​✧ Нить судьбы: Элион. Книга 1 ✧❄️💼☀️🌶️

Элион

      Утро просочилось в спальню мягкими, золотистыми пальцами рассвета, рисуя на стенах пентхауса причудливые узоры. Воздух был наполнен ароматом свежего постельного белья и едва уловимым запахом кофе, который уже начал распространяться из кухни первого яруса. Я лежал, зарывшись носом в изгиб плеча Кайрена, и чувствовал, как реальность медленно возвращается ко мне — теплая, густая и неспешная, как мед.       Кайрен еще спал — или просто притворялся, давая мне возможность насладиться этим моментом тишины. Его грудь мерно вздымалась, и я, поддавшись внезапному любопытству, приподнялся на локте. Солнечный свет падал на тело Кая, подчеркивая каждый рельеф, каждую линию его мышц, которые в утренних лучах казались высеченными из самого твердого и дорогого камня. — Кай… — прошептал я, не в силах больше сдерживаться.       Я протянул руку и начал медленно водить пальцами по его груди, спускаясь к прессу. Кожа была горячей, гладкой, а под ней чувствовалась невероятная, спящая мощь, готовая взорваться в любую секунду. — В чем… в чем секрет этих мышц? — я начал водить рукой активнее, ощущая, как перекатываются под моими пальцами тугие, стальные жгуты плоти. — Мы ведь постоянно в последнее время были вместе. Я видел каждое твое утро и каждый вечер. Ты ни разу не тренировался с того самого дня, как мы познакомились…       Я перешел на его плечо, сжимая его ладонью. Оно было твердым, как броня багги, на котором мы вчера планировали прокатиться. С детской невинностью в голосе и искренним непониманием я продолжал свой «осмотр», чувствуя, как внутри разгорается исследовательский азарт. — А сейчас они стали как будто еще сильнее. Словно ты по ночам, пока я сплю, таскаешь штанги или борешься с медведями. Как это работает? Это несправедливо! Я тренируюсь в тире, бегаю, а ты просто... существуешь в таком виде.       Кайрен издал низкий, вибрирующий звук — нечто среднее между рычанием и смехом. Он наконец открыл глаза, и в их серой, стальной глубине вспыхнуло то самое плотоядное пламя, которое я научился узнавать безошибочно. Кайрен перехватил мою руку и медленно провел моей ладонью по своим ребрам, заставляя почувствовать каждое сокращение косых мышц под кожей. — Секрет прост, Эл, — прохрипел он своим утренним, опасно-низким голосом, от которого у меня по загривку побежали мурашки. — Ты и есть моя главная тренировка. Если ты думаешь, что наши ночи проходят бесследно для физической формы, то ты сильно ошибаешься.       Он хитро прищурился, поймав мои пальцы и слегка прикусив один из них, заставляя меня вздрогнуть. — Удерживать тебя, когда ты выгибаешься подо мной, подстраиваться под каждое твое движение и часами не давать тебе передышки… это покруче любого спортзала. Мое тело постоянно работает, пока я занимаюсь тобой. Так что, если тебе кажется, что я стал сильнее — это твоя заслуга.       Кайрен резко притянул меня к себе, опрокидывая на спину и нависая сверху всей своей внушительной массой. Тяжелое, раскаленное тело Кая вжало меня в матрас так, что из легких выбило воздух. Вся моя «детская невинность» испарилась, когда я почувствовал между своих бедер его член — твердый, горячий и пугающе огромный. — Раз уж ты заметил прогресс, значит, я выкладываюсь на все сто, — Кайрен прижался лбом к моему лбу, и его зрачки расширились, затапливая радужку тьмой. — Хочешь проверить, насколько эффективны наши «упражнения» на самом деле? Прямо здесь. — Хочу, — выдохнул я, и мой голос сорвался на хрип. Мои ладони скользнули по его широким лопаткам, ощущая, как под ладонями бугрятся и перекатываются мощные пласты мышц. — Я хочу знать о тебе всё, Кай. — А я?.. — мой голос прозвучал тише, с едва уловимой хрипотцой. Я провел руками по своим бокам, ощущая ладонями собственное тело: мои 182 сантиметра роста, мускулистое, подтянутое и сильное сложение. Я не был перекачан, но чувствовал в себе тугую, сухую мощь, которая развилась за последние месяцы. Я поднял взгляд на мужа, замирая под его тяжелым весом. — Я тоже изменился? Ну, из-за этих наших… «упражнений»? Ты чувствуешь разницу?

