​✧ Нить судьбы: Элион. Книга 1 ✧❄️💼☀️🌶️

Элион

      Когда мы наконец отдышались в кафельном пространстве ванной, я всё ещё чувствовал на губах терпкий, солоноватый вкус Кайрена. Воздух в комнате был пропитан паром и тяжелым, мускусным ароматом нашей близости. Это было чертовски правильно — вот так, без лишних прелюдий и долгих рассуждений, просто взять и выпить его до дна, нарушив все свои же «карантины».       Я поднял взгляд на зеркало и ужаснулся: растрепанный, с покрасневшими губами и диким взглядом. Только сейчас до меня дошло, что с самого подъёма я не то что зубы не почистил — я даже лицо водой не ополоснул. Да и Кайрен, судя по легкой щетине и хаосу в волосах, был в том же состоянии «первобытного хаоса». — Так, Директор, стоп, — я решительно потянул его к умывальнику. — Мы, конечно, соулмейты и всё такое, но давай добавим в нашу жизнь немного цивилизации. Умойся, а то выглядишь как человек, который только что совершил преступление... впрочем, так оно и есть. И побрейся, а то ты меня скоро исцарапаешь.       Кайрен послушно, хоть и с легкой улыбкой, выдавил пасту на щетку. Мы стояли плечом к плечу перед огромным зеркалом, синхронно орудуя щетками и периодически толкая друг друга локтями, как подростки в летнем лагере. Кайрен нанес пену и принялся за бритье, а я, воспользовавшись моментом, быстро юркнул в туалетную кабинку, восстанавливая последний оплот личного пространства.       Наконец, когда лица были чисто вымыты, зубы сияли свежестью, а Кай снова стал гладковыбритым эталоном власти, я почувствовал, что готов к «официальному заявлению». — Знаешь, Директор, — я поднялся с колен (точнее, теперь уже просто гордо выпрямился, поправляя домашние штаны) и вытер губы полотенцем. Ноги всё еще немного подрагивали, но внутри горело торжество. Я игриво прищурился, глядя на его затуманенный взгляд. — Ты был невероятно вкусным. Сперма — высший сорт, пять звезд на Мишлен, честное слово. Я бы оставил отзыв, но боюсь, серверы лягут от зависти. Но...       В этот момент мой желудок издал такой требовательный, утробный и громкий звук, что эхо отчетливо отразилось от стерильных стен ванной. — Но теперь я хочу не просто «есть». Я хочу жрать, Кай. Причем всё, что попадется под руку. Если ты сейчас не накормишь меня чем-то существенным, я начну грызть твои шелковые халаты. А они, подозреваю, на вкус хуже, чем ты.       Кайрен посмотрел на меня с той самой смесью обожания, недоумения и легкого шока, которую мог вызвать в нем только я. Я не дал ему вставить ни слова — просто схватил за руку и потащил за собой.       В спальне на столике нас ждал тот самый перекус, который Кай приготовил в начале нашего «литературного утра». Я набросился на еду так, словно меня держали в карцере на воде и хлебе. Горячие круассаны и омлетом с зеленью, плюс кофе — всё это исчезало в моем рту с пугающей скоростью. Я жевал, причмокивая от удовольствия, чувствуя, как энергия возвращается в тело. Кайрен сидел на краю кровати, накинув халат, и просто наблюдал, как я превращаюсь в маленького прожорливого монстра. — Эл, помедленнее, ты подавишься, — тихо рассмеялся он, но в его синих глазах всё ещё плясали темные искры недавней разрядки. — Ты ешь так, будто я тебя вообще не кормлю. — Не подавлюсь, — пробормотал я с набитым ртом, расправляясь с последним круассаном. — Ты меня так вымотал в этой ванной... и на полигоне вчера... мой организм требует немедленной регенерации тканей. Это научный факт!       Я съел всё. Буквально. Это была лишь прелюдия. Мой аппетит, разбуженный близостью Кайрена, требовал продолжения банкета. — Слишком мало. Это была демо-версия, — я решительно встал и снова потащил его за собой. — Пошли на кухню. Настоящую кухню. Территория Жана зовет.       Кухня в пентхаусе встретила нас стерильным блеском стали и божественным ароматом. Жан — святой человек — уже подготовил завтрак и оставил его в подогреваемых контейнерах. Когда я открыл крышки, у меня чуть слюнки не потекли: омлеты с черным трюфелем, золотистый бекон, от которого исходил дымок, свежайший хлеб и фрукты, нарезанные так идеально, будто это работа ювелира.       Я по-хозяйски уселся прямо на колени к Кайрену, когда он опустился на массивный стул у острова. Я чувствовал его крепкие, как сталь, бедра под собой, и это давало какое-то особенное, почти первобытное чувство защищенности. Мой Директор, мой щит, моя личная грелка. — Итак, кормление зверя, часть вторая, — объявил я, подцепляя на вилку кусок нежного омлета. — Открывай рот.       Кайрен попытался было возразить, мол, он не голоден и вообще Директорам не положено есть с рук в халате, но я лишь настойчиво ткнул вилкой ему в губы. — Ешь, Кай. Ты тоже ничего не ел. Тебе нужны силы, чтобы выносить мой невозможный характер и мои аппетиты. Если ты упадешь в обморок от истощения, кто будет меня баловать?       Он сдался. Это было странно и до безумия интимно — сидеть в этом огромном, технологичном небоскребе, на коленях у самого могущественного человека Керноса, и кормить его с ложечки, как ребенка. Мы ели с одной тарелки, по очереди, не видя в этом ничего зазорного. — Как думаешь, — спросил я, пока Кайрен прожевывал кусок бекона, — твои сотрудники там в офисе уже начали делать ставки на то, что еще мы учудим? Или они всё еще обсуждают наше вчерашнее видео с полигона?       Кайрен на мгновение замер, проглотил еду и чуть прищурился. Его голос звучал ниже обычного: — Я думаю, они слишком заняты тем, чтобы не попасться мне под горячую руку после того, как я вернусь в офис. Но, зная Мираэль, она уже наверняка создал отдельный чат для обсуждения твоих «выходок». И, подозреваю, она там главный администратор. — Ой, не ворчи! — я весело фыркнул. — Тебе идет быть «человеком». Это делает тебя недосягаемым для врагов — они просто не понимают, как тобой манипулировать, когда ты такой непредсказуемо домашний.       Я достал телефон, который лежал на столе. Азартный огонек снова вспыхнул в моих глазах. — Давай сделаем фото. Страна должна знать, что их император — не просто грозная машина правосудия, но и живой человек, который ест омлет с рук своего любимого мужа.       Я прижался щекой к его щеке, поднял телефон и поймал момент. На снимке Кайрен выглядел растерянным, но невероятно мягким, а я — счастливым, с ложкой во рту и горящим взглядом. Я тут же выложил его с подписью: «Завтрак чемпионов после ночного дежурства. Директор на диете из любви и трюфелей. Пост сдал — пост принял!»       Комментарии взорвались. — Смотри, Кай! — я тыкал пальцем в экран. — @Mama_Ro пишет: «Господи, они такие домашние, я сейчас расплачусь от этой милоты». А @Steel_Edge в шоке: «Керн в халате? Теперь я видел всё, можно умирать спокойно». Видишь? Ты теперь не просто Керн, ты — мечта миллионов. Самый желанный «папочка» этого сектора.       Кайрен читал вместе со мной комментарии, и я чувствовал через связь, как его напускная суровость окончательно капитулирует перед моим восторгом. В этот момент мне пришло уведомление от СБ. «Господин Элион, ваши родители на террасе. Встретили старых слуг главы из поместья. Сидят на летней кухне, там накрыт стол. Алкоголь, домашние салаты. Обсуждают ваше детство и привычки господина Керна. Рекомендуем не беспокоить, атмосфера крайне душевная».       Я хмыкнул и показал сообщение Каю. — Слышишь? У них там свои посиделки. Твои верные слуги, которые помнят тебя еще маленьким и вредным, и мои родители спелись на почве сплетен о нас. Кажется, там сейчас решается судьба всех наших секретов под домашние соленья.       Я прижался к его плечу, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Не пойдем туда пока. Пусть посидят. Им тоже нужно выдохнуть. В этом доме слишком долго было холодно и пусто, Кай. Пусть сегодня в нем будет шумно, пьяно и пахнет мамиными салатами, а не антисептиком.

