой.       Кайрен окончательно сошел с ума. Его руки впились в мои ягодицы, притягивая еще ближе, заставляя входить еще глубже, до самого предела. Он больше не был Директором. Он был мужчиной, полностью подчиненным моей яростной воле и моему ритму.       «Я же предупреждал тебя, Кайрен», — транслировал я ему, захлебываясь от собственного удовольствия. — «Смотри на меня. Чувствуй меня каждой клеткой. Сегодня я твой бог».       Мы двигались в унисон, превращая наши тела в одно сплошное, безумное пятно из пота, смазки и светящегося песка. Каждое мое движение отзывалось в нем хриплым вскриком, а я чувствовал, как внутри него всё судорожно сжимается, как он близок к своему пределу.

***

Взгляд Кайрена

      Кайрен лежал на спине, глубоко вминаясь в песок под тяжестью Элиона, и его мир сузился до этого жаркого, неистового парня, который буквально вколачивал его в землю. Он чувствовал Эла внутри себя — огромного, твердого, пульсирующего — и это было лучше всего, что он когда-либо испытывал в своей долгой, выверенной жизни. Больше не существовало правил, не существовало контроля, не существовало корпорации. Было только это сокрушительное, животное слияние.       Он чувствовал, как Эл забирает всё, что у него есть, как он жадно доминирует, и Кайрен с наслаждением отдавал ему эту власть, захлебываясь в собственной страсти. Ощущение того, как член Элиона раз за разом задевает его самые чувствительные точки глубоко внутри, вызывало в глазах вспышки, похожие на взрывы сверхновых звезд. Он впился пальцами в бедра Эла, направляя его движения, умоляя каждым своим рваным вздохом не останавливаться.       Он смотрел вверх, на искаженное страстью, прекрасное лицо своего соулмейта, и понимал: это и есть их настоящая, истинная связь. Не тихие разговоры в кабинетах, а эта яростная, потная, глубокая битва тел на берегу великого океана. Кайрен чувствовал, как его собственное возбуждение достигает критической точки, как его анус судорожно сжимается вокруг Эла, вытягивая из него каждую каплю ответной страсти. Он был готов взорваться прямо сейчас, готов был сгореть в этом холодном неоновом огне, лишь бы этот миг длился вечно.