***

Кайрен

      Я замер на мгновение, и мой взгляд стал пугающе внимательным. Я видел, как он смущенно изучает собственное тело, которое за эти месяцы стало для меня единственным храмом, в который я готов был приносить жертвы.       Я медленно, с долей собственнического благоговения провел ладонью от его колена вверх по бедру. Его кожа под моими пальцами была как атлас, натянутый на живой металл. Элион невольно выгнулся навстречу моей руке, и я властно сжал его бедро, зная, что завтра там останутся легкие тени моих пальцев. — Ты изменился, Эл, — прошептал я, и мой голос сорвался на рычание. — Твое тело стало невероятно отзывчивым. Оно словно выучило мои руки наизусть. Ты стал... плотнее, гибче. Каждый раз, когда я вхожу в тебя, я чувствую, как ты жадно принимаешь меня, как ты крепко держаться за меня. Ты больше не тот хрупкий мальчик, которого я встретил в лифте. Ты — мое отражение. Моя половина.       Я наклонился к его уху, чувствуя, как его пульс частит, ударяя мне в губы. — Твоя спина, твои бедра... они стали крепче, налились силой. Ты расцветаешь под моими руками, Эл. Ты становишься сильнее вместе со мной, потому что наша связь питает нас обоих. Вчера на байке ты держал меня так, будто в твоих руках была сила десяти мужчин. Это результат наших ночей.       Я перехватил его руки, уверенно закидывая их ему за голову и прижимая запястья к подушке. Это был жест абсолютного доминирования, который он принимал с таким восторгом, что мой контроль начал трещать. Мои губы коснулись пульсирующей жилки на его шее. — И сейчас я покажу тебе, насколько глубоко ты врос в меня. Каждое движение, каждый вдох...