***

Кайрен

      Я сидел, чувствуя на своих коленях ерзающее, живое тепло Элиона, и понимал, что моя жизнь окончательно превратилась в нечто, что не поддается никакому логическому анализу. Я годами выстраивал вокруг себя ледяную крепость, где каждый вздох был регламентирован. И вот теперь я сижу на собственной кухне, в халате, и послушно открываю рот, когда мой муж подносит к нему ложку.       И самое невероятное — мне это нравилось больше, чем любая успешная сделка.       Когда Элион смеялся, глядя в телефон, или когда он просто прижимался ко мне, я чувствовал, как внутри заживают старые, глубокие раны. Его аппетит, его дерзость, его умение превратить серьезного Директора в «домашнего Кая» — это было моим спасением. — Пусть сидят, — хрипло согласился я, обнимая его за талию и утыкаясь носом в его шею. Там всё еще пахло моим парфюмом и им самим — сладким, горячим ароматом жизни. — Мне достаточно того, что ты здесь. На моих коленях. Мне не нужны другие компании.       Я смотрел на фото в его телефоне. Я действительно выглядел там... живым. Элион создал мир, в котором мне не нужно было прятаться за титулом. — Эл, — позвал я его тихо.       Он обернулся, его губы были немного в соусе, а взгляд — лукавым и нежным одновременно. — Спасибо тебе. За всё это. За яблони, за родителей... за то, что ты не побоялся ворваться в мою жизнь и всё здесь переломать по-своему. И за то, что ты не стесняешься быть моим мужем перед всем миром.       Элион рассмеялся, откладывая телефон, и обхватил моё лицо ладонями. — Пожалуйста, мой грозный Директор, — прошептал он, глядя мне прямо в душу. — Ты, конечно, тот еще подарок. Сложный, упрямый, иногда невыносимо скрытный... Но ты мой. Самый любимый и самый желанный подарок в этой вселенной. Понял?       Он пачкал мой нос быстрым, мокрым поцелуем, а затем прижался к моим губам уже по-настоящему — долго, нежно, закрепляя наше соглашение. — И не надейся, что я перестану тебя позорить в интернете, — добавил он, отстранившись и снова потянувшись за круассаном. — Теперь это часть твоего имиджа. Привыкай, Кай. Ты теперь — народное достояние.       Я только крепче прижал его к себе. Пусть. Если ценой за этот смех и этот запах счастья будет моя репутация «холодного босса», то это самая дешевая сделка в моей жизни. — Я люблю тебя, — выдохнул я ему в висок. — Я знаю, — Эл лукаво подмигнул мне, отправляя в рот кусочек фрукта. — Я тоже тебя люблю. А теперь ешь, а то я сейчас и твою порцию заберу!       В этот момент я понял: мы действительно непобедимы. Потому что пока мы вместе на этой кухне, никакие Теневые кабинеты и интриги не имеют над нами власти.