***

Элион

      Кайрен не стал медлить. Пока он вжимал мои запястья в подушку, его вторая рука скользнула к тумбочке — выверенным, почти инстинктивным движением. Я услышал негромкий щелчок крышки и почувствовал, как на мой анус пролилась порция прохладного, густого геля. Кайрен не тратил время на нежные ласки; он грубо, с силой втер смазку, нагло растягивая меня двумя пальцами, подготавливая путь для своего монструозного калибра.       Я выгнулся, судорожно втягивая воздух, когда он резко вытащил пальцы и тут же, не давая мне опомниться, накрыл меня своим весом. — Расслабься, Эл, — прорычал он, и я почувствовал, как головка его члена уперлась в кольцо мышц, смазанное и готовое. — Ты сейчас примешь меня целиком.       Он вошел в меня одним мощным, неразрывным движением. Благодаря обилию смазки он проскользнул внутрь, как раскаленный нож в масло, но я всё равно почувствовал, как мои внутренности буквально раздвигаются, освобождая место для его огромной плоти. До самого конца. До самого основания.       Я вскрикнул, и этот звук утонул в его властном поцелуе. Никакой крови, никакой боли — только дикое, запредельное чувство распирания и полноты, от которого в голове посыпались искры. Он заполнил меня так плотно, что между нами не осталось даже молекулы воздуха. Кайрен замер на секунду, давая моему телу привыкнуть к его объему, а затем начал выжигать из меня душу каждым своим толчком. — О боже… Кай… — я задыхался, чувствуя, как внутри всё плавится от этого невыносимого объема.       Кайрен двигался — размеренно, тяжело, вбивая меня в кровать с каждым толчком. Его пресс, те самые тугие жгуты плоти, о которых я спрашивал, при каждом движении с силой ударялись о мой лобок. Я кожей чувствовал работу его тела: как напрягаются бедра, как гуляет под кожей спины каждая мышца, как он использует свой вес, чтобы заставить меня чувствовать его власть каждой клеткой.       Он наклонился, прикусывая кожу на моей шее, прямо над пульсирующей жилкой, и я почувствовал его низкое, утробное рычание. — Чувствуешь, Эл? Это не спортзал. Это то, как я в тебя врастаю. Ты выучишь мой вес, мой ритм и то, как глубоко я могу зайти.       Каждый его толчок был нацелен в самую глубину, в ту точку, от которой по позвоночнику взрывались электрические разряды. Я выгибался под ним, мои ноги судорожно обхватили его мощную талию, пытаясь притянуть его еще ближе, хотя ближе было уже невозможно. Я чувствовал, как он наливается внутри меня еще больше, становясь тверже камня. — Кайрен… пожалуйста… — я не знал, о чем прошу, я просто хотел, чтобы это безумие никогда не кончалось.       Его движения стали быстрее, яростнее. Я видел над собой его лицо — маску первобытного вожделения, капли пота, сбегающие по вискам, и этот хищный, запредельный фокус в глазах. Его мышцы на плечах и груди ходили ходуном, создавая ощущение, что на мне работает мощный, безупречный механизм.       Когда финал накрыл нас, Кайрен вжался в меня так сильно, что я почувствовал биение его сердца своим собственным. Он содрогнулся всем телом, его мышцы окаменели в последнем, самом глубоком толчке, и я почувствовал, как он изливается внутрь — горячо, много, клеймя меня изнутри.       Я ослеп от удовольствия, чувствуя, как всё моё тело вибрирует в унисон с его мощью. Мы замерли, тяжело и хрипло дыша, пока по комнате медленно плыл запах нашего секса и утреннего солнца. Кайрен не спешил выходить, оставаясь внутри, тяжелый и властный, придавливая меня к матрасу своим «тренированным» телом.             Когда Кайрен излился в меня, я почувствовал, как его тело на мгновение стало тяжелым, полностью расслабленным в моих руках. Он отдал мне всё, что мог, и теперь просто дышал мне в шею, наслаждаясь тишиной. Но я чувствовал, что наша ночь еще не закончена. В моей темноте, сплетенной с его светом, проснулось желание не просто принимать, а вести.       Я не хотел, чтобы он всегда был тем, кто несет на себе груз контроля. Я хотел дать ему возможность почувствовать себя так, как чувствую себя я — защищенным, ведомым и полностью принадлежащим другому.       Я мягко, но уверенно отстранился. Кайрен послушно вышел, его взгляд был затуманен нежностью. Я перехватил его руки и коснулся губами ладоней, прежде чем мягко подтолкнуть его, заставляя перевернуться на живот. Это не было насилием — это было приглашением, которое он принял с тихим, предвкушающим вздохом. — Позволь мне сегодня… — прошептал я, и Кайрен лишь коротко кивнул, утыкаясь лицом в сгиб локтя. Его мощная спина, широкие лопатки и тугие жгуты мышц вдоль позвоночника были сейчас передо мной, как открытая книга.       Я не спешил. Я взял смазку и медленно, ласково распределил её, чувствуя, как его тело отзывается на каждое мое прикосновение. Я растягивал его бережно, зная все его чувствительные точки, слыша, как его дыхание становится всё более тяжелым и неровным.       Когда я вошел в него, я сделал это одним глубоким, уверенным движением. До самого основания.       Кайрен издал низкий, вибрирующий звук, похожий на стон облегчения. Его тело, этот несокрушимый Монолит, приняло меня целиком, подстраиваясь под мой объем. Я замер на мгновение, наслаждаясь ощущением того, как плотно он меня обхватывает, как его мускулы пульсируют вокруг моей плоти. — Эл… — выдохнул он в подушку, и я почувствовал, как через нашу связь в меня хлынул поток его абсолютного доверия.       Я начал двигаться. Мои 182 сантиметра подтянутых мышц работали в полную силу. Я вбивался в него размеренно и мощно, чувствуя, как мои бедра при каждом толчке соприкасаются с его телом. Я видел, как под моей кожей на руках и плечах перекатываются мускулы, когда я удерживал ритм, который должен был довести его до безумия.       Это не было доминированием ради власти. Это была любовь, выраженная через силу. Я хотел показать ему, насколько я стал крепким, насколько я способен удерживать его в этом океане удовольствия. Кайрен стонал — густо, по-мужски, и каждый этот звук был для меня ценнее любой награды. Он подавался назад, навстречу моим толчкам, жадно забирая меня в себя, и я чувствовал, как его контроль окончательно растворяется.       Я наклонился к его спине, покрывая его лопатки и шею жаркими поцелуями, пока мои руки крепко сжимали его плечи. — Я люблю тебя, Кай, — прошептал я, и в этот момент я вложил в толчок всю свою страсть.       Я чувствовал, как внутри него всё напрягается, как он близок к пределу. Я не давал ему передышки, ускоряясь, пока мы оба не превратились в один сплошной комок нервов и мускулов. Когда разрядка накрыла нас, я почувствовал, как он содрогается, изливаясь под себя, а я — глубоко в него, закрепляя наше единство этим жарким, финальным клеймом.       Я обессиленно рухнул прямо на его широкую, влажную от пота спину, чувствуя кожей каждое тяжелое биение его сердца. Мои руки всё еще крепко обнимали его за плечи, а пальцы подрагивали от перенапряжения. Я прижался губами к его лопатке, оставляя долгий, горячий поцелуй на перекатах натренированных мышц, которые только что послушно прогибались под моим напором. Кайрен хрипло, прерывисто выдохнул и, не оборачиваясь, поймал мою руку, переплетая наши пальцы. — Черт... Эл, — его голос вибрировал от запредельного удовольствия и нежности, — ты действительно становишься моей самой опасной и прекрасной зависимостью.